Храм под кожей

Жизнь Феликса становится одним большим ожиданием ответа. Он все так же ходит на учебу, всеми силами стараясь не уснуть под нудный бубнеж преподавателей, натирает руки в крови, вымывая полы, да не разгибая спины стоит за конвейером, упаковывая разную пластиковую хрень.  И не выпускает телефон из поля зрения, веря, что он вот-вот зазвонит или запиликает, оповещая о новом сообщении.  Сложно справиться с мыслями, что такого решения проблемы мама бы не оценила явно, но делать это приходится. У него не было другого выхода. Не было же, верно? Мириться с предательством собственных принципов сложно, хоть убеждай себя в правильности действий, хоть не убеждай.  Стать едой для клыкастого урода не было его детской мечтой, это уж точно. Но и остаться на улице, без крыши над головой, не было ей тоже.  То самое долгожданное сообщение настигает Феликса в семь вечера, через несколько дней, когда он сидит в автобусе, направляясь ко второму месту работы.  Телефон в руке вибрирует и он поворачивает его экраном к себе с легкой надеждой, которая тут же себя оправдывает.  «Ли Енбок, ваша заявка принята. Просим вас явиться в донорский центр завтра в 12:00. С уважением, Vita Nova. Помните: ваша кровь — чья-то жизнь.» Сердце в груди замирает. Феликс тихо выдыхает, не веря собственным глазам. Неужели у него появился хоть небольшой шанс закрыть долг и не потерять дом? Неужели ему так повезло?  Он благополучно пропускает свою остановку, собираясь доехать до конечной, к району, в котором живет. Пишет сообщение о том, что на работе не появится. И со спокойной душой планирует проваляться в кровати впервые за столько времени.  Если ему суждено продать собственное тело, то пусть хоть это произойдет в моменте, когда не будет хотеться завалиться на любую ровную поверхность с целью поспать.  *** Феликс не то, чтобы нервничает, нет. Он на удивление спокоен. В этом, по крайней мере, парень пытается себя убедить, настойчиво игнорируя дрожащие коленки и заполошно бьющееся сердце.  Дорога от дома до центра проносится слишком быстро. Ли успевает лишь порассуждать на тему того, что скоро оплачивать учебу, которую он старательно пропускает последние дни, да о том, что уволится с обеих работ, как только узнает, сколько ему будут платить. Да, возможно подобное решение было слишком импульсивным. Но боли в спине после многочасовых смен становились лишь сильнее, а мысли от отсутствия нормального сна разбегались в разные стороны и наступали друг другу на хвост.  Автобус замедляется, заставляя вернуться в реальность из своих размышлений. Феликс тихо выдыхает, проталкиваясь сквозь толпу людей и, оплатив за проезд, выходит на улицу. Смотрит на высокое здание, которое сегодня выглядит еще более угрожающим, чем обычно и идет на встречу переменам. Знать бы еще, хорошим или плохим.  Тянет тяжелую дверь и шагает внутрь, чувствуя ползающий по спине холодок, и удивленно вскидывает брови, замечая, что в помещении снова пусто. Да, клиентоориентированностью эти люди явно не отличались. Феликс проходит к стойке и испуганно дергается, когда в ту же секунду за ней буквально из ниоткуда появляется уже знакомая девушка, широко улыбаясь. — Рады снова вас видеть, господин Ли! — щебечет сотрудница, принимаясь возиться с бумажками. — Вас можно поздравить? Не каждому нашему клиенту удается так быстро получить ответ на заявку. Да еще какой…  — Какой? — перебивает Феликс, хмурясь. Что-то ему не особо нравится восторг данной особы. — Очень выгодный, — хихикает она, откидывая короткие волосы в сторону, — вас выбрал заказчик, предложивший самую большую сумму. Вам будут платить 300 миллионов вон в месяц.  Феликс дергается, обеими руками вцепляясь в стойку. Он раскрыв от шока глаза смотрит на девушку, ожидая, что та вот-вот рассмеется и скажет, что шутит. Но этого не происходит. Работница центра лишь сверкает карими глазами, подозрительно отдающим красным и внимательно следит за его реакцией, слегка ухмыляясь краешком губ.  Парень же не может поверить в то, что сможет сразу закрыть долг за дом и оплатить учебу. Больше не придется загибаться на работе? Правда? Не надо голодать и лишать себя сна? Боже, почему это все похоже на сказку? Не может же все быть так хорошо. Не с ним и явно не в этой жизни. Не верил Феликс в подобную удачу, уж простите. Слишком долго барахтался в дерьме и знал, что спасательный круг в итоге может стать тем, что его и потопит с концами. Но проблема была в том, что даже учитывая все это, отступить он не мог. Денег достать больше негде, а дом терять было нельзя ни в коем случае.  Девушка, устав от его размышлений, коротко откашливается, заставляя обратить внимание на себя.  — В контракте есть некоторые нюансы, которые вам надо будет обсудить лично с заказчиком. Он уже ждет парой этажей выше. Если вы готовы, наш сотрудник вас проводит, — она вопросительно смотрит на него в ожидании ответа и Феликс, поджав губы, коротко отвечает: — Я готов.  — Прекрасно! — не скрывая радости хлопает в ладоши, а затем громко кого-то зовет, сосредоточенно всматриваясь в конец зала, — Субин!  