Янтарные глаза Калькутты

Июнь 2025 года. В тот летний вечер я не планировала ничего серьёзного: встреча с друзьями в нашем любимом пабе, а потом, вернувшись домой, представляла как уютно устроившись с чашкой чая и пироженым на диване в гостиной, посмотрю перед сном какой-нибудь незатейливый сериал. Но именно в тот вечер моя жизнь изменилась окончательно и бесповоротно.

***

А начиналось всё буднично и спокойно, я собиралась на встречу с друзьями: Кристианом и Мелани. Возможно, Мелани приведёт на встречу какого-нибудь очередного парня, имя которого я даже не запомню, так быстро он исчезнет из жизни подруги. Впрочем, я этому давно уже не удивлялась. Мелани — яркая, темнокожая, с ямайскими корнями, была на два года старше меня и являлась полной моей противоположностью. Она была умной, разбитной, всегда с яркой помадой, обожает танцевать и флиртовать. Возможно, именно поэтому мы и подружились — Мелани всегда могла растормошить меня, вытащить на улицу в любую погоду и заставить рассмеяться. Мы познакомились на первом курсе в университете на лекции по литературе. Мелани изучала медиа и коммуникации и ей это очень подходило. С Кристианом была совсем другая история. С ним я познакомилась на литературном вечере в университете. Кристиан пришёл туда как гость, за компанию с другом. Я читала отрывок из своей курсовой работы, а после выступления Кристиан подошёл ко мне с бокалом вина и очень вежливо представился: — Кристиан де Клэр. У вас очень хорошо получилось, чувствуется, что затронутая тема важна для вас. Мы разговорились и ушли с вечера вместе. Кристиан действительно умел слушать и слышать, что для меня было важно. А ещё он оказался умным, начитанным и очень мягким в общении. Я узнала что он окончил Университетский колледж Лондона по специальности право, и поступил в Линкольнз-Инн — одну из престижных юридических школ. Сейчас, в двадцать семь лет, он проходил стажировку и работал младшим юристом в небольшой, но уважаемой адвокатской конторе. Родители помогали ему связями, но Кристиан действительно много работал и хотел строить карьеру сам. Это не могло не вызывать уважения. Мы начали встречаться иногда в кафе после моих лекций и его работы, гулять по паркам, ходить на выставки. Кристиан не скрывал, что испытывает ко мне чувства, но я с самого начала сказала ему, что вижу в нём только близкого друга. Кристиан принял это, но я видела, что он продолжает надеяться. Однажды он сказал, что готов ждать и просто быть рядом. И его постоянная забота трогала и одновременно тяготила меня. Иногда я подозревала, что Мелани немного влюблена в Кристиана. Она не призналась бы мне в этом, и часто говорила, что я упускаю отличную партию и могла бы стать леди же Клэр если бы захотела, чем очень облегчила жизнь себе и отцу, но я только отмахивалась от её слов. Со временем Мелани всё больше оживлялась в присутствии Кристиана, бросала на него долгие взгляды, но Кристиан этого как будто не замечал — или то делал вид. Вспоминая обо всём этом я неспешно продолжала сборы. Одеться решила просто и удобно: любимые светлые джинсы, белая хлопковая блузка с небольшим вырезом, мягкий бежевый кардиган и кроссовки. Тёмные волосы собрала в небрежный высокий хвост, надела маленькие золотые серьги-гвоздики. Обычный мой стиль, ничего слишком яркого и откровенного. Кристиан предлагал заехать за мной, но я отказалась. Хотелось пройтись и подумать о своём будущем. Я училась в Вестминстерском университете на третьем курсе по специальности английская литература с изучением Южной Азии. Для меня это было идеально — я могла изучать английскую литературу и одновременно глубже разбираться в истории и культуре Южной Азии. Конечно же, не надо объяснять что меня интересовала Индия в первую очередь. Осталось доучиться всего каких-то восемь месяцев для получения диплома и я уже мечтала о работе, связанной с книгами и культурой. Литературным редактором в издательстве или преподавателем английского например. Чтобы помогать отцу с арендой и расходами, я работала официанткой в небольшом кафе-бистро недалеко от университета. Там готовили современную индийскую кухню для студентов и офисных