Искра во времени

Заглянув в спальню Шим Даниэллы, Джейк удостоверился, что она спит, и направился к совершенно нежеланному в столь поздний час гостю. Не может быть, не прошло и месяца, с тех пор как их отношения стали натянутыми. Изо дня в день Шим чувствовал себя арфистом, дергающим струны их взаимоотношений, вибрации которых расходились недопониманиями, тяжелыми взглядами и пугающей тишиной. Но, черт возьми, почему Пак Сонхун не мог выбрать другой день? Ладно, хотя бы другое время суток! Ему самому-то не лень идти к Джейку на разборки? Да, они соседи, но это не отменяет факта, что уже шел одиннадцатый час ночи и Шим был выжат, как лимон. Всё, социальная батарейка села и сигнализирует об этом накатившей усталостью и желанием спать. Джейку не до этого, так ещё и после такого приятно проведенного дня. Однако ничего не оставалось, кроме как собрать волю в кулак и выдвинуться навстречу мартовской ночи. Парень на цыпочках пробрался к входной двери и, не успев ещё её закрыть, почувствовал пронизывающий ветер, заставивший его съежиться. Такой мощный порыв чуть не закрыл дверь с предательским грохотом, но Джейк вовремя схватил ручку и затем мягко отпустил. Почему-то с Хисыном он не замечал такого ледяного ветра. Что ж, задача выбраться из дома незамеченным была выполнена. Шим обернулся, шелестя объемной черной курткой, которую он накинул на выходе. Редкие звезды мерцали на ночном небе, одинокие облака пытались спрятаться на нем, но бесчувственно яркая луна настигала их, заставляя светлеть. Перед воротами рядом с кустарником стоял Пак Сонхун в полностью черной одежде. «Не убить же он меня собрался», — пронеслось в голове Джейка, испугавшегося собственного предположения. На ватных то ли от усталости, то ли от волнения ногах парень подошел поближе к своему другу, хотя назвать его таковым язык не поворачивался. Шим скрестил руки на груди — явный признак напряженности тела — и сдвинул брови, предавая себе серьезный вид. Он должен признаться, что Сонхуну очень идет ночь. Серьёзно, с его бледной кожей и темными волосами, которые во мраке казались угольно-черными, он больше походил на члена аристократической семьи. Его бы одеть в какой-нибудь костюм девятнадцатого века, и он был бы вылитым принцем, вышедшим на улицу полюбоваться своим восхитительным садом. Тем не менее, на данный момент Пак Сонхун был всего лишь обычным школьником и нежеланным гостем Джейка. — Ну, привет, — начал Сонхун, прервав тишину. — Привет. Ещё одна пауза в разговоре не заставила себя долго ждать. Однако спустя некоторое время Пак продолжил: — Я хочу узнать, что у тебя с Юджин. — Что? — Понравилось у неё дома, да? Джейк конкретно опешил. Во-первых, что? А во-вторых… что? Уму непостижимо, как Пак Сонхун, с виду не дурак, мог нести такую чушь. С какого перепугу у него такие мысли? Ладно, Шим сам не отрицал возможную симпатию Юджин к нему, но чтобы он к ней что-то чувствовал в романтическом плане? Бред. Они всегда были друзьями, ими остаются и ими останутся. Да уж, Джейк не думал, что вся неприязнь Сонхуна к нему будет подпитана лишь таким слепым обвинением. Тем более, с чего он вообще взял, что Шим был у девушки дома? Он мог представить такой поворот событий только гипотетически, может, ему нужно было забрать соль, одолженную Юджин на неделе, но на деле они оба оставались на своей территории. Во взгляде Пака смешалось раздражение с обидой и печалью. Губы пытались насмешливо улыбаться, но глаза срывали надетую Сонхуном маску. — Ты, видимо, не так всё понял. Я даже не был у неё дома, если так подумать. — Не ври, я вас видел. — Когда? — Два дня назад. Ты кружил у её дома, словно ужаленный. Джейку никак не могло прийти в голову, о чем говорит Сонхун. Черт, да когда такое было? Может, в тот день, когда произошла вся та драма с перепиской? Он разговаривал с Юджин наедине, а потом проводил до дома, так как было по пути. Вполне естественно, они ведь соседи. Но Джейк даже не задерживался у её дома. Пак Сонхун когда-нибудь сведёт его с ума. — Мы просто разговаривали снаружи, потом я пошел