Моя луна

Тэхен ворочался и не мог уснуть. Весь вечер он помогал Чонгуку носить воду и очень устал. У него болели ножки, ручки и спина. Попытавшись найти более удобную позу, Тэхен недовольно шевельнул ногой и пошел в спальню к отцу. Устроившись между родителями, довольный, быстро заснул. Чимин обнял ребенка и поцеловал Юнги в лоб. Сейчас он чувствовал себя дома. Ближе к утру его самочувствие ухудшилось - температура поднималась, от духоты ему было тяжело дышать, а ткань ночной рубашки неприятно раздражала кожу. Тэхен первым проснулся от движений Чимина. - Папа? - хрипло спросил волчонок, подмечая тяжелое дыхание. Тэхен положил руку на лоб сначала себе, потом Чимину. Юнги так делал, когда он болел. Не понимая, что должен был почувствовать, он надавил отцу на грудь. - Бандит, - пробормотал Юнги, откашливаясь. - Отец, папе плохо. Рассветное солнце лишь начало подниматься, слегка освещая комнату. Юнги пару раз моргнул, пододвигаясь ближе к Чимину. Голова омеги была запрокинута на подушке, а кадык дергался вверх-вниз от частых глотков воздуха. - Луна, началось? - тихо спросил Юнги. - Альфа... - возбужденно выдохнул Чимин. - Потерпи, я принесу настойку. Волчонок с нами. Юнги встал с кровати и спустился вниз, в мастерскую. Сейчас Чимину нужно было сбить жар и немного снизить желание. Сегодня важный день в совете, и вожак обязан присутствовать. Тэхен слез с кровати и принес папе воды. Чимин благодарно взял стакан и вдохнул запах волчонка. - Наш малыш, - прошептал омега. Когда Чимин перевернулся на бок, Тэхен заметил большое мокрое пятно на ночнушке. Он прикрыл рот ладошкой и сразу начал перебирать одеяла. - Ничего страшного, все бывает, - повторял волчонок, прикрывая Чимина. - Мне жарко, Тэхен-и... - застонал он, сбрасывая одеяло. - Папа, ты описался, - тихо сказал ребенок и, подняв пальчик вверх, продолжил: - Это ничего страшного. Я сейчас уберу и отнесу простыни тетушке Боа. Она постирает, а я помогу. Я сам еще не умею. Чимин улыбнулся и хотел ответить, но его снова перебили: - Тихо. Мы отцу не скажем. Юнги вошел в комнату, услышав последнюю фразу. - Что ты собирался скрыть от отца? - спросил он. - Ничего, - сжав губы в тонкую полоску, Тэхен отвел взгляд. - Тэхен сказал, что я описался, - признался Чимин, едва сдерживая смех. Возмущенный ребенок шлепнул папу по бедру. - Я его тут прикрываю, а он сам признался! Отец же альфа! Это омежья тайна. Юнги поднял Тэхена на руки и чмокнул в щечку. Обиженный волчонок отвернулся от отца, складывая руки на груди. - Конфетка, у папы течка. Это очень важный период в жизни каждого омеги, и о них нужно заботиться. - Важный период? - заинтересовался Тэхен. - Ты не смеешься? - Нет, малыш, - сказал Чимин, передавая стакан Юнги. - Это смазка. Но ты прав, ее слишком много. - Тебе больно? - спросил Тэхен, протягивая руки к Чимину. Омега взял к себе волчонка и усадил его на живот, крепко обнимая. - Немного. Тэхен отстранился и посмотрел на отца. - Чего стоишь? Неси что-то, чтобы не болело. Ты видишь, тут у меня папе плохо. - Вижу, но папу нужно отвести в баню, - спокойно сказал Юнги. - Тогда чего стоишь? Воды натаскай. Вспомнив про воду, Тэхен скривился и тоже вспомнил, что у него все болит. Он лег на Чимина и пожаловался: - Мне тоже болит. Пожалей меня, папа. Чимин улыбнулся и, слегка покачивая волчонка, гладил его по голове. Юнги хмыкнул и пошел топить баню и таскать воду. Чонгук уже несколько раз нырял в холодный источник. Его мышцы болели так, словно он завалил медведя. Он совсем не злился, потому что маленький волчонок говорил дело - пожилые омеги не могли самостоятельно наполнить бочки. Вытаскивать тяжелые ведра было сложно. После двадцатого похода Чонгук уже ничего не чувствовал. - Ой, Чонгук! - завопил Тэян, прикрывая глаза. Альфа быстро прыгнул в воду, оставляя над поверхностью только голову. - Ты что тут делаешь? - возмутился он. - Так после стирки шел, - оправдывался омега, пытаясь при этом все же посмотреть на крепкое тело альфы. - Подай мои вещи и отвернись, - рыкнул