Анонимность

Девушки проснулись в час дня. Толку идти завтракать, если сейчас уже будет обед? Хотелось чего-то обычного на завтрак, а не тарелку супа. Шатенка чувствовала себя отвратительно, рыжая еще хуже. С недовольными лицами, прикрытыми солнцезащитными очками, они вдвоем вышли из отеля и решили обойтись без помощи интернета. Просто забрести в любое кафе поблизости. Не понравится — не беда, в итоге ноги сами их куда-нибудь приведут в нужное место. Нужное место оказалось третьим по счету. Пока дошли, девушкам казалось, что вино еще их не отпустило с ночи. Завтракали в тишине, не обсуждая ночную тусовку. Голова болела от шума вокруг. Саша явно наврала, вино отвратительное, не очень хорошего качества раз похмелье было таким сильным. Тошно было от беседующих поблизости людей, от влажности, от солнца и даже прекрасной зелени. — О вчерашнем дне, кстати, — диалог начала первой Ксюша. — Саша мутная какая-то. Тату ее эти. — Тату ужасные, — посмеялась зеленоглазая. — Дело в том, что они не спроста сделаны. — Разрисовала себя, вдохновившись фильмами про бандитский мир. Ксюша усмехнулась: — Поверь, бандиты так не выглядят. — Естественно. Судя по твоему начальнику — они выглядят вот именно так, — уколола рыжая, ощущая, как сжимает боль виски. — Хуже. Ты бандитов настоящих не видела, — хмыкнула шатенка. — Поверю на слово, ты-то с ними работаешь. Спортсменка оторвала взгляд от тарелки и показательно бросила ложку обратно в тарелку. — Ладно, извини. Чувствую себя ужасно, вот и говорю чушь. Ксюша недолго разглядывала Веронику, думая, стоит ли начать ссору или всё-таки остановиться сейчас. — Она так рассматривала меня, спрашивала, что я тут делаю, — решила продолжить тему девушка. — Да забудь, напилась, сама видела же, — отмахнулась Вероника, что была не в состоянии обсуждать ночное веселье. — Девчонка у нее тоже зашуганная какая-то — Она замужем. А с ней приехала сюда. — Да ладно? — усмехнулась Ксюша. — Ну, дают! Ах, вот почему мне Саша сказала что их местонахождения тут — большой секрет. — Чего? — зеленоглазая даже есть прекратила. Ксюша не помнит всей ситуации, а именно, как события привели к этому диалогу. Саша, охмелев окончательно, вместе с Ксюшей, стояла у барной стойки за очередной бутылкой вина, которая уже казалась простым соком. Саша что-то болтала без умолку, Ксюша пыталась слушать ее, поддерживала тему как могла, но в какой-то момент Сашка будто бы переключилась, как передача в автомобиле. — Знаешь, заебало меня всё это, — вздохнула Сашка устало. — Можем прекратить, — шатенка имела ввиду их попойку. — Та я про Лэйлу. Скрываться надоело. Вам хорошо, вы открыты этому миру. А мы как девчонки 12-летние за гаражами прячемся. Даже то, что мы находимся тут — большой секрет для всех. — Ого. От кого же вы прячетесь? — От мнения людей, — закончила Сашка. Тут и вино бармен достал из своей коморки. Было не до драматических диалогов. За столиком ждали улыбчивые девочки. — Тяжело им, — заключила зеленоглазая, покачивая головой. — Развод, и она свободна. — Все не так просто значит, Ксюш. Она армянка! Там у них, вообще, ты что, развод — дело ужасное! — Меня Лэйла эта не волнует, меня интересует Сашка. Ксюша не стала говорить, но в Саше всё было непростое: эти татуировки с голыми женщинами набитые кое-как, какие-то ножи и короткие словечки небольшого размера. Вся рука была в черно-зеленых чернилах. Исправляла ситуацию кобра, что обвилась вокруг руки и шипела, притаившись на ключице. Ксюша намеренно попросила показать тату полностью. Кобра скрывала не только неудачные тату, но и порезы от ножевых ранений, что затянулись белой кожей и не собирались загорать, а только больше выделяться на шоколадном фоне. Татурировка совершенно не исправляла ситуацию, а только привлекала больше внимания, и не помогли даже тени, закраска