домой. Сонхун, блин, что с тобой не так? — Это со мной-то что-то не так? — Кто в своём уме будет устраивать целый спектакль из-за подобного? — Ты правда не замечаешь, что она в тебя втрескалась? Вот он, корень проблемы. — Да ты шутишь, — пытался максимально отстраниться от неизбежного Шим. — Посмотри на себя. Это ты самый главный шутник, если утверждаешь, что это не так, — Сонхун опустил взгляд горьких глаз на асфальт. — Всё стало понятно, как только ты пришел в нашу школу. Она никогда не смотрела на меня подобным взглядом, никогда так не вела себя со мной. Выходит, Сонхун по уши влюбился в Юджин и ревнует её к Джейку. Недостающий кусочек пазла завершил картину. Чертов любовный треугольник. Вот только Джейку никто из них не нравится. Шим попросту не знал, что ответить на подобное, но в этот момент Пак поднял поблескивающие глаза, пытавшиеся сдерживать слезы несчастной любви, и с отчаянием в голосе сказал: — Ты даже не представляешь, как она мне нравится. — Тогда почему ты ей так этого и не сказал? Сонхун обидчиво шмыгнул носом. — Не твоего ума дело. Тем более… Как я могу, когда есть ты? Да уж, Джейку и впрямь жалко друга. Вот только, к сожалению или к счастью, он совершенно не виноват в том, что понравился подруге. Сердцу не прикажешь. Шиму было неприятно, что вместо того, чтобы сделать что-то со своими чувствами к девушке, Сонхун выбрал винить Джейка и топить его. В конце концов, он ведь и раньше мог ей рассказать о том, что чувствует к ней. Но, с другой стороны, хоть Джейк и никогда не испытывал к кому-то влюбленность, ему было по-человечески обидно за друга. Серьёзно, тебе безумно нравится твоя единственная подруга, ты боишься разрушить с ней дружбу, ведь это всё, что у тебя есть, а тут появляется какой-то давний приятель и всё. Все надежды насмарку. Джейк бы и сам был сердит на месте Сонхуна. Однако, наверное, сейчас не тот момент, чтобы говорить парню, что он его понимает. Кажется, Джейк не может даже представить масштаб боли и разочарования, которые испытывает Пак. И он совершенно не в том состоянии, чтобы простить Джейка. Было бы за что, конечно, но ладно. Джейк стоял и смотрел в обиженные глаза Сонхуна, в которых разгоралась ярким пламенем ярость. После нескольких секунд молчания, видимо не выдержав взгляда того, из-за кого разрушилась его потенциальная личная жизнь, Сонхун приблизился и со всей силы дал Шиму жгучую пощечину. Все эти две недели накапливал злость, наверное. Прежде чем Джейк вообще опомнился, Сонхун стремительно направился домой, вытирая глаза рукавом куртки. Да уж, серьёзный удар. Джейк прикоснулся к горячей щеке ладонью, смотря вслед парню. Ветер будто остужал кожу лица. Единственная помощь от него. Обида Сонхуна не пройдет ещё долго, и в этом Шим не хочет его винить. Тем не менее, Джейку было до боли обидно, что дружба рушится из-за такой мелочи. Конечно, услышав, что его влюбленность назвали «мелочью», Сонхун бы прибежал и ещё раз дал ему пощечину, ещё сильнее, чем в первый раз. Но это действительно так. Сквозь призму опьянения от будоражащих его чувств он не способен сейчас увидеть, насколько прискорбно это выглядит со стороны. Начав замерзать, Шим развернулся и отправился домой. Он вновь тихо закрыл дверь, оставил куртку внизу, поднялся наверх и, оказавшись в своей комнате, скатился вниз по двери. Не такое окончание дня он ожидал. В нём перемешались, казалось, абсолютно все чувства. В попытках забыть о мрачной ссоре с Сонхуном Джейк отчаянно держался за приятные впечатления от прогулки с Ли Хисыном, за их разговоры, шутки и за образ парня в голове. Будет чертовски обидно, если все события этого дня перемешаются и воспоминания о первой прогулке со старшим померкнут во тьме ночного разочарования. Спустя несколько минут угнетающих размышлений Джейк всё-таки решил переместиться на кровать. Не хотелось бы уснуть под дверью и быть жестоко разбуженным ударом об неё утром. У Джейка не было сил даже чтобы переодеться. Он подумает об этом утром. Единственным, что его манило, была страна грёз, в которую он незамедлительно хотел отправиться.

