Это не больно...

Лаборатория встретила Эна привычным запахом дезинфекции, металла и страха. Он вбежал в волчьей форме — когти лязгали по кафелю, шерсть свалялась от крови, на плече зияла глубокая рана от стекла. У дверей медпункта он превратился обратно в человека — с хрустом, с болью, которую не показывал на лице. Никакой эмоции. Только пустые жёлтые глаза и механическая походка. Дверь открылась. В медпункте было светло — люминесцентные лампы резали глаза. На кушетке сидела Джей. Её длинные светлые волосы падали на плечи, сливаясь с кроличьими ушами на затылке — серыми, длинными, с розоватым отливом внутри. Маленький хвостик-помпон торчал из разреза в больничной робе. Её жёлтые глаза расширились, когда она увидела Эна. — Твою мать, — выдохнула Джей, соскакивая с места. — Что с тобой?! Эн прошёл мимо неё, как мимо стены. Сел на край кушетки, уставился в пол. — Поисковое задание, — сказал он голосом без души. — Эксперимент V обнаружен. Сопротивление. Постороннее лицо нанесло урон. Отступление по медицинским показаниям. — Эн, это я, Джей, — она подошла ближе, заглянула в глаза. Уши её дрожали. — Ты меня видишь? Ты помнишь меня? — Эксперимент J, — ответил он, даже не моргнув. — Идентификация подтверждена. — Блять, — Джей прижала ладонь ко рту. — Что он с тобой сделал? — Доктор Абрамов провёл процедуру гипнотического подавления воли, — ровно, как диктор в новостях, ответил Эн. — Цель — обеспечение беспрекословного выполнения приказов. — Беспрекословного, значит, — прошептала Джей. — Ублюдок. Она взяла его за руку. Эн не отдёрнул. Не сжал в ответ. Просто дал себя вести, как марионетку. — Садись, — сказала она, усаживая его обратно. — Рана глубокая. Нужно зашить. Ты хоть боль чувствуешь? — Болевые рецепторы функционируют. Я ощущаю дискомфорт. — Дискомфорт, — передразнила Джей, доставая из шкафа антисептик, иглу, шовный материал. — Ты истекаешь кровью, а говоришь «дискомфорт». Она начала обрабатывать рану. Эн сидел неподвижно — даже не вздрагивал, когда спирт жёг открытые ткани. — Ви жива, — сказала Джей, не поднимая глаз. — Ты её нашёл. Это хорошо. — Эксперимент V находится в нестабильном окружении. Требуется возвращение. — В «стабильное окружение»? К Абрамову? Чтобы он тебя трахнул? Или меня? Или её? — Джей затянула первый шов. — Ты бы хотел этого, Эн? Чтобы он сделал из нас племенных кобыл? — Мои личные желания не имеют значения. Важны приказы. Джей замерла на секунду. Потом продолжила шить. — Надеюсь, когда гипноз спадёт, ты не вспомнишь, что сказал мне сейчас. Потому что я тебя убью за эту фразу. — Принято, — ответил Эн. Она закончила. Завязала бинты поверх швов. Провела ладонью по его здоровому плечу. — Эн, — позвала она тихо. Он повернул голову. Пустые глаза смотрели сквозь неё. — Я верну Ви. Обещаю. Но не для Абрамова. Для нас. — Необходимо доложить о выполнении задания, — сказал Эн и встал. Джей не стала его останавливать. Смотрела, как он идёт к выходу — прямая спина, механический шаг, хвост волочится по полу. Как будто внутри заживо похоронили человека. Когда дверь за ним закрылась, она села на кушетку и выдохнула. — Блять, — прошептала она, разглядывая свои пальцы — в крови. — Ви, ты, надеюсь, умнее меня. Беги. Беги далеко. Дверь открылась снова. — Дочка, — раздался голос с порога. Джей подняла голову. Абрамов