чешуи. Чем-то веяло от нее неправильным, опасным, и русая это знала, какое мнение складывается о ней у других людей. Змея будто защищала ее или олицетворяла ее отношение к незнакомцам и обычным друзьям. — Да, странная она немного, анекдоты у нее какие-то старинные, — посмеялась Вероника, вспомнив, с какими вдохновением она рассказывала один из своих любимых. — Ей 36, забыла? — Такое забыть сложно, знаешь ли. Возраст заметен. — Выглядит свежо, — пожала плечами Ксюша. — Всем бы так выглядеть в ее года. — Лэйла вот — да-а-а, — мечтательно рыжая даже откинулась на спинку стула. — Да не, — сморщилась Ксюша. — Не мой вкус. — Она красивая! Да она как модель! — Да, симпатичная, но ты-то лучше. — Ой, перестань! — щеки ее покрылись пунцом и она отпила лимонад, чтоб как-то скрыть стеснение. Ксюша промолчала. Продолжила уплетать еду запивая чаем. Весь остаток дня они гуляли у пляжа далеко от отеля. Было солнечно и душно. Опять одежда прилипала к телу, ощущения были не из лучших. Холодный латте спасал ситуацию на какое-то время. Под вечер пошел дождь, крупные капли стучали по крышам домов, отелей, местных клубов и кафешек. Девочки шли неспеша несмотря на то, что капли тарабанили по макушке. Тушь под глазами Вероники растеклась, но она не заморачивалась, не пыталсь исправить положение. Волосы на голове спортсменки стали завиваться, как у барашка. Они никуда не спешили. Когда еще они окажутся тут? Фотографий с этого вечера было предостаточно. Мокрая Вероника, над которой возвышаются пальмы. Мокрая Ксюша, не похожая на себя, сидит на скамье под теми же пальмами и показывает пальцы вверх. Браслет на запястье боксерши сверкал и иногда она его трогала пальцами, и счастливо улыбалась, переводя взгляд на рыжую, которая увлеченно что-то рассказывала собеседнице. Капли падали ей на нос, отчего она ойкала, мило хмурилась и на некоторое время ускоряла шаг. Они даже не знали, что они обе в этот момент пожелали никогда не забывать этот день. Что бы он остался в памяти, как первые воспоминания в детстве, как самое светлое, что есть у них сейчас, что греет и не дает замерзнуть. Хотелось, что бы этот день всплывал в воспоминаниях в ту же секунду, когда они орались и кидались вещами в друг друга. — В следующий раз поедем знаешь куда? — хитро улыбнувшись, она обратилась к девушке, перебив ее. — А? — В Тайланд! — Было бы прекрасно. — Съездим. Обязательно увидим весь мир. — пообещала шатенка, приобняв девушку за талию по пути обратно в отель.

***

(22.07.2021)

Утро выдалось не очень из-за будильника. Так как вчерашний завтрак им не особо понравился, девочки под ночь решили завтракать все-таки в отеле. Намеренно поставили будильники на двух телефонам, поэтому трезвонили телефоны в двух сторон. Ксюша проснулась мгновенно. Сразу же встала с постели, пропала в душе на какое-то время, пока рыжая досыпала. Как хорошо, что боксерша готова покорять этот город, иначе Вероника проспала бы полдня. — Сегодня солнечно прям! Люди, вон, у бассейна уже скопились. Чем займёмся сегодня? — шатенка заваливала вопросами рыжую, что молча сушила волосы. Она стояла на балконе, заинтересованно разглядывала посетителей, но в какой-то момент замолкла, сосредоточившись на ком-то там внизу. Когда девушка закончила с сушкой, она вышла на балкон и также опустила взгляд вниз. — О, это же… — не успела закончить Вероника. — Не кричи! — шикнула Ксюша. Среди шума невозможно было расслышать, но внизу под их окнами ходила вперед-назад Лэйла, что нервно трогала кулон на золотой цепочке, хваталась за голову. Слушала собеседника, что-то отвечала, замолкала, раздражалась, кричала: «Не перебивай меня, пожалуйста!» — и продолжала оправдываться. То, что она оправдывалась — так решила Ксюша. «У нас также парни на работе себя ведут когда понимают, что виноваты, и стараются объясниться» — добавила