***

В школе Джейк не находит себе места. Как бы он хотел побыть один без всех этих незнакомых ему лиц. Напрочь отпало желание общаться с кем-либо. Почему-то теперь он не мог воспринимать Юджин, как раньше. Нет, он не хочет показаться грубым, но романтические отношения с девушкой его совершенно не интересуют. Для хотя бы какого-то собственного спокойствия ему приходится отстраниться от неё, как бы он ни хотел этого избежать. Шиму необходима долгая прогулка в том районе города, где он ещё не был. Однако сегодня репетиция, которую Джейк уже не в праве пропустить, а то прослывет бездельником, что для него было довольно серьёзным обвинением. Выйдя из кабинета, где было неимоверно душно то ли из-за сгустившейся атмосферы напряжения между когда-то близкими друзьями, то ли из-за накрепко закрытых окон, Шим встал в коридоре напротив открытого окна, из которого поддувал холодный ветер. Такой воздух помог хотя бы немного освежиться. Джейк слегка расслабил галстук, который, казалось, не давал вздохнуть полной грудью. Пейзаж за окном не радовал: на город опустился туман, влажность от которого перешла на серые кирпичные стены школы. Вверху окна на стекле также образовались капли. Джейк повернул голову на лестницу, и то, что он увидел, ещё больше испортило его настроение. Хотя, казалось, куда ещё сильнее? Теперь он даже не уверен, это было худшее событие за день или его ждёт что-то, что совершенно растопчет его моральное состояние. У лестницы стояли Ян Чонвон, Джей и Ли Хисын и что-то обсуждали с такими радостными лицами, что сердце Джейка прямо-таки ёкнуло. Затем послышался искренний смех Хисына, и это стало кульминацией тоски Шима. Он правда хотел бы, чтобы парень смеялся точно так же, только с ним. Ведь, на самом деле, сдался Ли Хисыну вообще Джейк? Ему хорошо и со своими друзьями, теперь и Ян Чонвон в их группе. Старшему не особо-то и нужны новые знакомые, а тут Шим привязался со своей дружбой. Ещё чуть-чуть и Джейк начнет закапывать себя ещё глубже, оказываясь всё дальше в земле в попытках отгородиться от внешнего мира и от своей навязчивости. Но, может, не стоит так сильно себя корить? Как-никак вчерашний вечер был просто изумителен. Одни лишь воспоминания о нём вызывали улыбку на лице, которую подавлял Джейк, глядя на друзей, тем самым возвращаясь в реальность. Вдруг Ян Чонвон, смеясь, повернулся и уцепился взглядом прямо за Джейка. Он растерялся при виде кислой мины друга и хотел жестом позвать его к ним, но не успел. Парень сконфуженно отошел от окна и направился в уборную, где всем точно будет безразлично его присутствие. Надо же было ему попасться на глаза. Ладно, может, Ян задаст пару вопросов, но в них не будет ничего страшного. Пока что Джейк просто хочет побыть один. Хотя бы в своем сознании. Еле как отсидев оставшиеся уроки, Джейк поплелся на репетицию. Наверное, последним, что он хотел делать, было идти на неё, в логово допросов Ян Чонвона. Но, видимо, живот Шима имел другие планы и напомнил о пропущенном обеде негромким урчанием. К счастью, момент, когда он попадет в репетиционную, откладывается ещё на пятнадцать минут. Почему-то в этот раз дорога до магазина заняла больше времени, чем тогда, когда они ходили туда с Чонвоном. Может, когда ни о чем стараешься не думать, время течет медленнее, но Джейк решил лишний раз не объяснять самому себе природу этого явления. Он был голоден, поэтому он только и мог надеяться на то, что у аджуммы будет продаваться какая-то еда. Должна же быть, да? Глядя вниз, Джейк переступил порог магазина и, как только поднял голову, увидел Ян Чонвона, которого он прямо-таки мечтал не встретить. Что за день-то такой? Сплошное невезение. Друг же был рад встрече, улыбнулся Шиму и позвал его. — Представляешь, мне настолько понравилось то банановое молоко, что теперь я как минимум раз в неделю за ним захожу, — беззаботно и искренне поделился Чонвон, показывая светло-желтую баночку