Из-за угла выходит высокий парень, что быстрыми шагами приближается к ним, становясь в метре от Феликса, по спине которого ползут мурашки, когда он замечает еле прикрытые челкой алые глаза.  В этом чертовом месте есть хоть один человек?  — Проводи нашего гостя в кабинет к господину Бану, — тот, услышав указания, коротко кивает и разворачивается, направляясь к лифту. Ли торопливо следует за ним, получая в спину пожелание удачи, произнесенное счастливым женским голосом.  Господи, да чего она такая счастливая? Ощущение, будто Феликс одним своим появлением закрыл ей план на месяц, не меньше.  Субин нажимает на кнопку с цифрой пять и двери закрываются, будто бы отрезая его от привычной ранее жизни. Словно рубикон перейдет и нет пути назад. Они поднимаются в абсолютной тишине. Слышно лишь гудение лифта, да тихое дыхание самого Феликса, которого пробирает холод до самых костей. Если внизу еще можно было терпеть, то сейчас его чуть ли не колотит от низкой температуры. И легкая белая рубашка никак тепла не прибавляет.  Молчаливый парень проходит вперёд, не оборачиваясь и не проверяя, следует за ним Феликс или нет, и останавливается у темных дверей. Дважды стучит, даже не давая Ли времени сосредоточиться и морально подготовиться к странной встрече, и, когда с той стороны раздается короткое «проходите», разворачивается и молча уходит обратно.  Гостеприимность этого места удивляет с каждым разом все больше, конечно.  Понимая, что его ждут, Ли тихонько выдыхает, собираясь с силами и толкает дверь, проходят внутрь.  Уходит несколько мгновений, чтобы привыкнуть к почти полному отсутствию света, что удается с трудом после долгой прогулки в белоснежном коридоре, но стоит глазам разглядеть того, кто сидит в высоком кресле, Феликс натурально дергается, отступая назад.  Перед ним мужчина, с которым он пару дней назад столкнулся у входа в центр. Все то же красивое лицо с легкой долей хищной опасности, белоснежные волосы, наполовину собранные и взгляд карих глаз, отдающих красной дымкой, пускающий зловещие мурашки по спине.  — Здравствуйте, Ли Енбок. Рад вас наконец увидеть, — блондин заинтересованно оглядывает его, склонив голову к плечу и тихо хмыкает, указывая рукой на стул перед его столом, — присаживайтесь.  Феликс проходит вперёд на дрожащих ногах, грузно падает на указанное место и вцепляется пальцами в ткань собственных брюк, не собираясь больше поднимать взгляда. Проскальзывает мысль, что стать донором для такого красивого челове… вампира, не кажется чем-то зазорным, но он ее от себя отгоняет. Не хватало еще начать питать симпатию к тому, для кого собирался стать едой.  — Меня зовут Бан Чан, — представляется мужчина, но не получив никакой реакции от сжавшегося парня, продолжает свою речь,— Рюджин должна была упомянуть, что между донором и реципиентом заключается контракт. Программа «Храм под кожей» подразумевает под собой заключение его на полгода. Каждый месяц вам будет выплачиваться сумма в размере 300 миллионов вон. Так же, помимо этого мы берем на себя полную оплату всех ваших потребностей. Начиная одеждой, заканчивая средствами гигиены и продуктами питания. Оплатим учебу, если есть такая необходимость, любые расходы, ваши хотелки, что угодно, — бархатный голос мужчины подобен ангельской мелодии, что льется прямо в уши, а уж перечисляемые им детали способны заставить подписать любые бумаги без лишних возражений. И Феликс подписал бы, не будь сыном своей матери, которая всегда говорила о том, если настолько складно плетут — явно что-то не договаривают.  — Но? — перебивает Ли, пытаясь наконец подвести Бана к менее приятным деталям разговора. А такие явно были. Тот усмехается, наклоняясь чуть ближе к сжавшемуся парнишке, вдыхая в легкие его великолепный аромат, подобный райской амброзии. Проходится языком по удлинившимся клыкам, пытаясь унять ужасный зуд, да проглатывает слюну, что разом заполнила весь рот. Безумно сильно хотелось попробовать этого Енбока на вкус. И сейчас, когда он был так близко, Крис понимал, что не может его упустить. — Вы угадали. Есть «но». И даже целых два, — хмыкает он, коротко облизывая губу, — первое — вы должны жить в нашем доме. Вам выделят отдельную комнату, которую обставят всем необходимым, обеспечат машиной и личным водителем, но быть постоянно рядом необходимо.  Феликс тихо хмыкает, коротко кивая. Это все было понятно и из разговора с той девушкой, Рюджин, вроде? И он даже успел мысленно смириться с тем, что придется полгода жить с непонятным клыкастым существом. Тем более, когда есть плюсы в виде огромной суммы, начисляемой каждый месяц и очень даже симпатичной внешности этого самого существа. Удивляло, конечно, то, что Чан готов был платить ему так много. Неужели настолько богат, что готов отдавать по триста миллионов левому парню с улицы?  — И какое второе «но»? — тихо интересуется Ли, рассматривая потрепанную ткань брюк и представляя, как при первой же возможности выкинет их, чтобы купить новые. Теперь он мог себе это позволить.  — Второе — самое главное, — устало выдыхает Чан, предчувствуя негативную реакцию. — Проблема в том, что я не единственный ваш заказчик. Нас семеро.