nothing personal

      Чанни-хен       Как движется работа? Как там на студии?       Ты все?              Джисон в десятый раз переслушивал идеально сведенный трек. Он пришел в компанию к пяти утра, чтобы точно не упустить случайную встречу, и посадил Чонина дежурить в кафетерии на входе.              хен, все хуйня       воощбе не лепится              Чанни-хен       Не переживай и сегодня оставайся, сколько тебе будет нужно       Я выбил для тебя весь день       Завтра эту студию займут до обеда, а потом она снова твоя              лучши хен       спсбо              Чанни-хен       У меня сегодня встреча в три закончится       Зайти к тебе?              сенькс       не надо       хочу домучать терк один              Чанни-хен       Может, кофе?       Или обед?       Крылышки закажу              хееен              Чан — идиот.              Ну вот и куда он лезет? У Джисона после его встречи тоже, вообще-то, дела.              Он откинулся на стул и прикрыл глаза. Сегодня он видел прекрасную фотографию Минхо в инсте — он там стоял на пляже на Чеджу и придерживал панамку. О, Джисон мог представить, как ветер срывал эту панамку, а Минхо повторял свое любимое ойй-ойй-ойй, хватаясь за ее края. Джисон позволял себе прифантазировать собственную персону к подобным событиям. Например, он мог бы в этот момент сфотографировать Минхо со стороны, чтобы запечатлеть, как мило и немного нелепо тот делал селфи. А потом он обнял бы Минхо и поцеловал его в прохладный от ветра, слегка покрасневший нос, поцеловал бы под скулой и конечно же в губы, а потом они весь вечер гуляли бы вдоль пляжей и к ночи вернулись бы в свой номер с видом на море, и Джисон снял бы с Минхо его милую панамку, и расстегнул бы его рубашку, и Минхо поморщился бы, когда Джисон опустил бы холодные ладони ему на обнаженную кожу талии, и ладони скользнули бы…              — Сонбе!              Что?              — Сон-бе!              Джисон недовольно открыл глаза и уставился на приоткрывшуюся дверь, в которую друг над другом протиснулось три девчачьи головы. Девчонки из МиксИкс Джисону в целом нравились — он продюсировал для них песню, которая была включена в их недавний дебютный альбом. Они были талантливы и очаровательны как на подбор, разве что субординацию соблюдали весьма условно.              — Вы что это, сонбе, спите?              — Я не сплю.              — Спите-спите, — хором произнесли головы и синхронно закивали.              — Мы все видели.              — Одолжите нам комнату, пожалуйста?              — Всего на часок!              — Пожа-алуйста, — протянули головы.              — Все равно вы спите и ничего не делаете.              Джисон проморгался, пытаясь прийти в себя после такой наглости.              — Как это ничего не делаю. Сами же сказали, что я сплю. И вообще — брысь отсюда.              — Сонбе, не злитесь. Поспите в танцевальном зале. Он свободен.              — В зале? Вот уж нетушки. Все, разговор окончен, — Джисон потянулся к телефону, на который пришло сообщение. — Я занят. Хороших вам занятий, — задумчиво протянул он, читая сообщение.              чонин который стафф раб милый       МИНХО ВНИЗУ       СРОЧНО       СИДИТ ВНИЗУ       В ЦВЕТОНЧНОЙ ЗОНЕ       Я ЕГО БОЮСЬ       Я ЕГО НЕ ЗАДЕРЖУ       СРОЧНО              — Эх, ладно, девочки, — Джисон, вздохнув, встал с кресла. — Что только не сделаешь для вас. Трудитесь.              — Джисон-ним лучший!              — Вы наш любимый сонбе!              — Вы просто класс!              Девушки толпой вломились в студию и, пропихиваясь мимо Джисона локтями, начали занимать свои места: одна проникла через дверь к микрофону, другая села за установку, а третья, помахав Джисону рукой, с чувством захлопнула за ним дверь, прищемив край его широкой штанины.              