Ультиматум удовольствия

      Йеджи сидела на краю кровати, лениво перебирая пальцами короткие пряди волос спящей Рюджин. Глядя на то, как свободно девушка спала на смятых простынях, Хван невольно усмехнулась. Насколько же всё изменилось. В их первые месяцы вместе Рюджин в спальне напоминала наглухо закрытого, напуганного моллюска, который сжимался от любого лишнего шороха.              В те дни она жутко стеснялась своего тела, звуков, собственного дыхания. Стоило Йеджи коснуться её чуть более откровенно, Рюджин буквально замирала, едва дыша, и постоянно пыталась натянуть одеяло до самого подбородка или спрятать лицо в подушку, лишь бы на неё не смотрели.              Хван до сих пор отчетливо помнила их первую серьезную стычку на этой почве. Они лежали в темноте, и Рюджин, резко отвернувшись к стене, прерывисто вздохнула. Йеджи тогда мягко пододвинулась ближе, обняла её со спины и уткнулась носом в лопатку.              — Эй, Рюджин-а ты чего? Я сделала что-то не то?              — Да нет, всё нормально, — глухо бросила Рюджин в стену.              — Ну я же слышу, что нет. Повернись ко мне, пожалуйста.              Рюджин нехотя повернулась, кутаясь в одеяло по самые уши, и уставилась в потолок, активно моргая, чтобы сдержать слезы.              — Просто... меня бесит, что я деревянная, ясно? — выпалила она вдруг с какой-то злостью на саму себя. — Ты классная, ты всё делаешь идеально, а я просто лежу как бревно. Я не знаю, куда деть эти чертовы руки, мне кажется, что я выгляжу глупо, и я постоянно думаю о том, что разочаровываю тебя. У меня просто не получается расслабиться! Я всё время жду, что сделаю что-то не так.              Йеджи тогда не на шутку растерялась, но вовремя взяла себя в руки. Она аккуратно потянула край одеяла вниз, освобождая лицо своей девушки, и обхватила её ладонями за щеки, заставляя посмотреть на себя.              — Посмотри на меня, — нежно попросила Йеджи. — Какое еще бревно, ты с ума сошла? Рю, мы не на экзамене. Мне не нужна от тебя порно-актёрская игра. Мне в кайф просто трогать тебя, слышать, как ты дышишь.              — Да я вообще почти не дышу, потому что боюсь издать дурацкий звук, — шмыгнула носом Рюджин.              — А ты издавай. Хочешь кричи, хочешь матерись, мне плевать. Смотри мы никуда не спешим. Если тебе страшно или некомфортно, просто хватай меня за руку и сжимай. Договорились?              — Договорились, — тихо буркнула Шин.              Йеджи шаг за шагом, с поистине ангельским терпением приучала её к мысли, что секс – это безопасно и весело. Они могли часами просто лежать, и Хван исследовала пальцами её кожу, постоянно комментируя, как сильно ей нравится то или иное прикосновение. Она целенаправленно запрещала выключать свет, заставляя Рюджин привыкать к собственному телу.              — Смотри на меня, — шептала Йеджи в самые губы в один из таких вечеров, переплетая их пальцы и прижимая её руки к матрасу. — Видишь, как меня заводит от одного твоего взгляда? Расслабься.              И Рюджин расслабилась. Эта мягкая, но настойчивая терапия дала такие плоды, о которых Йеджи даже не догадывалась. Переломный момент случился где-то через полгода, когда девушка впервые сама толкнула Хван на кровать прямо посреди дня, перешагнув через все свои былые страхи.              — Ты чего уставилась? — спросила тогда Рюджин с непривычным вызовом в голосе, зависая над Йеджи и расстегивая пуговицы на её рубашке. — Сама же говорила бери, что хочешь. Вот я и беру.              В тот день Йеджи поняла, что её скромная девочка окончательно исчезла. На смену ей пришла безумно горячая и ненасытная Рюджин, которой теперь всегда было мало. Она раскрепостилась настолько, что её сексуальный аппетит порой пугал саму Йеджи, девушка буквально превратилась в маленькую нимфоманку, готовую к экспериментам в любую секунду.              Йеджи моргнула, возвращаясь из воспоминаний в реальность. Рюджин на постели заворочалась, лениво потянулась, словно кошка, и приоткрыла один глаз. Заметив пристальный взгляд, она лукаво прищурилась, резко схватила её за запястье и дернула на себя, увлекая в теплое кольцо своих рук под одеяло.              — Чего не спишь, Хван? — прохрипела Рюджин со сна, утыкаясь носом в шею и уже по-хозяйски закидывая ногу на её бедра. — Замышляешь что-то?              — Да так, вспомнила кое-что, — тихо ответила Йеджи, утыкаясь лбом в её плечо.              Йеджи попыталась закрыть глаза, надеясь снова уснуть, но не тут-то было. Под одеялом началось подозрительное шевеление. Ловкие пальцы скользнули под ткань майки, поднялись выше и сжали сосок. Девушка резко выдохнула, а по телу пробежала волна крупной дрожи.              «Чертовка», — пронеслось в голове у Йеджи.              Сон как рукой сняло. Решив перехватить инициативу, старшая резко перевернулась и нависла над Рюджин, упираясь ладонями в матрас по обе стороны от её головы. Она попыталась придать своему лицу строгий вид, но девушка, ожидавшая именно такой реакции, лишь победно и лукаво улыбнулась.              — И что мы делаем? — с притворным возмущением спросила Йеджи, тяжело дыша ей в губы. — Я вообще-то спать собиралась.              — М-м-м, правда? — протянула Рюджин, даже не думая убирать руку.              Её ладонь под майкой двинулась медленнее, но пальцы сжали сосок чуть крепче, заставляя Йеджи шумно втянуть сквозь зубы воздух. Рюджин за затылок потянула её вниз, заставляя наклониться почти вплотную. Хван уже приоткрыла губы, готовая впиться в неё поцелуем, но девушка в последний момент резко повернула голову. Вместо губ было поцеловано лишь воздух у щеки.              Рюджин тихо хмыкнула прямо ей в ухо. Она едва заметно коснулась кончиком языка мочки уха, а затем резко, ощутимо прикусила её зубами. Та вздрогнула, по телу пробежала волна мурашек, и она попыталась надавить всем телом на эту чертовку, чтобы усмирить её, но та ловко вывернулась.              Спустившись ниже, Рюджин начала прокладывать дорожку из едва ощутимых поцелуев вдоль челюсти, направляясь к шее. Наконец, она нашла пульсирующую жилку и прижалась к ней губами, засасывая кожу, но ровно до того момента, пока Йеджи не выгнула спину от удовольствия. Как только девушка тихо застонала, Рюджин тут же отстранилась, обрывая ласку на самом интересном месте.              — Рюджин, прекрати издеваться, — прошептала Йеджи, чувствуя, как внутри всё начинает плавиться от этой невыносимой игры.              — А я так не думаю.              