Чонгук. Перепугавшись, Тэян быстро подобрал одежду и, отвернувшись, передал ее альфе. - И не подглядывай. - Хорошо. Чонгук быстро оделся, скривившись от неприятно влажной одежды, но все же это было лучше, чем оставаться голым. Тэян все еще закрывал глаза ладонями и ждал разрешения. - Все, - сказал Чонгук, присаживаясь рядом. - Все? - улыбнулся Тэян. - А ты чего нырял? Вода же холодная. - Спина болит и руки. Так немного легче. - У Юнги-хена есть хорошая настойка. Ее нужно втирать в тело. Мне нравится. - Да? Пойду к нему. Чонгук встал и уже собирался уходить, но заметил тяжелую корзину с мокрым бельем. - Помочь? Счастливый Тэян кивнул, и они направились в сторону поселка. Чонгук тащил корзину и проклинал себя за дурацкую жалость. Но мысль о том, что хрупкий омега вынужден носить такие тяжести, быстро его успокоила. Всю боль как рукой сняло от одного детского голоска: - Чонгук-и! - Сопля, - улыбнулся он. - У меня такое утром было, - устало выдохнул Тэхен. - Сначала папа заболел. Потом оказалось, что не заболел. У него важный период. - Тэхен-и! - позвал его Чимин. - В столовую. Волчонок махнул родителям и повернулся к Чонгуку и Тэяну. - Бросай корзинку и неси меня, - скорчив жалостливую моську, сказал Тэхен. Тэян грустно улыбнулся и потянул руки к корзине. Чонгук сначала поднял волчонка, а затем взял корзину. - Вау! Ты такой сильный, Чонгук-и! - восхищенно сказал Тэхен, сжимая мышцы на груди альфы. - Ну скала! В столовой главным предметом обсуждения был Чонгук и его помощь омегам. Столько хороших слов он за всю свою жизнь не слышал. Тэян еще добавил, что альфа принес его постиранное белье. Тэхен прибежал к нему с яблоком. - Будешь меня слушать - станешь хорошим альфой, - сказал волчонок, позволяя Чонгуку сделать первый укус, потому что у самого зубки были слабые. - Тогда меня заберет другая омега, - довольно произнес Чонгук, отдавая надкусанное яблоко. Тэхен посмотрел на него, потом на фрукт, а затем сказал: - Дурак ты. Развернувшись, он подбежал к Сокджину и ткнул пальцем в сторону Чонгука. Джин поднял взгляд и показал кулак. Чонгук закатил глаза и отмахнулся. Глубоко оскорбленный омега поднял ребенка на руки и, сузив глаза, хлопнул Намджуна по плечу, привлекая внимание своего мужа. Чонгук сразу же уткнулся в тарелку. Чимин по-прежнему завтракал со старейшинами, подавляя в себе желание пересесть к Юнги и волчонку. Суёль сидел за столом со своими приспешниками, что-то бурно обсуждая. Вожак насторожился - не хватало еще одного бунта. Сильный спазм скрутил низ живота, заставляя поморщиться. - Тебе плохо, Чимин? - спросил Чихён. - Цикл, - тихо ответил он. Альфа понимающе кивнул и посмотрел в сторону Юнги, который вытирал рот волчонку. - Он и правда хороший отец. - Да. А я глупый омега. Хотел отобрать у него Тэхена. - Ты действовал на эмоциях, - успокоил его Чихён, а затем добавил: - Вот только вожаку нужен холодный ум. Так что завязывай, Чимини. Цыкнув, омега кивнул. - Давай поскорее пойдем в зал совета? Я домой хочу. Мы хотим к нашему альфе. Юнги нес волчонка домой на шее, слушая возмущения по поводу одного глупого альфы. - Отец, - позвал его Тэхен, положив руку ему на лоб и запрокинув голову, чтобы посмотреть в глаза. - Этот глупый альфа мне не друг? Зачем нам другие омеги? Мягко убирая детскую ладошку со своего лба, Юнги улыбнулся. - Конфетка, он просто хотел, чтобы ты сказал, что будешь дружить только с ним. Альфы иногда так делают, когда не уверены в себе. - Ты его видел?! - возмутился Тэхен, едва не упав. Юнги успел схватить его за ноги и, слегка подавшись вперед, вернул волчонка на место. - Не балуйся, пожалуйста. Ты мог упасть. - Прости, - виновато сказал Тэхен. - Просто Чонгук большой и красивый. Почему он не уверен в себе? - Красота и сила не делают альфу уверенным. Это делает внутренний стержень. Тэхен задумался. Остаток дороги он напевал песенку, которую Джин пел, когда готовил. Чонгук догнал Юнги и поравнялся с ним. Тэхен обиженно надул губы и не разговаривал с альфой. - Хён, у меня