wish you were sober

Мартин сидит за партой и поглядывает в открытое окно, в котором открывался вид на футбольное поле на заднем дворе школы. Вообще, он открыл его, чтобы хоть как-то спастись от жары, потому что, к сожалению, именно в их кабинете нет кондиционера, чтобы существовать как нормальные люди. Классный руководитель обещает, что вот-вот его поставят, а на деле уже прошла половина семестра. Слова учителя ощущались точно так же, как и ветерок из открытого окна. Но даже это не помогало от адской жары. Мартин провёл ладонью по лицу, лишь бы вытереть капли пота со лба. Все люди как люди, с кондиционерами и возможностью нормально дышать, не боясь задохнуться в духоте, а Мартину и другим его одноклассникам приходится бороться за выживание, пытаясь быстрее занять место у окна. Он с усталым вздохом кладёт голову на сложенные руки и зажмуривает глаза, фокусируясь за звуках вокруг. В классе почти никого не было, царило редкое спокойствие, поэтому Мартин смог услышать чьи-то крики с поля. И узнал среди них голос, который уже скоро будет невозможно терпеть. Эдвардс поднимает голову и снова смотрит в окно, сразу находя того, из-за кого он будет невольно выпрямлять спину, стоит этому человеку сказать что-то или появиться в поле зрения. Ким Джухун. Мартин наблюдает, как тот прыгает на спину какого-то старшеклассника, пытаясь его придушить локтём, при этом громко смеясь. Через пару секунд Джухуна откидывают на траву, из-за чего он начинает смеяться ещё сильнее и громче. Мартин подкладывает ладонь под щёку, не спуская глаз с парня. Его голос и смех были настолько громкими, что прекрасно слышно даже Эдвардсу, который находится в кабинете на втором этаже. И от этого что-то в животе скручивается. Джухун поднимается с травы и отряхивает свои школьные брюки, а потом поднимает голову. И их взгляды встречаются. Мартин тут же отворачивает голову, упираясь взглядом в свой открытый блокнот перед носом, в котором были нарисованы грустные толстые хомяки и аккуратная черепаха в углу. Они всем своим видом кричали Мартину, какой он неудачник. Он точно уверен, что Джухун посмотрел именно на него. Расстояние было не таким уж и большим, чтобы не разглядеть этого. И это самое смущающее. Карандаш, который он всё время сжимал в руке, пишет над одним из хомяков реплику: «Еблан». Грубо, самокритично, но зато честно. Потому что иногда Мартин до сих пор не верит в то, как его угораздило вляпаться в это всё розовое, нежное и влюблённое дерьмо. Именно дерьмо, ведь по-другому это всё никак не назовёшь. Потому что Эдвардс страдает от этого уже полгода, и, кажется, оно не хочет никуда уходить. Мартин даже не планировал влюбляться! Кому вообще хочется ежедневно думать о человеке, с которым ты даже не общаешься, но при этом готов на стенку лезть только из-за того, что он с тобой поздоровался в коридоре и вежливо улыбнулся? Мартину точно не хотелось. А потом всё так резко поменялось. Джухун был тем самым парнем с параллели, который всегда у всех на слуху. То конкурс какой-нибудь выиграет, то окажется в десятке лучших по успеваемости в школе, то его команда выйдет на муниципальные соревнования. И Мартин сначала не обращал внимание. Ну, парень как парень. Ещё один придурок, который везде первый, все его любят и все ему потакают. Даже вон, Конхо, друг Мартина ещё со средней школы, сдружился с Джухуном и называет его классным. Хотя они просто ходят в одну секцию по футболу! В общем, Мартин никогда не понимал тех, кто очаровывался такими людьми, и считал, что всем просто пускают пыль в глаза. Он был убеждён, что за стенами школы Джухун — тот ещё придурок с эго, которое царапает орбитальные станции, и считает всех отбросами. А потом, на втором году старшей школы, Мартин попал в один класс с Джухуном. И что-то в тот момент точно поменялось. Потому что тогда Мартин смог рассмотреть Джухуна поближе: он с ним пообщался пару раз, когда их оставляли дежурными в классе, или пересекался вне уроков, когда ждал Конхо с тренировки. Иногда даже сам Джухун заводил диалог, когда на выходных они могли пересечься в одном из круглосуточных магазинов, ведь живут в одном районе. И тогда уже Мартину напускали пыль в глаза, потому что иначе не объяснишь то, что Эдвардс начал видеть в Джухуне точно такого же нагруженного учёбой человека, который просто не жалуется на это, а остаётся доброжелательным в любой ситуации. Они проучились вместе один учебный год, а в Мартине полностью перестроилось его мировоззрение. Потому что уже осенью он понял, что как-то по-другому смотрит на Джухуна в целом: и улыбка у него словно мягче стала, и губы красивее, и волосы по-особенному стали лежать, подчёркивая его внешность, и вкус в одежде вроде и простой, но как же он ему идёт... И тогда-то Мартин понял, что влюбился. Конхо тогда сильно смеялся, когда Эдвардс ему об этом рассказал, потому что заметил это ещё летом, и просто ждал чистосердечное признание от друга. А Мартин был готов на стенку лезть. Не только из-за насмешек друга, но и лишь от одного воспоминания о Джухуне. Думал, что зимой пройдёт, думал, что это лишь интерес, потому что увидел в Ким Джухуне кого-то другого. Но нет, всё осталось как прежде. Ким Джухун всё ещё красивый, всё ещё очаровательный, а Мартин Эдвардс всё ещё хочет лезть на стенку. Даже если их снова разделили по разным классам, даже если они снова не разговаривают между собой, если где-то пересекаются. И Мартин не хочет с этим ничего делать. Потому что, ну, они же из разных миров, разные пути после школы... всё такое... и чувства вообще лучше снова попытаться заглушить... всё равно ничего не получится... На блокнотном листе появляется