Свободной рукой Рюджин скользнула под резинку шортиков. Её прохладные пальцы коснулись разгоряченной кожи бедра, медленно поднимаясь выше, к самому паху. Йеджи затаила дыхание, ожидая долгожданного прикосновения, но та снова затормозила. Её подушечки пальцев просто едва ощутимо очерчивали контуры белья, то приближаясь к центру, то снова уходя в сторону, дразня и доводя до белого каления.              Чтобы закрепить свой триумф, Шин внезапно подалась бёдрами вверх. Она намеренно, с нажимом втёрлась в Йеджи через ткань одежды, заставляя их лобки соприкоснуться. От этого трения девушка судорожно выдохнула, а Рюджин, довольная произведенным эффектом, закинула руки ей за шею и шепнула прямо в губы:              — А ты заставь меня остановиться, Хван. Если сможешь, конечно.              Слова этой чертовки стали последней каплей. Йеджи сузила глаза, хватит с неё этих игр. Одним резким движением Хван перехватила оба запястья Рюджин. Она рванула её руки вверх и с глухим стуком впечатала их в матрас над головой девушки, лишая той самой свободы движений. Рюджин даже ахнуть не успела, как её ловкие пальцы, только что гулявшие под чужими шортами, оказались заблокированы.              Йеджи навалилась на неё всем телом, полностью перекрывая любую возможность вырваться или сменить позу. Она зафиксировала её бёдра своими, намертво прижав бунтарку к кровати.              — Думала, я буду терпеть это? — вкрадчиво спросила Йеджи. — Ты сама напросилась, Рюджин-а.              Йеджи не стала размениваться на нежные поцелуи. Она наклонилась и по-хозяйски впилась в губы. Это был властный поцелуй, она подминала под себя чужие губы, диктуя свой собственный ритм. Рюджин попыталась ответить, податься навстречу, но Йеджи лишь сильнее сжала её запястья, безмолвно приказывая подчиниться. И Рюджин подчинилась, её тело обмякло, послушно принимая каждое движение старшей.              Когда Хван наконец отстранилась, оставив губы девушки припухшими и влажными, она спустилась к шее. Йеджи прошлась зубами по нежной коже, слегка прикусывая её на грани боли и удовольствия, а затем с силой поцеловала то самое место, заставляя шумно выдохнуть и выгнуть навстречу грудь.              — Йеджи... — слабо позвала Рюджин.              — Молчи, — приказала та, переходя от шеи к ключицам.              Свободной рукой она резко, потянула домашнюю майку Рюджин вверх, обнажая тело. Теперь девушка была полностью в её власти. Потребовалось немало времени, чтобы сделать Рюджин такой, но сейчас, видя её абсолютную покорность, Йеджи чувствовала себя на вершине мира. Она отпустила запястья, оставляя на бледной коже едва заметные розоватые отпечатки. Её ладонь скользнула вниз, очерчивая изгиб талии, и легла на край пижамных шортов, собираясь стянуть их одним движением.              Но стоило ткани едва сдвинуться с бёдер, как Рюджин судорожно вздохнула. В её глазах промелькнула почти умоляющая просьба. Она потянулась руками к лицу Йеджи, мягко очерчивая ладонями её скулы, и хрипло прошептала:              — Пожалуйста, Йеджи... Достань ту, фиолетовую. Ну, вакуумную... Я хочу её. Прямо сейчас, с твоих рук.              Йеджи на секунду замерла. Сердце внутри пропустило удар, от какого-то странного, неприятного укола где-то под рёбрами. Фиолетовая игрушка. Это был небольшой, эргономичный девайс из нежного медицинского силикона с мягким раструбом на конце, который работал по принципу бесконтактной вакуумно-волновой стимуляции клитора. Чтобы пользоваться им, нужно было плотно прижать этот раструб к самой чувствительной точке, и маленькие невидимые волны воздуха начинали имитировать невероятно интенсивные оральные ласки, плавно наращивая мощность. Рюджин знала, что с этой штукой она взлетит за считанные минуты.              Йеджи сглотнула вставший в горле ком, но послушно потянулась к выдвижному ящику прикроватной тумбочки. Пальцы нащупали прохладный силикон. В голове промелькнула непрошеная, липкая мысль:              «Опять. Снова она просит её. Ей мало меня»              Йеджи вдруг остро осознала, что за последние пару месяцев ни один их горячий вечер или утро не обходились без этого девайса. Рюджин буквально каждый раз умоляла включить его, едва дело доходило до финала. Но, подавив это внезапное сомнение ради удовольствия любимой, Йеджи вернулась в прежнюю позицию. Она аккуратно стянула шорты и бельё, разводя колени в стороны. Рюджин уже вся дрожала от нетерпения.              Йеджи зажала пальцем маленькую кнопку, и девайс тихо зажужжал, загораясь мягким светодиодом. Настроив среднюю мощность, аккуратно приблизила раструб к разгоряченному бугорку. Как только силикон плотно коснулся кожи, создавая вакуум, Рюджин выгнулась в дугу. Её пальцы мертвой хваткой вцепились в простыни, а из груди вырвался громкий, протяжный стон.              Йеджи медленно, круговыми движениями водила игрушкой, слегка усиливая нажатие. Рюджин буквально теряла связь с реальностью на глазах. Её бедра судорожно подрагивали, голова запрокинулась назад, а с припухших губ слетали бессвязные всхлипы. Смотря сверху вниз на эту невероятную картину, Йеджи должна была чувствовать триумф, ведь это она управляла игрушкой, это она держала её в руках. Но вместо этого дыра сомнений внутри неё стала шире. Её девушка кончает не от её пальцев, не от её языка, а от идеальных, просчитанных инженерами вибраций. И осознание того, что Рюджин теперь просто не может финишировать по-другому, обожгло изнутри ледяным холодом.              Игрушка жужжала всё громче, плавно переходя на максимальный режим пульсации, и Рюджин уже не могла сдерживаться. Её дыхание превратилось в рваные, частые всхлипы, а пальцы с силой сминали простыни. Рюджин громко, протяжно застонала, выгибая спину так сильно, что её лопатки едва касались матраса, и замерла в наивысшей точке оргазма. Её бёдра мелко, судорожно дрожали несколько секунд, прежде чем она тяжело рухнула обратно на подушки часто дыша.              Йеджи тут же выключила девайс. Липкое чувство неполноценности снова царапнуло изнутри, но она прикусила губу, сделала глубокий вдох и привычно спрятала свои сомнения поглубже. Она отложила игрушку на тумбочку и придвинулась ближе к девушке. Рюджин, едва придя в себя, сразу же потянулась к любимой. Она обняла её за шею, увлекая к себе, и начала осыпать её лицо нежными, благодарными поцелуями.              — Боже, Йеджи, это было просто невероятно. Ты у меня лучшая, ты же знаешь?              — Знаю, глупая, — тихо рассмеялась Йеджи, утыкаясь носом в её плечо и нежно поглаживая по спине. — Ладно, соня, вставай. Тебе сегодня во сколько на работу?              