она и оторвала взгляд от черноволосой. — Пойдем уже, а то съедят мои сырники, — и девушка потянула рыжую за собой. Ей так не хотелось уходить. Она даже не прочь спуститься ниже, чтоб услышать слова Лэйлы, которые вылетали из нее, как из пулимета и она раздраженно взмахивала руками. Кажется, ее попытки объяснить что-то человеку на том конце провода были тщетны. Ксюша пила горячий каркаде, любуясь видом сбоку. Ее не смущала жара и духота. Вероника чувствовала себя переваренным пельменем. Вид у нее и состояние было соответствующим. Отеки на лице, вьющиеся сухие волосы вечно лезли в рот вместо куска хлеба. По шатенке было заметно, что она настроена сегодня на безумства, ведь с задумчивым видом она продолжала смотреть в одну точку и молча хлебать свой чай. Хитро улыбалась своему великому плану на этот день, поглядывала на Веронику, которая не желала даже знать, что взбрело спортсменке в голову. Позади Ксюши оказалась Сашка, что тихонько кралась к боксерше. Резко хлопнула Ксюшу по плечу, стараясь напугать девушку. Та даже не дрогнула, а увидев кто это был, приветствующе протянула «о-о-о!» — Вы где были вчера, мы вас обыскались! — Сашка подсела со своей тарелкой к Ксюше. Вероника подвинулась, приглашая Лэйлу, что выглядела тоже неважно, казалась какой-то расстроенной. — Да проснулись в обед, пошли гулять по городу. Вернулись к ночи, — ответила Ксюша. — Вы чем занимались? — На море с утра сбегали, искупались. — Ты еще даже с утра встала? — Да, я в семь встаю без будильника. У меня режим. — Сумасшедшая, — с натянутой улыбкой прокомментировала Лэйла. — Девки-и-и, море теплое. Предлагаю на целый день сегодня зависнуть на пляже. — Саш, я же тебе говорила! — стала возникать сероглазая. — Я не пойду! Мне нельзя! — Намажем тебя кремом твоим! — повысила голос русая. — Обмотаем в платок и под зонт! Так до вечера просидишь. Лэйла раздраженно фыркнула и будто бы избегая дальнейшего разговора начала есть, часто пережевывая пищу. — Все нормально? — решила тихонько задать Вероника вопрос, понимая, что правду ей никто не скажет. — Пойдет, — коротко ответила та, не глянув на собеседницу. Зато девочки напротив уже договорились обо всем. Через 30 минут у входа в отель ждать с полотенцем и в купальнике! — Давай я не пойду? — нахмурив брови, предложила Лэйла в сотый раз. — Вечером к вам присоединюсь. — Нет, волк от стаи не отходит, — ответила шутливо Саша и продолжила что-то объяснять Ксюше. — Не может без тебя, видишь, — заметила Вероника, но Лэйла была явно не в настроении, что даже не прокомментировала. Диалог завязать не удалось, Веронику это немного расстроило. Пьяненькая Лэйла была поинтереснее. На этом девочки разошлись. Ксюша искала купальник, переживая, точно ли она его брала. Хотя, зачем он ей, счастливая! Топик, да любое темное белье на ней великолепно выглядит. Девочки запоздали настолько, что Ксюша пошла к парочке одна. Вероника постояла некоторое время, выбирая какой же из них взять… в итоге решила, примерила один из вариантов. Как вдруг в их номер зашла Сашка и ахнула. Вероника от неожиданности даже шмыгнула в ванную комнату, но, опомнившись, что она все-таки не голая, вышла. — Нихуя себе у тебя девушка, Ксюха! — не стесняясь в выражениях, стала восторгаться русая. — Да я даже завидую! Пришлось выйти из ванной комнаты, ссутулившись и сжавшись. Она заранее знала реакцию Ксюши. — Чё там? — заинтересованно спросила Ксюша, как-то не по доброму, будто чуяла уже подставу от рыжей. — Вероник, ты издеваешься? — выкрикнула Ксюша. — Ты это, блять, покупала, пока я с пацанами разговаривала?! — Это было куплено назло тебе. Второй такой же, — виновато улыбнулась девушка, сжимая кулаки от смущения. Саша жадно пожирала глазами девушку. Лэйла озлобленно разглядывала рыжую, в глазах так и сверкало осуждение. Вероника сама