Ветра перемен

Озеро было удивительно спокойным. Его поверхность отражала звезды, словно зеркало, собирающее весь свет небес. На берегу, среди камней и мягкого мха, лежала Нерия. Она спала, и сон ее казался таким мирным, что Зевран едва осмелился дышать, боясь нарушить эту хрупкую гармонию. Огонек любопытства завис над ее лицом, мерцая нежным голубым светом. — Вот она. Светлая. Яркая. Любопытная, — прошептал огонек. — Междумирье ждет вашего выбора, дракон. Зевран упал на колени рядом с Нерией, протянул руку, но она прошла сквозь ее щеку, как сквозь воздух. Боль пронзила его грудь острее, чем кинжал Флемет. Он не мог даже прикоснуться к ней. Он был здесь, но не совсем. Он был мертв, а она спала в междумирье, ожидая чего-то, что сама не понимала. — Зевран. Голос раздался позади, и Зевран развернулся. Перед ним стоял юноша, прекрасный, как мраморная статуя. Его кожа была белой, почти прозрачной, волосы серебристые, а глаза — бездонные, как само небо. Он был одновременно прекрасен и ужасен, и Зевран сразу понял, что перед ним стоит не человек и не дракон. — Ты... — начал Зевран. — Я междумирье. Я граница между жизнью и смертью, между тем, что было, и тем, что будет. Голос его был мелодичен и холоден одновременно, словно ветер, дующий с вершин ледяных гор. — Я хочу быть с ней, — ответил Зевран. — Я знаю. Драконы всегда готовы на все ради своих истинных пар. Это ваша природа, ваше проклятие и ваше спасение одновременно. — Междумирье подошло к Нерии, посмотрело на нее с чем-то похожим на жалость. — Она светлая. Она достойна вечности. Но она смертна, Зевран. Смертна, как все люди. Но ты можешь изменить это. Можешь сделать ее драконом, разделив с ней свою суть. — Тогда сделай это, — выпалил Зевран. — Дай ей мою магию, мою силу. Пусть она разделит со мной вечность. Междумирье улыбнулось, и эта улыбка была печальна. — Ты понимаешь, что просишь? Если она примет дар, она станет драконом. Она обретет твою силу, твою ярость, твоего зверя. Она должна будет справиться с ним, как справляешься ты. Если она не сможет — вы оба умрете. Окончательно. Без возврата. Без второго шанса. — Я верю в нее, — твердо ответил Зевран. — Вера — это не гарантия. Многие драконы не могут справиться со своим зверем. Они сходят с ума. Они становятся опасны. Они уничтожают все вокруг себя. Ты это знаешь лучше других. Зевран вспомнил Долину Смерти. Вспомнил крики. Вспомнил, как Ворон вырвался наружу, неподконтрольный и ужасный. Но он также вспомнил, как Нерия смотрела на него без страха. Как она верила, что он может быть лучше. Как она полюбила их обоих — и Зеврана, и Ворона. — Она сильнее, чем я, — сказал Зевран, — она сможет. — Может быть. — Междумирье протянул руку над спящей Нерией. — Но есть еще одно условие. Если она откажется от дара, если испугается, если решит, что не может этого вынести — вы оба умрете. Здесь и сейчас. Ни возврата в жизнь, ни надежды на воскрешение. Просто конец. Зевран глядел на Нерию, на ее мирное лицо, на то, как мягко она дышала. Он думал о том, что она пережила. О том, как Талиесин пронзил ее кинжалом. О том, как она умирала, зная, что это его вина. И все же, даже в смерти, она пришла сюда, в междумирье, ища его. — Я согласен, — сказал Зевран. — Ты не можешь согласиться за нее, — возразило междумирье. — Она должна выбрать сама. Когда она проснется, она поймет, что произошло. Она услышит мой голос, мое предложение. И она выберет. — А если она выберет смерть? — спросил Зевран. — Тогда вы оба уйдете в забвение. И это будет справедливо, потому что каждый имеет право на свой выбор. Междумирье коснулось лба Нерии, и она вздрогнула. Ее глаза дрожали под закрытыми веками, словно она видела сны. Зевран почувствовал, как что-то меняется в воздухе, как магия начинает течь, как судьба начинает переплетаться. — Просыпайся, Нерия Сурана, — прошептало междумирье. — Просыпайся и выбирай.