новое оскорбление в реплике уже от черепахи, а над головой раздаётся знакомый пронзительный голос, бьющий прямо по вискам. — Ты задрал уже страдать, — вместо приветствия произносит Конхо, заявляя на весь класс, ничего не стыдясь и заглядывая Мартину в блокнот. А ведь он даже не учится в этом классе, придурок. — Не надоело тебе? — Иди нахер обратно к себе, раз в настроении поязвить. — Мартин устало вздыхает и снова прикладывается лбом в сложенные руки. — А вот не пойду — Сонхён опять меня отшил, — легко произносит, потому что это даже и не является ложью. Он вальяжно усаживается на свободный стул рядом, сразу начиная качаться на нём. — И я тоже тебя отшиваю. — Не выёбывайся. — Я тебе щас пизды дам. Конхо смеётся, а Мартин очень хочет закатить глаза, но жара высосала из него все силы. — Что тебе от меня надо? — Мартин поворачивает голову к Конхо, наблюдая за его виртуозными навыками качания на стуле, молясь, чтобы он сейчас же упал. Если Конхо начинает так язвить, то значит, ему точно что-то нужно. Он просто маринует Мартина к главному вопросу. — Пойдём на тусу к Кюнмину? Мартин всё же закатывает глаза. Потому что об этой «тусе у Кюнмина» он слышит от почти каждого проходящего мимо в коридоре, что оно даже начало действовать на нервы. Он знает, кто такой Кюнмин: это третьегодка с их параллели в классе Джухуна. Говорят, тот хочет отпраздновать начало лета, поэтому приглашают всех. Пф, очередной богатенький, которому нечем заняться на выходных. Вот и поэтому Мартин не хочет туда идти. Потому что будет много людей, половину из которых он точно не знает, много непонятной выпивки, а ещё музыка маловероятно, что будет хорошей. Также Мартин опасается, что повторится сюжет фильма, так что это ещё одна причина не идти. Звучит глупо, но он просто хочет провести субботний вечер в тишине. — Нет. Коротко и ясно. И Мартин отворачивается к окну. Джухуна на поле уже не было. — Прям совсем «нет»? — наивно переспрашивает Конхо, как будто Мартин по щелчку поменяется во мнении. — Совсем. Эдвардс ожидал, что сейчас его начнут упрашивать, умолять, предлагать самые различные условия и прочее-прочее, но вместо этого Конхо лишь промычал в ответ и поднялся со стула. Он сразу же ушёл, сославшись на то, что совсем скоро урок. Что было правдой, но не это волновало Мартина. А то, что Конхо просто ушёл. Даже не стал ныть. Значит, он ещё не закончил. Звенит звонок на урок. Мартин сидит на трибунах и смотрит за тренировкой Конхо по футболу. Но на самом деле он просто наблюдает за тем, как его лучший друг жалко флиртует с Ом Сонхёном, пока тот отчаянно пытается сделать вид, что смеётся совсем не застенчиво, а это уши так краснеют от позора. Рядом стоял Ким Джухун и смеялся с этой всей картины. Мартин отрицает, что взгляд прикован и к нему тоже. На коленях лежал раскрытый блокнот, но уже без грустных хомяков и черепах. Теперь там были несуразные черепа, языки пламени и… вырисовывающееся лицо Джухуна. Мартин устало стонет. Он всё чаще жалеет, что умеет рисовать. Всё же восемь лет художественной школы были зря. Но рисунок продолжает. Потому что выходит, честно говоря, очень даже неплохо. Вот только надо подправить пару черт. Мартин тянется за тонким ластиком и уже полностью уходит с головой в рисунок. Как будто уже всё равно что рисовать… Но тут над головой снова звучит знакомый громкий голос. И снова Конхо. — Отличный ракурс выбрал, да? — чуть усмехается и садится рядом. Мартин зачем-то захлопывает блокнот, хотя друг прекрасно обо всём знает и вообще он даже один пришёл. — Нафлиртовался уже? — Мартин игнорирует чужой вопрос и сразу переводит тему. А блокнот всё же убирает в рюкзак. — Айщ, хватит это так называть. Мы… общаемся. Мартин хмыкает. Ага, ну как же. — Не надумал идти? — Конхо всё спрашивает про ту же вечеринку. Ответ Мартина не изменился. Друг снова начал мариновать Эдвардса, чтобы тот просто сдался. Но он непреклонен. — Нет. — Сонхён тоже идёт. — Мне твой Сонхён ничего не даёт. — Джеймс тоже, оказывается, идёт. — Неудивительно, — Мартин специально выдерживает паузу, чтобы дать другу ложную надежду. — Но нет. — И Ким Джухун. А вот тут уже Мартин задумался. Серьёзно так. Потому что это имя уж точно могло его привлечь, что, в общем-то, и является правдой. Но нет. Уж точно ничего не получится. Мартин сглатывает слюну и с трудом произносит: — …Нет. Конхо удивлённо раскрывает глаза. Он как будто рассчитывал на последний вариант, но всё равно получил отказ. Ставка не сыграла. Хотя он точно заметил смятение на лице Мартина, но решил ничего не говорить. Конхо вздыхает. — Ладно, хорошо, нет так нет. — Конхо хлопает ладонями по коленям, мол, подводя итог. — Можешь хотя бы отвезти меня с Сонхёном? У тебя единственного есть права. Мартин скривился от мысли, что всё же придётся куда-то ехать в субботний вечер, но другу отказать не мог. Ему не сложно. Он решил умолчать о том, что всем нутром чувствует подвох. — Ладно. Конхо радостно поблагодарил Мартина и сразу же убежал обратно на поле, где всё ещё стояли Ом Сонхён с Ким Джухуном, разговаривая о чем-то. Конхо подбежал к ним и тут же начал воодушевлено рассказывать о том, что теперь у них есть личный водитель. Мартин просто уверен, что диалог ведется именно об этом. А радости столько, словно он согласился идти на саму вечеринку, планируя остаться до самого конца. Ну и бред. Но чувство подвоха всё же играло где-то в затылке. Мартин решил его проигнорировать и обратно достал блокнот, смотря на крайний рисунок. Взгляд зацепился не только за скетч Джухуна, но и за черепаху в углу с бантиком на панцире. Какого хрена она здесь? Когда он успел ее нарисовать? Пускай остаётся.