себя успела осудить, но ситуации это не изменит. — Че за срань, бля-я-я, — прикрыв глаза, схватившись за голову, тихо пробормотала шатенка. Рыжая стояла перед ними в лифчике, который прикрывал едва ли ореолы, давая разглядеть форму груди полностью. Трусики танга, с высокой талией. Купальник небесно-голубого цвета. — Зато голубой. Ты любишь голубой, — побито улыбнулась Вероника. — Пиздец, уже ненавижу! — и Ксюша пролетела мимо девушки, хотя та уже думала летят на нее, чтоб научить, как выбирать правильно купальник в будущем. — Учись, Лёля, — усмехнулась Сашка, задев локтем черноволосую. Девушка скривила губы, надела солнцезащитные очки и вышла из номера, пробормотав что-то в ответ. Русая тут же поспешила за ней, кинув: «Внизу вас ждем!» Ксюша выкидывала все вещи из комода. Яростно, неаккуратно бросала всё. — Что ты ищешь? — Чем прикрыть твою эту всю хуйню! — Ксюш, это купальник. — Да так в порнухе только выглядят! Ты ебанулась? Тебя Саша вот-вот выебет глазами! — Пусть смотрит, а ты думай о том, что потеряешь, если дальше будешь так себя вести, — с гадкой улыбкой проговорила Вероника и накинула на себя платье. — Я пошла. Нас ждут. Вероника дошла до конца коридора, когда увидела, как Ксюша уже закрывала их номер. На левом запястье был пакет. — Почти готовы, Ксюша догоняет! — оповестила девушка пару, что ждали их уже у выхода. Лэйла у зеркала старательно наносила солнцезащитный крем на те участки, что были не прикрыты. Она была одета, как настоящая мусульманка. Светлый платок на голове, светлое платье до щиколоток, с длинными рукавами. Только ноги в открытой обуви. Вероника подошла к ней и попросила немного выдавить ей крема, на что та недовольно ее оглядела с головы до ног. — Тебе зачем? Мне кажется, ты очень даже желаешь загореть, судя по твоему купальнику, — язвительно ответила черноволосая и кинула крем в пляжную сумку. — Чё? — смогла только выдавить из себя зеленоглазая. — Всё, идем! — скомандовала Ксюша и пошла не останавливаясь даже. Вероника поспешила за девушками, но даже не знала, к кому держаться ближе. Саша больно бурно реагирует — не хочется выводить Лэйлу на ревность. К Лэйле пристроиться — вот-вот ядом обплюет. А Ксюша тем более — пополам сейчас ее сломает. Девушки вызвали такси. Идея была: доехать до настоящего песчаного пляжа. Знавший окрестности таксист быстро предложил варианты, и Саша выбрала за всех. Она как раз сидела на переднем и сразу же завязала диалог с мужчиной о его зарплате, о графике и так далее. Было видно, она увлечена беседой и внимательно слушала жалобы на клиентов. На заднем будто проходили похороны. Вероника села у окна, разглядывала проезжавшие мимо магазинчики, пыталась запомнить адреса, чтоб в будущем закупить всем подарки. Таксист не обманул, место было великолепным, а людей не так много. Видимо, об этом месте знали лишь избранные туристы и коренные жители. Сашка с Ксюшей сразу побежали к администратору. Ксюша была угрюма и безынициативна. Русой пришлось в своей манере тащить за собой свою новую подругу. В это время двое других выбрали место. Деревянный шатер с крышей и матрацем. Белоснежные шторы, что развивались на ветру, как шелк, могли скрыть людей, находящихся внутри. Лэйла туда вошла первой, стала располагаться молча. Сняла платок с головы и облегченно вздохнула, усаживаясь. Веронике было как-то неудобно раздеваться при ней, хотя пора бы уже, море и погода так и шепчет, соблазняет. Вместо этого она молча села на край, принявшись ждать девочек. Так прошло минут десять в гнетущей тишине, пока девочки наконец не пришли. Они уже притащили кальян, готовый шашлык и охлажденное пиво. — Кальян подождет, девчули! Бегом купаться! — объявила Сашка и стала скидывать с себя одежду. Как отказаться? Море умоляло окунуться в него. Несмотря на буйные волны, что качали