Рюджин тяжело вздохнула и неохотно приоткрыла глаза, уставившись в потолок.              — О-о-о, точно. Напомни мне, почему я выбрала профессию графического дизайнера? Ах да, потому что люблю искусство. Но сегодня я это искусство проклинаю. Мы закрываем этот огромный проект по ребрендингу, так что я сегодня вернусь очень поздно. Придется торчать в студии до победного, утверждать макеты упаковки. А у тебя какие планы? Ты сегодня выходная?              — Да, — Йеджи легла на бок, подперев голову рукой. — В офисе отца сейчас делать нечего. Точнее, работы полно, но папа снова крупно поссорился с мамой. Он теперь буквально пропадает на работе круглыми сутками, никого к себе не подпускает и рвёт на всех злость. Так что у меня сегодня вынужденный выходной.              — Везет же, — протянула Рюджин, лениво сползая с кровати. Она подошла к шкафу, накинула халат и, облокотившись о дверцу, лукаво посмотрела на Йеджи. — Слушай, раз уж ты будешь дома одна... Я тут вчера на одном сайте зависла. Хочу заказать нам новую штучку.              При этих словах сердце Йеджи пропустило удар. Настроение, и без того шаткое, моментально рухнуло камнем вниз.              — Новую? — как можно спокойнее постаралась спросить Йеджи.              — Да! — глаза Рюджин загорелись искренним азартом. — Короче, это парный смарт-вибратор. Он выглядит как гибкая U-образная петля из силикона. Один конец вводится внутрь меня, а второй плотно прижимается снаружи к клитору. И фишка в том, что с ним можно заниматься сексом прямо вместе. Ты будешь внутри, и он будет стимулировать нас обеих одновременно за счет микровибраций. Там еще есть приложение для телефона, можно настраивать разные сумасшедшие ритмы. Ну круто же? Представляешь, как мы его опробуем в выходные?              Рюджин продолжала что-то увлеченно говорить, натягивая джинсы, но та её уже почти не слышала. Внутри неё окончательно погас последний теплый огонек этого утра. Ей казалось, что эта новая игрушка очередной шаг к тому, что в их постели для самой Йеджи, просто не останется места.              Шин бросила короткий взгляд на настенные часы и округлила глаза.              — Чёрт, я опаздываю. Лиа меня живьем закопает, если я опоздаю на летучку по этой дурацкой упаковке. — в панике сказала она.              Она заметалась по комнате, на ходу натягивая любимый оверсайз-худи и одновременно пытаясь застегнуть ремешок на часах. Йеджи только успела подняться с постели, намереваясь сварить им кофе и приготовить быстрый завтрак, как Рюджин уже стояла в дверях, обувая кроссовки. О завтраке, естественно, не могло быть и речи.              — Даже кофе не попьешь? — спросила Йеджи, кутаясь в халат.              — Нет-нет, вообще не успеваю, перехвачу что-нибудь по дороге в студию. — Рюджин подскочила к ней, чмокнула в губы, оставив на них едва уловимый вкус утренней помады, и схватила сумку с ноутбуком. — Всё, целую. Посмотри обязательно ту штуку на сайте, я тебе ссылку скинула. В выходные устроим тест-драйв!              Входная дверь громко хлопнула, и в квартире воцарилась тишина. Хван постояла у двери еще пару минут, а затем медленно побрела обратно в спальню. На тумбочке лежала та самая фиолетовая игрушка. Йеджи подошла к зеркалу и опустила взгляд на свои ладони. Она медленно подняла руки, рассматривая свои пальцы – длинные, с аккуратным маникюром, гибкие. Пальцы, которыми она когда-то так гордилась, потому что именно они впервые заставили Рюджин до дрожи в коленях выгибаться на этих самых простынях.              Она смотрела на свои руки и думала о своих навыках с горькой усмешкой. Какими бы чуткими ни были её пальцы, какими бы горячими ни были губы, они были человеческими и уставали. Они не могли выдавать три тысячи микровибраций в минуту. Они не настраивались через приложение в смартфоне и не имели идеальных, просчитанных инженерами режимов пульсации.       В голове, словно назойливая муха, засела одна и та же пугающая, выжигающая внутренности мысль:              «Рюджин больше не хочет меня так, как раньше. Ей нужны только эти чертовы игрушки, а я... я для неё теперь просто посредник.»              Йеджи опустилась на пол прямо у кровати, обняв колени руками. Ей нужно было срочно с кем-то поговорить, иначе эти мысли просто разорвали бы её изнутри. Она нащупала телефон и отыскала в контактах Черён. Ей нужно было услышать трезвый голос подруги, но в трубке раздались лишь долгие гудки, сменившиеся сухим голосом автоответчика.              Поняв, что осталась один на один со своими мыслями, Хван заставила себя подняться с пола. Она побрела на кухню, на автомате засыпала зерна в кофемашину и нажала на кнопку, Йеджи снова взяла в руки телефон. Экран мигал уведомлением от Рюджин, та прислала обещанную ссылку.              Девушка взяла чашку, вернулась в гостиную и села на диван. Сделав глоток обжигающего кофе, она всё-таки кликнула по ссылке. Браузер открыл страницу секс-шопа. Розово-фиолетовый интерфейс, стильные фотографии и тот самый парный смарт-вибратор в виде U-образной петли. Просто ради интереса, ведомая каким-то мазохистским любопытством, Йеджи пролистала страницу вниз, к разделу с отзывами.              «Это лучшее, что случалось с нашей парой! Раньше мужу приходилось долго стараться, а теперь мы кончаем одновременно за пару минут. Девайс просто творит чудеса, руками так никогда не сделаешь», — гласил первый комментарий.              «Купила по рекомендации подруги и не пожалела. Нереальные микровибрации, оргазмы стали в три раза мощнее. Обычный секс после этого кажется пресным», — писал другой анонимный пользователь.              Она сидела, бездумно листая экран, вчитываясь в технические характеристики, и новые восторженные комментарии. Часы летели незаметно, а Йеджи всё сидела в полутемной комнате, ментально заживо закапывая себя в эту яму неполноценности. Ближе к вечеру экран смартфона снова ожил. Высветилось сообщение от Рюджин:              «Хван-а-а-а, я так соскучилась. Тут завал, но я думаю о тебе. Ты посмотрела ту штучку? Добавила в корзину? Люблю тебя.»              Обычно от таких сообщений Йеджи расплывалась в улыбке и тут же строчила в ответ кучу милых смайликов. Но сейчас внутри неё была только смешанная со злостью и обидой. Каждое ласковое слово Рюджин теперь казалось фальшивым, ведь сразу после него шла речь о той штучке.              