🎉🎉🎉

Мартин припарковал машину неподалёку от дома, где и проходит сама вечеринка. Даже отсюда слышно музыку с басами и видно мерцание из окон. Сразу хочется закатить глаза от пафоса и поскорее уехать обратно домой, окунуться в эскапизм в виде музыки и фильмов. Потому что именно так проходит его субботний вечер, к которому он привык. И выходить из своей зоны комфорта не планировал. Но высаживаться Сонхён и Конхо не планировали. Они даже не разговаривали и не смеялись с чего-то, хотя Мартин то и дело всю дорогу слышал хихиканье и тупые шутки с планами на сегодняшний вечер. Эдвардс оборачивается к друзьям и сразу замечает хитрую ухмылку Конхо. — Ты... точно не пойдёшь? — на этот раз спрашивает его Сонхён, потому что он единственный из них двоих может держать лицо. — А наряжался ты тогда для кого? — всё же встревает Конхо, пытаясь сдержать смех. Потому что Мартин до боли очевидный. — Я не наряжался. — С твоей стороны такой ветерок подул, прям охладиться можно... — и демонстративно машет руками у лица, якобы пригоняя к себе свежий воздух. Рядом Сонхён фыркает и отворачивает голову, чтобы скрыть свой смешок. Мартин закатывает глаза и отворачивается обратно к рулю. Потому что Конхо прав. Мартин на самом деле вырядился так, как будто он больше всех ждал этой субботы и всю неделю тщательно подбирал свой образ. Но он совершенно этого не планировал! Просто за час до выхода проскочила одна-единственная мысль, что он всё же может пересечься с Джухуном, а Мартин будет выглядеть хуже бомжа, который не менял свою одежду несколько лет. И спустя полчаса эта мысль не покинула его, а наоборот, начала бить в затылок всё сильнее. Но мозг придумывал всё более изощрённые сценарии их встречи, стоило Мартину попытаться убедить себя, что все его мысли — бред полнейший. И поэтому он достал из шкафа новый лонгслив, который ещё не успел поносить, и широкие джинсы с заплатками. В зеркале смотрелось очень даже стильно. Мама бы сказала, что он прямо жених. Мартин ещё надел на шею несколько цепочек с подвесками, которые только мог найти у себя на полке. Волосы вроде лежали нормально, не торчали... на ноги можно надеть Vans'ы... и вот, уже не стыдно появиться перед кем-то. Но это не значит, что он собрался вообще входить в тот дом! И вот сейчас, когда Конхо и Сонхён всё же вышли из машины, напоследок кинув что-то типа: «Мартин, ты заебал ломаться! Хватить выёбываться и иди с нами...», Эдвардс на самом деле задумался. Потому что... с одной стороны... там будут люди со всей параллели, его знакомые, все друзья пошли туда... Как будто такой шанс выпадает раз в жизни, и он слишком драматизирует из-за Джухуна, который тоже просто будет там. Ничего не будет, если он просто присоединится к своим же друзьям и проведёт с ними время. Это его не последняя суббота, которую он сможет провести в одиночестве и с компанией ноутубука. И на самом деле нужно прекращать выёбываться и хотя бы раз почувствовать себя подростком из тех самых американских фильмов, которые он любит пересматривать. А ещё ему всё же хочется посмотреть на Джухуна вне школьных стен, во что он оденется и как будет себя вести. Мартин идиот. И поэтому он выходит из машины. Не успел Мартин зайти, как его сразу же окружил сладкий запах. Очевидно, это был дым от всего, чего только можно найти, и алкоголь. Он прошёл дальше, в главный зал, где находились колонки и больше всего людей. На самом деле народу было меньше, чем ожидал, но всё равно многовато. Хотя бы спокойно вдохнуть и протиснуться можно. Уже на полу были разбросаны бумажные стаканчики, где-то на столиках и полках стояли пустые рюмки, а в глаза слепили яркие огни из самых разных ламп. На самом деле было не так уж и плохо. Мартин уже успел пересечься с Джеймсом, но тот сразу убежал к кому-то ещё, потому что услышал, что где-то играют в бирпонг. К нему подходили кто-то ещё, но как будто уже и не важно. Также неважно