Паразитка

      — Два хот-дога, пожалуйста, — попросил Эллиот, передав через окошко купюру.       — И скажи, чтобы добавили больше кетчупа!       — И двойную порцию кетчупа, пожалуйста! Камелия присела на спинку скамейки, опустив ноги на сиденье. Конечно, пенсионеры не оценили это действие должным образом, поэтому, проходя мимо, хватались за сердце и театрально вздыхали. На небе не было ни облачка. Солнце подарило этому дню не только осеннее тепло, но и ощущение некой свободы.       — Ками, можно вопрос? — спросил Эллиот, откусив немного теста. Она кивнула. — Изменилось ли хоть что-то после твоего возвращения из рехаба? Камелия поспешила проглотить кусок булки с сочной сосиской. Двойная порция кетчупа предприняла попытку к бегству, что и хотела сделать сейчас сама девушка, и капнула прямо на джинсы.       — Ох, чёрт! — выругалась Камелия и чистой салфеткой начала убирать соус, пока он не успел прирасти к ткани. Эллиот слегка наклонил голову набок. — Эм, немногое изменилось. Например, дома объявлен строгий комендантский час, на десять минут позже — сразу казнь. Ну и карманные деньги выдают не больше десяти баксов за сутки. Зак, наверное, совсем не в курсе, что в школе толкают и за один доллар, но не суть важно. А так. в целом всё по-прежнему.       — Там было не очень весело, да?       — Там было проще. Всё решают за тебя: когда есть, когда спать, когда говорить, что отвечать.       — А здесь? Камелия задумалась. Да, она вернулась домой, в привычную ей атмосферу и среду. Но здесь тоже уже было всё по-другому. В город вернулись вампиры и они оба стали жить в одном доме с ней. И, если кто-то ещё не понял, то это сильно влияет на жизнь и её, и Зака. В доме стало тихо, непривычно тихо. Все секреты будут подслушаны, даже, если у них не было важно для них. А ещё непонятное чувство тревоги. Если они всецело доверяли Стефану, то Деймон этого просто не заслуживал: он делал всё назло брату, мстил.       — Здесь я снова сама по себе. И это хуже, потому что я понятия не имею, что мне делать. И это правда. Впервые она говорит честно и откровенно, потому что знает, что Эллиот не просто выслушает, но и поймёт.       — Я скучал.       — Эллиот… — начала она, покачав головой в разные стороны. — Я не справлюсь.       — Я знаю. Поэтому я и здесь. Он здесь, а вот она…       — Не думаю, что действующий наркоман лучшая для меня компания, — пошутила она.       — Да, поэтому ты ешь сосиски в тесте за мой счёт? — он рассмеялся. С ним было легко. Знаете, Эллиот этот самый человек, которому вы можете позвонить в три часа ночи, просто потому, что вас напугала тень в собственной комнате. Но Камелия понимала, что их союз не продержится долго. Они действительно плохо друг на друга влияют и она боялась, что в конце концов, именно он потянет её на дно. Было приятно ощутить, что не все отвернулись от неё или не нацепили на лицо маску: ей срочно надо помочь. Хотя сейчас, сидя на скамейке с вкуснейшим хот-догом в руке, она почему-то не думала об этом так глобально.       — Вики сучка и всегда ею будет, — произнес Эллиот, вспомнив рассказ Камелии о их ссоре в школьном коридоре.       — Вы же были лучшими друзьями, — она слегка нахмурилась. Сколько она помнит их дуэт, Вики всегда для него оставалась приоритетом. Как обычно.       — Да… пока она не сдала меня копам.       — Что?!       — Сама спалилась и многих потянула за собой. Было очень больно, к слову, — признался Эллиот, а затем резко притянул её к себе, ладонью натирая её волосы так, чтобы они запутались. — Поэтому ты мой единственный друг теперь.       — Чёрт! Чёрт! — запаниковала она и очень быстро слезла со скамейки, выкинув всё лишние в урну. Эллиот же очень тактично кувырком перекинулся через спинку и двинулся вглубь парка. Зак сжал пакеты в руках так, словно планировал ими же отпинать подростка. — Привет, Зак. Как твои дела? Что делаешь?       — Какого чёрта ты делаешь в компании МакКолла? — ох, он сразу начал с претензий, значит настроен серьёзно.       — Мы просто ели сосиски в тесте и наслаждались чудесной погодой.       — Посмотри на меня, — потребовал мужчина. Камелия спрятала руки в карманах своих джинс и посмотрела прямо в его глаза. Мужчина оттянул кожу под её глазами и с облегчением выдохнул.       — Допрос окончен, господин полицейский? Или может обыщите меня, чтобы люди смотрели ещё более странно? — она расставила руки в стороны. — Пошли домой. Я ужасно хочу спать.       — Эссе по истории думает об обратном, — напомнил Сальваторе. Его недоверие и постоянные сомнения были оправданы, даже подкреплены фактами, как минимум, что она год провела на принудительном лечении. Камелия это понимала, но, чем чаще он это делал, тем более она становилась подозрительнее, раздражённее.