толпу, девчонки с разбегу рванули в воду. Соленая вода пощипывала ранки на коже, солнце пригревало и опьяняло. У Сашки с Ксюшей энергии было, как это самое море. Они успели поплыть дальше в глубину, вернуться обратно, как мелкие пацаны кидались друг на друга в воде, будто пытались утопить. Вероника наблюдала за этим цирком издали, расслабленно лёжа на спине. Небо было лазурным, каким-то волшебным, сочным, будто глазурь для торта. Облака, как сахарная вата. Под ногами было нежнейшее песчаное дно, и плевать, что потом песок будет во всех возможных местах. Плавать надоело, она даже не поняла, сколько прошло времени. Она посидела на песке какое-то время, наблюдая, как две девушки уже успели сдружиться с какими-то молодыми парнями и договориться о том, чтоб те их покидали в воду. Веронику даже охватило теплое воспоминание о детстве, как папа ее подкидывал и она старалась из всех сил коснуться неба, но только плюхалась в озеро. Как мама зверела от их выходок, смеху-то было, как же смешно она верещала, требуя выходить из воды. В итоге, как бы ни старалась Вероника дождаться их, пришлось идти одной в шатёр и встретиться с раздраженной Лэйлой. Она настроилась: «Если что, в лоб спрошу: что ты имеешь против моего купальника, дорогуша?!» Рыжая зашла внутрь шатра, в котором сидела Лэйла, поджав колени к себе. С кем-то переписывалась по телефону, тот не хотел успокаиваться и бренчал без умолку. Собеседник девушки писал очень быстро. Черноволосая была напряжена, скрючилась над этим телефоном, строчила огромную поэму в ответ на эти однословные сообщения. После характерного звука отправки сообщения, она обратила внимание на девушку рядом. — Давай намажу тебя, ведь совсем сгоришь! — и она уже усадилась к девушке поближе и стала натирать плечи. — Не стоит, поздно уже, — девушка попыталась отстраниться от нее, но собеседница была неумолима. — Слушай, Вероник, ты извини за это представление. Я просто огорчилась, что ты можешь одеваться по-настоящему, как на пляж, и не скрываться от солнца, как я. — Я думала ты ревнуешь, хотя, тебе ли ревновать? — зеленоглазая повернулась лицом к девушке. — Я не немного приревновала, — улыбнулась черноволосая. — Зря. Ты такая красивая. Выйдешь в купальнике — тут у всех челюсти попадают. — Ох, Вероника. Я себе такой купальник не могу позволить. Я так воспитана. — Чушь! Попробуй хотя бы раз. — Ой, даже не стану. Все внутри говорит сразу «нет» когда глаз падает на что-то открытое. — Извини, а Саша не против, чтобы ты одевалась открыто? — Да она и принуждает! — А-а, муж? — рискнув задать этот ворос, она вжала голову в плечи и прикусила язык. «Черт, куда лезу?!» Лэйла тяжело вздохнула, долго подбирала слова: — Там всё сложно. — Ну, он ревнив? — продолжила копать рыжая. — Да, — кивнула Лэйла, поджав губы. — Ограничивает тебя во всех твоих ярких проявлениях? — Он не плохой человек, у всех есть свои недостатки… — мягко ответила сероглазая, будто заранее подготовила ответы на вопросы подобного характера. — Ты не ответила, — рыжая подсела еще ближе, не сводя глаз. — Он ограничивает тебя? Лэйла даже стала жевать губу. От пристального взгляда зеленых глаз попыталась скрыться. Опустила глаза в пол. Стала закручивать крышку тюбика крема и раскручивать обратно. — А Саша дает тебе эту свободу? Чувствуешь себя ястребом в полете? — Саша внимательно наблюдает, пока я в небе. Муж стреляет дробью, если видит, что я слишком высоко летаю, — и Лэйла отсела подальше в свой угол. — Выбирай того, кто дает свободу, — тихо проговорила Вероника и подсела снова ближе к девушке. — У тебя всё так просто, мне бы такую жизнь и иметь такую уверенность! — вспыхнула Лэйла, взмахнув руками. — Все впереди, научишься этому. — Нет, Вероник. Не смогу я. — Ты же мучаешься! — Я мучаю Сашу и мучаюсь сама. — А с мужем? — Я слишком долго жила по