работников. Смены были по 4–5 часов вечером. Платили немного, но чаевые были хорошие. Отец продолжал работал кладовщиком-менеджером в крупном индийском продуктовом магазине в районе Саутолл (там много индийских иммигрантов). Я просила его оставить работу, но он не соглашался, и мои уговоры на него не действовали. Он хотел, чтобы я закончила университет, а там видно будет. Он очень гордился тем, что я учусь в университете, хоть и ворчал иногда, что я становлюсь «слишком англичанкой». Сегодня он ещё не вернулся с работы, когда я уходила. Мы жили с отцом вместе в небольшой двухкомнатной квартире в районе Илинг в западном Лондоне. Это была социальная квартира, довольно скромная, но по-своему уютная. Свою маму я почти не помню, мне было два года когда её не стало и сколько я себя помню мы с отцом всегда жили вдвоём. Он больше не женился. Повзрослев, уже я не решалась оставить его одного, отцу было важно, чтобы я находилась рядом, да и со здоровьем у него было неважно в последние годы. О прошлом родителей я знала мало, только то, что они переехали в Лондон из Калькутты когда мне было всего восемь месяцев. И то, что у отца была первая семья. Но отец не любил говорить на эту тему. В раздумьях почти не заметила, как дошла до паба. Увидела Кристиана на крыльце, наверное вышедшего встретить меня и успела помахать ему, как в этот момент в моей сумке зазвонил телефон. Я остановилась и ответила на звонок. — Да? — Мисс Рай? Вам звонят из Королевской больницы Бромптон. Ваш отец, мистер Раджеш Рай, поступил к нам с острым сердечным приступом. Приезжайте как можно скорее. Внутри меня всё похолодело и я медленно опустила руку с намертво зажатым в ней телефоном. Кристиан подошёл ко мне продолжая улыбаться, но улыбка быстро сошла с его лица, когда он заметил моё потерянное состояние. Легко дотронувшись до моей руки, спросил: — Амрита, что случилось? На тебе лица нет. Я судорожно дышала и чувствовала как дурнота постепенно отступает. В присутствии Кристиана мне всегда делалось спокойнее. Встретившись с его обеспокоенным взглядом синих глаз тихо ответила: — Папа в больнице. Сердечный приступ. Я... Кристиан не стал задавать лишних вопросов, только крепче сжал мою руку и быстро повёл к своей машине. — Не волнуйся, я тебя отвезу. А потом позвоню Мелани. Уже совсем скоро мы мчались в роскошном Мерседесе Кристиана и я молчала, глядя в окно на сменяющие друг друга улицы, беззаботных, спещаших по своим делам людей и чувствовала мучительную тоску и тревогу. По щекам текли слёзы. Кристиан вёл быстро, но аккуратно и иногда качался моей руки — ободряюще, по-дружески. — Всё будет хорошо, Амрита. Я с тобой. Но я ему не верила. Мы вбежали в приёмное отделение Королевской больницы Бромтон через двадцать минут. Я быстро шла по коридору, а Кристиан аккуратно поддерживал меня за руку. У палаты интенсивной терапии нас встретила доктор с усталым взглядом. Не успела я ещё что-то спросить, как она обратилась ко мне. — Мисс Рай? — Да, это я. Как.. Что с моим отцом? Она помедлила секунду, прежде чем ответить: — Мне очень жаль. Мы сделали всё возможное, но ваш отец скончался десять минут назад. Обширный инфаркт, сердце не выдержало. Ощущение было таким, как будто весь мой мир рухнул. Я не могла, не хотела в это верить. Не помню, как закричала, перед глазами всё поплыло. Я упала бы, не успей Кристиан подхватить меня и крепко прижать к себе. Он обнимал меня, шептал что-то успокаивающее, а я рыдала, спрятавшись лицом у него на груди, в тёплом, надёжном кольце его рук. Кристиан был рядом со мной и потом, когда примчалась взволнованная Мелани, вдвоём они помогли мне оформить все бумаги. Кристиан сам поговорил с врачами, потому что от шока я почти ничего не соображала. Позже, уже глубокой ночью, когда мы вернулись в квартиру, Кристиан заварил мне чай, сел на диван рядом и тихо сказал: — Амрита, я знаю, что ты не видишь во мне кого-то, больше чем друга. И я не настаиваю ни на чём. Но сейчас... позволь мне просто быть рядом. Позволь мне помочь пережить тебе это. Я опять расплакалась и прижалась к его плечу. В этот момент я была благодарна ему за его терпеливую любовь без условий.