Дернув штанину на себя и добавив ей рваного гранжа, Джисон решительно устремился учинять судьбу. К сожалению, прежде, чем он смог спуститься, лифт остановился на каждом из девяти нижележащих этажей, а после, по неведомой Джисону причине, решил упустить первый этаж и спустился к парковке. Джисону пришлось ждать, пока все поздороваются с ним и запихнутся внутрь, чтобы наконец достичь первого этажа, поймать испуганного Чонина, встряхнуть его за плечи и выяснить, что Минхо уже как пять минут назад вышел и направился в неизвестном Чонину направлении.              — Он ведь был с менеджером? — суетливо забормотал Джисон. — Менеджер не ушла?              — Нет. Она все еще здесь, — Чонин закусил трубочку и выпил из пустого стакана воду от подтаявшего льда. — Но, полагаю, переговоры прошли не очень хорошо, — он сощурился, навострил всю свою лисью хитрость и понизил голос. — Минхо получил какое-то сообщение и был очень им опечален. Я старался держаться ближе, но он уже начинал коситься на меня, так что мне пришлось отойти.              — Ты что, не мог задержать его как-то? Притвориться, что хочешь сфоткаться с ним или что хочешь заполучить его лицо в наше агентство. Ладно, согласен, неправдоподобно. Но, Чонин, хотя бы случайно пролить на него кофе!              — Я тоже об этом подумал. Но вы дали мне денег только на один стакан, — Чонин демонстративно потряс им, громыхая льдом, и с упреком уставился на Джисона. — И этот стакан — все.              — Как бы то ни было, спасибо, Чонин, — Джисон опустил ладонь ему на плечо и товарищески улыбнулся. — Ты настоящий друг.              — Вы обещали мне заплатить, — Чонин дребезжаще-хлюпающе подтянул по трубочке еще воды.              — Тебе непременно поступит премия, — заверил его Джисон и, развернувшись на пятках, натянул на голову кепку. Поверх нее накинул капюшон, надел солнечные очки, нацепил маску и вышел на улицу, стараясь не озираться по сторонам.              Если менеджер Минхо еще в здании, то и он сам должен быть где-то поблизости.              Решительно подтянув штаны — черт, а ведь Чан говорил ему не выпендриваться и купить ремень — Джисон отправился курсировать вдоль улицы, заглядывая в окна всех припаркованных машин и за витрины всех кафе и магазинов.              Осмотревшись, он перешел на другую сторону улицы и устремился обратно к зданию компании.              Ребенок, сидящий в машине, скорчил Джисону рожу.              Джисон отвернулся, стараясь смириться с тем, каков он сейчас.              Мимо него пронесся берет.              Джисон замер и навострил уши. Его глаза вмиг стали видеть так четко, как никогда прежде.              Минхо.              Только что зашел в кафе.              Это точно был он.              Больше не раздумывая и секунды, Джисон рванул за ним следом.              С каждым новым шагом память подбирала все больше осколков едва минувшего мгновения.              Прямые черные волосы. Темно-синий берет. Темно-синий кардиган. Белая рубашка, длинные джинсы, грязные кроссы. Размытый профиль.              Блядские темные очки.              Это он.              Джисон потянул на себя ручку и вошел внутрь.              Взгляд скользнул поокруг небольшого полупустого зала — уже не утро, но еще не обед.              Скучающая бариста. Парочка у окна. Чувак с умным видом, тыкающий мышкой в ноутбук и передвигающий башню в доисторической версии stronghold crusader. Минхо, спрятавшийся в закутке и листающий какую-то ленту в телефоне. Девочка с пятном какао на платье, хнычущая возле занятого туалета, и успокаивающая ее мать. Минхо…              Минхо.              — Большую айс-матчу, пожалуйста, — Джисон сделал заказ. Он постарался произнести его как можно громче, чтобы Минхо услышал его и сразу узнал, но в итоге глаза на него поднял лишь умный чувак, оценив осуждающим взглядом. Как будто Джисон оторвал его от очень важной битвы с прайдом львов.              Мать с девочкой зашли в туалет. Плач утих.              