стоял в проёме — грузный мужчина лет пятидесяти, в белом халате поверх дорогого костюма. Лысеющий. С маленькими заплывшими глазками, которые смотрели на неё с приторной отеческой заботой. — Папочка пришёл проведать, — сказал он, улыбаясь. — Как мой сыночек? Как его рана? — Зашита, — сухо ответила Джей. — Он потерял много крови. Нужно время на восстановление. — Время у нас есть, — Абрамов прошёл в комнату, встал напротив, разглядывая её длинные волосы, кроличьи уши, хвост. — Ты хорошо справляешься, дочка. Лучше любого медперсонала. — Я не ваша дочка. — Вы все мои дети. Я вас создал. Вырастил. Вы — моё величайшее достижение. Джей промолчала. Сжала кулаки под столом. — Я знаю, что ты умнее всех, — продолжал Абрамов, садясь напротив неё, как на деловую встречу. — Поэтому я пришёл к тебе с предложением. — Не заинтересована. — Выслушай, — его голос стал жёстче на полтона. — Я могу «расколдовать» твоего брата. Вернуть ему волю. Эмоции. Личность. Всё, что было. Джей подняла голову. В жёлтых глазах вспыхнула надежда — и тут же погасла, потому что она знала цену таким предложениям. — И что я должна сделать? — Поможешь найти Ви, — улыбнулся Абрамов. — Присоединишься к поискам. Ты умная — ты найдёшь способ вернуть её быстрее, чем тупые солдаты. А потом — вы все будете жить вместе. Как семья. — Как семья в клетке. — Как семья в комфортных условиях, — мягко поправил он. — Подумай, Джей. Ви не выживет одна. Она ничего не знает о мире. Она глупая, доверчивая, её поймают или убьют чужие люди. Ты хочешь этого? Джей молчала, глядя в пол. Её кроличьи уши опустились, прижались к затылку. — Дай Эну восстановиться, — сказала она наконец. — Сутки. Чтобы он мог нормально двигаться. — Согласен, — легко ответил Абрамов. — Сутки. А потом — вы вместе отправляетесь на поиски твоей сестры. Договорились, дочка? — Не называйте меня дочкой. — Джей, — поправился он, улыбнулся так, что желваки заходили, и вышел. Дверь закрылась. Джей осталась одна в медпункте. Кровь на её руках уже высохла, потрескалась коркой. Она посмотрела на неё, потом на дверь, за которой скрылся Эн. — Прости, — прошептала она в пустоту. — Я не знаю, как это сделать, но я тебя вытащу. Обоих вытащу. Даже если для этого придётся притворяться папиной дочкой. Она легла на кушетку, свернулась калачиком — кроликом в клетке — и закрыла глаза. Сутки. У неё было двадцать четыре часа, чтобы придумать план. Рассвет застал их на пороге лаборатории. Джей вышла первой — в чёрном облегающем комбинезоне, который не стеснял движений, но и не привлекал внимания. Длинные волосы были собраны в высокий хвост, кроличьи уши торчали из причёски, как локаторы. Эн следовал за ней — в такой же униформе, но тёмно-серой, с капюшоном, натянутым на голову, чтобы скрыть волчьи уши. — Ты уверена, что это сработает? — спросил Эн механическим голосом. — Нет, — честно ответила Джей, застёгивая пояс с карманами. — Но это единственный план. — Какой план? Ты его не озвучила. — План в том, чтобы найти Ви. Остальное — импровизация. Эн не ответил. Он просто стоял и ждал команды, как хорошо обученная собака. Джей посмотрела на него — на эти пустые глаза, на забинтованное плечо, на хвост, который безвольно висел, а не вилял, как раньше. — Пошли, — сказала она и шагнула в утро. Они шли пешком в получеловеческом обличье — слишком