правилам, которые даны мне. Я не смогу уйти от этого. Иметь мужа, создать свою семью, навещать родителей и намывать тарелки, подавая всем чай, как служанка — это норма жизни! Так меня научили, натренировали! — Да не должно быть так, Лэйла! Ты выбираешь, как тебе жить, как вести себя, с кем спать! В этот момент послышались знакомые голоса за белоснежной шторой. Лэйла глянула на Веронику и прижала указательный палец к губам. Натянула улыбку именно в тот момент, когда вошли девочки. — Как искупались? — с неподдельным интересом спросила Лэйла, став сразу такой светлой и милой. Поразительно, как быстро в серых глазах заиграла жизнь, будто она натренирована до безупречности. Она умеет скрывать эмоции великолепно. Вероника даже рот открыла. Лэйла кинула взгляд в сторону рыжей, как родная мать взглядом показала ее роль в этом спектакле. Будто потребовала подыграть ей. — А мы тут с Вероникой болтали! — перебила Лэйла Сашу, что увлеченно несла чушь про прыжки в воду, будто ей не тридцать шесть, а только шесть. — О чем болтали? — Ксюша подсела рядом. Судя по ее лицу, она почуяла эту наигранность, да и по лицу Вероники, что все еще таращилась на Лэйлу, будто та рассказала что-то ужасное и душераздирающее. — Да-а о всяком… — не придумала рыжая. — Обсуждали в какой магазин сходим за косметикой для меня. Вероника смыслит в этом лучше чем я, — поправила черноволосая. Сашка закивала, откусывая яблоко, которое непонятно как оказалось у нее. — Ясненько, — ответила Саша. — Ксюш, за кальяном? — А давай! И девочки снова заторопились на выход. Когда они покинули шатер, Лэйла даже выглянула за штору, провожая их взглядом. — При Саше о муже лучше не говорить, — заговорила она, удостоверившись, что девочки отошли далеко. — Она вспылит сильно. Не хочу выяснения отношений. Хватает от мужа. — Что выясняет муж? — Где я пропадаю и почему не беру трубки. Вероника просто замолкла, ожидая продолжения. Лэйла поняла, что от нее ждут подробностей и нехотя продолжила: — Наврала, что в командировке. Я веду себя странно и он что-то начинает подозревать. Если поймет, то мне конец. Вся семья загнобит — жена гулёха! И не только его семья, но и моя. — Ты на свой страх и риск все равно поехала с Сашей, — Вероника расплылась в улыбке. — Ты все равно идешь против правил, хоть и боишься. Лэйла только кивнула задумчиво. На лице не было улыбки, будто бы она думала: «А не раскроется ли моя ложь?» Серые глаза глянули на рыжеволосую девушку, она хотела чем-то поделиться еще, но заметив, что та отвлеклась от диалога, не стала продолжать сама. Сашка вошла в душную задымлённую комнатушку, в которой обитал кальянщик, стала обсуждать с молодым парнишкой вкус и крепкость, не ориентируясь на предпочтения подруги рядом. Тот пообещал сделать всё через десять минут и вдвоем девушки вышли. Добрели до бара, уселись там под небольшой крышей за барную стойку. Солнце мстительно прожигало поясницу шатенке, та не могла найти себе покоя от этих волшебных ощущений. Не могла найти покоя от вопросов, которыми она готова завалить русую. Та как раз наблюдала за ней, изучала глазами, не стесняясь. — Ты чего? — спросила Ксюша. — Занимаешься спортом? — спросила Сашка. — Бокс, — шатенка даже плечи расправила, давая разглядеть себя получше. Та одобрительно покивала. Ксюша показала бицепс, дала потрогать, собеседница без восхищения протянула: «Ого». Явно за свою жизнь она видала и побольше руки. — Слушай, — решилась боксерша, — Твои тату эти, — она указала взглядом на руку, что обвила змея. — Они что-то значат? Саша, казалось, позабыла о татуировках, глянула на них, потерла шоколадную кожу и ухмыльнулась: — Молодость и мои ошибки. — Что же за ошибки такие? — Разные, — выдохнула Саша. Ксюща ощутила, как на затылке даже зашевелились волосы. Воздух наэлектризовался. Она не преувеличивала, она