Йеджи заблокировала экран. Глубоко внутри она понимала, что поступает глупо и жестоко, что Рюджин ни в чем не виновата и просто делится своими желаниями. Она знала, что так нельзя, что нужно поговорить, но по-другому сейчас просто не могла. Очередной резкий звук заставил её вздрогнуть, телефон снова завибрировал. Девушка раздраженно выдохнула и уже потянулась, чтобы перевернуть его экраном вниз и проигнорировать, как в предыдущие разы, но краем глаза заметила имя на дисплее.              Это была Черён.              Хван буквально едва не выронив мобильный из рук, и быстро смахнула зеленую трубку.              — Черён, пожалуйста... — голос сорвался на хрип, в нём отчетливо слышались подступающие слезы. — Приезжай ко мне. Если ты не приедешь прямо сейчас, я просто сойду с ума в этой квартире.              Подруга, уловив панику в голосе, не стала задавать лишних вопросов. Она коротко бросила:              — Буду через двадцать минут, — и отключилась.              И действительно, меньше, чем через полчаса в дверь позвонили. Черён заскочила в квартиру, даже толком не успев снять куртку, и сразу пошла за Йеджи на кухню. Хван на автомате заварила кофе. Она резко повернулась к подруге, и её наконец прорвало.              — Ты понимаешь, Черён, я чувствую себя абсолютно бесполезной. — выпалила Йеджи. — Просто полным ничтожеством в собственной постели. Я... я сама, своими собственными руками сделала из неё эту ненасытную нимфоманку. Я тратила месяцы, чтобы она перестала стесняться, чтобы она раскрепостилась, чтобы она, чёрт возьми, начала получать удовольствие. И чего я добилась?              Йеджи резко отодвинула стул и со стуком села на него, тут же снова вскакивая от переизбытка эмоций. Она мерила кухню шагами, нервно перебирая пальцами.              — Теперь я просто не справляюсь с её аппетитами без этих девайсов. Она кончает только с ними, Черён! Понимаешь? Только с этими пластиковыми моторами. Сегодня утром она умоляла меня достать эту чертову вакуумную фиолетовую дрянь, а перед уходом на работу заявила, что хочет заказать еще одну. То есть моих пальцев ей уже мало? Моего языка мало?! Я чувствую себя каким-то бесплатным приложением к секс-шопу.              Йеджи закрыла лицо ладонями, тяжело и прерывисто дыша. Её плечи мелко подрагивали от возмущения и бессилия. Когда она наконец замолчала, опустившись на стул, Черён мягко протянула руку через стол и накрыла её ладонь своей, слегка сжав.              — Йеджи-я, послушай меня внимательно, — начала Черён, заглядывая ей в глаза. — Твои слова сейчас, это просто огромная, глупая гора загонов, которую ты сама себе построила. Прекрати это. Ты сейчас говоришь так, будто Рюджин любит не тебя, а вещи. Но это же бред.              — Но она без них не кончает... — глухо пробормотала Йеджи, уставившись в стол.              — И что с того? — возразила Черён. — Организм у всех работает по-разному, и то, что ей нравится сильная стимуляция, не значит, что ты ей безразлична. Рюджин до безумия любит тебя. Разве игрушка может поцеловать её перед сном? Шин хочет делить эти девайсы с тобой, потому что доверяет тебе на все сто процентов.              Йеджи резко выдернула свою руку из-под ладони подруги.              — Да при чём тут доверяет, Черён. — почти прикрикнула она. — Ты думаешь, я преувеличиваю? Да я сегодня весь день на этом чёртовом сайте сидела и изучала, с чем именно я соревнуюсь.              Йеджи начала загибать пальцы один за другим:              — Началось всё с обычного классического вибратора из медицинского силикона, помнишь? Ладно, это я ещё могла понять, просто ровная, мощная вибрация, три режима. Потом ей стало мало. Появился кролик с двойными моторчиками, один внутри, второй снаружи с этими мягкими ушками для клитора. Там уже было десять режимов эскалации, понимаешь? Десять!              Черён попыталась что-то сказать, приоткрыв рот, но та даже не думала останавливаться. Её возмущение достигло пика.              — А дальше? Дальше мы купили ту самую фиолетовую бесконтактную игрушку с вакуумно-волновой стимуляцией. Там вообще нет вибрации. Она работает за счёт изменения давления воздуха. Маленький раструб создаёт вакуум вокруг клитора и буквально всасывает его, имитируя непрерывный оральный секс на запредельной скорости. Рюджин от этой штуки улетает за две минуты. За две! Мой язык после такого темпа просто отвалится через тридцать секунд. И теперь она хочет заказать эту дурацкую парную U-образную петлю. Там мало того, что встроенный микромотор, который вибрирует внутри неё во время фрикций, так он ещё синхронизируется со смартфоном по Bluetooth. То есть понимаешь, да? Телефон управляет её оргазмом, а Хван Йеджи просто лежит рядом для мебели.              Йеджи тяжело задышала, обессиленно откинувшись на спинку стула. На глазах снова закипели слезы бессилия.              — Она заложница этих частот, Черён. Её тело привыкло к такой сильной стимуляции, что обычные человеческие прикосновения для неё теперь как лёгкий ветерок. Ей приятно, да, но финишировать без мотора она больше не может. Я смотрю на этот фиолетовый девайс на тумбочке и чувствую, что проиграла войну технологиям.              Черён молча смотрела на подругу, слегка ошарашенная такой детальной лекцией.              — Ну, технические характеристики ты выучила на «отлично», а теперь слушай меня. — Черён тяжело вздохнула, поставила свою чашку на стол с громким стуком и подалась вперёд, скрестив руки на груди. — Так, Хван Йеджи, а ну-ка хорош нести чушь и завали своё хлебало на минуту. Какие, к чёрту, технологии? Какая война роботов? Ты вообще себя слышишь со стороны? Ты сейчас звучишь как обиженный ребёнок, у которого отобрали любимую игрушку, хотя на самом деле ты сама её и отдала.              Йеджи открыла было рот, чтобы возмутиться, но Черён выставила ладонь вперёд, затыкая её.              — Нет, теперь ты будешь молчать и слушать, пока я вправляю твои завернувшиеся не в ту сторону мозги. — Черён продолжила. — Да если бы Рюджин были нужны только эти пластиковые жужжалки, она бы давно выставила тебя за дверь, купила бы себе чемодан девайсов и жила бы в обнимку с батарейками. Но она почему-то спит с тобой. Она почему-то ждёт тебя с работы. Ты сама, Хван, лично вытащила её из той раковины, где она годами пряталась от своего тела. Ты научила её кайфовать. А теперь, когда она расправила крылья и хочет попробовать вообще всё в этой жизни, ты включила заднюю и ревнуешь её к куску силикона? Тебе не стыдно?              Йеджи замерла, пристыженно опустив взгляд на свои колени. Слова Черён дали хорошую пощёчину, но они, чёрт возьми, были чистой правдой.              