быстро для случайных прохожих, но достаточно медленно, чтобы не привлекать внимание. Эн держался на шаг позади, сканируя пространство, как терминатор. — Ты хоть помнишь, как мы в детстве играли в прятки? — спросила Джей, не оборачиваясь. — Нет. — Я пряталась в вентиляции. Ты меня искал полдня, а потом Ви чихнула, и ты нашёл нас обеих по звуку. — Не помню, — повторил Эн. — Конечно, не помнишь. Он стёр тебе память, ублюдок. Она замолчала. Эн не поддержал разговор. Через час они достигли городской черты. Дома стали плотнее, людей — больше. Пора было менять тактику. — Превращаемся, — сказала Джей, сворачивая в безлюдный переулок. — В животных. Так незаметнее. Она закрыла глаза. Её тело сжалось, волосы стали шерстью, лицо вытянулось в кроличью мордочку. Через несколько секунд на земле сидел небольшой серый кролик с длинными ушами и испуганными жёлтыми глазами. Эн превратился следом — массивный серый волк, в два раза больше обычного, с горящими жёлтыми глазами и слишком умным взглядом для зверя. — Бежим, — сказала Джей по-звериному — скорее мысль, чем звук, но волк её понял. Они рванули с места. Кролик быстро уставал. Это была проблема, о которой Джей забыла за годы в лаборатории. В её теле больше не было прежней выносливости. Через полкилометра она начала задыхаться, ноги подкашивались, сердце колотилось как бешеное. — Не могу… — прохрипела она, замедляясь. — Эн, я не могу. Беги без меня. Найди её сам. Волк остановился. Он смотрел на неё. Потом перевёл взгляд на дорогу. Потом снова на неё. И сделал то, чего Джей не ожидала. Он подошёл, осторожно взял её зубами за шкирку и поднял в воздух. Джей замерла. Рефлекс сработал мгновенно — тело обмякло, лапы поджались, хвост прижался к животу. Она чувствовала тепло его пасти, слышала его дыхание, чувствовала, как мышцы его челюсти напряжены, но не сжимаются слишком сильно — ровно настолько, чтобы удержать, но не сделать больно. — Эн? — пискнула она. Волк не ответил. Он просто побежал. С кроликом в зубах, как мать с детёнышем. Они петляли по дворам, переулкам, пустырям. Эн не сбавлял скорости даже на поворотах. Джей болталась в воздухе, как игрушка, но не чувствовала страха. Только удивление. "Он сам принял решение, — думала она. — Ему никто не приказывал. Он сам. Значит, не всё потеряно. Где-то там, под этим гипнозом, Эн всё ещё есть." Она прикрыла глаза и позволила себя нести. Проснулась от того, что мир перестал трястись. Волк остановился, опустил её на землю и превратился обратно в человека. Эн стоял на коленях, тяжело дыша, но его лицо было таким же каменным. — Мы на месте, — сказал он. — Эксперимент V была здесь. Запах свежий. Она в этом здании. Джей, превратившись обратно, встала на подгибающиеся ноги. Огляделась — и сердце упало. Обычный девятиэтажный дом. Обшарпанный подъезд, клумба с засохшими цветами, качели без одной цепи. И запах. Запах Ви. Такой сильный, что даже человеческим носом можно было учуять. — Ты знаешь, какая квартира? — спросила Джей. — Третий этаж. Дверь в конце коридора, — Эн смотрел на окна, как снайпер. — Я чую её вещи. Её запах пропитал каждую щель. Джей шагнула к подъезду, но Эн перехватил её за руку. — Что? — обернулась она. — Нам нужен человек, — сказал он. — Тот, кто её укрывает. Постороннее лицо, которое бросило бутылку. — Ты хочешь его убить? — Я