***

Прошло несколько дней после смерти и похорон отца. Все они слились в один непрерывный серый поток, из которого я никак не могла выбраться. Кристиан и Мелани старались не оставлять меня одну. Кристиан ночевал на диване в гостиной, Мелани привозила еду и только благодаря ей и её настойчивости мне удавалось что-то перекусить. Она буквально заставляла меня есть. Пыталась отвлечь разговорами, а мне хотелось только накрыться с головой одеялом и чтобы все оставили меня в покое. И в то же время я была благодарна друзьям за заботу. В один из дней — это была суббота и Кристиан остался со мной на день, предпочитая работать у меня в гостиной, — я поняла, что мне если и не стало легче, то по крайней мере я могу подумать о будущем. Слёз уже не было. Впервые за неделю я почувствовала что хочу что-то съесть и вышла из комнаты, чтобы позвать Кристиана, но тут в дверь позвонили. Рановато для Мелани, но я не дожидаясь пока Кристиан выйдет из гостиной и даже не спросив кто там, открыла дверь. На пороге стоял очень высокий мужчина лет сорока в тёмно-сером костюме. Широкие плечи, идеальная осанка, аккуратная борода, чёрные волосы с едва заметной сединой на висках. И он однозначно, был индийцем. По крайней мере, я так подумала. — Амрита Рай? — спросил он низким, уверенным голосом с явным акцентом. — Я Камал Рай. Твой старший брат по отцу. Слово «брат» прозвучало так странно, будто он говорил на другом языке. Я знала о его существовании. Отец иногда упоминал «старшего сына» тихим, виноватым тоном, но его фотографий я никогда не видела. Как, впрочем, и остальных родственников. Брат по отцу существовал в моем сознании где-то очень далеко, являясь почти мифической фигурой. Я даже не представляла себе, что мы можем встретиться в реальности. Как будто уехав из Калькутты и обрубив все связи с семьёй, это сделалось невозможным. И вот теперь мой брат стоял здесь, на пороге нашей с отцом... Нет, теперь только моей квартиры. Живой человек из плоти и крови и как же он был похож на отца! Камал был шире его в плечах, выше ростом, но его глаза, тёплого карего оттенка были точь-в-точь как у отца... Я покачнулась, схватившись за косяк двери и в то же время к нам подошёл Кристиан. Я отступила на шаг и Камал уверенно шагнул в квартиру, закрывая за собой дверь. Кивнул Кристиану, а потом обратился ко мне. — Мы можем поговорить наедине? Кристиан напрягся, но я мягко сказала ему: — Всё в порядке, Крис. Подожди на кухне, пожалуйста. Кристиан ушёл на кухню, оставив дверь открытой, а мы с Камалом расположились в гостиной. Камал огляделся вокруг и остановился на портрете моих родителей, стоявшем на тумбочке напротив дивана. — Ты очень похожа на свою мать. — наконец произнёс Камал, переведя взгляд на меня. — Но и на отца тоже. Я вылетел как только смог. Дела в Калькутте задержали. Прими мои соболезнования. Я кивнула ему. — И ты тоже. Камал не отводя от меня взгляда продолжил: — Отец позвонил мне за несколько дней до того, как у него случился приступ. Впервые за много лет. Он просил меня позаботился о тебе. И не успела я что-то ответить, как он добавил. — Я приехал, чтобы забрать тебя в Индию.

