Глаза ворона

– А у тебя с головой всё нормально? Или, ну это, какие-то недострои есть? — подперев щеку рукой, с почти блаженной улыбкой поинтересовался бродяжка. Осберт гордо проигнорировал этот вопрос, лишь высокомерно скользнул взглядом по лицу соседа. Но в душе затаил обиду, пообещав себе при ближайшей удобной возможности так же неприятно подколоть. – Осберт? – уже в который раз позвал молодой Аристарх. Теперь голос звучал менее уверенно. Можно было заметить нотки недоумения. Сосед наклонился к парню и шепнул: – Если ты скрываешься, то самое время залезать под стол. Осберт деланно закатил глаза. К ним уже спешил брат Бонифатий. Выловив парня из-за стола, тот сжал запястья до боли, ведя к блюстителю закона. Аристарх выглядел немного смущённо. – Кхм, поаккуратней, пожалуйста, – обратился тот сперва к лекарю, заметив ту небольшую грубость, с которой был приволочен ребёнок. Лишь потом заговорил, обращаясь конкретно к Осберту: – Ты мне нужен буквально на секунду. Слушай внимательно, у меня каждая минута на счету. «Ну конечно, всегда ведь есть дела поважнее». Юноша хмуро глядел на молодого человека исподлобья. «Даже руки не дали помыть», — продолжали лезть в голову глупые мысли. Уже в коридоре, положив руку ему на плечо, Аристарх начал: – Нравится тут? Кивок вышел немного неуверенным. – Вот и хорошо! Новостей особенно важных пока нет. Боюсь, тебе придётся здесь задержаться. Мы уже отправили письмо о твоей пропаже в центр. Это займёт некоторое время, но ты не волнуйся. Всё образуется. На этом пока всё. На прощание тот ласково потрепал его по макушке. – Давай, беги, встретимся чуть позже. Осберт не услышал для себя абсолютно ничего нового. И всё же визиты стража порядка ему нравились. Он был вовсе не против, если бы тот повторял одну и ту же информацию изо дня в день. Ему доставляло удовольствие слушать забавные речи красавца, когда тот, так наивно переживая за ребёнка, старался его успокоить. Возвращаясь на своё место, парень едва сдерживался, чтобы не начать это делать вприпрыжку. – Странный ты человек. Что-то я никак не могу понять, для чего ты так упирался. Вроде довольным вернулся. Не постеснялся оборванец высказать своё мнение. Осберт и сам не мог себе до конца объяснить зачем. Просто стрельнуло в голову, и всё тут.

***

После обеда юноша нашёл брата Бонифатия на своём привычном месте, у койки больного. Он пришёл уточнить об уходе по совету соседа. «У него же куча дел на уме, схватятся тебя и по всему городу начнут искать. А ты просто в лужу ушёл поплавать». Осберт, нервничая, сложил руки за спиной и спросил высоким голосом: – Я могу выйти на прогулку? Лекарь смерил его долгим взглядом. Стало немного не по себе. – Надеюсь, ты вернёшься к ужину, а не к утру следующего дня. «Тц, ему рассказали?». Парень быстро кивнул. – Ладно, иди, – отмахнулся брат Бонифатий. Второй раз повторять было не надо. ... В спешке Осберт едва не вылетел на улицу сразу же после этих слов. Пришлось притормозить у выхода и глупо развернуться, дабы забрать с собой второй комплект одежды. Возвратившись мокрым с головы до пят, можно было вызвать немалое количество вопросов. ... В этот раз он торопился как никогда. Пролетел до берега, почти не сворачивая. Парень сильно переживал. Страх, что его заметит какой-нибудь взрослый и притащит обратно в гостеприимный дом, прежде чем тот успеет навестить закадычного друга был велик. Казалось, все вокруг только и думают, как бы проследить за маршрутом стремглав мчащегося юнца. У берега он аккуратно припрятал сменную одежду, после чего нырнул в воду. Остров встретил привычным туманом. Действовать следовало быстро. Дорога туда и обратно занимала внушительное количество времени. «Найти Эгмонта, всучить ему еду и уйти. Всё. Даже поговорить ничего не буду». Юноша принялся быстрым шагом обходить остров, полагая, что мальчонка, как и в прошлый раз, сам выскочит с объятиями на встречу. Вот только сегодня тот явно не торопился. – Эгмонт! Негромко позвал Осберт. После парочки таких безответных окликов он уже орал во всё горло. – Эгмонт!!! Опять ничего. «Почему не отвечает?» – в голову лезли миллиарды страшных предположений. Время поджимало. Парень то и дело разворачивался: то к берегу, то обратно к храму, пока растерянный не застыл на месте. «Что же делать?»