Девушки настолько увлеклись своей перепалкой, что совершенно потеряли счёт времени. На часах давно перевалило за полночь. Находясь в самом дальнем конце квартиры они абсолютно не услышали, как в прихожей щелкнул замок. Рюджин вернулась со своей студии уставшая, с гудящей от бесконечных графических макетов головой, мечтая только упасть в объятия Йеджи. Но, разувшись в темноте, она сразу заметила полоску света, падающую из кухни, и услышал голоса. Шаг за шагом, стараясь не шуметь, она собиралась выскочить и напугать девчонок, но первые же долетевшие до неё фразы заставили её буквально прирасти к полу. Она услышала голос Черён, их общей близкой подруги, которая знала об их отношениях вообще всё и даже больше.              — Черён, мне просто страшно... — донёсся до ушей Рюджин голос Йеджи. — Страшно, что без этих вибраторов я для неё никто. Я смотрю, как она кончает от этой фиолетовой штуки, и понимаю, что сама я так не умею. Я боюсь, что, если я уберу технику, она посмотрит на меня с разочарованием. Я чувствую себя бесполезной...              Рюджин стояла в коридоре, вжавшись спиной в холодную стену, и её сердце рухнуло куда-то вниз, разбиваясь на мелкие осколки. Каждое слово Йеджи отзывалось в ней физической болью. Она-то думала, что у них всё идеально, что они вместе исследуют новые грани удовольствия, а оказалось... оказалось, что своей ненасытностью и глупыми разговорами о новых покупках она медленно и жестоко уничтожала уверенность своей любимой девушки.              Рюджин поняла, что больше не может стоять в коридоре и слушать, как ломается её любимая. Ей нужно было срочно прервать этот разговор, пока Йеджи окончательно не закопала себя в слезах. Шин сделала глубокий вдох, намеренно громко шаркнула по паркету, нацепила на лицо самую беззаботную улыбку, на какую только была способна, и шагнула на кухню.              — Ого! А у нас тут что, полуночный клуб анонимных чаевников? — громко, с наигранной весёлостью спросила Рюджин, проходя к столу и бросая ключи на тумбочку. — Девчонки, вы на часы вообще смотрели? Черён, привет. Тебя Лиа дома ещё с собаками не ищет?              Йеджи вздрогнула, судорожно смахнула слезы со щёк и резко отвернулась к окну, хватаясь за остывшую чашку. Черён сориентировалась мгновенно, подхватив весёлый тон Шин.              — О, Рюджин-а! Ну наконец-то, — Черён шумно поднялась со стула, потягиваясь. — Да мы тут заболтались, капец, время вообще вылетело из головы. Я как раз обуваюсь. Йеджи-я, чай был супер, спасибо.              — Я провожу, — быстро бросила Рюджин, увлекая подругу в прихожую.              Едва они вышли в полутёмный коридор, подальше от кухни, Шин резко изменилась в лице. Весёлость моментально испарилась. Она аккуратно, но крепко перехватила Черён за локоть, заглядывая ей в глаза, и едва слышно прошептала:              — Вытащи её завтра куда-нибудь из дома. С самого утра и на весь день, умоляю. Придумай выставку, шопинг, спа, мне плевать. Мне нужно остаться здесь одной.              Черён, которая знала этих двоих слишком хорошо, понимающе округлила глаза, а затем серьёзно кивнула. Она накрыла ладонь Рюджин своей:              — Поняла. Заберу её в галерею, а потом на обед. Рюджин... вы разберитесь со всем, ладно? Она реально загоняется.              — Я всё слышала. Я всё исправлю, обещаю. Иди.              Когда за Черён закрылась дверь, Рюджин постояла в темноте, переводя дыхание. Серьёзного разговора прямо сейчас она начинать не хотела. Внутри всё бурлило, к горлу подступал ком от подслушанных слов Йеджи, и Шин понимала, что, если они начнут выяснять отношения посреди ночи, на эмоциях, они только наломают дров. Рюджин вернулась на кухню с улыбкой. Она подошла к Йеджи со спины, нежно обняла её за талию и уткнулась носом в шею, шумно выдыхая.              — Любимая... Я так устала, ты бы знала, — жалобно заканючила Рюджин, слегка капризничая, как делала всегда, когда хотела переключить внимание Йеджи. — У меня от этих макетов упаковки глаза уже в кучу. Лиа мне всю душу вытрясла. Пойдём в кровать, а?              Йеджи, всё ещё скованная своими мыслями, сидела неподвижно. Она несмело повернула голову:              — Ты не голодна? Я могу что-нибудь приготовить быстро. Кофе?              — Какой кофе в час ночи, глупышка? — ласково усмехнулась Рюджин, целуя её в щеку. — Я хочу только спать. И чтобы ты меня обняла. Пожалуйста, пошли.              В спальне Рюджин действовала быстро и хитро. Она сама помогла Йеджи снять халат, уложила её на подушки и тут же забралась следом притягивая старшую к себе на грудь.              — Рюджин, подожди, я... я не ответила на твои сообщения сегодня, — тихо, с виной в голосе пробормотала Йеджи, утыкаясь лбом в её ключицу.              — Эй, забудь, — мягко перебила её Рюджин, перебирая пальцами длинные шелковистые волосы Йеджи. — Всё нормально. Главное, что я сейчас дома, с тобой. Расслабься. Слышишь, как у меня сердце стучит? Это специально для тебя.              Шин продолжала тихо шептать какую-то забавную несуразицу про сумасшедших клиентов, глупые шрифты и чаевые, которые им пообещали. Её голос звучал убаюкивающе, а пальцы плавно поглаживали Йеджи по спине. Хван, полностью измотанная дневными слезами и тяжёлым разговором, сама не заметила, как под этот ласковый шёпот её веки потяжелели. Спустя полчаса она окончательно уснула, мирно посапывая прямиком на Рюджин.              Как только дыхание Йеджи стало ровным, улыбка сползла с лица Рюджин. В темноте спальни она наконец позволила себе дать волю настоящим эмоциям. Осторожно, стараясь не потревожить спящую девушку, она повернула голову и посмотрела на прикроватную тумбочку. В полумраке чётко угадывался силуэт той самой фиолетовой игрушки.              Масштаб проблемы наконец дошёл до неё в полной мере. Она-то думала, что они просто развлекаются и пробуют новое, а на самом деле... на самом деле она взрастила в Йеджи огромную, съедающую её изнутри дыру сомнений. Её гордая, сильная Йеджи, которая когда-то подарила ей уверенность в себе, теперь чувствует себя бесполезной из-за кусков силикона с моторчиками. Рюджин крепче прижала спящую девушку к себе, едва сдерживая подступившие слёзы, и осторожно поцеловала её в макушку. В голове созрел чёткий план. Завтра, пока Черён будет отвлекать Йеджи, Шин докажет ей, что никакая техника, никакие идеальные частоты и умные приложения никогда не заменят тепло человеческих рук.              