Там, где цветут вишни

***

Утро в доме было непривычно тихим. Всего-лишь треск назойливого будильника разрывал эту вязкую тишину, неприятно отдавая где-то в висках. Девушка недовольно зажмурилась, переворачиваясь на другой бок и нащупывая рукой источник звука. — Твою ж… — сонно пробормотала она, с силой хлопнув по экрану телефона. Тишина вернулась всего на пару секунд. — Юля, подъём! — донёсся голос матери с первого этажа. Девушка скривилась, уткнувшись лицом в подушку. Первое сентября. Полежав ещё минуту в надежде, что каким-то чудом никуда идти не придётся, Юля всё же приподнялась на локтях и тяжело вздохнула. Сон постепенно уходил, оставляя после себя неприятную тяжесть в голове. Скинув с себя одеяло, девушка поднялась с кровати и потянулась. Спина неприятно хрустнула, заставив её недовольно поморщиться от звука. Подойдя к окну, она раздвинула шторы и тут же сощурилась от яркого солнца. Погода, как назло, была отличная. Подойдя к шкафу, девушка несколько секунд просто смотрела на вещи. На стуле ещё с вечера лежала одежда, которую она собиралась надеть, но сейчас та почему-то нравилась ей гораздо меньше. Перерыв половину гардероба и успев пару раз передумать, Юля всё же остановилась на светлых джинсах и белой приталенной рубашке с короткими рукавами. Ничего особенного, но выглядело неплохо. Надев на себя одежду, девушка направилась в ванную. В отражении тёмные волосы Юли лежали после сна так, как им хотелось, а не как хотелось их хозяйке. Несколько минут ушло лишь на то, чтобы сделать их более-менее приличными. Юля внимательно посмотрела на себя. За лето она будто немного вытянулась, хотя всё равно оставалась довольно миниатюрной. Аккуратные черты лица достались ей от матери, а ярко-небесные глаза, доставшиеся от отца, выделялись в ее внешности больше всего. По крайней мере именно про глаза ей чаще всего говорили окружающие. Вернувшись в комнату, девушка быстро прихватила с кровати подготовленную с вечера сумку и, наконец, спустилась вниз. На кухне уже вовсю хозяйничала мать. На столе стояла кружка с чаем и тарелка с завтраком, от запаха которого желудок тут же напомнил, что со вчерашнего вечера в него почти ничего не попадало. — Доброе утро, — пробормотала Юля, усаживаясь за стол. За окном было непривычно тихо. Юля задумчиво водила пальцем по краю кружки, рассматривая до боли знакомую улицу через окно. Странное чувство не отпускало её с самого переезда. Она закрытыми глазами могла нарисовать каждую комнату, весь состав старого серванта в гостиной, и даже скрип половиц в доме. Всё это когда-то было частью её детского, беззаботного лета. Юля помнила те года, когда можно было выбежать из дома сразу после завтрака и пропасть до самого вечера. Когда бабушка, ворча для порядка, всё равно оставляла на столе тарелку с едой, зная, что внучка обязательно прибежит домой голодная. Когда колени постоянно были в ссадинах, одежда пахла травой, а дни казались настолько длинными, будто были бесконечными. Взгляд невольно зацепился за старый чайник, со времён СССР, который стоял на плите. Кажется, он стоял здесь столько, сколько Юля себя помнила. Бабушка почему-то упорно отказывалась его менять, уверяя, что новый всё равно будет хуже. В груди что-то неприятно сжалось, раньше такие мелочи не бросались ей в глаза. Казалось, этот дом невозможно представить без неё. Вернувшись сюда спустя столько лет, девушка даже сейчас иногда ловила себя на мысли, что вот-вот услышит знакомые неспешные шаги или привычное: «Юся, возьми добавки, а то исхудала совсем». От этих мыслей настроение окончательно испортилось. Юля отвела взгляд от чайника и сделала большой глоток уже немного остывшего чая. Сегодня ей совершенно не хотелось вспоминать о грустном. Допив чай, девушка поднялась из-за стола и отнесла кружку в раковину. — Всё? — тут же донёсся из-за спины голос матери. — Да. — Ты ничего не съела. — Я опаздываю, мамуль. В школе что-нибудь куплю. Женщина только вздохнула и покачала головой. Даже сейчас, спустя столько лет, мама оставалась удивительно красивой. Светлые волосы были небрежно собраны на затылке, а в уголках глаз уже появились едва заметные морщинки, которые становились виднее, когда она улыбалась. Отец часто рассказывал, что в молодости девушки буквально не давали ему прохода. Насколько это было правдой, Юля не