Джисон оплатил заказ. Уставился на Минхо, стараясь отрывать от него взгляд и изучать меню, вникая в граммовки и цены.              — Ваша айс-матча, — доложилась бариста и отдала стакан.              Черт.              Если бы Минхо его заметил, стало бы проще.              Нетвердыми от волнения руками Джисон взял стакан. Какой план дальше? Какой план? Какой, мать вашу, план?              Подойти к нему?              Это не план.              Все-таки пролить на него что-нибудь?              Это не план.              Щелкнула дверь туалета. Зазвенел колокольчик над входной дверью. Хлопнула крышка ноутбука. Задребезжали чашки на столике пары. Минхо остался сидеть неподвижно.              Какой план?              Джисон сделал шаг к нему.              Влага от холодного стаканчика стекала по рукам, маскируя тепло вспотевших ладоней.              Какой план?              Шаг к Минхо.              Еще один.              План?              Стаканчик выскользнул из рук и упал на пол.              — Блять!              В кафе повисла тишина. Изумленная мать уставилась на Джисона и закрыла дочери уши. Умный чувак наполнил свой взгляд еще большим осуждением. Бариста разочарованно взглянула на растекающуюся по полу, только что приготовленную ею матчу. Парочка зашепталась и начала собираться.              Джисон боязливо перевел взгляд на Минхо.              Тот наконец-то обратил на него внимание. Замер, напрягся и уставился, не шевелясь.              — Извините, — сказал Джисон, обращаясь к бариста, уже потянувшейся за шваброй.              Еще два шага.              Джисон вздохнул и сел напротив Минхо, развернувшись затылком к остальному залу. Снял маску и очки.              — Привет, — он неловко рассмеялся. — Не против, что я подсел?              Минхо обомлело уставился на него и медленно заморгал. Потом заморгал чаще, приоткрыл рот и, словно опомнившись, тут же закрыл его и перестал моргать вовсе. Вздохнул и принял свой прежний человеческий облик.              — Не против… Как я могу. О, божеблятьбожемой. Как я могу… — он вздохнул. — Я не могу быть против. Э, я сплю? — он нервно усмехнулся.              — Кажется, это сплю я, — блаженно выдохнул Джисон. Позади него по полу заскрипела швабра. Джисон подумал о том, что стер бы ее звук на постпродакшене дивных воспоминаний.              — Я не… Привет, — улыбнулся ему Минхо. Такой милый, такой несмелый Минхо. — Я не взял ничего на подпись. Поверить не могу, что упустил такой шанс, я просто… Вау. Я не знаю, что сказать. И я не совсем понимаю… Ты… Вы… Ты… Ты ничего не подумай, я ведь понимаю, что ты, возможно, запомнил мое лицо, и теперь думаешь, что я преследую тебя, но это совсем не так, о, уверяю, у меня и мысли не было, у меня просто…              — Дела. В компании, — подсказал Джисон.              — Да. Дела, — расслабленно выдохнул Минхо. — Я знаю, что это звучит не очень правдоподобно, но, прошу, поверь мне и не надо никого, э, звать? На помощь? Если ты хотел позвать? О, боже, все еще нормально, что я на ты?              — Да. Да, мне приятно.              — Отлично.              — Отлично.              — Отлично.              — И я не собираюсь никого звать.              — О, здорово.              — Да.              — Да. Здорово.              Джисон неловко постучал ладонями по коленям. Минхо расслабился и откинулся на спинку стула. Такой красивый. И голос у него чудесный. И сам он весь просто чудо.              И теперь он настоящий.              Он живой.              — Так ты… — неопределенно протянул Минхо, очевидно, ожидая от Джисона пояснений. — Прости, я просто волнуюсь.              — Я, если честно, тоже.              — Ты? Тебе-то чего волноваться?              — Ты один из самых медийных фанатов. Ты, по сути, представляешь мое лицо — освещаешь его для масс, — усмехнулся Джисон. — Знаешь, есть причины для волнений, — он поставил локоть на стол, опустил подбородок на запястье и улыбнулся Минхо.              — Так значит, ты знаешь меня.              — Очень знаю.              — Очень знаешь, — замедленно кивнул Минхо.              — И поэтому решил поздороваться. Подумал, типа, у нас может выйти диалог на фоне общих интересов.              — Честно говоря, я даже не знаю, что сказать.              — Ну, например, расскажи о том, какими ты здесь судьбами.              — Эм, я не знаю… Это как-то…              — Я же спросил. Мне будет интересно узнать. Раз дело касается компании, вдруг я смогу помочь. Все-таки в некоторых ситуациях к моему мнению прислушиваются, понимаешь?              — Это немного… Айщ, — Минхо махнул рукой. — Все никак не могу принять реальность. Уфф. Так. Сейчас. Я собираюсь с мыслями. Сейчас.              — Не торопись. Я подожду.              — В общем, проблема в тебе. Вернее, не проблема, а дело. Ты не можешь быть проблемой, ни в коем случае, о боже, что я несу, мне нужно заткнуться. Так. Все. Я собрался с мыслями.              — Угу, — протянул Джисон и тоже откинулся на спинку, расплываясь в улыбке. Минхо уставился на него нечитаемым взглядом.              — Если кратко, моя… Моя менеджер договорилась, и у меня появился шанс поработать над альбомом одних из ваших новичков, но мне отказали.              — Отказали? — возмутился Джисон. Вероятно, слишком ярко для того, чтобы отразить его объективное ощущение. Само собой, он прекрасно понимал, что отказ был закономерностью, и понимал, почему. — Почему?              — Из-за соцсетей, — Минхо весь переменился. Голос его стал четче, тон уверенней и вкрадчивей. — Ты, вероятно, понимаешь, какой пул контента, связанного с три-матчей, я выпускаю каждый день. Как ты и говорил, я — медийный фанат. Мой контент в большинстве своем сосредоточен на тебе. Я представляюсь угрозой твоей безопасности. Мне не позволят работать в вашей компании.              — Это бред, — Джисон покачал головой. Конечно, он не считал это бредом, и окажись на месте Минхо любой другой человек, Джисону не то чтобы было плевать — он был бы рад подобным внутренним правилам, но все же это был Минхо. А Минхо — априори исключение.              — Это разумные законы. Но стоило хотя бы попытаться, — Минхо вздохнул. Его взгляд опустился на руки Джисона, которые перебирали салфетку. Сам Минхо перебирал кольцо, крутя его из стороны в сторону. Тишина между ними напоминала неуютную тревогу.              — Знаешь, — помедлив, начал Джисон. Что. — Это все-таки бред. Я считаю, что тебя лишили шанса незаслуженно.              — Правда?              — Правда. Я иногда вижу контент, который делают фанаты, — Джисон заглянул Минхо в глаза. Уши Минхо покраснели. Джисон представлял, о чем подумал этот засранец. Он был очарователен. Он был очарован. Он уже был его. — То, что ты делаешь, — это круто. А я не терплю несправедливости. И раз уж мы сегодня случайно встретились, значит, судьба для чего-то послала меня сюда. Может, чтобы помочь тебе, а через тебя — помочь моим хубе.              — Помочь мне? — Минхо перестал перебирать кольцо и расцепил ладони. — Не шутишь?              Что.              — Конечно нет. Если основная причина того, что тебя не взяли, опасения за мою безопасность, думаю, я смогу это уладить.              — Правда?              Что?              — Конечно. Почему нет? Все-таки, мы с тобой друзья детства, не так ли?              — Я не…              — Помнишь, мы с тобой играли на одной детской площадке, а когда я захотел пойти в айдолы, ты пообещал, что будешь моим самым преданным фанатом? Разве не так все было?              — Да. Все верно, — Минхо, усмехнувшись, кивнул. В его глазах загорелась искра. Джисону безумно нравилось ловить искрящийся взгляд Минхо.              — Как может быть для меня опасен тот, кого я знаю почти всю жизнь?              — Понятия не имею. Я абсолютно безвреден, — рассмеялся Минхо. Он был полон надежды. Был счастлив. Джисон сумел сделать его счастливым.              — Вот и договорились. Если ты не против, мы могли бы обменяться контактами, чтобы я если что передал тебе детали.              — Я не верю… То есть, я верю тебе, но не верю, что это происходит, — Минхо метнулся к Джисону восторженным взглядом и тут же полез в свой телефон. — Хан Джисон дает мне свой контакт. Нет, я точно все-таки умер, когда меня прищемила дверь на входе в компанию. В тот миг, я подумал, что это знак свыше — вроде как уже отказ. Но теперь… Черт, я не верю.              — Эй, — Джисон мягко посмотрел на Минхо и осторожно взял телефон из его холодных рук, быстро касаясь края запястий, костяшек, мизинца, кольца, кончиков пальцев. Джисон хотел, чтобы Минхо не заметил, но все в этом касании понял. — Я просто оставлю тебе свой номер. Позвони мне, чтобы у меня появился твой.              Что.              — Спасибо, — Минхо склонил голову на целых три секунды. Забрал телефон у Джисона. — Спасибо тебе. Ты даже э… Даже подписал себя сам.              Джисон-а <3              — Надеюсь, что так будет удобней, — Джисон подмигнул ему.              Минхо убрал телефон в карман. Джисон проследил за движением его рук.              Что.              — Я тебя не задерживаю? — спросил Минхо.              — Вовсе нет. Я готовлю новый сольник. Вернее, он уже готов.              — Я не… Вау. Так странно узнавать об этом первым. Блять. Ой, прости за это.              — Ничего.              — Блять, я так счастлив, — Минхо улыбнулся ему. — Не знаю, помнишь ли ты все то, что я говорил тебе на фанмитах…              — Конечно, — рассмеялся Джисон. — Я же внимателен к своим фанатам.              — Так ты и в реальной жизни такая подлиза? — хохотнул Минхо и резко умолк. Опомнился. Джисон цокнул и закатил глаза, как его учили трансляции Минхо, всем своим видом давая понять, что теперь подобная фамильярность вхожа в их диалоги.              Человек человеку.              Что.              — Я всегда правдив перед фанатами, — скуксился Джисон.              — Конечно. Как и все представители шоу-бизнеса.              — Именно так, — закивал Джисон, подавляя улыбку. Черт. Он мог бы проболтать с Минхо весь день.              Минхо заправил прядь волос.              Что.              — Мой менеджер скоро подойдет. Нужно будет сообщить ей радостную новость, — Минхо выдохнул. — Я отмечу этот день в календаре и буду праздновать его каждый год.              — Думаю, нам придется делать это вместе, — ухмыльнулся Джисон.              Минхо уставился на него. Замер. Застыл. Заизваялся.              — О. О… — протянул он. — Это, типа, пранк? — Минхо нахмурился. — Какая-то проверка на паршивость или что?              — Я не понимаю, — суетливо ответил Джисон. Перемена в Минхо пугала его. Что не так? Он сказал что-то лишнее? Он поспешил?              — Я тоже не понимаю. О, боже, если сейчас мое предположение окажется неверным, я опозорюсь навечно и завтра же покончу свою жизнь самоубийством.              — Не на…              — Заранее прости за этот вопрос, он, наверное, будет неуме… — Минхо заткнул себя. — Неважно.              — Точно?              — Да, это был бы глупый и ненужный вопрос.              — Не думаю, что твои вопросы бывают глупыми.              — Поверь, иногда… — он снова прервал себя и неловко рассмеялся. Виновато улыбнулся и опустил левую руку на стол. Правой рукой коснулся кольца.              Вот, что весь вечер казалось Джисону лишним. Казалось ему не тем.              — Красивое кольцо, — задумавшись, произнес он.              — Правда? — Минхо засветился радостью изнутри, его берет съехал на бок, всякая хитрость и осмысленность покинула черты. — Я рад, что хоть кто-то оценил. Точнее, я безмерно рад, что оценил ты, и я… Ох. Мне стоит заткнуться. Да. Просто мы с женой так долго выбирали кольца — она будет рада такое услышать, я обязательно ей передам!              Что.              Что?       Блять.