***

Вечером отправив Кристиана домой, я долго обумывала то, что сказал мне Камал. Сказать, что я была в шоке от его предложения, значит ничего не сказать. Видя моё удивление Камал не торопился настаивать, как будто давая мне время обдумать эту мысль, привыкнуть к ней. От него пахло дорогим парфюмом и ещё... корицей. Да, я явственно чувствовала запах корицы и это странным образом успокаивало меня. Камал первым нарушил повисшую тишину, продолжив он тихо, будто самому себе: — Он сказал мне, что всегда жалел об одном. Я резко повернулась к нему. — Жалел о чём? Камал впервые посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд был уверенным, но в то же время успокаивающим. — О том, что он увёз тебя в Англию. Оторвал от корней. Он просил меня исправить это и я пообещал ему. — Но у меня здесь учёба, друзья, мне осталось совсем немного до получения диплома... Но Камал мягко, но настойчиво перебил меня: — Ты можешь закончить учёбу дистанционно или перевестись в университет в Калькутте. Поверь, для меня не составит труда помочь тебе в этом. Помолчав, он добавил: — Я не принуждаю тебя. Тебе двадцать два года, но ты только что потеряла отца, и я тоже. Я не хочу оставлять тебя здесь совсем одну, тем более я дал обещание отцу позаботиться о тебе. У меня в Калькутте большой дом, там тебя ждёт семья. Ты познакомишьмя с Дивией — моей женой, она почти твоя ровесница и я думаю вы быстро найдёте общий язык. Я обещаю что не буду на тебя давить. Но дай мне шанс узнать тебя, узнать как это — быть старшим братом. Если захочешь вернуться — я сам куплю тебе билет обратно. Но хотя бы попробуй пожить год на своей настоящей родине. Я молчала. С одной стороны я не знала, как оставить привычную жизнь, с другой — мне не хотелось оставаться одной в опустевшей квартире. Но мне надо было подумать. Так я и сказала Камалу. — Что ж, у тебя есть время подумать до послезавтра, — сказал Камал, поднимаясь. — Я остановился в отеле неподалёку. Если захочешь поговорить — звони в любое время. Я проводила его и закрыв за ним дверь, тут же наткнулась на обеспокоенный взгляд Кристиана. — Переезд в Индию? Он это серьёзно? Ты точно знаешь, кто это? — взволнованно спросил он у меня и я покачала головой. Я не хотела сейчас ничего обсуждать.

***

Тем вечером перед тем, как я должна была дать окончательный ответ Камалу, мы сидели с Кристианом у меня в гостиной после ужина. Кристиан пришёл сразу после работы, принёс мою любимую еду из тайского ресторана, но сам к еде почти не притронулся. У меня же, наоборот, впервые за последние дни появился аппетит. Кристиан выглядел уставшим, его волосы чуть растрепались, в синих глазах плескалась тревога. На нём была светлая рубашка с закатанными рукавами и тёмные брюки — его обычная «рабочая» одежда. — Я навёл справки, он действительно Камал Рай из Калькутты, очень богатый и влиятельный человек. Женился два года назад на Дивии Шарма, тоже из влиятельного рода. Так что, здесь всё чисто. Но, Амрита... Ты правда готова уехать с ним? Я покачала головой. — Я мечтала о поездке в Индию с самого детства. Отец ничего не рассказывал о своей жизни там, но Калькутте мог рассказвать часами. И теперь у меня есть шанс побывать там. Познакомиться с семьёй... — Которую ты совсем не знаешь! Амрита, у тебя впереди ещё восемь месяцев учёбы и ты не планировала бросать её. — Есть же возможность дистанционного обучения, — ответила я. На самом деле я уже поговорила с научным руководителем. Мне разрешили закончить диплом дистанционно и даже предоставили отсрочку. Это было сложно, но возможно. — Но зачем это всё? — взяв мою руку в свои, тихо спросил Кристиан. С моих губ чуть не сорвалось «тебе этого не понять», но я вовремя остановилась. Кристиан всегда был рядом и поддерживал меня, и его вины нет в том, что он всегда чувствовал себя на своём месте. Я знала, что Кристиан сделал бы мне предложение не задумывалась, но я также понимала и то, что семья Кристиана не будет довольна его выбором. Нет, конечно, они не скажут мне этого в лицо, но показная вежливость леди Маргарет де Клер, матери Кристиана, не могла меня обмануть. В первый раз, когда я была у них в гостях, надменная с гладко зачесанными светлыми, без малейших признаков седины волосами Маргарет под видом светской беседы забросала меня вопросами о семье, отце, нашем доходе и моих планах на будущее. В её интересе на первый взгляд не было ничего необычного, но с каждым моим ответом я всё больше понимала свою социальную пропасть с этими людьми. Отец Кристиана практически не вмешивался в разговор, но я видела как он хмурится всё больше. Кристиан, однако, Провожая в тот вечер меня домой, он сказал что его родители бывают временами довольно чопорными, но люди они неплохие. И действительно впоследствии я неплохо поладила с ними, но это ничего не изменило. Если ли бы я только любила Кристиана... Но он оставался для меня только другом, самым лучшим, но другом и я не хотела терять эту дружбу, вступая в отношения, которые могли бы её разрушить. Мелани часто говорила мне, что я слишком много думаю, вместо того, чтобы брать от жизни всё и наслаждаться каждым днём. Но я не могла так поступить. — Я осталась совсем одна... — Ты могла бы быть не одна, — тихо, но твёрдо сказал он глядя мне в глаза. — Я ведь всегда рядом, Амрита. Ты же знаешь. Я отвела взгляд. На секунду мне показалось, что Кристиан поцелует меня, и кто знает, хватит ли у меня сейчас сил отказаться от этого. — Я хочу встретиться со своей семьёй. Увидеть страну, откуда я родом. Да и это же не надолго. Обманывала ли я сама себя или Кристиана? Действительно ли я собиралась скоро вернуться сюда? Мне хотелось понять почему отец с мамой уехали из Калькутты много лет назад, понять от чего они бежали и почему не поддерживали связь с роднёй? Незадолго до смерти отец действительно позвонил Камалу. Я нашла этот звонок в истории его телефона. Он хотел чтобы Камал забрал меня в Калькутту. Я не могла проигнорировать его волю. И мне понравилось что Камал не давил на меня в принятии решения и мне действительно хотелось узнать его получше. Поэтому я уверенно добавила: — Я уже приняла решение. Пойми меня, пожалуйста. Кристиан с отчаянием посмотрел на меня, но не стал переубеждать. — Хорошо, но знай, что я буду ждать тебя.

