Мир мрачного города

В позднюю ночь бар все больше погружался в тишину. Утихли шутки и разговоры, посетители только изредка перебрасывались ничего не значащими фразами, и Тенза все реже наполнял бокалы, поглядывая на Беллу. Наконец он, протерев очередной фужер и посмотрев на его игру его начищенного до хрустальной прозрачности стекла на свет, сказал: - Белла, а тебе не пора домой? Поздно уже. В лесу тебя могут изнасиловать. Белла бросила на него взгляд и продолжила пить, решив, что это такая шутка. - Да, Белла, он прав, - чуть помедлив, вставил Арлот, - уже и вправду поздно. - Ах, так это не шутка? - Белла сменила парней презрительным взглядом и, неторопливо вынув пистолет, выстрелила в бутылки. Выстрел оглушительно грохнул, осколки и брызги разлетелись по полкам и на пол. - Тенза, ещё одна такая шутка, и я выстрелю в шутника! - она посмотрела на ствол пистолета, над которым курился дымок, и сунула пистолет в карман плаща, - надеюсь, я выразилась доходчиво? Тенза и вправду испугался и побледнел, но заставил себя улыбнуться: - Понял, я все понял, не дурак. Но зачем в бутылки стрелять? - А вот чтобы. И налей мне ещё. - Шуток Белла не понимает, - поглядывая на девушку с опаской, проговорил Арлот. - Все же, быть может, и вправду пойдем домой? - мягко сказал Канаме, положив свою ладонь на руку принцессы. Канаме внимательно осматривал комнату Беллы, медленно проходя вдоль стен. Принцесса, словно позабыв о нем, опустилась в креслом перед шахматным столиком и, подперев голову рукой, погрузилась в анализ позиции. - Ты решила сыграть сама с собой в шахматы? - он остановился рядом. - В нашей семье шахматы - это нечто большее, чем игра. Это модель для изучения военного искусства, тактики и стратегии, - она кивнула на доску, - все хочу понять, где ошибаюсь, играя с папой. До сих не смогла выиграть у него ни одной партии. - Хм... - он остановился рядом и взглянул на доску. Позиция и вправду была сложной. Белла играла черными, но белые уже заняли центр и сковывали развитие противника. - Я знаю, что шахматы это сложная игра, но управление армией - это далеко не игра в деревянные фигурки, Белла, - мягко сказал он. - Это только твое мнение! - она ответила резковато, крутя черную пешку в пальцах. Стремительные шаги послышались в коридоре, и отец Беллы без стука вошел в комнату, окинув суровым взглядом дочь и молодого человека. - Так, стало быть, ты наконец здесь, да еще и привела гостя, - отрывисто бросил он, - и где же ты была? Вот сейчас Белла испугалась, но попыталась не показать этого ни отцу, ни новому другу. - Я была в гостях у друзей. Что в этом ужасного? Меня убили, растерзали? Нет! Я жива и в безопасности, как рыцарь доспехах! - Рыцарь надевает доспехи тогда, когда подвергается опасности, - устало парировал король, но тут же, словно спохватившись, повысил голос, - не смей говорить со мной таким тоном! Мать рыдала, переживая за тебя! Ты не знаешь оборотней, а лес за стенами замка кишит ими! Оборотень убивает человека с одного укуса, ты это понимаешь? Тем более вампира! О чем ты вообще думаешь?! - он будто накручивал сам себя, распаляясь все больше. - Ну и что, что весь день меня не было? - принцесса раздраженно взмахнула рукой, задев доску, и шахматы со стуком разлетелись по комнате, - ничего страшного не случилось! Я жива и здорова! И не все оборотни плохие. Это ты застрял на войне, папа, в этом все дело, именно в этом! Отпусти наконец эти сражения. А я уже совершеннолетняя, да, папа, представь себе! Мне уже восемнадцать вампирских лет! И я хочу жить своей жизнью! Белла топнула ногой, и выкатившийся из-под каблучка белый король отскочил в угол комнаты. - За твой проступок ты будешь наказана. Надеюсь, это