***

Камелия медленно петляла по дворовой дорожке у школы. Она остановилась и посмотрела на небо. Солнце жарило с неистовой силой, словно пыталось выжечь этот день. Но девушка была рада такой погоде, потому что дожди уже знатно надоели. Эта серость вгоняла в депрессию, серьёзно. Возле главного входа остановились Тайлер Локвуд и Мэтт Донован. Блондин приветливо помахал ей рукой и приобнял за плечи:       — Привет, Ками, — поздоровался он. — Как твои дела? Девушка дежурно ему улыбнулась и положительно кивнула, что означало: нормально, но лучше не спрашивай.       — Смотри, Елена с её новым парнем, — начал Тайлер, заметив парочку, что прогуливалась от стоянки к главному входу школы. — Что они делают? Они гуляют, гуляют и ещё раз гуляют. Целыми днями.       — Придурок, — бросил Мэтт, кинув краткий взгляд на них.       — А ты просто стоишь здесь, похожий на садового тролля.       — Не расстраивайся Мэтт. Ну, хочешь мы найдём тебе подружку с которой ты также будешь ходить под ручку и загадочно засматриваться на звёзды? — пошутила Камелия.       — Издеваетесь, да? — ухмыльнулся подросток. — А что я должен делать? Она сделала свой выбор.       — Дай ей понять, что она сделала неправильный выбор, — серьёзным тоном произнёс Тайлер, выхватив из рук Мэтта мяч. Тайлер замахнулся мячом, а свободной рукой подбирал правильную траекторию. Камелия только успела разинуть рот и потянуть руку в ответ, но мяч уже парил в небе и был готов встретиться с затылком Стефана. Ей стало отчего-то очень стыдно, что даже заставила себя повернуться спиной. Но мяч Тайлера был успешно пойман и с двукратной силой вернулся к нему в руки. Да так, что подросток на подошве проехал ещё пару сантиметров по газону.       — Если что, Стефан мой брат. Попробуешь снова — я заставлю тебя проглотить этот мяч. Понял? — угрожающе произнесла Камелия и двинулась в сторону стадиона, где её ожидал полуторачасовой марафон под свисток тренера. Бедный Мэтт. Он слишком много времени потратил на Елену, решив, что ей просто нужно время после случившейся трагедии с её родителями. Но, как оказалось, её нужно было не время, а другой человек рядом. И её нельзя было винить за это, все вокруг твердили, что они больше друзья, чем влюблённые. Но попробовать стоило: вот только теперь она тает в компании другого парня, пока Мэтт тонет в собственных чувствах к ней. Камелия всегда жалела тех, кто оказался в подобных ситуациях. Правда, чувства — это так болезненно.       — Да вы посмотрите на этот показательный пример: сидит на паре по физкультуре и решает математику! — радостно парировал Эллиот, приземляясь возле неё. Они, как обычно, поздоровались своим фирменным жестом. — Как дела?       — Лучше всех, меня сегодня оставляют после занятий, чтобы отчитать за прогул последних занятий позавчера. Настроение — убить кого-нибудь.       — Ой, только не меня, — засмеялся Эллиот. — Вот мою пропажу никто и не заметит. Камелия сразу вспомнила, что помимо зависимости в них было многое похоже. Эллиот живёт со своей тётей в трейлерном парке. Его родители — несостоявшиеся личности, ведущие не самый показательный образ жизни для подростка, хотя и имеют связи, которые помогают им удерживаться на плаву. Поэтому Эллиот редко бывает дома, а всё свободное время посвящает отрыву. Это всегда так обидно, когда люди находят утешение не в близких людях, а зависимостях. Если взять пример с Камелии, то она сама точно не сможет ответить почему выбрала быть зависимой от таблеток. Психолог, мистер Бернар, утверждает, что это защитный механизм, который у неё сбился: ей было легче отключиться от реальности, которая не оправдала ожиданий. Не знаю, возможно так и есть.       — Эй, а это не твой братец? — толкнул Эллиот и указал на поле, куда бежал Стефан в полной командной экипировке.       — Да… у него адаптация проходит намного лучше меня. Удивительно даже. По стадиону разошлась волна ритмичной и энергичной музыки: группа поддержки вернулась, чтобы подбодрить дух спортсменов школы в предстоящем домашнем матче по американскому футболу. Камелия повернула голову. Деймон подвёз Кэролайн, что уже как-то не вписывалось в рамки реальности. Челюсть всех девочек из группы поддержки валялась где-то там, у колёс синего шевроле. Камелия сразу спрятала лицо за учебниками, хотя взгляд всё равно цеплялся за ту сторону, куда ну вообще нельзя было смотреть. Вампир, конечно же, заметил её и помахал рукой. А затем всё превратилось в наихудший кошмар:       — Камелия, подойди сюда! — крикнул он, а взгляды группы поддержки остановились теперь на ней. Клянусь, они смотрели на неё ещё хуже, чем на Кэролайн, что удосужилась прокатиться в таком шикарном авто, с таким же водителем. Ох, а их поцелуй на прощание был горячее, чем в тех коротких видео на youtube. Камелия неспешно поднялась с трибуны, оставив учебники, сумку и куртку Эллиоту.       — Чего тебе, Деймон? — недовольно спросила девушка, облокотившись на опущенное стекло.       — Предлагаю совместную поездку, — она скривила лицо так, будто выпила стакан кислого сока, а сверху заела кислым мармеладом с лимонными дольками без сахара. — Я расскажу тебе, кто такие Стефан и Зак Сальваторе на самом деле. Ты можешь запрыгнуть в машину сама или я перееду на ней всю группу поддержки. Выбирай. Она, конечно, в какой-то степени была эгоисткой, но рисковать целой группой молодых девчонок, чтобы показать Деймону уровень своей гордости и самоуверенности — ну, как-то не очень. Камелия запрыгнула в машину, пока святая троица провожала их очень разными взглядами: Елена — недопонимание, Бонни — просто обалдевала со всего происходящего вокруг, а глаза бывшей лучшей подруги в лице Кэролайн — адская ревность.       — Что происходит? Куда мы едем? — спросила Камелия.       — Знаешь игру, где кто-то бежит, а кто-то догоняет? — спросил он, а у Камелии внутри все органы покрылись ледяной коркой. — Вот, примерно в это и поиграем.       — Останови машину, придурок! — крикнула Камелия, а Деймон только стал набирать скорость. Машина свернула с дороги и стала мчать по бездорожью, петляя между внушительных дубов. Скорость просто вжимает девушку в сиденье. Деревья мелькают слишком близко, ветки царапают кузов. Звук — резкий, неприятный. Камелия хватается плечом за дверь.       — Отпусти меня, — почти кричала девушка. Он бросил на неё короткий взгляд.       — Где в этом веселье?       — Ты с ума сошёл?! Кажется, Стефан был чертовски прав, когда говорил, что его брат — невменяемый. И это не было как-то по-братски, это звучало, как острое предупреждение.       — Нет. Мне просто скучно. Машина петляет между деревьями. Каждый поворот, как будто последний. Камелия начинает чувствует, как сердце бьётся уже где-то в горле.       — Останови машину!       — И испортить всё самое интересное? Деймон резко вжал на тормоз. Машину заносит, а Камелия вынуждено дёрнулась вперёд, ударяясь лбом о приборную панель. Деймон повернулся к ней и теперь его взгляд… не весёлый, а холодный. Он наклонился к ручке и открыл дверь.       — Беги. Камелия не двигалась, тело сковал страх и потерянность: он это несерьёзно. Он наклонил голову набок и ухмыляется, будто перед собой видит самую жалкую картину.       — Серьёзно? И в следующую секунду она вылетает из машины. Холодный воздух режет лёгкие. Лесная дорога похожа на самый непроходимый уровень в видеоигре: везде ямы. Она почти упала, но удерживалась. Камелия просто бежала вперёд, стараясь не оглядываться назад. Ветки деревьев били по лицу, словно специально. С каждым метром дыхание становится всё более прерывистым, но она просто не может остановиться. Сзади — тишина. И это хуже всего, потому что она знает: он идёт. Медленно, как хищник, что знает — от него не убежать. Она ускорилась. Ноги путаются не только в выступающих корнях, но и сами с собой. Земля ушла из-под ног — она свалилась на колени. Кожа на ладонях стёрлась, покрылась мелкими кровоточащими ранками.       — Чёрт… Камелия поняла, что это всё бесполезно. Но она всё равно сорвалась с места.       — Ты быстро учишься. Раздался голос за спиной, но это было так близко, будто он стоял сбоку от неё. Она медленно развернулась. Деймон стоял в нескольких шагах от неё, плечом упираясь о ствол дерева.       — Но недостаточно быстро. Камелия сделала несколько решительных шагов назад, стараясь не отпустить его из виду.       — Не подходи, — дрожащим голосом произнесла она. Вампир лишь усмехнулся.       — Знаешь, в чём проблема? — вдруг спросил он. — Ты думаешь, что можешь убежать. Деймон за секунду оказался впереди неё и схватил её за руку. Камелия сразу ощутила это прикосновение. Холод его пальцев обжигал кожу, а чувство страха уже перекрывало ей дыхание. Она попробовала сорвать его руку, но он даже этого не почувствовал. Лишь усмехнулся ей в лицо.       — Отпусти меня, урод! — крикнула она, ведь из оружия у неё сейчас только слова. — Если тронешь меня, Стефан голову тебе оторвёт. Деймон звонко рассмеялся, ведь знал, что Стефан намного слабее его. И в этот момент, Деймон отшатывается чуть назад и тянет её за собой. Камелия замирает и как фигурка в машине, начинает ворочать головой в разные стороны. Рядом с ними показался Стефан Сальваторе. Камелия с облегчением вздохнула.       — Отпусти её, — потребовал он. Деймон выпрямился и провёл языком по нижней губе, но отпустил её. Камелия сразу отскочила в бок, потирая запястья.       — Серьёзно? Мы только начали. Стефан не ответил, просто сделал шаг вперёд. Напряжение в воздухе становится почти физическим. Камелия стоит за его спиной.       — Я в порядке, Стеф. Не стоит. Деймон улыбнулся уголками губ и растворился среди деревьев. Стефан сразу повернулся к девушке, разглядывая её. Она увидела в его глазах страх, который до этого он не показывал.       — Как ты нашёл меня? — спросила Камелия.       — Елена сказала, что ты уехала вместе с Деймоном. Я сразу понял, что это не семейная поездка, — ответил он, не смотря ей в глаза. Стефан должен был остановить своего брата ещё в тот момент, когда он появился на его балконе, хвастаясь собственным физическим превосходством над всеми. Но он не мог ничего сделать. Его оправдание — он физически слабее его, так как поддерживает животную диету, пока Деймон не отказывает себе в живой человеческой крови. Но Камелия знала, что это не единственная причина. Они братья и это нормально испытывать эмоциональную слабость перед ним. Жаль, что это вредит обычным людям, которые по собственной неудаче могут попасться на пути Деймона.