знала, что значит это состояние тела. Тело намекала, что пора бежать. — Читала их значение? — продолжила голубоглазая, разглядывая тату. Четко набитое изображение: скрещенные между собой стрела и ключ на предплечье, обведенные квадратом. Никакое другое изображение так не выделено. На запястье три буквы: «БОГ» — которые так пытались старательно изрезать чем-то отстрым, покрыть белыми шрамами, чтоб навсегда забыть. Ксюша потянулась к этому короткому слову, натянула кожу пальцем. — Верующая? — с издевательской улыбкой спросила она. Саша осмотрела ее лицо, эту улыбку, и вырвала руку из цепких пальцев. — Значит, не верующая, — заключила Ксюша, медленно отстраняясь от женщины. — У этой татуировки много значений, я надеялась на самое безобидное. — Ксюх, — она в ответ также натянуто улыбнулась, прищурив глаза. Настоящая лиса. Глаза засверкали и дело было не в солнце. — Ау? — отозвалась девушка, слишком уж долго молчит сероглазая. — Ты здесь прячешься или кого-то ищешь? — Я тут отдыхаю, — довольная своей честностью, она заулыбалась еще шире. — Так, а татуировка-то, что означает? — наивно захлопала глазами. Саша ухмыльнулась, покачала головой и, резко встав, поспешила в логово кальянщика подальше от вопросов. Ксюша, покусывая нижнюю губу, закинула ногу на ногу, не заметив совсем, как нервно подергивала ею в воздухе. Саша вернулась обратно быстро, с улыбкой выдала: «Ну, пошли?» Ксюша молча встала и пошла следом за «подругой». — Так и давно завязала-то? — шатенка не спешила за ней особо, но задала вопрос довольно громко. Без ответа оставить ее не должны. — Ты о чем? — русая развернулась к ней лицом. Ксюша пальцем ткнула в татуировку, заключенную в квадрате. — Давно завязала? — повторила она свой вопрос. — Не встречала еще людей, знающих о смысле татуировок так много, — она потопталась на месте, опустив взгляд вниз. — Ты о чем щас, вообще? — Значение тюремных татуировок — любимое моё хобби. Саша наконец подняла взгляд на девушку напротив, долго вглядывалась в голубые глаза, что стали темнеть или ей показалось это… — Поразительные познания, но ты ошиблась, — кинула в ответ Саша, проговорив фразу, как скороговорку, и поспешила к шатру. — Могу рассказать тебе значение каждой из твоих наколок! — кинула вслед шатенка с издевательской улыбкой, но оставшись без ответа, добавила: — Не желаешь? Саша это точно услышала, но снова проигнорировала вопрос. Пришлось отвлечься, закурить кальян, делать вид, что этого диалога не было. Саша была напряженнее, чем Ксюша, по-особенному молчаливой после этого похода за кальяном и это заметила Вероника. Когда парочка влюбленных ворковали в уголочке, рыжая потянулась к своей девушке. — Вы поссорились? — спросила шепотом голубоглазая. — Она будто хочет уйти отсюда. — Да говорили о Лэйле, — отмахнулась Ксюша. — Щас успокоится. Спустя час внимание девочек привлекла незнакомая женщина, что старательно зазывала к себе народ за пирожками. Время позднего обеда, одно пиво в желудке требовало помощи. Зачем отказывать себе в желаниях в этот прекрасный день? Пирожки, м-м-м! Пирожки, что сошли только со сковородки, судя по хрусту теста. Это было истинное наслаждение и ничего из ресторанов не сравнится с этим деликатесом, завернутыми в газету, скрывающимся в плетеной корзине. После плотного обеда, девушки улеглись. Ветерок задувал в шатер, шторы поднимались вверх, и солнце прокрадывалось внутрь. Ксюша выводила причудливые узоры на спине рыжеволосой. Вероника заметила, как Саша в какой-то момент по-странному глянула на Ксюшу, но тут же отвела взгляд. Рыжая перевернулась на другой бок, шатенка с безмятежным выражением лица просто чмокнула ее в нос, не давая шанса спросить: «Что это такое было?» Телефон Лэйлы временами раздражал, вибрировал, и Вероника, не стерпев, предложила девушке его отключить. Лэйла