в руках. Джейк лишь быстро пару раз кивнул, смотря на парня и выдавливая из себя какую-никакую улыбку. Он просто не хочет, чтобы Ян увидел его безэмоциональную, вымотавшуюся сторону и начал что-то надумывать. Чонвон абсолютно не виноват в том, что просто проводил время с друзьями. Проблема лишь в Джейке, в том, что из-за такой мимолетной зависти его съело выдуманное чувство одиночества. — Джеюн-хён, а ты что будешь брать? — Тут есть какая-нибудь еда? Я сегодня обед пропустил, — тихим голосом, будто боясь, что продавщица услышит его, спросил Шим. — Обычно ассортимент здесь поразнообразнее, но сейчас остался только кимпаб. Отлично. То, что нужно. — Тогда я возьму его. Выйдя из магазина, парни сели на излюбленную ими скамейку. Несмотря на холод, идти в репетиционную совершенно не хотелось, и даже перспектива окоченеть на улице в этом случае мало чем пугала. Джейк развернул упаковку с кимпабом и, вооружившись одноразовыми палочками, начал уплетать обыденное, но такое вкусное, как казалось оголодавшему Шиму в тот момент, блюдо. Парень, конечно, чувствовал себя слегка неловко, пользуясь такими приборами при корейце, ведь в Южной Корее принято есть металлическими палочками, но всё это меркло перед желанием Шима наконец поесть. — Джеюн-хён, ты, вообще, как? — Лучше. Если бы я не поел, я клянусь, я бы тебя съел на этой репетиции. — Да я не про это, — прыснул Чонвон. — Я про твое состояние. Ты так резко убежал, когда я позвал тебя к нам. Что случилось? — Накопилось всё, — померкшим голосом ответил Джейк. — Я похоже понял. Что-то не то произошло на вашей прогулке с Хисын-хёном? Между прочим, ты так и не рассказал мне подробности. — Что? Нет! — удивился Шим воображению Яна. — Всё прошло замечательно, мы очень хорошо провели время. Однако Чонвон будто не до конца верил другу, из-за чего Джейк растерялся. Ян думает, что корень проблемы — Ли Хисын. Или, может, в его понимании он вовсе не являлся проблемой. Скорее всего, он подозревает, что Джейк что-то недоговаривает, а может даже ревнует старшего к Чонвону, но свои мысли не спешит озвучивать. На самом деле, Ян помог парню оторваться от плохих мыслей про Юджин и Сонхуна и вернуться в памяти на роллердром. Джейк ни за что бы не хотел забывать эту беззаботную прогулку, и он искренне надеется, что Хисын думает то же самое. — Слушай, представь ситуацию: Человек-1 думает, что мне нравится Человек-2, но на деле это не так. Что делать в таком случае? — Доказать ему обратное. — А если его не переубедить? — А ты попытайся, — с ехидной улыбкой ответил парень. И Джейк вдруг понял, что для Чонвона его слова звучали более чем странно и имели не тот смысл, который изначально вкладывал парень. По предположению Шима, Сонхун считает, что парню нравится Юджин. Но через призму восприятия Ян Чонвона Человеком-1 был он сам, а Человеком-2 — Ли Хисын. Это же надо было так подумать! Чтобы Джейку нравился Хисын? Ну, может, только в параллельной вселенной. В этой же реальности это звучало как бред. Однако, как бы Шим ни отрицал в собственной голове подобное предположение, его, скорее, больше всего пугало, что Чонвон может об этом догадываться, что он может читать его самые потаенные и противоречивые мысли и выставлять их на обозрение самому Джейку, как будто он сам не пытался закопать их как можно глубже в своем сознании. Пока парень переживал из-за настораживавшего его Ян Чонвона, друг, слегка смутившись, будто понял свою ошибку и решил добавить: — Либо такой человек тебе не нужен, раз он не готов верить тебе и не хочет этого. У него есть своя идея в голове, которой он придерживается, и его вряд ли получится разубедить. Джейк тепло посмотрел на Чонвона и тихо поблагодарил его за поддержку, хотя он даже не был в курсе всей произошедшей истории. Он её точно ему расскажет, но не сейчас, когда единственное, о чем он мечтает, это уткнуться носом в подушку и проспать непрерывным сном до утра.

