Любопытство Бестрянника

Патрульные без устали, лапа за лапой, неслись следом за невзрачным котом, чей запах был чужд любому племени. Огромные ветви деревьев застилали небо, склоняясь к земле, и между ними то и дело проскальзывали силуэты преследователей. Листва хлестала их по бокам, цеплялась за шерсть, но никто не смел замедлиться. — Быстрее! — заклокотал самый крупный из котов, перепрыгивая через корень, — если он доберётся до реки, мы его упустим! — добавил другой, с глазами, сверкающими в темноте, готовыми к схватке. Тень впереди лишь изредка озарялась бледным лунным светом, что просачивался сквозь густые кроны. Незнакомец тяжело дышал, его лапы впивались в влажную землю, а каждая трещина ветки под ногой отзывалась резким хрустом. Он то и дело оглядывался через плечо, и на миг становились видны его глаза, полные решимости и усталости одновременно. Патруль, словно назло, прибавлял шаг, сокращая расстояние, словно сама лесная тьма подталкивала их вперед. Вскоре деревья расступились, и кот выскочил на небольшую поляну, у которой был высокий обрыв, уходящий далеко вниз к шумной реке. Внизу вода серебрилась лунным светом, разбиваясь о камни, а темнота скрывала всю глубину и опасность. Незнакомец замер на краю поляны, оценивая окружение, и его дыхание, тяжёлое и ровное одновременно, сливалось с шелестом листьев. Воители настигли его и замерли в полукруге, обступив кота со всех сторон. Огромный воитель медленно приближался, плечи его напряжены, лапы готовы были сорваться вперёд, а глаза блестели от решимости довести дело до конца. — Всё кончено, — проревел он, но в голосе слышалась не только злость, но и лёгкая неуверенность, словно он ожидал, что кот что-то предпримет. Незнакомец поднял взгляд, его глаза встречались с каждым из воителей, не показывая ни страха, ни отчаяния, только спокойную уверенность. — Вам не скрыться, — хрипло сказал он, голос ровный и твёрдый, — рано или поздно всё вырвется наружу. Ветер шелестел в ветвях, и кот сделал шаг назад, приблизившись к краю обрыва. Он посмотрел на небо, где мерцали сотни звёзд, холодные и далекие, и на его лице мелькнула едва заметная тень сожаления. — Надеюсь, ты окажешься любопытнее остальных, — сказал он, глядя не на патруль, а куда-то в глубь леса, словно обращался к тем, кого ещё не было рядом. И тогда он шагнул. Силуэт кота сорвался с края обрыва и исчез в темноте, скрываясь среди теней и шумной реки, унося с собой тайну, которой суждено было пролежать под толщей лун ещё очень долго. Патруль остановился, переглядываясь между собой, и в их глазах читались одновременно страх, гнев и растерянность. Огромный воитель нервно прошёл лапой по земле, шлёпнул хвостом того, кто стоял рядом, и проревел: — Нечего глазеть на чужое несчастье, Гусовка, Клеверница и Подсвечник. Старый воитель Голозорь обвёл патруль длинным взглядом и тихо произнёс: — Уходим. Коты один за другим скрылись в густых зарослях, усыпанных мелкими ягодами, которые блестели в лунном свете, отражая все цвета леса. Поляна опустела, и лишь ветер продолжал гулять над обрывом, напоминая о том, что где-то внизу река уносит тайну, которую когда-нибудь потревожит чьё-то любопытство.