болят спина и плечи, - пожаловался он, замечая беспокойный взгляд волчонка. - Тэян сказал, что у тебя есть настойка. Юнги остановился. - Повернись ко мне спиной, - попросил он. Чонгук выполнил просьбу. Юнги нажал на несколько точек на теле, вызвав у младшего альфы болезненный стон. - У тебя зажаты мышцы. Могу сделать массаж и растереть настойкой. Утром будешь как новый. - Отец, меня старый Чонгук устраивает, - с испугом сказал Тэхен. - Мне не нужен новый, еще привыкать к нему. Юнги засмеялся и поспешил успокоить ребенка. - Хорошо, оставлю тебе старого. Пойдем к нам домой, Чон. Чимин выслушивал предложения жителей, которые собрали старейшины. Юнги оказался прав - важно узнать у самих людей, что их беспокоит. Чихён тоже отметил несколько пожеланий и уже думал, как их можно реализовать. - В основном мы занимаемся обменом, но иногда он бывает неравноценным, — заметил один из старейшин. - Например? - спросил вожак. - Тетушка Мина дает молоко и продукты за то, что кто-то почистит у коров, накосит траву или принесет воды. - И что не так? - не понял претензии Чихён. - Физически тяжелый труд! Почему я должен выгребать из-под коров, если просто хочу молока, которое она надоила? Чимин поднял брови и с упреком посмотрел на старейшину. Он знал, насколько тяжело доить коров. Когда-то его самого отправляли помогать тетушке Мине. - Это тяжелая работа! - ударил по столу вожак. - Вы хоть раз это делали? Альфы опустили головы. - Я вам устрою! Чтобы завтра утром все стояли во дворе у тетушки Мины. Хоть один ослушается - накажу. Чимин встал из-за стола и вышел на улицу. У него горело все тело, низ живота тянуло, а эти идиоты еще и работы боятся. Заметив тетушку Боа, Чимин окликнул женщину. - Вожак, здравствуй. Я как раз иду в гости к Сонхи и Джину. Хочешь со мной? Все, чего сейчас хотел Чимин, оказаться рядом со своим альфой, но гости тоже были неплохой идеей. Чонгук стонал от боли под умелыми руками Юнги. Тот тщательно растирал спину, расслабляя зажатые мышцы. Тэхен принес настойку, которая, по его мнению, плохо пахла. Но главное, чтобы Чонгуку помогло и он остался старым. - Отец, долго еще? - спросил волчонок, переминаясь с ноги на ногу. - Осталась шея, конфетка. Чонгук зарычал от боли, пугая ребенка. Тот тут же спрятался за отцом. - Ты злой, - всхлипнул Тэхен. - Отец, верни моего Чонгука. Такое простое «моего Чонгука» растрогало сердце Чона, и он мужественно сдерживал себя, чтобы не пугать волчонка. Ему действительно становилось лучше. Юнги хорошенько разогрел мышцы, растер спину настойкой и укрыл альфу теплым одеялом. - Следи за ним, Тэхен-и. Я пойду заварю папе отвар, а ты отнесешь его. - Я буду следить, отец. Устроившись поудобнее на полу, волчонок наблюдал за сонным Чонгуком. После массажа его так разморило, что никакая боль больше не беспокоила. - Ты знаешь, кто я? - тихо спросил Тэхен. Чонгук поднял на него глаза, рассматривая исподлобья. - Сопля моя. - Значит, ты старый, - улыбнулся он. - Это хорошо. Новый Чонгук рычал на меня. - Ему было очень больно, - оправдывался Чон. - А сейчас? Тоже болит? - Нет, сейчас хорошо, - ответил он, засыпая. Тэхен погладил альфу по голове и поправил одеяло. - Тогда спи. Я буду следить за тобой. А потом ты понесешь меня к папе. Сперва волчонок действительно следил за состоянием Чонгука, но потом ему стало скучно. Очень быстро стало скучно. Он потыкал пальцем в альфу, проверяя реакцию, и, не дождавшись ее, забрался ему на спину. Приятная тяжесть только сильнее расслабляла Чонгука - он блаженно прикрыл глаза. Тэхен блуждал руками по чужому телу, словно что-то искал. То трогал плечи, то спину, то осторожно ощупывал грудь. - Ты что делаешь, сопля? - спросил Чонгук, открывая глаза. - Ищу, - деловито ответил волчонок. - Что ты ищешь? - Твой стрежень, - сказал он и как ни в чем не бывало продолжил свое дело. Чонгук резко поднялся и успел перехватить ребенка, чтобы тот не упал. - Какой еще стрежень? - нахмурился он. - Отец сказал, что у уверенного альфы есть стержень. Я хочу найти твой. С