то, что подходя к дому Мартин сам себе пообещал, что не будет пить, потому что он, к слову, единственный, у кого есть права, а ещё надо будет добраться до дома и подбросить своих же непутёвых друзей, которые, очевидно, перепробуют все виды алкоголя в этом доме. Но в какой-то момент в руках Мартина оказался стаканчик с пивом, который, кажется, дал ему Джеймс, и он понял, что терять уже нечего. Но музыка была отстой. Конечно, он понимает, что там кто-то лично просит что-то включить, и у всех разные вкусы... но Мартин не ожидал, что всё будет настолько плохо. Но хотя... уже после второго стакана пива становится всё равно на музыкальное сопровождение. Ему веселее наблюдать за тем, как Джеймс выигрывает деньги в армрестлинге и обыгрывает всех подряд в карты. Но как бы весело друг не орал на каждом своём выигрыше, как будто не жульничал и ему просто повезло в картах, взгляд Мартина был прикован к одному человеку. Ким Джухун, как всегда, был окружён людьми. Мартин этого не хотел, но всё равно невольно фиксировал каждое его передвижение или действие. То к нему кто-то подойдёт поговорить, то утянут в какую-то придурошную игру с алкоголем, то уйдёт танцевать либо один, либо снова с кем-то из параллели. И каждый раз Эдвардс с силой отцеплял свой взгляд, потому что он сюда не за этим пришёл. Он пришёл, чтобы хотя бы на вечер забыть об этом человеке. Но получалось пока что паршиво. Спустя два часа он потерял счёт времени и выпитого. Голова неприятно кружилась, если резко её повернуть, конечности передвигались с трудом, но уходить не хотелось. Всё это время он был с Джеймсом, потому что Сонхён и Конхо волшебным образом испарились в этом доме, в котором всего два этажа и двор, где, очевидно, есть бассейн. Честно, Мартин даже с другом искал остальных, но они буквально испарились. Где-то пульсировало волнение, но вскоре он и вовсе забил, потому что эти двоя уже не маленькие и сами виноваты, если упадут туда, куда не надо. Джеймс сказал так же и снова утащил Мартина на задний двор. Про Джухуна забыть всё же не получилось. Он постоянно маячил где-то рядом. Стоило Мартину оказаться в главном зале — Джухун там, Эдвардс уйдёт на кухню — Джухун тоже там. Либо у Мартина настолько хорошая чуйка на этого человека, либо Ким Джухун в самом деле следовал за ним. Во что с трудом верилось. В какой-то момент Мартин смирился, что ему никуда не деться от этого человека. И он даже не подумал с ним заговорить. Это было что-то сверх его возможностей. Наблюдать со стороны он ещё может вынести. Мартин сидит на шезлонге и болтает в руке стаканчик с каким-то пуншом, смотря на бассейн. Конхо с Сонхёном так и не нашлись, Джеймс снова пошёл играть на деньги, а Эдвардс... чувствует себя неудачником. Он уже со всеми переговорил, всё попробовал, во все игры, кроме бутылочки поиграл, и уже чувствует, как его тело окончательно сдаётся: глаза слипаются, голова не хочет думать о чём-то другом, кроме того, как прокручивать по новой воспоминания о том, как же красиво Джухун откинул назад мокрые от пота волосы, после того как орал несколько песен подряд. Ну вот, Мартин снова вспомнил. Он идиот. Эдвардс поднимает взгляд и видит на другом конце бассейна Джухуна и какую-то девушку. Кажется, это была Ынче из класса Джухуна. Она ещё состоит в танцевальной школьной группе. Она положила одну свою ладонь на плечо Джухуна, а во второй — держала стаканчик, который передавала ему. Они вместе с чего-то смеются, а Джухун в свою очередь отдаёт свой стакан, обмениваясь с ней. Девушка откидывает свои волосы назад и склоняется к уху Джухуна, что-то ему шепча, из-за чего тот снова тихонько смеётся. И Мартин сдаётся. Он залпом выпивает свой пунш и резко встаёт с шезлонга, пошатываясь. Ему срочно надо куда-то уйти в тихое место, лишь бы никого не видеть. Эдвардс забегает в дом, направляясь на второй этаж, и к горлу уже подкатывала тошнота. Он такой жалкий.