***

В аэропорту Хитроу было шумно и прохладно, как всегда. С собой у меня были только небольшой чемоданом и одной, но вместительной сумкой. Всё остальное — мои книги, зимние вещи — Камал сказал оставить. «В Калькутте у тебя будет новый гардероб и всё, что нужно», — спокойно заметил он. Я не стала настаивать. Кристиан и Мелани пришли в аэропорт проводить меня. Кристиан выглядел бледным, но сдержанным. Чёрные волосы аккуратно уложены, одет в свой любимый кашемировый свитер и тёмное пальто, но взгляд выдавал его. Я чувствовала исходящее от него напряжение и нежелание меня отпускать. Но Кристиан не был бы собой, если стал бы удерживать меня от поездки. Он крепко обнял меня, будто пытался запомнить это мгновение и я обняла его в ответ, несмотря на присутствие Камала. Хоть он и отошёл в сторону, не мешая мне прощаться с друзьями, всё же я чувствовала на себе его внимательный взгляд. — Пиши мне каждый день, — прошептал Кристиан мне в волосы. — Даже если это будет просто «Привет». Я буду ждать столько, сколько понадобится. Я люблю тебя, Амрита... Будь осторожна там и если что-то пойдёт не так, сразу сообщи мне. Он нехотя выпустил меня из объятий и отстранился. Я понимала: Кристиан отпускал меня, но делал это с тяжёлым сердцем. Я не могла ответить на его чувства, но в данный момент мне было больно расставаться с ним. Покашливание Мелани отвлекло нас друг от друга. Я перевела взгляд на подругу, она стояла рядом, яркая, как всегда. На ней было ярко-жёлтое платье с глубоким вырезом, которое отлично смотрелось на её тёмной коже, красная кожаная куртка, высокие ботинки и огромные золотые кольца-серьги. Волосы собраны в высокий пышный пучок с цветными прядями. Она выглядела так, как будто собралась на вечеринку, а не в аэропорт. — Амрита, дорогая... — она крепко обняла меня, в глазах её стояли слёзы. — Не дай им там превратить тебя в послушную индийскую жёнушку, поняла? Если что — звони мне в любое время, я прилечу и устрою скандал. Я невольно усмехнулась представив себе эту картину. — И присмотрю тут за твоим Кристианом, — она подмигнула мне, но в её голосе явственно слышалась грусть. Мы постояли ещё немного втроём. Камал молча наблюдал со стороны, не вмешиваясь. — Я позабочусь о квартире, — тихо сказал Кристиан. — Мы с Мелани закроем её, оплатим последние счета. Если... Когда ты решишь вернуться — она будет ждать тебя. Не переживай об этом. Я кивнула в ответ. А про себя подумала, что квартира в Илинге — наше с папой гнездо — теперь останется только полузабытым адресом в моей памяти. Попрощавшись с друзьями и пообещав сразу по прилёте написать им, я направилась к Камалу. От понимания, что скоро я увижу родной город своего отца, всё внутри меня сжалось от предвкушения. Я отправляюсь навстречу чему-то новому. Что же ждёт меня в Калькутте?