знала, но одну вещь слышала много раз. Несмотря на все его рассказы о собственной неотразимости, именно за мамой он бегал несколько недель, пока та наконец не дала ему шанс и не согласилась сходить с ним на свидание. — Когда-нибудь ты доведёшь меня до инфаркта своим питанием, — проворчала мать, убирая со стола тарелки. Юля только усмехнулась и направилась в прихожую. Сумка уже стояла возле двери. Подхватив её, девушка быстро натянула кроссовки и накинула на плечи лёгкую куртку. — Папа уже уехал? — поинтересовалась она, завязывая шнурки. — Полчаса назад. Просил пожелать тебе удачи. — Предатель, — фыркнула Юля. — Сам сбежал пораньше, чтобы я в школу пешком шла. Мать тихо рассмеялась. Поднявшись со скамейки, Юля поправила сумку на плече, но не успела сделать и шага, как оказалась в крепких объятиях. — Ну ма-ам, — протянула девушка. — А ну, цыц. Юля только закатила глаза, хотя сама невольно улыбнулась. Мать отпустила её лишь спустя несколько секунд, поправив воротник куртки и осмотрев дочь снизу вверх. — Вот теперь можешь идти. — Спасибо за разрешение, — пробурчала девушка. — Иди уже, — улыбнулась мама, легонько потрепав дочь по волосам. Девушка быстро отступила к двери, приглаживая свои волосы руками, и вышла на улицу. Уже идя вдоль домов, девушка сразу почувствовала прохладный утренний воздух. Осень только начиналась, но лето уже понемногу сдавало свои позиции. Юля неспешно пошла по знакомой дороге, неудивительно, но за эти годы здесь почти ничего не изменилось. Всё те же дома, всё те же заборы; ей даже показалось, что она уезжала не на четыре года, а, как обычно, на учебный год. Только вот четыре года всё-таки прошли. Всё это время Юля ни с кем из своих друзей не поддерживала контакт. Интересно, они вообще её узнают? От этой мысли девушка невольно усмехнулась. Глупость какая, конечно узнают. Но захотят ли они с ней общаться? Или всё, что было в прошлом, остаётся в прошлом? От одной мысли, что её старые друзья могут просто не принять её обратно в свою жизнь, внутри неприятно сжалось. Никто не отменял того факта, что они могли расценить её исчезновение как предательство? — Юля? Знакомый голос заставил девушку отвлечься от собственных мыслей. Она резко обернулась и и, сначала, даже не поняла, кто перед ней стоит. Высокий парень с белоснежными растрёпанными волосами и круглыми очками смотрел на неё так, будто сам не до конца верил своим глазам. Понадобилось несколько секунд, чтобы узнать в юноше своего друга. — Антон? На лице парня тут же появилась улыбка. Не успела Юля толком опомниться, как он быстро сократил расстояние между ними и крепко обнял её за плечи. От неожиданности девушка даже растерялась, но почти сразу рассмеялась и обняла его в ответ. — Если честно, я уже решил, что у меня галлюцинации, — Антон наконец отпустил девушку и сделал шаг назад, всё ещё не переставая улыбаться. — Ты какими судьбами тут оказалась? — Долгая история. Если коротко, родители решили переехать, — вздохнула Юля. — Я вам уже в школе подробнее расскажу. — В смысле переехать? Прям с концами? — Антон удивлённо поднял брови, по-прежнему разглядывая Юлю как что-то неземное. — Ну, надеюсь, не совсем с концами, но пока да, — вздохнула девушка, поправляя ремень сумки на плече. Несколько секунд Антон молчал, переваривая услышанное, а потом неожиданно рассмеялся. — Полина точно с ума сойдёт, — покачал он головой. Дальше разговор как-то сам собой перетёк на другие темы, благо Антон не стал лезть с расспросами об её длительном отсутствии. Он рассказывал, что за последние годы в посёлке почти ничего интересного не произошло, хотя сам же через минуту вспоминал какую-нибудь историю и начинал в красках её описывать. Юля слушала его, параллельно шагая к школе, и всё больше ловила себя на мысли, что, возможно, она зря переживала, и никто с вилами на неё не пойдет. Школа уже виднелась впереди. Возле ворот толпились ученики, кто-то фотографировался, кто-то орал через весь двор друзьям, которых не видел всё лето. От шума и голосов у Юли почему-то появилось неприятное чувство где-то под рёбрами. Она невольно начала всматриваться в лица людей возле школы, сама не понимая, кого именно пытается найти. Вместе с Антоном девушка прошла через ворота и оказалась во дворе школы. Народу было столько, что поначалу всё сливалось в одну большую