образумит тебя! - бросил отец и вышел, хлопнув дверью. За все время скандала на Канаме он даже не взглянул. Дождавшись, когда шаги рассерженного короля затихли в коридоре, Канаме подошел к принцессе и привлек ее к себе. - Он прав, ты плохо поступила, коли ушла, не спросив разрешения, - мягко сказал он, - но теперь я с тобой, и прослежу, чтобы ты больше не сбегала, - и он поцеловал ее в губы. Поцелуй был долгим, но все же потом она спросила, бросив на него быстрый взгляд: - Проследишь, чтобы я не сбегала? Тоже станешь моим тюремщиком? Белла слегка улыбнулась: - Да, но тогда нам нужно поспешить. Незаметно пробраться в дом, это главное. А то будет, - она развела руки и сделала большие глаза, - будет просто "Уууххх!!!", если попадемся под горячую руку. Попрощавшись на всеми и обещав заходить, (при этом Белла пообещала больше не стрелять в бутылки, если, конечно, не снова не доведут), они вышли из бара и пошли по тропинке к замку. Сгущалась сиреневая темнота, наползали сумерки. И появившийся через пару миль замок высился впереди таинственной громадой. - Нет, не к воротам. Вот там, - она показала, - есть калитка и окно опочивальни принцессы, ну, то есть моей комнаты, - она хихикнула, - пойдем туда, только тихо. Они проникли в замок без приключений. Канаме двигался бесшумно, как кот. И, наконец, оказались в комнате принцессы... - Устаревший взгляд, не находишь? Мой отец утверждает, что все оборотни одним миром мазаны, но я обнаружила, - сама обнаружила, не с чужих слов! - что представители Тенза вовсе не такие. Нельзя жить в замкнутом мирке и судить об остальном, глядя сквозь решетку на окне или, хуже того, через крепостную бойницу. Это скучно, в конце концов! Вот ты, расскажи о себе? Канаме немного помолчал, собираясь с мыслями, а когда заговорил, его голос звучал грустно: - Я уже говорил, что покинул родительский дом, не выдержав жестокости. И мой совет, принцесса: не имейте дел с моим отцом, Сукуной! Не сдержавшись, Белла фыркнула: - Это имя или ты его так обзываешь? Прозвучало как: "Не имейте дел с моим отцом, Сукуной!" Настолько гадкий человек, что ли? Канаме не принял шутку. - Это имя. Он женоненавистник. Это свое чувство он распространял и на мою мать. Он совершает насилия, объявляя это любовью, а потом пытает и убивает жертв в своей лаборатории. У Беллы по коже пробежали мурашки. - Я это учту. Но тогда, раз это так, мне тем более придется столкнуться с ним. Убийства и насилия не должны остаться безнаказанными, а я все же принцесса, и не стану терпеть такое ни в моих, ни в окрестных землях. Лучше расскажи о себе, с этим Сукуной, или как он там, мне все ясно. - Расскажи лучше о себе. Чем увлекаешься? Как проводишь свободное время? Я все хочу знать! - Литература не привлекает меня, особенно романы. Я играю в шахматы и, как говорят, неплохо. А как ты думаешь, что такое любовь? - неожиданно спросил он, - твои родители, похоже, любят друг друга, чего о моих не скажешь. Белла задумалась. - Любовь это сложно. Что только за этим словом не скрывается... Мама рассказывала, что порхала как на крыльях, когда влюбилась, а вот от отца я такого не слышала, хотя, - она пожала плечами, - возможно мужчины более сдержанны, особенно в рассказах о своих чувствах. Но любовь может и сжигать, и разрушать. Это все есть в тех романах, которые ты так не любишь читать! - улыбнулась она. - И потом, - помолчав, добавила она, - есть книги, где просто описываются низменные чувства, похоть, страсть... Но родители не разрешали мне такое читать и, наверно, они правы. А к чему ты спросил? - Значит, любовь может быть обоюдной, - будто бы про себя, проговорил он. - Ну конечно может! В первую очередь она именно такой быть и может!