Одержимость

Яркий свет ламп отражался от белых стен. В воздухе витал запах лекарств и полной чистоты. На холодном подоконнике сидел ребёнок — мальчик с белыми волосами и пустым взглядом. За окном раздавались детские голоса. До него доносился их громкий смех. Он смотрел на них без всяких эмоций. Следил за мячом, который переходил от одной команды к другой. Разглядывал футболки, испачканные в мокрой траве, и радостные лица. Мальчик запоминал каждый взгляд, слово или выражение лица. Как правильно улыбаться или что необходимо сказать в определенной ситуации. Незнакомая девочка ласково улыбнулась друзьям, и он попытался растянуть губы так же, но резко схватился рукой за шрамы — сильная боль разнеслась по всему лицу. Светлые брови нахмурились на мгновение. Чужой голос отвлек мальчика от наблюдения. — Харучиё, пойдём со мной. Женщина в белом халате позвала ребёнка и проводила его до знакомого кабинета. В помещении обстановка не отличалась от других комнат: те же однотонные стены, тиканье часов и запах медикаментов. Было не уютно, не отталкивающе. Он просто привык. Врач внимательно посмотрел на него. На взрослом лице пронеслась тень доброжелательности, но мешки под глазами выдавали нескончаемую усталость. — Санзу, как твои дела? — Нормально, — спокойно ответил он, рассматривая календарь на столе. Мужчина, заметив его взгляд, взял вещь в руки. — Тебе нравятся кошки? — Да. Мальчик знал, что почти всем детям они нравились. В те моменты, когда он дёргал плечами и отвечал «не знаю», взрослые странно смотрели на него, как будто так не должно быть. Тебе должны нравиться кошки или собаки, мороженое, мультики и игры с другими ребятами. Поэтому он соглашался. — Кстати о кошках. Помнишь твой вчерашний подарок Иоко? Ребёнок кивнул и спокойно посмотрел на врача голубыми глазами. — Почему ты решил сделать ей такой подарок? — Я проводил эксперимент и хотел, чтобы Иоко узнала об этом. — Что же ты проверял? — слегка нахмурившись, спросил мужчина. — От чего кошке будет больно. — Ей было больно? — Да, но я не хотел, чтобы она умерла. Это получилось случайно. После приёма у врача Санзу шёл к своей палате вместе с медсестрой. Другие дети шарахались от него и старались обходить стороной, но ему было всё равно. В голове появилась навязчивая мысль поговорить с Иоко. Они один раз разговаривали. Пару минут, но этого было достаточно, чтобы Санзу посчитал её своим другом. Впервые в этом белом доме к нему подошли, спросили, как его зовут, и начали рассказывать о мультике, который шёл по телевизору в холле. Ему было всё равно на телевизор, игрушки, но так хотелось поговорить с кем-то, рассказать о своих экспериментах, и краем уха он вслушивался в слова девочки. «Она говорит со мной, значит, мы друзья», — подумал Санзу. Проходя мимо множества одинаковых дверей и знакомых лиц, он заметил девочку в конце коридора. Ту, которая первой подошла к нему. Мальчик вырвал руку из сильной хватки женщины и, натянув улыбку, побежал к новой знакомой. Медсестра ринулась за ним, но догнала не сразу. — Иоко, привет! При встрече люди улыбаются друг другу. Он подумал, что так девочка встретит его с похожей улыбкой. Детское лицо побледнело от страха. Коридор заполнил громкий крик, наполненный ужасом. Иоко забилась в угол и надрывно заплакала, закрыв маленькими ладошками лицо. — Уйди! Уйди! Санзу застыл на месте, в глазах пронеслась растерянность. Некоторое время он не двигался и просто смотрел на девочку. На её трясущиеся плечи и бледное лицо, показавшееся из-под ладоней. Кто-то схватил мальчика за руку. Теперь женщина крепко держала его. Переходя на быстрый шаг, она повела его в сторону палаты. Искусанные губы сжались в одну полосу — медсестра нервничала. Она говорила, что теперь ему нельзя подходить к Иоко, никогда. — Я просто хотел спросить, почему она заплакала. Ей было страшно или она обрадовалась? Женщина остановилась и с непониманием посмотрела на ребёнка. Мальчик с белыми волосами казался похожим на ангела, но внутри него жило что-то бесчеловечное. Она шумно выдохнула и покачала головой. Сколько ни объясняй, истинных чувств он не поймёт. У него не получится.