шумную толпу. Учителя пытались собрать учеников по классам, но получалось у них, мягко говоря, не очень. — Антон! От громкого девичьего голоса Юля невольно вздрогнула. Через секунду из толпы вынырнула Полина. Она сделала буквально пару шагов, собираясь что-то сказать, но вдруг замерла на месте. Её взгляд перескочил с Антона на стоящую рядом Юлю. Несколько секунд Полина просто таращилась на неё, будто пыталась убедиться, что ей не мерещится. — Не может быть… Юля успела только улыбнуться, как Полина с визгом бросилась к ней и едва не сбила с ног. — И тебе привет, — рассмеялась Юля, пытаясь удержать равновесие. Полина ещё несколько секунд не выпускала давнюю подругу из объятий, а потом всё-таки отстранилась, дабы рассмотреть девушку. Она тут же схватила Юлю за плечи, оглядывая с головы до ног. — Ты абсолютно не изменилась, — заявила она, хотя за эти года сама Полина заметно повзрослела и стала ещё женственнее. Длинные чёрные волосы блестели на солнце, а голубые глаза смотрели на Юлю с неподдельным восторгом. Даже улыбалась Полина всё так же как и раньше: тепло и по-доброму, отчего всегда хотелось улыбаться ей в ответ. — Ни капли, — хмыкнула Юля. — И ты, смотрю, всё такой же красавицей осталась. — Перестань, — тут же отмахнулась Полина. — Ты как здесь оказалась вообще? — Потом расскажу, — рассмеялась Юля. — Но, по всей видимости, одиннадцатый класс я окончу с вами. Несколько секунд Полина удивлённо хлопала глазами, а потом резко повернулась к Антону. — Ты знал?! — Минут десять уже, — невозмутимо ответил парень. Юля уже хотела что-то сказать, как заметила знакомую фигуру неподалёку. Высокий парень о чём-то разговаривал с компанией старшеклассников, время от времени посмеиваясь. Бяшу она узнала почти сразу, несмотря на то, что за эти годы он тоже заметно повзрослел. В какой-то момент парень повернул голову в их сторону. Сначала его взгляд скользнул по Антону и Полине, не задержавшись на них дольше секунды, но потом он вдруг замер. Бяша нахмурился, будто пытался вспомнить, откуда знает стоящую рядом с друзьями девушку. Потом его глаза заметно округлились, и, не сказав ничего своим собеседникам, он направился прямо к ним. — Да ну, на... Подойдя ближе, парень ещё несколько секунд таращился на Юлю, а потом вдруг улыбнулся во все тридцать зубов и, не спрашивая разрешения, сгреб её в крепкие объятия. — Привет, Бяш, — всё так же улыбаясь, Юля обняла его в ответ. — Пиздец, на, — произнёс парень, наконец отпуская её. Он отошёл на шаг и внимательно оглядел девушку с головы до ног, будто пытался сопоставить свои воспоминания с детства с человеком, стоящим перед ним сейчас. — Очень содержательно, Бяша, — оценил Антон, по-доброму смотря на друзей. — А что я ещё сказать должен был, на? — тут же возмутился парень. За эти годы Бяша тоже заметно изменился. Стал выше, шире в плечах и уже совсем не походил на того мальчишку, который когда-то носился с ними по всему посёлку. Только улыбка осталась прежней. Такая же широкая и искренняя, из-за которой на него долго злиться было практически невозможно. После этого вопросов стало только больше. Теперь и Полина и Бяша наперебой пытались хоть что-нибудь выяснить, но Юля лишь отмахивалась и обещала рассказать всё позже. В конце концов друзьям пришлось смириться. Разговор постепенно ушёл в другое русло. Полина что-то рассказывала про каникулы, Бяша периодически вставлял свои комментарии, а Антон время от времени добавлял уточняющие детали. Юля слушала их вполуха и невольно улыбалась. Странное чувство, не отпускавшее её всё утро, почти исчезло. В какой-то момент Бяша вдруг отвлёкся на что-то за её спиной и заметно оживился. — О, Ромыч идёт, на. Юля сама не поняла, почему после этих слов сердце вдруг пропустило удар. Почти машинально она обернулась. Взгляд почти сразу зацепился за знакомого парня, который направлялся в сторону школы. За четыре года он изменился сильнее, чем остальные её друзья. Стал заметно выше, шире в плечах и вообще выглядел старше своих лет. От того мальчишки с тёмными волосами, которого Юля помнила, осталось не так уж много. Черты лица стали более резкими, исчезла детская округлость, только зелёные глаза всё так же ярким цветом блестели на солнце. Светлая рубашка была небрежно закатана до локтей, а галстук, наоборот, выглядел слишком аккуратно, что Юля почему-то