***

Чуть ли не ледяной туман окутал Джейка, как только он вышел из здания школы. В этот вечер прогнозировали сильное понижение температуры, и парень, благополучно об этом забыв, остался далеко не в восторге от трескучего мороза. «Главное, чтобы деревья не замерзли», — появилось в голове у Шима, однако он тотчас же себя одернул. Какие, к черту, деревья? Ему бы самому до дома доползти и не превратиться в ледышку. Шарф, которым закрыл лицо Джейк, будто совершенно не согревал. Казалось, температура внешнего мира и температура его внутреннего состояния были одинаковыми. Он словно чувствовал холодную пустоту, заполнявшую всё внутри него. Если бы можно было заглянуть в неё, там были бы видны медленно падающие снежинки, танцующие похоронный марш. Парень на несгибаемых ногах брёл по мощеной дороге, когда кто-то сзади его окликнул: — Джейк! И в этот момент он был на сто процентов уверен, что знает этого человека. Потому что никто другой в этом учебном заведении не называет этим именем. Джейк медленно остановился и, не высовывая нос из-за шарфа, повернулся не столько корпусом, сколько ногами. Подоспевший Ли Хисын был в молочного цвета шерстяной куртке с высоким воротником, которая выглядела достаточно теплой. — Ты домой? — Да, — выдавил Джейк, приложив много усилий, чтобы его было слышно через шарф. — Не хочешь прогуляться до магазина моей семьи? Мне нужно оттуда кое-что взять. Будь это любой другой вечер, Шим бы тотчас согласился. Он устало и виновато взглянул на Хисына, после чего отодвинул ткань ото рта и печально ответил: — Прости, наверное, не сегодня. Очень устал. Да и холодно как-то. — Ничего страшного, — пытаясь скрыть легкое огорчение, сказал старший поникшим голосом, выдававшим его истинные эмоции. — Тогда, до завтра. — Пока, Джейк. Хисын подождал, пока он уйдет, чтобы не идти в тишине по одной дороге после того, как попрощались. Нелепо было бы. И Джейк в своих мыслях очень его благодарил за проявленное милосердие. Парень уже был на пол пути к своему дому, когда в его голове возникла тревожащая его мысль. Что, если Хисын обиделся? Ладно, обиделся, может, громкое слово, но точно расстроился. С его стороны происходящее выглядит совершенно непонятно и попросту ужасно. Хисын вполне может подумать, что Джейк такой из-за него, что это он во всем виноват и что на их прогулке произошло что-то не то. Черт, почему Шим такой придурок? А вдруг он его видел утром в школе, когда Джейк буквально убежал, увидев его с Чонвоном и Джеем? Да и сейчас парень вел себя чересчур холодно, непохоже на себя. Дружба только начала зарождаться, а Шим уже так относится. Хисын точно также охолодеет и всё, все шансы будут потеряны. Некое чувство вины начало гложить и без того беспокойного Джейка. Может, позвонить? Объясниться? Но Хисын точно ещё не дома, на домашний телефон нет смысла звонить. И, как назло, парень не знает адрес того самого магазина, о котором говорил старший. Дождаться, пока он придёт домой? С одной стороны, идея неплохая, но с другой, от Джейка может ничего не остаться к тому моменту, потому что его попросту поглотит чувство вины. Ну, остается лишь одно решение. Джейк ещё пока не знает, хорошее оно или нет, но он чувствует, что оно правильное. Ветер обжигал щеки, выглядывающие из-за почти бесполезного красного куска ткани, который Джейк придерживал рукой. Он уже давно так не бегал, наверное, со времен занятий футболом в Австралии. Удивительно, мысли о Ли Хисыне