***

Дни смешались в один долгий кошмар. Мизуки потеряла счёт времени, она не понимала сколько находилась в доме Санзу. Судя по погоде, приближалась зима. Голая земля изредка покрывалась тонким слоем снега, а ветер за окном завывал ещё сильнее. Брюнетка сидела на полу и не ощущала привычный холод, который также поселился в её сердце. На белых обоях появилось множество рисунков — безумно ярких, от которых рябило в глазах. Кислотные цвета добавляли жизни одинокой комнате. Последний момент сна отложился в памяти слишком чётко, и девушка хотела воспроизвести его как можно лучше, реалистичнее. Размытое лицо, мелькающее каждую ночь в её голове. Последняя сигарета из пачки, которую дал ей Санзу, оказалась в тонких пальцах. Мизуки долго вдыхала сигаретный дым, думая о чём-то отдалённом. Она не задумалась, зачем постоянно тянется к чему-то пагубному, будь то сигареты, алкоголь или разноцветные таблетки. Забыться, ощутить веселье? Всегда ли это было с ней? Тот же сон с подарком который раз повторялся, и Мизуки изображала кадр за кадром, пытаясь воссоздать полную картину. Светлые взлохмаченные волосы, голубые глаза… как его звали? Она концентрировалась на собственных воспоминаниях, но имя так и не приходило на ум. Рука дрогнула. Линия подбородка стала неровной. Девушка резко убрала кисть и осмотрела готовый портрет. Всё получалось удачно до одного момента. Странное чувство появилось в груди, казалось, имя мальчика крутилось на языке и снова исчезало. Пепел осыпался на голую кожу — девушка вздрогнула, она уставилась на собственную работу и застыла на время, что сигарета успела дотлеть. Раздражённый выдох. Она откинулась спиной на твёрдый пол и устремила пустой взгляд в потолок. Сможет ли она узнать, кем был незнакомец из сна? Вопрос за вопросом возникал в голове сами по себе. Тонкие брови нахмурились. — Всё тот же сон? Бархатистый голос со стороны вырвал из раздумий. Девушка повернула голову к парню. — Да… не выходит из головы. Санзу подошёл к девушке и лёг рядом. Белая рубашка, расстёгнутая на несколько пуговиц, открывала вид на белую шею. Розовые волосы распались волнами по полу, а взгляд голубых глаз был направлен на брюнетку. Мизуки поймала себя на том, что непроизвольно любуется им. Ведь красота Харучиё на самом деле притягивала и заставляла восхищаться. Она забывала о том, какой парень на самом деле. С обворожительной улыбкой, нужными словами и вниманием Санзу опутывал её своими сетями. А она наивно шла навстречу огню, который сжигал дотла. — Ты всё ещё хочешь найти его? Взгляд голубых глаз скользнул по рисунку и на мгновение стал иным. Или ей показалось? Девушка кивнула. — Санзу, ты не ревнуешь? — Нет, — спокойно ответил парень. — Я понимаю тебя, сам таким же был. Искал ту девочку. Мизуки грустно улыбнулась. — И в итоге нашё-ё-ёл, — касание руки к тёмным волосам.

***

Бесчисленные фотографии другой жизни. Мизуки внимательно рассматривала каждую из них и чувствовала, как непонимание сильнее закреплялось внутри. Санзу позволил провести время в его комнате, пока сам отлучился по какому-то срочному делу. Девушка не стала задавать вопросы. Она надеялась, что сможет узнать больше информации о нём, ведь парень до сих пор оставался для неё загадкой. Распахнутая дверь не привлекла её внимание, и Мизуки прошла мимо. Взгляд сразу зацепился за стену, увешанную собственными фотографиями, и мысль о том, чтобы разузнать больше информации о парне, испарилась. Вот ей ещё шестнадцать лет, кажется, это был первый день учёбы. Наоки и Минори стояли рядом и внимательно слушали подругу. Она находилась в радостном настроении, рассказывала о своих каникулах и о парне, который ей симпатизировал. В итоге они даже не виделись, общение в интернете продолжалось некоторое время. После тот парень начал игнорировать её и через пару дней выложил фотографии с новой девушкой. Мизуки получила долгожданный ответ на последнее сообщение. Он кратко написал: «Ты слишком недоступная, мне скучно». Мизуки наклонила голову и задумчиво улыбнулась. Её «недоступность» — не изъян. На следующей фотографии она сидела в парке, курила и грустно смотрела вперёд. В тот день мать сильно разозлилась, когда увидела диплом участника в конкурсе рисования, а не заслуженное, по её словам, первое место. Несмотря на предыдущие победы, женщина ругала её так, словно ничего не было. Мизуки старалась и прикладывала много сил ради одобрения матери. Грамоты и дипломы не нужны. Только улыбка или тёплое слово, которое согреет изнутри, не больше. Брюнетка ничего не чувствовала. Обиды прошли и любовь к родителям вместе с ними. Она была слаба, теперь — сильнее. Родители не заслужили её любви. Дыхание сбилось. Прежде Мизуки не видела этой фотографии. Она провела пальцем по «руке», которая закрывала лицо, и застыла. Тот отвратительный день. Бледные губы поджались. Санзу запечатлил момент, когда девушка сбежала со встречи с Ютакой. Шёл дождь, и несколько капель попали на объектив. Сквозь размытое изображение было видно, как она плакала. В груди неприятно кольнуло, внутри всё сжалось. Брюнетка слишком хорошо помнила ту боль, раздирающую изнутри. Ненависть, которая переполняла её. Мизуки сорвала фотографию и смяла её. — Он… — шёпотом произнесла она. Трясущимися руками она рвала фотографию на мелкие кусочки. Медленно, вкладывая всю злость, которая переполняла её. — Он… Глаза начали слезиться. Нервный вздох. Брюнетка не будет плакать, она не должна. — Умер… Клочки изображения валялись у ног. Мизуки устремила печальный взгляд на пол и замерла. Он мёртв. Больше Ютака не сможет причинить ей боль, потому что Санзу отомстил за неё. Понимание просияло в синих глазах. Она села на пол и долго смотрела на разорванную фотографию. Харучиё сделал это ради неё. Санзу аккуратно открыл дверь в комнату. Слабый свет настольной лампы освещал помещение. Брюнетка уснула прямо за столом. Она мило сопела и изредка хмурила брови, как делала обычно. Рядом с тонкой рукой лежала бережно восстановленная фотография с того самого дня. Парень спокойно перевел взгляд с изображения на девушку, которая в этот момент казалась особенно хрупкой. Шрамы изогнулись в слабой улыбке. Длинные пальцы коснулись собственного лица. Он оглянулся вокруг, словно мог увидеть кого-то рядом. После слегка нахмурился. Для чего… точнее, для кого была эта улыбка? Харучиё растрепал длинные волосы и покачал головой. Любимая сводила его с ума. Одним движением он подхватил Мизуки на руки и понёс в свою кровать. Санзу всё понял. Даже без этой фотографии.