🎉🎉🎉

Джухун не думал, что Мартин в самом деле придёт. Конхо тогда на поле сказал, что он просто довезёт его с Сонхёном, но не упоминал, что всё же уломал Эдвардса. Хотя по его слишком весёлой физиономии можно было понять, что в этой простой просьбе отвезти будет прятаться подвох. Но не то чтобы Джухун жаловался, наоборот, он понял, что это может быть его шанс наконец попробовать заобщаться снова. С начала учебного года они так и не смогли снова подружиться так же, как и было на втором году. Хотя, конечно, тут сам Джухун не очень старался, потому что на третьем году обязанностей и дел свалилось неожиданно больше, поэтому он и не мог нормально подойти к Мартину, чтобы заобщаться с ним, а сам Эдвардс не то чтобы рвался, хоть они и пересекаются почти каждый день. Но вот сегодня, когда он впервые увидел Мартина в доме, то в голове что-то щёлкнуло, что именно сегодня ему надо подойти к нему. Джухуну на самом деле хочется вернуть то немногое общение с Мартином, которое у них было в прошлом году, когда они ещё были одноклассниками. Потому что Эдвардс интересный. Простой, местами громкий, но этим и интересный. И выглядит очень даже симпатично, и волосы у него красивые, и одевается он хорошо, и имеет хороший вкус в фильмах и музыке... за мемы в интернете шарит... Джухун думал, что раз Конхо и Сонхён в одной команде по футболу с ним, то они все будут дружить в одной компании, но как только наступил новый учебный год, Мартин резко перестал контактировать. На самом деле это началось ещё зимой, но тогда Джухун всё списал на подготовку к экзамену, ведь все тогда были на нервах. Но вот наступил март, их распределили по новым классам, и все переменилось. И вот сейчас, когда в одном доме собрались почти все третьегодки и, кажется, даже проскочили второгодки, Джухун считает, что это отличный шанс всё вернуть. Но не тут-то было. Раз тут были все, то значит, эти все будут хотеть поговорить с Джухуном, потому что не забывайте, он тот самый золотой мальчик, который всё и всех знает, он на слуху абсолютно всегда, поэтому будет странно, что в таком месте его обделят вниманием. Особенно Кюнмин, который эту вечеринку и затеял. Джухун весь вечер чувствовал на себе взгляд Эдвардса. Но стоило посмотреть в ответ, как Мартин уже отворачивался и подбадривал Джеймса в армрестлинге. И Джухун совершенно не понимал, что происходит. В какой-то момент захотелось прямо подойти и в лицо спросить, какого хрена Мартин Эдвардс строит из себя загадочного вместо того, чтобы подойти и нормально заговорить. И потом эти «попытки» приблизиться к Эдвардсу превратились в догонялки, потому что Джухун, в отличие от Мартина, был настроен серьёзно. Но видимо все были против их «союза», поэтому постоянно то Джухуна утягивали в какую-то игру или на танцпол, где он, честно говоря, на какое-то время забывался, то Мартина находил Джеймс и тащил в очередную карточную игру на деньги, чтобы тот помогал ему жульничать. В конце концов Джухун напился. Ему откровенно было плохо и мало вообще соображал, но глупая цель всё ещё пульсировала в затылке. Он уже не помнил, как оказался на заднем дворе, но зато помнил, как на одном из шезлонгов сидел Мартин. Джухун клянётся, как же ему нравится тот белый лонгслив на нём, который хорошо подчёркивает плечи, а также поблескивающие цепочки на шее, за которые так и хочется грубо притянуть... К нему кто-то в очередной раз подходит. Джухун уже хотел огрызнуться на этого человека, заорать, что никто не даёт ему в этом доме покоя и возможность поговорить с грёбаным Мартином Эдвардсом. А потом в лице напротив узнаёт свою двоюродную сестру Ынче. И злость мгновенно уходит, потому что на неё он злиться не умеет, да и не за что, потому что они за этот вечер пересекались пару раз. — Что у тебя тут? — она кивает на полупустой стакан Джухуна. — Я тут урвала клюквенный пунш, хочешь? Джухун кивает и посмеивается с чужого хитрого лица, как будто сестра ему протягивает не пунш, а что-то покрепче. Они обмениваются стаканчиками и снова просто так хихикают. Алкоголь откровенно ударил в голову, что Джухун едва ли может собрать мысли в кучу. — Ну так... — Ынче постукивает ногтём по плечу Джухуна, чуть склоняясь к нему, чтобы было слышно сквозь музыку. — Как успехи с Эдвардсом? Неужели не получилось подружиться? — Я к нему... Мы... — язык абсолютно не слушался, в голове сформировалась полная каша. — Твою мать... Но Ынче сразу поняла, что диалог не склеится, поэтому просто промычала в ответ и ушла туда же, куда шла изначально. Джухун поворачивает голову в сторону шезлонга и понимает, что Эдвардса там уже нет. Упустил придурка. Сегодня всё не слава богу. Он мигом возвращается в дом, слепо надеясь, что Мартин не ушёл домой. Нужно найти кого угодно из друзей, потому что они наверняка будут знать о местонахождении Мартина. Но в итоге наткнулся только на прилипших друг к другу Конхо с Сонхёном, которые, очевидно, были невменяемы и слишком увлечены друг другом. Джухун в последний момент поворачивает голову в сторону лестницы и видит там удаляющуюся фигуру Мартина. Он тут же погнался за ним. Джухун даже своей пьяной башкой понимает, что тот был один, а значит, ушёл в туалет. Дверь с легкостью поддаётся, а Джухуна на секунду ослепляет белый свет.