сразу усомнилась, что это его работа. Нет, безусловно, Юля понимала, что за четыре года люди меняются. Было бы странно, останься он таким же, каким она запомнила его в тринадцать лет. Но почему-то в её голове Рома всё ещё оставался взъерошенным, с вечно разбитыми коленками мальчишкой. Тем, кто притаскивал ей самые красивые камешки с реки, потому что «Юльке для коллекции надо», и кто однажды чуть не подрался с соседским парнишкой за то, что тот отобрал у Юли какой-то необычный вкладыш от жвачки. Сейчас же от того мальчика словно и след простыл. Рома шёл медленно, вразвалочку, излучая какое-то ленивое равнодушие ко всему вокруг. — Ромыч! Глянь, кто к нам приехал, на! — Бяша замахал рукой так, что чуть не задел стоящую рядом Полину. Рома поднял голову. Взгляд скользнул по Антону, по Полине и зацепился за Юлю. Она даже подумала, что сейчас он улыбнётся или хотя бы удивится, но нет. Лицо у него осталось таким же спокойным, как будто он её видел впервые. — Привет, — сказал он коротко без особых эмоций. — Привет, Рома, — ответила Юля и сама не поняла, как у неё получилось произнести это так ровно, хотя внутри что-то неприятно сжалось. Повисло неловкое молчание, даже Бяша как-то непривычно притих, переводя взгляд то на Рому, то на Юлю, ожидая, что сейчас кто-то из них наконец скажет что-то ещё. Но Рома лишь окинул компанию равнодушным взглядом и, не дожидаясь продолжения разговора, прошёл мимо, направляясь к школьному крыльцу. — Чё это с ним, на? — пробормотал Бяша, провожая друга взглядом. — Понятия не имею, — пожал плечами Антон, поправляя очки. — Может, не выспался. Полина бросила быстрый взгляд на Юлю, словно проверяя её реакцию, но та уже отвернулась, рассматривая толпу учеников у входа. Где-то впереди завуч с микрофоном пыталась перекричать гул голосов, объясняя, где и как одиннадцатые классы должны построиться. — Так, нам туда, — Полина потянула Юлю за рукав. — Пошли, потом обсудим. У нас первый урок классный час, я уверена, многие ребята тебя вспомнят. Юля кивнула, хотя мыслями была не здесь. Перед глазами всё ещё стояла спина Ромы, неспешно удаляющаяся в сторону крыльца. Она тряхнула головой и постаралась сосредоточиться на словах Полины, которая уже тащила её через толпу, не переставая болтать про новую классную руководительницу и про то, что Бяшу и Рому теперь определили в параллельный класс, а Юля, о чудо, была в классе Антона и Полины. — Жалко вообще, — вздохнул Бяша, идя рядом. — Могли бы в этом году с тобой в одном классе сидеть. А оно вон как, на. — Зато на переменах будем видеться, — улыбнулась Юля, уже полностью окунувшись в школьную атмосферу, отогнав от себя навязчивые мысли о Пятифанове. Изменился он, все-таки, не только внешне. Они дошли до входа, где уже собиралась толпа одноклассников. Кто-то здоровался, кто-то обсуждал расписание, а сама школа гудела, как растревоженный улей. Полина тут же принялась представлять Юлю паре девчонок, которые удивлённо разглядывали её, явно пытаясь вспомнить, видели они её раньше или нет. — Так, всем построиться по классам! — раздался голос завуча через мегафон, и толпа нехотя начала растекаться по двору, формируя кривые ряды. Их одиннадцатый "А" встал в две колонны напротив одиннадцатого "Б". Юля оказалась почти у самого края, рядом с Полиной, и невольно бросила взгляд через проход. Рома стоял в первых рядах своего класса, руки в карманах, и смотрел куда-то перед собой с тем самым отстранённым выражением лица, который Юля уже успела заметить ранее. Завуч начала говорить про новый учебный год, про важность одиннадцатого класса как решающего этапа, про экзамены, которые "не за горами". Юля слушала вполуха, разглядывая знакомых и незнакомых людей вокруг. В какой-то момент её взгляд снова зацепился за Рому, и неожиданно он сам поднял голову, посмотрев прямо на неё. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга через весь проход. Юля ждала хоть какой-то реакции, улыбки, кивка, чего угодно, но лицо Ромы осталось таким же безэмоциональным. Он смотрел на неё ровно столько, сколько потребовалось бы, чтобы посмотреть на любого другого человека в толпе, а потом отвернулся обратно к трибуне, будто ничего и не произошло. Юля отвела взгляд от Ромы и невольно усмехнулась. По всей видимости, всё новое действительно оказалось хорошо забытым старым.