будто дали его уставшему телу сил. Парень почти достиг развилки и внутренне молился, чтобы парень не ушел далеко. Как-никак, он же начал свой путь чуть позже Джейка, ведь так? Свернув на малознакомую улицу, по которой старший всегда шел домой, он судорожно начал искать глазами светлую куртку, обладателем которой мог стать Ли Хисын. Мало на что надеясь, но даже не боясь потеряться, Джейк перешел дорогу и быстрым шагом продолжил свой путь по освещенной улице, всё также озираясь по сторонам. В конце соседней улицы показалась чья-то фигура, сразу завернувшая за угол. Интуиция Шима, хоть иногда его и подводила, в тот момент будто нашептывала: «Это он». Джейк пустился в самую настоящую погоню за призрачным парнем, на которого, если бы он делал ставку, поставил бы всё свое состояние. И Джейк сорвал бы куш. Пробежав метров десять после поворота, он оказался на сравнительно небольшом расстоянии от владельца уже отпечатавшейся в памяти шерстяной куртки. — Хисын-хён! — прозвучал возглас на всю улицу, которая, к счастью, была абсолютно пустая. Парень обернулся и, не скрывая своего неподдельного удивления, подбежал к Джейку. Младший спиной прислонился к светлой стене здания, наконец убрал шарф ото рта, и теперь из него рывками выходил бело-прозрачный пар. — Ты же домой шел, почему ты здесь? — даже слегка обеспокоенно поинтересовался Ли Хисын. В его глазах мерцали огни фонарных столбов. — Я хотел убедиться, что ты не сердишься на меня, — запинаясь и глотая воздух, ответил Джейк. — Ты совсем с ума сошел? — ещё больше удивился парень и поспешил продолжить: — Конечно нет! Джейк оправился после бега, оттолкнулся от стены и встал напротив Хисына. Тот был в замешательстве и искренне не понимал, зачем Шим проделал весь этот путь, так ещё и с таким большим риском потеряться. — Я думал, ты мог обидеться на меня из-за моего сегодняшнего поведения. — Ну, обидеться – это громкое слово, — повторив недавние мысли Джейка, отвечал Хисын. — Я просто не понял, что случилось сегодня. Или, может, вчера. Если я что-то не то сделал или сказал, то… — Ты ни в чем не виноват, Хисын-хён, — перебил его Джейк. — Я был таким не из-за тебя. Просто нелегкий период сейчас, и, признаться честно, я слегка устал. И мне жаль, что я не могу показывать тебе свою настоящую сторону, которая любит жизнь. Сейчас я не в состоянии рассказывать какие-то истории с энтузиазмом, да и в общем принимать участие в долгом разговоре, и мне правда грустно, что тебе приходится столкнуться с таким мной. Во взгляде Хисына читалось яркое чувство, и это было сочувствие. Его глаза с нескрываемой нежностью, словно лаская, смотрели на открывавшего нечто настолько сокровенное, как собственные чувства, друга. Через несколько секунд Джейк почувствовал тепло другого тела. Одна рука Хисына расположилась чуть ниже затылка Шима, другая же была на его спине. Он, в свою очередь, не ожидав объятий, неловко прикоснулся руками к куртке старшего. От Хисына пахло необычным ароматом, который, если закрыть глаза, переносил Джейка на берег океана в Австралии и окутывал запахом свежего бриза. Старший неуверенно провел рукой по спине Шима и сказал успокаивающим голосом, напоминавшим колыбельную: — Если ты думаешь, что твоя жизнерадостная сторона – единственная, которую я должен видеть, будучи твоим другом, то ты ошибаешься. Ты ведь знаешь, что ты не обязан всегда быть радостным, активным и разговорчивым? У всех бывают такие периоды в жизни, когда