🎉🎉🎉

Мартин опирается руками об раковину и глубоко дышит, чтобы привести себя в чувства. Хорошо, что он ещё не застал какую-нибудь парочку, которая решила, что ванная комната — лучшее место для плотских утех. Он смотрит на свою растрёпанную причёску и кривится, сразу начиная приглаживать её руками. Тошнота всё ещё была, но, кажется, потихоньку отступала. Мартин думает, что ему уже пора домой. Внезапно дверь в ванную раскрывается, сразу захлопываясь. И Мартин видит в зеркале Джухуна. Тошнота мигом накатила с новой волной, вынуждая мигом развернуться к унитазу сзади себя. И Мартина в конце концов всё же вырвало. Кажется, на сегодня ему точно хватит. Он совсем не услышал, как рядом с ним плюхнулся на кафель Джухун, но зато точно почувствовал чужую ладонь на своём лбу, которая зачесала чёлку назад. Не то чтобы у Мартина была такая уж и длинная чёлка, но... Как только Мартин опустошил свой желудок, начал снова глубоко дышать, вцепившись пальцами в ободок унитаза. Чужая рука исчезла со лба, но через секунду к его рту прижимается сложенная туалетная бумага, вытирая слюну и возможные остатки. Мартин тут же отдёргивается, с непониманием смотря на Ким Джухуна, но тот лишь выкинул бумажку в унитаз и смыл. Что за хрень происходит? Мартин прикладывается спиной к ванне, откидывая голову назад. Джухун отодвинулся от унитаза и подпёр спиной дверь. Эдвардс поднимает голову и снова с непониманием смотрит на Джухуна, который глядит на него в ответ размытым взглядом. — И зачем ты это сделал? Это же противно. — Мямлит Мартин, подтягивая колени к груди. Но Джухун не отвечает, а лишь пожимает плечами, быстро облизывая собственные красноватые от пунша губы. Мартин ещё больше не понимает происходящего. Хочется просто засмеяться. Он просто не верит. Ким Джухун зашёл в ванную так резко, как будто изначально гнался за ним, а потом ещё и волосы придержал. Просто сюр. Мартин всё же усмехается и поднимается с пола, подходя к раковине, чтобы умыть лицо. Кажется, он даже почти протрезвел. Как только кран с водой закрылся, Мартин слышит бормотание Джухуна позади себя. Он поворачивается к нему. — Слушай, давай... уйдём отсюда. — Мартин приподнимает бровь. Но только так он скрывает, насколько сильно стучит его сердце. Ким Джухун сам к нему пришёл, да ещё и просит уйти? Мартин думает, что готов сорваться хоть на край света. — В место потише. Хотелось пошутить про то, что его час настал, и сейчас Джухун его уведёт в лес. Но парень был настолько пьян, что, кажется, это его скорее уведут в лес, чем он кого-то. И Мартин просто кивнул головой, помогая Джухуну встать. Они сидят на заднем сидении машины Мартина. Из дома пришлось выбираться через окно, потому что входная дверь была заперта. И неважно, что можно было пройти выйти на задний двор, а потом и за калитку. Но кто будет спорить с пьяным Джухуном, когда он так отважно искал нужное окно? Мартин слишком слаб. Первое время внутри была абсолютная тишина. В какой-то момент Мартин даже начал думать, что Джухун просто напросто вырубился и видит десятый сон, но вдруг он начинает говорить. — Почему ты меня избегал? Мартин поворачивается к нему. Его слова вышли больше как мямлянье, но даже так он понял, что Джухун имел в виду. Эдвардс непонимающе установился на него, и фразу пришлось повторить. — Почему... ты... избегал... меня? — специально проговаривал медленно каждое слово, словно Мартин маленький ребёнок. — Я не избегал. — Твердо произносит. Он не считал слова Джухуна чем-то серьёзным, потому что, очевидно, парень был настолько пьян, что едва ли контролировал свой язык. Но Джухуну не понравился этот ответ. Он всем корпусом развернулся к Эдвардсу, пододвигаясь к нему, заставляя смотреть на него. Мартин сглатывает слюну и рефлекторно отклоняется чуть назад. — Избегал. Весь вечер избегал. — Джухун всё приближается. — И весь год избегал. Кто тебя просил, а? Джухун хватается за воротник лонгслива Мартина, притягивая его ближе. Между ними едва ли десять сантиметров, Мартин чувствует запах чужого дыхания, смотрит в размыленные, но сердитые глаза напротив и с трудом держится, чтобы не смотреть ниже. Вот дерьмо. Надо было сразу идти домой. — Джухун, я не... — Ты мне врёшь! Не успевает Мартин договорить свою фразу, как его перебивают и он чувствует на своих губах чужие. С привкусом того пунша, с запахом спиртного и с ощущением шершавых ранок. Мартин застыл. Но даже через пару секунд Джухун не отлипает, а начинает двигаться, чуть отклоняя голову вбок. И Мартин понимает, что терять уже нечего. Гори сарай — гори и хата. Он поднимает свою руку и зарывается пальцами в чужие волосы, отвечая на поцелуй. Джухун заметно расслабляется, ощутив взаимность, и отпускает чужой воротник, скользя ладонью по груди вниз. Он на секунду отстраняется, чтобы набрать воздуха, и тут же жадно впечатывается снова, с усилием сминая чужие губы, словно ждал этого момента слишком долго и никак не может насытиться. Мартин еле поспевает за чужим темпом, но не теряет хватки и кладёт вторую руку на шею Джухуна, чуть склоняя голову вбок, чтобы не стукнуться носом об нос. Эдвардс напирает, заставляя Джухуна откинуться чуть назад. И Мартин думает о том, что лучше бы Джухун был трезвым. Каким бы хорошим не был момент, он хочет, чтобы Джухун осознавал свои действия. Ведь на трезвую голову такого бы не произошло. На трезвую голову Джухун бы не давал ему ложных надежд. На третьем поцелуе Джухун скользит ниже, проводя влажную дорожку до шеи. Мартин прикрывает глаза от приятных ощущений, забывая обо всём. Но в какой-то момент Джухун останавливается, утыкаясь ему носом в ключицу. Через две секунды Мартин понимает, что тот вообще не двигается, а лишь томно дышит. — Джухун? А Джухун уснул. — Ты серьёзно?.. Джухун не ответил. Мартин устало стонет, но всё же аккуратно откидывает Джухуна на спинку сиденья, начиная его тормошить за плечо, чтобы тот проснулся и смог продиктовать свой адрес. Ведь, видимо, Мартину его ещё и до дома тащить. Сегодня всё не слава богу.