каждым словом Чонгук бледнел, искренне надеясь, что Юнги имел в виду совсем другое. - Я говорил о внутреннем стержне, конфетка. Юнги вошел в комнату с теплой отцовской улыбкой и сразу взял сына на руки. - Их не видно. Они глубоко в душе, - пояснил он, положив ладонь ребенку на грудь. - Вот здесь. - Не видно... - повторил Тэхен, дотрагиваясь до руки отца. - Ну ладно. Облегченно выдохнув, Чонгук упал обратно на кушетку, прикрывая глаза. Юнги поставил волчонка на пол, и тот тут же забрался к Чону на живот. - Тебе уже лучше? - спросил он. - Да. - Тогда вставай и пойдем к папе. Чимин поймал себя на мысли, что давно так не смеялся. Тетушки рассказали столько историй из своей бурной молодости, что он и подумать не мог, что эти уважаемые в поселке омеги были такими проказницами. Но больше всего его удивила их мудрость. Они знали о жизни каждого жителя - их проблемы, нужды и даже душевные переживания. В совете мало кто из альф интересовался своими соседями. - Чимин, вот ты как вожак нам скажи, - начала Боа. - Мы что, не можем организовать лавку для нуждающихся? - Да, Чимин, - поддержала ее Мина. - Не все омеги признаются, что им тяжело, и не все могут отблагодарить за помощь. - Точно, - присоединился Джин, делая глоток чая. - Я бы мог выставить свои гончарные изделия, которые получились не совсем идеально. - Да, сынок, мне так нравится мыска с клубничками, - сказала Лиюн. Сокджин покраснел и опустил взгляд. - Но она же не получилась. Там кривые ягоды и глазурь потрескалась. - Я могу забрать! - подняла руку Мина. - Ага, сейчас, - фыркнула Лиюн. - Мой сын - моя мыска. Чимин улыбнулся и всерьез задумался. Это очень хорошая идея. У него дома лежало много подарков от других вожаков, которыми он не пользовался. - Кто будет следить за порядком в этой лавке? - спросил Чимин, обращая на себя внимание омег. - Я могу, - предложил Тэян. - Но только после обеда. - Вообще идеально, - хлопнула в ладоши Сонхи. - Многие в первой половине дня заняты. Я могу приходить и помогать. - У нас не хватит вещей, - сказал Чимин. - А если сделать с возвратом? К примеру, у Джина есть детская кроватка, но она уже не нужна, потому что волчата выросли, - тут же уточнил он. - Так у Тори можно взять, - пожала плечами Мина и ахнула. - Я поняла! Так даже лучше. - Скажу плотникам сделать навес и прилавок. - Папа! - закричал Тэхен, махая руками и сидя на шее у Чонгука. Омеги переглянулись и улыбнулись. - Ты погляди. Уже на шею залез, - засмеялась Мина. - Тэхен-и, не мучай Чонгука. Они подошли ближе к столу, и Чонгук первым делом заметил вишневый пирог Джина. Тот закатил глаза и пошел за тарелкой и чашкой. - Присаживайся, Чонгук-и, - подвинулась на лавке Боа. Тэхен крепко держал бутылочку, которую дал отец, и, дважды ударив пяточками по плечам альфы, пальчиком показал в сторону Чимина. Чонгук закатил глаза и передал волчонка вожаку. - Отец сказал тебе выпить, - прошептал на ушко волчонок. Чимин поцеловал ребенка в щеку, налил себе в стакан отвар и передал Тэхену пирог. - Как твоя спина, Чонгук? - спросил Тэян, откусывая пряник. - Юнги-хён меня полечил, и я как... Он хотел сказать «как новый», но, заметив перепуганный взгляд волчонка, быстро исправился: - ...будто и не болела. Улыбнувшись, Тэхен отломил кусочек пирога и угостил альфу. За столом снова воцарилась дружеская атмосфера. Чонгук рассказывал про виды за пределами леса, куда альфы ходят на охоту в начале осени. Мина подкармливала волчонка творожком с ягодами. Сокджин слушал наставления по подготовке к рождению волчат, понимая, сколько всего нужно подготовить, и даже начал тревожиться. Их разговоры прервала кричащая Рина. - Тэхен-и, я нашла тебя! Девочка забежала в сад к Джину, где все сидели, и подошла к столу. Заинтересованный волчонок поерзал на руках Чимина. - Что там? - Твой отец и мой отец с другими альфами такое устроили у колодца. Вообще! Рина махала руками, показывая масштаб непонятно чего. Тэхен сполз с рук, прихватив с собой два кусочка пирога, и крикнул папе: - У меня дела!