Утро началось непривычно шумно для их тихой квартиры. Едва стрелка часов перевалила за девять, в коридоре раздался настойчивый звонок в дверь. Йеджи, сонная и с заспанными глазами, еле заставила себя подняться с постели. Накинув халат, она побрела открывать, а Рюджин, которая уже давно не спала и выжидала нужный момент, лукаво улыбнулась под одеялом.              На пороге действительно стояла Черён, бодрая, в яркой куртке и с огромным стаканом кофе в руке. Она буквально влетела в прихожую, не давая Йеджи даже опомниться.              — Так, Хван, подъем. Никаких возражений, — с порога заявила Черён, бесцеремонно впихивая стакан кофе в руки ошарашенной подруги. — Быстро чистишь зубы, красишься и одеваешься. У меня сегодня внезапный выходной, и мы едем на ту самую выставку современного искусства, о которой ты уши мне прожужжала, а потом на шопинг и гигантские порции пасты.              — Чего?, подожди, я вообще-то... — Йеджи растерянно моргнула, пытаясь сделать глоток кофе. — Я планировала дома побыть, Рюджин скоро встанет...              Из спальни как раз вышла Рюджин, сладко потягиваясь и зевая во весь рот.              — О, Черён, привет, — Рюджин подошла к девушке и чмокнула её в растрепанную макушку. — Йеджи-я, езжай, конечно. Мне всё равно сегодня нужно кучу рабочих эскизов на ноутбуке перебрать, буду целый день бубнить под нос. Хоть не буду тебя отвлекать.              Йеджи перевела взгляд с подруги на девушку, всё ещё чувствуя себя немного разбитой после вчерашнего, но бешеная энергия подруги не оставляла выбора. Спустя сорок минут, подгоняемая шутками и ценными указаниями, Йеджи уже стояла у дверей в джинсах и легком свитере.              — Всё, Шин Рюджин, я забираю твою женщину, вернешься. — весело крикнула та, утягивая девушку за рукав к лифту.              — Возвращай в целости и сохранности. — со смехом отозвалась Рюджин, закрывая за ними дверь.              Как только замок на входной двери щелкнул, улыбка мгновенно исчезла с лица. Радостная маска ей больше была не нужна. В квартире воцарилась тишина, и Шин, глубоко вздохнув, решительно направилась в спальню.              Она подошла к прикроватной тумбочке, открыла нижний ящик и достала оттуда большую красивую коробку, где хранилось всё то, что ещё вчера казалось ей весёлым разнообразием. Рюджин вывалила содержимое прямо на кровать. Вот тот самый первый классический вибратор. Вот навороченный кролик с кучей режимов. И вот она фиолетовая вакуумная штука, которая вчера заставила Йеджи плакать от бессилия на кухне.              Рюджин смотрела на эти девайсы, и внутри поднималась глухая злость. Ей не было жаль ни одной потраченной копейки, ни одной из этих дорогих вещей. Ментальное здоровье Йеджи, её душевное спокойствие и блеск в глазах были в миллион раз важнее любого, даже самого оргазма.              — Гори оно всё синим пламенем, — вслух процедила Рюджин.              Она сгребла все игрушки обратно в коробку, закрыла её и обмотала скотчем. Сначала она хотела вынести всё на мусорку, но побоялась, что Йеджи может случайно увидеть коробку в контейнере. Поэтому Рюджин оделась, взяла коробку и поднялась на чердак, спрятав её в самый дальний, пыльный угол, куда сто лет никто не заглядывал. Чтобы не было вообще никакого соблазна достать это обратно. Вернувшись, она заблокировала аккаунт на сайте секс-шопа и удалила все приложения с телефона.              Ближе к восьми вечера Йеджи наконец вернулась домой. День с Черён действительно пошёл ей на пользу, выставка, разговоры ни о чём и вкусная еда помогли немного проветрить голову. Усталость, конечно, валила с ног, но настроение было хорошим, и она искренне хотела поделиться с Рюджин всеми новостями и глупыми шутками, которые они сегодня придумали Ли.              Она открыла дверь, разулась и прислушалась. В прихожей было тихо.              — Рюджин-а, я дома. — громко крикнула Йеджи, проходя вглубь квартиры. — Ты не представляешь, какую странную картину мы сегодня видели в галерее, я...              Договорить она не успела. Шин не отозвалась, и Йеджи направилась прямиком в их спальню. Она толкнула приоткрытую дверь и замерла на пороге, едва не выронив из рук сумочку. От увиденного у неё мгновенно, тугим узлом затянуло низ живота. Рюджин сидела посреди их большой кровати в откровенном наряде. На ней было чёрное кружевное бельё, которое едва прикрывало кожу, и тонкие шёлковые чулки, подчёркивающие каждый изгиб её бёдер. Волосы были слегка растрепаны.              — Ого... — только и смогла вытолкнуть из себя Йеджи, сглатывая вязкую слюну и опираясь плечом о косяк двери. — И что это за представление? Ты вроде работать собиралась.              Рюджин вместо ответа лишь улыбнулась. Она медленно откинулась назад, упираясь руками в матрас, и демонстративно развела колени в стороны, открывая потрясающий вид. Шин вела себя как хозяйка положения. Её взгляд был прикован к лицу старшей, ловя каждую эмоцию. Она подняла одну руку и кончиками пальцев провела по внутренней стороне своего бедра, поднимаясь выше, к краю кружевных трусиков, но так и не коснулась самого сокровенного.              — Работа подождёт, — сказала Рюджин. — Я весь день думала о тебе. И мне надоело ждать.              Йеджи сделала шаг к кровати, не отводя взгляд от младшей. Рюджин тем временем продолжала откровенно дразнить её, она очертила ладонью свой живот, чуть сжала пальцами собственную талию, заставляя кружево на груди натянуться, и тихо, прерывисто вздохнула, словно ей уже было невыносимо от одного только присутствия Йеджи.              — Ты с ума меня сведёшь, Шин Рюджин, — прошептала Йеджи, расстёгивая на ходу верхние пуговицы своей рубашки. — Сама же потом будешь просить пощады.              — А я и не собираюсь просить пощады, — Рюджин лукаво прищурилась, продолжая медленно поглаживать себя по бёдрам. — Я хочу, чтобы ты подошла и взяла то, что принадлежит тебе. Ну же, Хван. Чего ты стоишь?              Йеджи в два шага преодолела расстояние. Внутри всё полыхало желания, она была готова с ходу повалить эту наглую девчонку на матрас и навалиться сверху, подминая её под себя. Но Рюджин просчитала этот рывок. Едва старшая коснулась коленями края кровати, Шин подалась вперёд. Она перехватила инициативу и упёрлась ладонями в плечи Йеджи и сама толкнула её на спину, тут же усевшись верхом на её бёдра.              Йеджи выдохнула от неожиданности, когда весь горячий вес Рюджин опустился на неё. Шин плотно прижалась своим пахом к её бёдрам через тонкую ткань брюк и начала медленно, круговыми движениями тереться. Младшая наклонилась ниже, её растрепанные волосы рассыпались по лицу старшей. Она прижималась губами к подбородку, а затем резко, до сладостной боли прикусывала нижнюю губу Йеджи, оттягивая её зубами.              — Ну что до сих пор думаешь, что ты здесь главная? — прошептала Рюджин прямо в губы. — Сегодня правила придумываю я. Твоё тело делает всё, что я захочу.              С этими словами младшая запустила ладони под расстегнутою рубашку. Её острые коготки безжалостно впились в нежную кожу. Спускаясь от рёбер вниз, к ремню брюк, Рюджин вела руками с сильным, намеренным нажимом. Её ногти оставляли на бледной коже живота Йеджи яркие красные полосы, которые тут же отзывались приятной пульсацией. Девушка шумно втянула воздух сквозь зубы. Йеджи подняла руку, вцепилась пальцами в затылок Шин, запуская их в её короткие волосы, и попыталась с силой притянуть к себе для полноценного поцелуя, чтобы наконец заткнуть этот дразнящий рот. Но Шин и тут отказалась подчиняться. Она лишь дерзко хмыкнула.              Рюджин демонстративно перехватила запястье, убирая её руку от своей головы. Не отрывая зрительный контакт, она медленно поднесла ладонь к своим губам. Рюджин приоткрыла рот и захватила большой палец Йеджи своими влажными губами. Она начала посасывать его, и громко причмокивая, обхватывая чувствительную подушечку пальца горячим языком.              Йеджи заворожённо смотрела на то, как пухлые губы плотно обхватывают её палец, слышала эти влажные, сводящие с ума звуки, и чувствовала, как её собственное сердце готово пробить грудную клетку. Низ живота сводило от дикого спазма. Рюджин резко вытолкнула палец изо рта, оставляя его влажным. Не давая девушке опомниться, она потянулась к пуговицам на собственных кружевных трусиках и одним движением стянула их через бёдра, отбросив куда-то на пол.       — Смотри на меня, — приказала Рюджин. — Видишь, что ты со мной делаешь? Мне не нужно ничего, кроме тебя. Слышишь?              Рюджин перехватила обе руки Йеджи и, не спрашивая разрешения, завела их себе за спину, силой опуская на свои ягодицы. Она прижалась сильнее, буквально требуя, чтобы пальцы впились в её кожу. Хван подчинилась инстинктивно, её ногти вонзились в податливые бёдра, притягивая ту ещё ближе, заставляя их тела сталкиваться с мокрым, шлёпающим звуком.              Шин закинула голову назад, громко и протяжно застонав, когда пальцы Йеджи начали сжимать её плоть через кружево чулок. Рюджин дёрнулась всем телом, её лобок с нажимом проехался по бедру старшей, выбивая из той судорожный вздох. Шин наклонилась к самому уху Йеджи, кусая мочку:              — Давай... Раздень меня полностью. Я хочу чувствовать твои пальцы внутри. Прямо сейчас.              Рюджин буквально изнывала от этого дикого, первобытного трения, она полностью отдала себя в руки Йеджи, продолжая насаживаться на её бёдра и доводя их обеих до точки невозврата. Старшая подалась вперёд и сильнее обхватила бёдра останавливая движения. Шин возмущённо выдохнула от внезапной остановки на самом пике.              — Подожди, чертовка, — хрипло выдохнула Йеджи, тяжело дыша ей прямо в губы.              Но Шин не собиралась давать ей передышку. Поняв, что тереться больше не получится, она переключилась на одежду Йеджи. Её пальцы впились в ткань рубашки старшей и с треском рванули её вниз по плечам, окончательно обнажая бледную кожу. Йеджи только успела закинуть голову назад, как Рюджин уже завела руки ей за спину. Пальцы ловко нащупали застёжку лифчика, щелчок и кружевная ткань соскользнула с груди. Младшая перехватила бюстгальтер и демонстративно, не глядя, швырнула его куда-то в темноту комнаты.              Она снова навалилась на Йеджи всей своей тяжестью, прижимаясь своей обнажённой грудью к её груди. Рюджин заёрзала, сладко и слащаво застонав прямо в шею. Она тёрлась носом о чувствительную кожу на шее Хван, оставляя влажные поцелуи и буквально плавясь от желания.              — Йеджи-а... Ну же, пожалуйста, — слащаво, растягивая слова, зашептала Рюджин. — Мне так горячо внутри. Укуси меня здесь... сильно, чтобы синяк остался. А потом спустись ниже. Я хочу, чтобы ты взяла меня своими пальцами. Двумя, прямо сейчас.              Рюджин судорожно вздохнула, её бёдра непроизвольно дёрнулись, а пальцы крепко вцепились в плечи Йеджи, оставляя на них белые следы.              — Размажь меня по этой постели, слышишь? — продолжала умолять она, срываясь на хриплый всхлип от нетерпения. — Целуй мою грудь, кусай соски, делай всё, что хочешь. Только не останавливайся. Твои руки... я хочу чувствовать внутри только тебя. Вытрахай из меня все мысли, умоляю...       Йеджи больше не сдерживалась. Слова чертовки подействовали на неё как бензин, брошенный в огонь. Она перехватила инициативу, рванулась вперёд и впилась зубами в нежную кожу на шее Шин, оставляя багровым цветом след. Старшая обхватила ладонями грудь, грубовато сминая её в пальцах, и припала губами к одному из сосков. Она принялась жадно посасывать его, обводя языком, а затем ощутимо прикусила. Потом тут же переключилась на второй сосок, дразня его ногтями и заставляя младшую крупно дрожать от каждого прикосновения.              — Хван... Боже, да, ещё... — умоляла девушка, но Йеджи резко прервала её.              Одним движением она перевернула младшую со спины на живот. Шин послушно уткнулась лицом в подушку, тяжело дыша. Йеджи упёрлась коленями в матрас, перехватила Рюджин за бёдра и силой потянула их вверх, заставляя её встать на колени и высоко поднять задницу. Она на секунду замерла и просто залюбовалась открывшимся видом. Прогнувшаяся в пояснице Рюджин, её идеальные округлые ягодицы, обтянутые тонкими шёлковыми чулками, и влажный блеск между бёдер – это зрелище окончательно добило остатки контроля, и быстрым движением скинула с себя мешающие брюки, оставаясь полностью обнажённой.              Она нависла над девушкой сзади, плотно прижимаясь животом к приподнятым ягодицам. Йеджи наклонилась и провела влажным языком снизу вверх, вдоль ложбинки, собирая сочащуюся от вожделения влагу. Младшая от этого жеста громко, надрывно застонала, вцепляясь пальцами в простыни так, что побелели костяшки. Старшая скользнула губами выше, к самому уху Рюджин. Её ладонь легла на бедро, слегка сжимая кожу.              — Тебе ведь так нравится та фиолетовая штучка, правда? — прошептала Йеджи, намеренно растягивая слова. — Сейчас я достану её для тебя... Включу максимальный режим, как ты любишь. Подождёшь секунду?              — Нет! — резко выкрикнула Рюджин, дёрнувшись в руках Йеджи и пытаясь повернуться к ней лицом. — Мне не нужны игрушки, слышишь меня? Только ты... Я хочу чувствовать твои пальцы, твой язык, тебя. Пожалуйста забудь про них, вытрахай меня сама. Пожалуйста...              