долго этого не делала, но русая мобильник выхватила из рук сероглазой и отключила сама, спрятав к себе под подушку. Какого было черноволосой никого не волновало, зато сон был довольно крепким после этих махинаций. Наступил вечер, солнце опустилось, мелькало, освещая пляж апельсиновыми лучами. Девочки все вместе успели сфотографироваться, Лэйла с Вероникой; все вчетвером; а Саша отказалась фотографироваться с Ксюшей, прокомментировав: «Да зачем мне это? Я всё равно никуда не выложу, как и Ксюха». Когда воздух стал прохладнее, люди стали расходиться по своим домам, Лэйла созрела для вечернего купания и снятия болохона с себя. Тело у нее было великолепное, это было заметно, хоть слитый купальник и пытался все прикрыть. Вероника пошла к водоему с черноволосой, оставив двоих охранять шатер. Девочки были уже у моря, визжали, опускаясь в остывшую воду. Саша засмеялась, наблюдая за ними. — Давайте-давайте! — подбодрила русая, громко крикнув. — Так, расскажешь мне? — Ксюша появилась сзади, как из ниоткуда. — Перестань. — Я могу тебе сама рассказать о твоей жизни, хочешь? — Хватит, — процедила сквозь зубы женщина и помахала девочкам, находящимся в воде. Лэйла как раз что-то кричала своей девушке. — Молодец, да-а! — крикнула Саша в ответ счастливой черноволосой. — Зачем рассказывать о себе всем людям с помощью татух, а потом шкериться от правды? Ладонь Ксюши оказалась на плече Саши. Боксерша ощутила, как снова забегали мурашки по затылку, всё-таки как же скучала она по этому. Скучала за тем, как меняется человек, когда начинаешь на него давить, особенно, когда знаешь правду. — А зачем носить с собой ружье, Ксюш?! — рыкнула Сашка, скинув со своего плеча тяжелую ладонь. — Если ты тут ни от кого не прячешься и никого не ищешь. Зачем? Расскажи мне! — она заулыбалась, почувствовав доминирование над ситуацией. Как жаль, что это временное удовольствие, ведь выражение лица собеседницы не выражало никакого удивления от этого факта. — Вау-у, превосходно! — она приподняла брови и плюхнулась рядом с ней на край матраца. — Острый глаз, как у настоящего вора! — Блять, — фыркнула русая, отводя глаза в сторону. — А чё «блять»-то? Задевает правда? Да ладно тебе, всё ведь написано, родная! — и ткнув в татуировку «БОГ» она добавила: — Это явно не «Бог Отпустит Грехи». Верно? Ты же не верущая, сама подтвердила. Саша только отдернулась, как от огня, когда Ксюша прикоснулась к ней, а ту лишь позабавила эта реакция, как настоящего маньяка. — «Буду Опять Грабить» — решила набить ты, сидя в клетке, а потом передумала, перечеркнула это всё. Кровища хлестала, наверное, нихуёво так, да? — засмеялась тихонько Ксюша. — А потом передумала, когда вышла из тюряги. Поняла, что без своего мастерства ты никто и набила это, — она ткнула в плечо девушку, на котором изображены были скрещенные стрела и ключ. — Поместила в квадрат, чтоб все знали, что теперь ты не стесняешься своего призвания. — Кто ты? — тихо произнесла Саша в ответ. — Кто? — Под кем ходишь, Сашка? — с хищной улыбкой спросила в ответ шатенка. — Ты же читаешь всё по татухам. Ты знаешь ответ, — прохрипела русая, в карих глазах мелькнул страх, и спортсменка рядом чувствовала его. — Под кем же ходишь ты в таком случае? — Не поверишь. Подо мной ползают. Русая застыла на месте, вглядываясь в синеву глаз. Боксерша только улыбалась, разглядывала, как хищник, притавшись, следит за трявоядным у водоёма. Она наслаждалась тем, как ужас разрастается в глазах собеседницы. Вдруг послышался крик Лэйлы, две сидевшие в шатре, обратили внимание на девушек, что резвились вдвоем, бегая друг за другом. — Пошлите к нам! — позвала Лэйла. — Давайте! — Прячьтесь! — выкрикнула в ответ шатенка. Она встала первой и поспешила к девушкам, следом за ней побежала и Саша, лишь потому что боялась, что та тронет Лэйлу…