🎉🎉🎉

Мартин всё-таки смог вытянуть из Джухуна его домашний адрес, и тут же вызвал такси. Но всё же не смог оставить его одного, потому что мало ли Джухун по дороге к дому споткнётся и так уснёт на асфальте, поэтому сел в машину вместе с ним. Тащить его до входной двери оказалось целым испытанием, потому что Джухун усердно сопротивлялся. Он обхватил руку Мартина своей, но совершенно отказывался перетаскивать ноги. Джухун уснул по дороге к подъезду, уснул в лифте и почти уснул в подъезде. Всё равно Эдвардса не отлипал, а всё прикладывался щекой к чужому плечу и что-то бормотал в пьяном бреду. Но ноги всё равно отказывался перетаскивать самостоятельно. Под конец Мартин уже хотел либо взять Джухуна на руки, чтобы быстрее дойти до квартиры, либо поволочить по земле, либо вообще оставить в подъезде. Но с горем пополам Мартин дотащил Джухуна прямо до его двери. — Надеюсь, ты код от двери помнишь?.. — Мартин оттаскивает от себя Джухуна, ставя его ровно на ноги у двери. Джухун пошатывается, но вроде стоит. Он поворачивается к Мартину сонным взглядом. — Введи за меня. Ты его знаешь. Что?.. — Я по-твоему мысли читать умею? — Мартин приподнимает брови. — Введи. Мартин клянётся богом, что если код от двери — не день рождения Джухуна, то он прямо так оставит его в подъезде. Но, к счастью, комбинация «0103» подходит, разблокировав дверь с радостным пиликаньем. Мартин даже лично открывает дверь Джухуну, потому что тот, очевидно, не в состоянии даже руку поднять. Он придерживает плечом дверь, ожидая, пока Джухун хотя бы обувь снимет, и можно будет прощаться. Но Джухун разворачивается. И пристально смотрит на Мартина, словно ожидая от него какого-то действия. — Почему ты стоишь? — Жду, пока ты снимешь свою обувь хотя бы. — Ты не зайдёшь? Мартин снова в удивлении приподнимает брови. С чего это он должен заходить за Джухуном? У него свой дом есть. — Нет? — неуверенно отвечает, что интонация походит на вопросительную. — Почему должен? Джухун подходит ближе. — Тин-а... — и Джухун в этот же момент чуть приподнимает край лонгслива, чтобы пальцами ухватиться за пряжку ремня, дёргая Мартина на себя, из-за чего тот делает полтора шага вперёд, неловко пошатываясь. — Ты даже не останешься со мной на ночь? Мартин чувствует, как начинает разгоняться пульс. Джухун напротив него так хитро, но пьяно ухмыляется, крепко держась за ремень. Мартин гулко сглатывает. — Джухун, нет... — Мартин обхватывает своими пальцами запястья Джухуна, отцепляя его от себя. — Иди спать. Но Джухун не сдаётся. Он отбрасывает от себя руки Мартина и тянется своими к его шее, притягивая того ближе, чтобы быть на одном уровне. — А за пожалуйста? — шепчет прямо в губы. И за секунду до неминуемого Мартин отталкивает от себя Джухуна. Он совершенно понимает, что попытался сделать Джухун, но Мартину ещё в машине хватило. Не надо ему ложных надежд снова. Всё равно на утро забудется каждый эпизод. Мартин встряхивает головой, отгоняя все лишние мысли, и буквально заталкивает Джухуна обратно в квартиру, захлопывая перед его носом дверь. И быстро уходит в сторону лифта, попутно вызывая такси. Наконец эта ночь закончилась.