***

Стефан отвёз Камелию домой. Она сразу же пошла к себе в комнату, предоставив ему возможность объяснятся перед Заком. Хотя им крупно повезло, что его не было дома. А иначе не избежать очередного скандала: «Стефан, ты должен остановить своего брата, пока о существовании вампиров не стало известно всему городу». Но именно сегодня Камелия оценила масштаб трагедии и то, как Деймон может зайти далеко. Он не просто неконтролируемый, он непредсказуемый. А главное — его мотивы подкреплены самым острым чувством ненависти.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Стефан, присаживаясь на край кровати. Камелия сняла наушники и тяжело вздохнула.       — Я в порядке, — кратко ответила она, но ускоренный ритм сердца выдал всё.       — Говорить, что ты в порядке, не означает — быть в порядке.              — Твой брат психопат, — ответила она, лениво перелистывая журнал. — Не хочу превращаться в Зака, но это действительно следует прекратить. Он встречается с моей подругой и я не уверена, что у Деймона вспыхнули к ней яркие чувства.       — У Деймона есть черта. Он никогда не злится. Он сводит счёты. Сегодня он дал мне понять, что всё хорошее, что в нём когда-либо было — разрушено. В нём нет ничего хорошего, только монстр, которого нужно остановить. Но…       — Но ты не можешь это сделать, — перебила Камелия, поджав колени к груди, и обняла их руками. — И дело не в силе, Стефан. Он твой брат и ты любишь его, как ни крути. Несмотря на все твои отчаянные попытки спасти его из темноты, он всегда выберет смерть. И я его понимаю. Стефан возвёл глаза на неё.       — Когда жизнь настолько к тебе несправедлива, когда вокруг мир рушится, а от солнца остаётся только мифическое название, то единственное, что остаётся — обратиться к тьме. Она не только описала Деймона, но и себя, в какой-то степени. Всю жизнь её пытались изменить и подстроить под стандарты, но сопротивление оказалось куда более сильнее. И где она теперь оказалась? В доме с вампирами и с вечным желанием избавиться от серой картинки перед глазами. Но в их судьбе было различие: её ещё можно было спасти, хоть она этого и не хотела, а вот Деймон… Дверь в комнату распахнулась со звонким скрипом, переманивающим всё внимание на себя. В дверном проёме застыл Зак с весьма говорящим взглядом. Смесь волнения и нарастающей злости, заплясали в его зеленоватых глазах. Мужчина сразу подошёл к девушке и положил руку на щеку, поглаживая сухую кожу большим пальцем.       — Как ты мог допусть это? — он даже не поворачивался к Стефану, ему было злостно просто даже думать об этом.       — Зак, Стефан тут не при чём! Я в порядке, слышишь? — отмахнулась Камелия.       — Я это слышу уже на протяжении нескольких лет. Ты в порядке только потому, что Деймону вздумалось поиграться и то, что Стефан успел — большая удача. Но стоит говорить о том, что могло быть на деле? Стефан шагнул к шкафу, упираясь в него своим плечом.       — Ты спрашивал это у меня так часто, что я не имела даже право ответить как-то по-другому. Ты спрашивал, как у меня дела, когда я находилась в центре. У меня был там единственный друг, единственный, кто понимал меня, кто слышал меня, — рука невольно потянулась к затылку. — И знаешь, что с ним случилось? — Зак отрицательно покачал головой. — Он умер. Ровно за неделю до выхода из программы. Он всегда говорил, что боится умереть один, желал, что бы с ним был кто-то рядом. А они закрыли его в изоляторе. Одного. Он умер на холодном полу, в грёбаном изоляторе. Они знали, что он готов к этому и не стали останавливать. Наоборот, подтолкнули.       — Мне жаль, правда, — отступил он. — Но это было единственное правильное решение тогда. Спроси: хотел ли я этого? Нет, не хотел. Но я не мог смотреть на то, как ты убиваешь себя.       — Не обижайся, Зак, но я давно мертва. Это не жизнь, а сплошные мучения. Я правда не знаю, что со мной не так и почему я так поступаю.       — Может продолжим терапию у мистера Бернара? — предложил он. Стефан даже не успел понять, как она сумела так резко сменить тему. И он должен был быть благодарен за это, ведь больше не может врать Заку. Все старания, что он приложил к тому, чтобы мужчина поверил в безопасность не только Камелии, но и города — одним проступком Деймона канули на дно. И нельзя было винить в этом только его, ведь Деймон вернулся город только из-за Стефана и Елены, что так похожа на их общую бывшую. Вообще, ситуация была настолько абсурдной, что в других обстоятельствах, они бы смеялись над этим.       — Иногда мне кажется, что ледники Антарктиды растают быстрее, чем ты, — признался Зак. — Но я хочу, чтобы ты знала — я не пытаюсь тебя исправить, залечить. Я просто хочу, чтобы ты была в порядке и наслаждалась каждым мгновением, проведённым в этом мире, а не мучилась с собственными демонами в голове.       — Спасибо, — тихо произнесла Камелия и вжалась в его объятия, как последний спасательный круг, скинутый в ледяные воды океана. Она понимающе кивнула Стефану, а тот в свою очередь прошептал что-то, похожее на: спасибо. Зак вышел из комнаты, пару раз уверенно похлопав Стефана по плечу. Вампир извинился взглядом перед ним и вернулся к Камелии.       — Мои биологические родители, Бен, Зак, — никто не может справиться со мной, потому что я сама с собой не могу справиться, — произнесла Ками, приподнявшись на локтях к спинке кровати. — Я вечно всё ощущаю не так, как это должно быть. Не слушаю никого, делаю всё по инерции, а потом удивляюсь: почему ничего не меняется. А как у тебя обстоят дела с Еленой?       — Всё прекрасно, но есть одна большая проблема в виде Деймона и его вечных попыток заставить меня пожалеть о собственном существовании. И теперь он может войти в её дом, — он слегка качнул головой. — Ты не проблемная, Камелия. Ты — человек.

***

Сегодня домашний матч по американскому футболу. Все ученики старшей школы Мистик Фоллс собрались на открытом стадионе, чтобы вписать себя в историю учебного заведения, потому что каждый из них почему-то был уверен в безупречной победе. Камелия не стала исключением, правда пришла она сюда по другой причине: Стефан теперь игрок команды, небольшая поддержка со стороны знакомого человека ему не помешает. Камелия наблюдала со стороны, как Стефан дарит Елене кулон. Её глаза светились от счастья и чистой благодарности за подарок, что отлично впишется в любой наряд. Но главное, что ей было просто приятно получить подарок именно от него. Будь на его месте другой парень, она бы не приняла его или не испытывала бы таких сильных чувств. Камелия улыбнулась уголками губ. Ей было просто радостно видеть Стефана таким счастливым и влюбленным, зная его прошлые отношения. Стадион быстро заполнился шумом. Все желающие поддержать школьную команду столпились за спинами группы поддержки и также выкрикивали направляющие речи. Те, кто планировал просто оторваться на всю катушку спрятались за трибунами, уже разливая алкоголь по стаканчикам. В центре зоны для зрителей кто-то зажёг костёр с талисманом команды. Тренер Тернер уже толкал речь, хотя большинству было уже далеко не до этого, словно они уже победили в этой игре. Их внимание больше привлекала драка, которую развязал Тайлер Локвуд и Джереми Гилберт. Бедняги до сих пор не могут поделить Вики Донован. Хотя по мнению Камелии: было бы кого там делить. Она бы продолжала стоять в толпе, если не заметила уплывающую фигуру Стефана в самый эпицентр мальчишеской драки. Джереми сжал осколок разбитой бутылки и полоснул Стефана по руке, хотя изначально целился в спину Тайлера. Камелия театрально изобразила испуг, хотя знала, что такой раной навредить вампиру — всё равно, что ловить птицу сочком для бабочек. Она пробралась вперёд сквозь зевак, которые готовы были головы себе открутить, не успевая за событиями. Елена, как подобает заботливой девушке, первая подошла к нему и стала осматривать рану на ладони, которой уже, к слову, и не было. Девушка подняла на него недоумевающий взгляд.       — Не понимаю… он же поранил тебя, — начала она.       — Это не моя кровь, — Стефан вытер ладонь о ткань футболки. — Видишь? Он раскрыл ладонь перед её лицом. Она с удивлением подняла на него взгляд, затем на ладонь, потом уже на брата. Джереми пребывал в шоковом состоянии, пока адреналин бил в груди. На любые попытки осмотреть или помочь ему — он огрызался, скидывал их руки, бросал нелестные выражения.       — Джереми, возьми себя в руки! — крикнула перед его лицом Камелия. — Детский сад. Идём, тебе нужно умыться. Она схватила его за капюшон куртки и толкнула в сторону второго выхода. И как же им повезло, что уборная была свободна. Джереми стоял у раковины, наклонившись вперёд. Вода лилась слишком сильным напором. Красные пятна смывалась с костяшек, окрасив воду в бордовые тона.       — Отлично выглядишь. Он замер. Медленно поднял взгляд в зеркало. В отражении стояла Камелия, прислонившись к двери.       — В следующий раз предупреди, я возьму попкорн. Он резко закрыл кран.       — Очень смешно, — его голос был наполнен смесью чувств: обиды, злости и гнева. — Что ты хочешь?       — Просто интересно. Зачем ты это сделал? Джереми отвернулся, остатки мужского эго просто не позволят, чтобы кто-то увидел его таким слабым и уязвимым.       — Ты знаешь, — рявкнул он.       — Из-за неё? Камелия не произносит имя, ведь и так всё было понятно.       — Не начинай, — сразу отмахнулся Джереми. Все вокруг то и делали, что отчитывали его: за успеваемость, за ненормальный образ жизни, за агрессию, за выбор. Он устал от этого всего. И Камелия понимала его, как никто другой. Слишком схожие судьбы.       — Я пытаюсь понять. Младший Гилберт усмехнулся.       — Ты? — он повернулся к ней. — Ты пытаешься понять? Это смешно. Он ведёт себя как придурок. Он трогал её.       — И?       — И мне это не понравилось. Камелия взглянула на него. Такой жалкий и такой разбитый, всё ещё пытается что-то доказать.       — А ей? Подросток застыл на месте и это было громче любых слов.       — Она не…       — Что? Камелия сделала шаг ближе.       — Она не может сама решить?       — Может.       — Тогда зачем ты влез? Он раздражённо провёл рукой по влажным волосам.       — Потому что кто-то должен…       — Должен что? Защитить? Это не тебе решать. Он открыл рот и приготовил для неё душераздирающую речь. Но затем снова смыкает губы, потому что ответа нет. Или он есть, но его это не устраивает. Всё это напомнило ей историю с Эллиотом МакКоллом. Он был также ослеплён ею. Но главное правило: нельзя спасти того, кто этого не хочет, а иначе — погибнешь сам. Джереми отвернулся и сжал край раковины.       — Ты не понимаешь. Камелия тихонько усмехнулась.       — Я как раз понимаю. Ты хочешь, чтобы она выбрала тебя. И тебя бесит, что она не выбирает.       — Это не… Джереми не смог продолжить, слова застряли где-то в глотке.       — Больно, да? — Джереми опустил глаза. — Просто не делай из этого войну. Вики не заслуживает, чтобы такой хороший парень так убивался по ней.       — Отлично. Спасибо за психоанализ. Девушка пожала плечами.       — Обращайся. Но перед тем как выйти из комнаты, она остановилась.       — И ещё кое-что. Если ты будешь продолжать так «защищать» людей… однажды они тебя возненавидят. Камелия увидела Стефана, что мирно и по-дружески общался с Мэттом за стадионом. Она глубоко вздохнула, ища терпении где-то на звёздном небе. На футбольном поле зажглись фонари, а команда соперников уже расположилась на своей половине, отрабатывая манёвры. Трибуны заполнились шумом и, кажется, никто даже не вспоминал о произошедшем.       — Стефан, ты как? — подошла Камелия, когда Мэтт уже зашёл в раздевалки.       — Разве это не мило? — позади них раздались торжествующие хлопки в ладоши. Из тени вышел Деймон. — Стефан записался в команду, нашёл друга и вечно пляшущая рядом недородственница. Это типо «ура, вперёд команда»! — он руками совершил жест, который являлся заключительной частью в выступлении группы поддержки.       — Не сейчас, Деймон. Мне некогда, — холодно отрезал Стефан.       — Хорошая идея с Еленой, — за долю секунды Деймон оказался возле них. — Дай догадаюсь, вербена в ожерелье? Признаюсь, я немного был удивлён. Уже давно никто не мог сопротивляться моему внушению. Откуда оно у тебя?       — Это так важно прямо сейчас? — возмутилась Камелия. Рука Стефана плотно сжала её кисть.       — Думаю я мог бы соблазнить её в старомодном стиле. Или мог бы просто съесть её.       — Нет, ты не причинишь ей боль. Потому что в глубине души у тебя есть чувства к ней. Я волновался, что в тебе не осталось ничего человеческого, что ты стал монстром, которым притворяешься. Камелия на подсознательном уровне уловила дрожь от сказанных слов: «у тебя есть чувства к ней»… Она взглянула на Стефана.       — Кто притворяется?       — Какого чёрта, Сальваторе. У нас тут, вообще-то игра! — ох, все Святые этого мира, почему тренер решил именно сейчас завалиться на парковку. Деймон в один шаг оказывается напротив тренера. Он набросился на него, как дикий зверь на свою добычу. Звук, разрывающейся кожи под давлением клыков, заполнил всё свободное пространство. Тренер выпустил свой последний вздох.       — Деймон нет! — вскрикнула Камелия, когда тело их преподавателя по истории, а также тренера команды, свалилось на асфальт. Трещинки сразу наполнились кровавыми ручейками, стекая в одну огромную лужу. Стефан за руку оттянул её назад.       — Кого угодно. Когда угодно. Где угодно.

***

На кухне горел мягкий свет. Зак Сальваторе стоял у плиты, спиной к двери. Рукава закатаны, движения спокойные, размеренные. Камелия остановилась в проходе. Она просто наблюдала со стороны: за ним, за светом, за тем, как он старается усовершенствовать свои кулинарные навыки ради неё. И это было мило, очень мило.       — Ты опять стоишь там, как призрак? — он даже не развернулся к ней, продолжая что-то замешивать в миске. Камелия слегка улыбнулась.       — Ты всегда знаешь, что я здесь?       — Ты слишком тихая, — отвечает он. — И это подозрительно. Камелия фыркнула, но всё-таки зашла внутрь кухни. Она смело запрыгнула на барный стул, подтягивая ноги к себе.       — Ты готовишь? — спросила девушка, стащив со стола небольшой кусочек колбаски.       — Пытаюсь.       — Разница принципиальная. Камелия просто смотрела, как он помешивает что-то на сковороде. Тёплый пар поднялся наверх, заставляя желудок издать умоляющий звук. Зак усмехнулся и поставил перед её носом тарелку с лазаньей. Камелия медленно потянулась к вилке, будто вместо дегустации блюда, ей предстоит обезвредить бомбу. Зак никогда не умел готовить, его максимум — это яичница с беконом. И то, научился он готовить её относительно недавно. До этого предлагалось недожаренное яйцо с плоским куском угля. Камелия отрезала себе небольшой кусок и без промедления попробовала его.       — Неплохо, — вынесла вердикт Камелия. Зак усмехнулся.       — Это максимум, на который я могу рассчитывать?       — Да. Камелия осторожно подняла на него взгляд. Он ведь ещё не знает, что она стала свидетелем убийства. И в голове прокручивала столько возможных исходов, что даже не заметила, как простое наблюдение превратилось в настоящую игру гляделки. Зак замер. Он знал её наизусть.       — Я… — она запинается, — Мне жаль, что я так поступила с собой и с тобой, в том числе. Я не знаю, что мне делать дальше, чтобы перестать чувствовать вину. Но, кажется, это теперь навсегда со мной. Как и необъяснимое чувство одиночества. Зак наклонился чуть вперёд.              — Мы разберёмся, — тихо сказал он.       — Ты не обязан разбираться с моими тараканами в голове. Кажется, их там так много, что ни один дезинсектор не поможет их вывести оттуда окончательно.