нас целиком и полностью одолевает апатия. И это абсолютно нормально. В этом и заключается жизнь. И что касается твоей настоящей стороны, я вижу тебя настоящего прямо сейчас. Джейк замер. Такие теплые слова прежде он слышал только от своей матери. Как может человек, с которым они вот только недавно начали общаться, так прекрасно понимать, что нужно услышать другому конкретно в этот момент? Хисын действительно владеет какой-то магией. Пытаясь ещё раз осмыслить всё, что произнес парень, Джейк почувствовал целый отряд мурашек, устраивающих забег по его коже. В горле стоял ком, не дающий сказать ни единого слова. Чтобы поблагодарить Хисына за выраженные сочувствие и поддержку, Джейк смелее обвил руками спину старшего и сжал ткань под ладонями. Он положил голову на плечо друга, и с минуту они стояли посередине улицы в объятиях друг друга. — Ладно, — потихоньку начал отстраняться Ли Хисын, — ты дойдешь со мной до магазина? Или раз твоя цель достигнута, пойдешь домой? — Дойду, — прыснул Джейк, — только если покажешь дорогу обратно. — Не переживай об этом. Здание магазина располагалось совсем неподалеку, и дорога заняла не больше четырех минут. Внутри свет от узких белых люминесцентных ламп освещал бледно-желтые стены и стоящие вплотную к ним деревянные стеллажи с видеокассетами, среди которых были разнообразные фильмы от известных, вроде «Форреста Гампа», до тех инди работ, о которых Джейк слышал впервые. Вдоль стеллажей посередине помещения располагались такие же деревянные стеллажи, только в два раза меньше, ассортимент которых состоял в основном из аудиокассет и даже некоторого количества потрепанных виниловых пластинок. В такой довольно поздний час людей, желавших взять в прокат ту или иную кассету, не было. За кассой стоял парень ростом выше среднего с отросшими волнистыми волосами, к которому обратился Хисын: — Хён, здравствуй. Можешь дать пакет, который владелица сегодня оставила для меня? — Всё для тебя, Хисын-а, — передав в руки парню, с улыбкой ответил звонким голосом парень. — Закрытие смены на тебе сегодня, да? — Ага. — Ну, тогда, до встречи. Названный хёном помахал рукой и, скрестив руки на кассе, оперся на них. Джейк и Хисын снова вышли на холод. — Что в пакете? — с любопытством спросил Джейк, указывая на вещь. — Мамины документы. Просила занести домой, так как уже не успевала. — Кем она работает? — Вообще много кем, но обычно недолго… Но вот сейчас, например, она работает в офисе уже несколько месяцев. Стабильно, но её почти не бывает дома. Джейк сочувственно посмотрел на парня, который начал казаться ещё более взрослым, мудрым и самостоятельным. Старший умело объяснил Шиму, как ему дойти до собственного дома, за что парень был ему благодарен. — Тогда, до завтра, — растягивая слова, попрощался Джейк. — Теперь, надеюсь, точно? — Да, — засмеялся Шим. — Пока, Джейк, — Хисын слабо улыбнулся. — Напиши что-нибудь мне на пейджер, как дойдешь. — Обязательно. Придя домой, Джейк в первую очередь отчитался перед Ли Хисыном, что он не потерялся. Удивительно, как в моменте Ли Хисын смог дать ему столько сил и энергии. Джейк даже не ожидал такого эффекта от встречи со старшим. Он надолго запомнит все слова, которые Хисын посвятил ему, потому что каждое из них уже врезалось Джейку в память. Однако после такого изнурительного дня на то, чтобы дождаться ответа парня, сил у него уже не хватило, поэтому, раздевшись, он улегся на кровать и почти сразу крепко уснул.