🎉🎉🎉

Мартин просыпается от жуткой головной боли и тошноты. Он еле как приподнимает голову с подушки, пытаясь дотянутся взглядом до настенных часов. Стрелки уже переваливают за полдень. Просто прекрасно. Он силой заставляет себя подняться с кровати, чтобы хотя бы сесть на ней. Голова снова заболела с новой силой, жутко отдавая стреляющей болью в виски. Мартин старается лишний раз не шевелиться, чтобы не спровоцировать новый приступ тошноты. Хотя сам понимает, что блевать абсолютно нечем — желудок всё равно пустой. Мартин медленно осматривает самого себя, понимая, что с ночи даже не переоделся, а просто лёг на кровать плашмя, сразу же засыпая. Эдвардс вслепую нащупывает телефон, проверяя все уведомления. На удивление, никто даже не спрашивал, где он. Видимо, все настолько напились, что негласно решили, что в эту ночь все сами за себя. Было только парочку сообщений от Конхо и Джеймса, спрашивая, как Мартин добрался и во сколько вообще он оказался дома. Мартин просто сказал, что он дома, и отправил стикер. Этого достаточно, чтобы оповестить о своём выживании. Через час он уже сидел на кухне и медленно пил кофе, просматривая фотографии в подслушке школы. Мартин уже принял душ и привёл себя в порядок, переодевшись. Его всё же вырвало желчью, но зато стало чуть лучше. Он пролистывал фотографии больше для галочки, ведь всё равно помнит прошедшую ночь довольно отчётливо за исключением того, как он попал домой. Где-то мелькал Джеймс, где-то сам Мартин, а потом он наткнулся на фотографию Конхо и Сонхёна. Целующихся. Прямо присосавшись друг к другу. Эдвардс не удивляется, а закатывает глаза. Ага, вот какое на самом деле у Конхо общение с Сонхёном. Так он и знал. А потом попадается фотография с Джухуном, где он сам смотрит в камеру и показывает язык. И тут в Мартине щёлкают все воспоминания. Ванная, ладонь Джухуна, придерживающая волосы, окно, машина и поцелуи. На последнем пункте сердце Мартина застучало сильнее, что кажется, даже снаружи будет видно, как в груди что-то стучит. Губы начало покалывать лишь от одного воспоминания ощущения, а пальцы невольно сжимают телефон сильнее, на котором всё ещё была открыта фотография Джухуна. Мартин пялится в одну точку на столе, а в голове проигрываются воспоминания, как он провожал Джухуна до его дома, а тот снова хотел его поцеловать. И как теперь Мартину жить с этим? Нужно срочно всё рассказать Конхо. Лично. Прямо сейчас. Мартин тут же подрывается со стула, оставляя кофе недопитым. Он даже не переодевает домашние шорты и футболку, а надевает кроксы и хватает с тумбочки в прихожей свои наушники. Он открывает дверь и... видит перед собой Джухуна. Тот сразу отшагивает назад, чтобы его не пришибло дверью, так и зависая с приподнятой рукой, как будто только собирался позвонить в звонок. — О. — Первым восклицает Джухун, опуская руку. — Как чувствовал. — Ты... — Мартин едва находит слова. — Зачем ты здесь? Откуда знаешь мой адрес? Джухун всё же подходит ближе, но останавливается на безопасном расстоянии, не так, как ночью. — Я же был старостой в прошлом году, забыл? — усмехается, как будто это должна быть самая первая мысль, которая приходит в голову при виде Джухуна у себя на пороге. — У меня остались адреса прошлых одноклассников. Мартин мычит в ответ. Хорошо, он понял, что никакой приватности у него от прошлых одноклассников нет. Но это всё ещё не даёт ответа на первый вопрос. Хотя как будто это очевидно. Джухун решил лично прояснить с Мартином прошлую ночь, иначе снова не получится его выловить. Что правда, потому что Эдвардс уже мысленно продумывал новый план избегания Джухуна. Мартин склоняет голову. — Слушай... — начали они одновременно. И тут же замолкают. — Говори ты первым. — Через секунду продолжает Джухун. Мартин не придумал ничего лучше, как начать издалека, намекая на произошедшее. — Мы оба были пьяными... Всё так... Но Джухун всё равно не даёт договорить Мартину, сразу его перебивая. — Мартин, — названный тут же замолкает. — Ты же всё помнишь? Эдвардс кивает. — И что ты думаешь? — Ну... Мартин специально тянет. Потому что он, честно говоря, совершенно не знает, что нужно говорить. Что он жалеет? Да он ждал этого шанса все полгода, даже если не мог себе в этом признаться. Что он хочет всё забыть? Тоже чушь собачья. Он просто не знает, как с этим жить, потому что они с Джухуном больше не близки так же, как было в прошлом году. И он не знает, какой будет исход от любого своего ответа. — Ты хочешь всё забыть? Джухун спрашивает напрямую. Мартин разглядывает его лицо: серьёзное, без малейшей усмешки на губах и хитрого прищура. Его невозможно прочитать. И из-за этого Эдвардс теряется ещё больше. А если он скажет «да»? Джухун разочаруется или наоборот, расслабится? А если «нет»? Но Мартин снова вспомнил происходящее прошлой ночью. Все ощущения, прикосновения... Что-что, но это забывать ему не хотелось точно. И он решил, что уже всё потерял. Именно после первого поцелуя, когда они пересекли ту грань. Врать Джухуну не хотелось. — Нет. Говорит твёрдо, смотря Джухуну прямо в глаза. Тахикардия зашкаливает, из-за чего уже начинает кружиться голова. Но Мартин сейчас поставил на кон всё. Он ждёт реакции Джухуна. Но тот закусывает нижнюю губу и улыбается. — Хорошо... — кивает несколько раз самому себе. Он подходит ещё ближе, на такое же расстояние, как и ночью. И через секунду закидывает руки на шею Мартина, чуть притягивая, заставляя его пригнуться. Снова так же, как и ночью. Тот даже и не думал сопротивляться. — Раз нет, то... Джухун шепчет прямо в губы и не заканчивает свою фразу. Потому что в этот же момент он всё-таки впечатывается в губы Мартина, как и хотел в прошлый раз. Он давит на Эдвардса, заставляя шагнуть обратно в квартиру, попутно закрывая за собой дверь. Кажется, Конхо чуть подождёт с рассказом.