Слова девушки на секунду заставили оцепенеть. В голове со свистом пронеслась догадка:              «Она слышала. Она вчера всё слышала»               Пазл вмиг сложился и эта внезапная утренняя прогулка с Черён, и то, как Рюджин заталкивала её в постель ночью. Хван замерла, глядя на лицо младшей. Но раздирать себе душу сомнениями было некогда. Прямо сейчас её девочка дрожала под ней, умоляла о прикосновениях и нуждалась в ней так, как ни в каком пластиковом роботе.              — Твоя правда. К чёрту технику, — хрипло выдохнула Йеджи прямо в губы.              Хван навалилась всей тяжестью своего тела, вжимая Рюджин лицом в подушки, и её ладонь скользнула вниз, между бёдер младшей. Там уже всё буквально исходило жаром и влагой. Йеджи ввела один палец, тут же проталкивая следом второй, глубоко, до самого основания.              Рюджин надрывно вскрикнула, выгибаясь дугой. Её ягодицы судорожно сжались вокруг пальцев. Хван начала толкаться внутрь, в тишине спальни раздались влажные шлепки. Йеджи свободной рукой перехватила Шин за волосы, слегка оттягивая их назад, чтобы открыть шею, и принялась кусать плечи, оставляя новые отметины.              — Да... Боже, Йеджи, ещё. Сделай это. — стонала Рюджин в подушку, её бёдра сами ловили каждое движение пальцев старшей, дёргаясь навстречу.              Йеджи ускорилась, меняя угол, заставляя Рюджин буквально задыхаться от удовольствия. Она чувствовала, как внутри всё сжимается в тугой, пульсирующий узел, как её тело подрагивает от подступающего оргазма. Хван добавила нажима большим пальцем снаружи, ловя вздохи младшей. Рюджин забилась в её руках, вцепляясь ногтями в простыни, и с громким, хриплым стоном замерла, содрогаясь в оргазме.              Старшая не дала ей перевести дыхание. Рюджин ещё мелко дрожала, ловя ртом воздух, а Хван уже перевернула её на спину, силой разводя подрагивающие бёдра ещё шире.              — Это только начало, Шин, — хрипло выдохнула Йеджи.              Она спустилась ниже и припала губами к самому центру. Йеджи начала грубовато и властно слизывать всю влагу, скопившуюся на коже, а затем вставила два пальца обратно внутрь Рюджин, возобновляя хлёсткий, глубокий темп. Одновременно с этим она прижалась языком к клитору, начиная интенсивно и широко ласкать его по кругу.              От такого двойного напора Рюджин буквально взлетела. Она оглушительно застонала, закинув голову назад и выгибаясь в пояснице так сильно, что едва не отрывалась от матраса. Её пальцы мёртвой хваткой вцепились в плечи Йеджи, ногти до боли вонзались в кожу, но старшей было плевать, она лишь жёстче толкалась пальцами внутри, заставляя ту захлёбываться собственными стонами. Рюджин была в абсолютном восторге. Каждое движение языка, каждый горячий толчок её руки прошибал тело младшей разрядами. Это было в тысячу раз круче, горячее и правильнее любой техники.              — Йеджи... Боже. — стонала Рюджин, вовсю двигая бёдрами навстречу этой сладкой пытке. — Ещё... быстрее, умоляю, я сейчас... снова...              Йеджи поймала этот момент. Она задвигала пальцами на предельной скорости, одновременно сильно прижавшись губами и всасывая клитор, имитируя тот самый вакуум. Рюджин забилась под ней, её глаза закатились, а всё тело свело спазмом. Она содрогалась в руках старшей.              Йеджи медленно вынула пальцы из девушки, которая всё ещё тяжело и часто дышала, приходя в себя после такого. Не отрывая потемневшего, довольного взгляда от лица младшей, Йеджи поднесла ладонь к своим губам и демонстративно, неторопливо облизала пальцы, собирая с них всю влагу. Рюджин, приподнявшись на локтях, заворожённо наблюдала за этим зрелищем. На раскрасневшемся лице появилась сонная, но ужасно довольная ухмылка. Подобные откровенные жесты Хван всегда сводили её с ума.              — Ну нифига себе, Хван Йеджи, — хрипло протянула Рюджин, роняя голову обратно на подушки. — Кажется, кто-то только что превзошёл все фиолетовые девайсы. Мои ноги до сих пор трясутся, ты в курсе?              Йеджи тихо рассмеялась, ложась рядом и утыкаясь носом в её плечо.              — Сама напросилась. Будешь знать, как со мной спорить.              — Ах так?! — Рюджин резко повернулась и со смехом впилась пальцами в бока Йеджи, зная, как та боится щекотки.              — Рю, стой. Прекрати! — завизжала Йеджи, пытаясь увернуться и отпихнуть её ногами. Она тут же пошла в ответную атаку, и следующие несколько минут они со смехом и писком возились по всей кровати, окончательно сбив одеяло на пол, пока обе совершенно не выбились из сил.              Когда они наконец затихли, тяжело дыша и обнявшись посреди развороченной постели, Рюджин аккуратно перевела дыхание. Настроение стало лёгким, тёплым, и она поняла, что пора. Шин мягко погладила Йеджи по щеке, заглядывая прямо в глаза.              — Йеджи-я... — тихо начала она. — Я должна признаться. Вчера ночью я вернулась со студии и слышала всё, что ты говорила Черён на кухне.              Йеджи замерла, её улыбка погасла, а в глазах на секунду мелькнул прежний испуг и смущение. Она хотела отвести взгляд, но Рюджин не позволила, мягко прижав ладонь к её подбородку.              — Эй, посмотри на меня, глупышка, — ласково попросила Рюджин. — Мне так жаль, правда. Я даже представить не могла, что из-за этих дурацких игрушек ты чувствуешь себя бесполезной. Я думала, это просто весёлая игра для нас двоих.              Йеджи шмыгнула носом, прижимаясь щекой к её ладони.              — Мне просто казалось, что я... ну, не справляюсь. Что тебе со мной скучно.              — Дурочка ты, Хван, — Рюджин крепко прижала её к себе, утыкаясь носом в волосы. — Да мне плевать на эти моторы. Клянусь тебе, я сегодня утром собрала всё это барахло в коробку, замотала скотчем и утащила на чердак в самый дальний угол. Я удалила все приложения. Мне не нужен этот силикон. Мне нужна только ты. Твой голос, когда ты шепчешь, что любишь меня. Ни один робот в мире не заменит то, как ты на меня смотришь.       — Я так сильно люблю тебя, Рюджин-а... — прошептала она в её плечо. — Ты даже не представляешь как.              — И я тебя люблю, моя гордая кошка, — улыбнулась Рюджин, целуя её в макушку. — Давай договоримся, если тебя ещё раз накроет какой-то глупый загон ты сразу говоришь мне. Без Черён, без слёз по ночам. Мы со всем разберёмся сами. Только ты и я. Хорошо?              — Хорошо, — тихо пообещала Йеджи, наконец полностью расслабляясь в её тёплых объятиях.