***

Нерия открыла глаза медленно, словно выныривая из глубокого водоема. Первое, что она увидела — звезды. Потом озеро. Потом Зеврана, стоящего рядом с ней, и прекрасного юношу, похожего на статую из белого мрамора. Она села, потирая глаза. Голова была тяжелой, словно наполненной ватой. Она помнила... что она помнила? Боль. Кровь. Падение. А потом — сон, в котором Зевран звал ее, звал так отчаянно, что она не могла не ответить. — Нерия, — сказал Зевран, и его голос дрожал. — Ты слышишь меня? — Я слышу, — ответила она. — Где я? Что произошло? Междумирье улыбнулось печальной улыбкой. — Ты умерла, Нерия Сурана. Убийца пронзил твое сердце. Но твой дракон не смог с этим смириться. Он пришел сюда, в мой мир, чтобы быть с тобой. Нерия посмотрела на Зеврана. Он был здесь, но не совсем. Она видела его, но чувствовала, что он находится в другом измерении, в другом слое реальности. — Я предлагаю тебе выбор, — продолжило междумирье. — Ты можешь остаться здесь, в забвении, в мире, где нет боли и страдания. Или ты можешь принять дар дракона, стать его истинной парой не только в жизни, но и в смерти, и разделить с ним вечность. Но если ты выберешь второе, ты должна будешь справиться со своим зверем. Если ты не сможешь — вы оба умрете. Окончательно. Нерия встала, подошла к Зеврану. Она протянула руку, и он попытался взять ее, но его пальцы прошли сквозь ее ладонь. — Я слышала все, — сказала она тихо. — Я слышала, как ты звал меня. Я слышала, как ты просил его о помощи. Я слышала, как ты согласился отдать мне часть своей магии, своей силы, своего дракона. — Нерия, — начал Зевран, — ты не должна... — Молчи, — перебила она его. — Я знаю, кто ты. Я знаю, что в тебе живет Ворон. Я знаю, что он опасен и яростен. Я знаю, что он может убить. Но я также знаю, что ты добрый. Что ты пытался быть лучше. Что ты изменился ради меня. Она повернулась к междумирью. — Я согласна, — сказала она четко. — Я согласна стать драконом. Я согласна разделить с ним вечность. И я не боюсь своего зверя, потому что я знаю, что смогу справиться с ним. Потому что я буду справляться не одна. Потому что у меня будет он. Междумирье кивнул. — Тогда да будет так. Магия взорвалась вокруг них, белая и золотая, холодная и горячая одновременно. Зевран почувствовал, как его сила течет из него, как его магия переплетается с Нерией, как она становится частью его, а он становится частью ее. Боль и блаженство смешались в одно целое.

***

Нерия открыла глаза в гробу. Увидела потолок привычной хижины. Ее окутал запах дома. Она выбралась из гроба и увидела Зеврана, лежащего рядом на полу. Он был неподвижен, его грудь не вздымалась от дыхания. — Нет, — прошептала она. — Нет, нет, нет! Она упала на колени рядом с ним, прижала его к себе. — Проснись, — умоляла она. — Пожалуйста, проснись! Зевран вдохнул. Его глаза открылись медленно, и первое, что он увидел — это Нерия, живая, дышащая, с золотыми искорками в глазах, которые появились и исчезли в мгновение ока. — Ты... — начал он. — Я здесь, — ответила она. — Я с тобой. Я буду с тобой всегда. Она наклонилась и поцеловала его, и этот поцелуй был горячим, страстным, полным жизни и магии. Зевран обхватил ее, прижимая к себе, боясь, что она снова исчезнет. Но она была здесь, реальная, теплая, живая. Когда они отделились, Нерия улыбнулась. — Я чувствую его, — сказала она. — Я чувствую своего дракона. И я слышу Ворона. Он не так страшен, как я думала. Он просто... одинок. Он просто хочет быть услышанным. — Как ты... — начал Зевран. — Потому что я слышу тебя, — ответила она. — Я слышу вас обоих. И я люблю вас обоих. Зевран поцеловал ее снова, и на этот раз поцелуй был нежным, благодарным, полным обещаний. Над ними пролетел ветер, теплый и ласковый, ветер перемен, ветер судьбы, ветер, который принес им друг друга и подарил им вечность.