хочу его допросить. Он знает, где Ви. Он может быть опасен. — Или он просто девчонка, которая пожалела мою сестру, — возразила Джей. — Не надо лишних жертв, Эн. Мы не в лаборатории. Он не ответил. Просто стоял и смотрел на подъезд немигающим взглядом. — Мы будем ждать, — сказала Джей. — Когда эта девочка выйдет. Поговорим с ней. Без крови, понял? — Неэффективно, — отрезал Эн. — А я говорю — эффективно! — Джей повысила голос, но тут же оглянулась — не услышал ли кто. — У Ви теперь есть защита. Тот, кто за неё вступился. Если мы нападём — она никогда нам не поверит. Ты хочешь, чтобы сестра тебя боялась? Эн замер. Его жёлтые глаза сузились, но он ничего не сказал. — Ждём, — подвёл итог Джей и потянула его в кусты. Они сидели во дворе, в зарослях старой сирени, в животных обличиях. Волк и кролик. Эн спал чутко — уши дёргались при каждом шорохе. Джей не спала вообще. Она смотрела на подъезд и думала. 'Ви. Ты там. Ты в тепле, у тебя есть еда, есть кто-то, кто не дал тебя схватить. Ты умница. Ты сильная. Только не выходи раньше времени." Солнце поднялось выше. Мимо прошла женщина с ребёнком, толкая коляску. Ребёнок увидел волка и замер. — Мама, смотри, собака! — крикнул он. — Иди отсюда, там бомжи спят, — женщина натянула капюшон и ускорила шаг. Джей выдохнула. Пронесло. Они ждали. Эн — терпеливо, как машина. Джей — с каждым часом всё тревожнее. "Только бы она вышла. Только бы мы успели поговорить до того, как Абрамов пошлёт кого-то ещё." Она взглянула на волка. Тот лежал с закрытыми глазами, но хвост его чуть дрожал — как будто во сне он видел что-то, что не мог забыть. — Ты всё ещё там, да? — прошептала Джей. — Где-то глубоко. Слышишь меня? Волк не ответил. Но хвост дёрнулся сильнее. И Джей показалось, что это был ответ.

***

Утро воскресенья началось с того, что Узи вышла за хлебом. В толстовке, в кедах, с мятой головой после бессонной ночи — они с Ви почти не спали, всё обсуждали Эна, Абрамова, лабораторию и что делать дальше. — Я быстро, — шепнула она Ви, приоткрыв дверь. — Пять минут. — Будь осторожна, — ответила Ви из-под пледа, свернувшись клубком. Узи кивнула и выскользнула в подъезд. Дверь за ней захлопнулась. Она успела спуститься на один пролёт. Открыла тяжёлую подъездную дверь — и тут же поняла, что что-то не так. Воздух был слишком плотным. Слишком чужим. А потом на неё кто-то прыгнул. — Твою мать! — выкрикнула Узи, но было поздно. Её прижали к стене подъезда. Сильно. Грубо. Лопатками она ощутила холодный бетон, а перед лицом — жёлтые глаза, серые волосы, волчьи уши, оскаленные зубы. Эн. — Где эксперимент? — прорычал он механическим голосом. — Где V? Говори! — Отпусти! — Узи дёрнулась, но Эн был как бетонная стена. — Ничего я тебе не скажу! — Где?! — он встряхнул её, как тряпичную куклу. Голова мотнулась, перед глазами поплыли звёзды. — Эн! Прекрати! — сзади кто-то крикнул. Узи краем глаза увидела девушку — высокую, выше Ви, почти метр восемьдесят пять. Длинные светлые волосы собраны в хвост, кроличьи уши торчат из причёски, глаза — такие же жёлтые, как у Эна и Ви. Джей. Она пыталась оттащить брата, ухватив его за локоть. — Отпусти её! Она не враг! — Постороннее лицо, — рявкнул Эн, не оборачиваясь. — Держит эксперимент V. Должно быть нейтрализовано. — Эн, мать твою, она помогла Ви! Она её спасла! — Приказ — вернуть V. Остальное не важно. Он занёс руку для удара. Узи успела подумать: «Вот и всё, блять. Хлеба не куплю». И в этот момент её пальцы, которые шарили по карману в поисках телефона, наткнулись на кое-что другое. Маленький пластиковый прямоугольник. Электрошокер. Она купила его год назад после того, как кто-то попытался стянуть у неё сумку в переходе. Ни разу не пользовалась. Пришло время. Она выхватила шокер, ткнула им в открытое ребро Эна и нажала кнопку. Треск. Синяя вспышка. Эн дёрнулся, его глаза расширились — впервые за всё время в них мелькнуло что-то живое. Боль. Изумление. А потом он рухнул на землю как подкошенный. — Блять, — выдохнула Узи, отступая на шаг. — Блять, блять, блять. Эн лежал на асфальте, дёргаясь в конвульсиях, и понемногу затихал. Джей опустилась рядом с ним на корточки, пощупала пульс. — Жив, — сказала она, поднимая на Узи свои жёлтые глаза. Кроличьи уши прижаты к голове, хвост трясётся. — Ты… это был электрошокер? — Да, — Узи всё ещё трясло. — Он собирался меня ударить. — Он собирался тебя допросить, — поправила Джей. — Но да, результат был бы тот же. Спасибо. Ты спасла меня от необходимости его останавливать. Узи опустила руку. Посмотрела на Джей. Та стояла с поднятыми руками — ладони раскрыты, пальцы растопырены. Знак «я с миром». — Мой план, — сказала Джей. — Я хотела с тобой поговорить. Но Эн… он слишком буквально понимает приказы. — Какой план? — Вернуть Ви. И его. Но не для Абрамова. Для нас. Узи молчала, переваривая информацию. Джей опустила руки. — Помоги мне затащить его в квартиру. Он весит как гребаный шкаф, я одна не справлюсь. — А если он проснётся? — Связать. У тебя есть верёвки? Ремни? Шнурки от ботинок? — Блять, — Узи глянула на Эна, который уже начинал постанывать. — Пошли. Быстро. Они затащили волка в подъезд, потом в лифт, потом в квартиру. Ви ждала у двери — хвост распушился, глаза огромные. — Джей! — закричала она, когда дверь открылась. — ДЖЕЙ! Они столкнулись в коридоре. Ви обхватила сестру, прижалась, замурлыкала. Джей гладила её по спине, но взгляд был встревоженным — поверх головы Ви она смотрела на Эна, которого Узи пыталась усадить на стул. — Он под гипнозом, — сказала Джей. — Абрамов подавил его волю. Он не помнит нас. — Я знаю, — ответила Ви, не отрываясь от сестры. — Он напал на нас вчера. Узи кинула в него бутылкой. — Бутылкой? — Джей перевела взгляд на маленькую фиолетовую девушку, которая сейчас пыхтела над её братом. — Она кинула бутылку в волка, спасла тебя, а потом ещё и ударила его шокером? — Да. Она маленькая, но очень злая, — с гордостью сказала Ви. — Я НЕ МАЛЕНЬКАЯ, Я КОМПАКТНАЯ! — рявкнула Узи из комнаты. — ПОМОГАЙТЕ ДАВАЙТЕ, А НЕ ОБНИМАЙТЕСЬ! Джей отлипла от сестры. Вместе они затащили Эна на кухонный стул. Узи достала все ремни, какие нашла: из своих джинсов, из куртки Ви, даже старый отцовский, который пылился в ящике три года. — Вяжи, — скомандовала она. Джей затягивала узлы — профессионально, быстро. Крепко. Эн даже не дёргался — отключился после разряда и всё ещё не приходил в себя. — Ещё один, — сказала Джей, протягивая руку. — Ноги нужно зафиксировать. — Больше нет, — ответила Узи, оглядываясь. — Ви, у тебя есть что-то? — Могу хвостом обмотать, — предложила Ви. — Хвостом, блять, а если он проснётся и дёрнется, ты останешься без хвоста! — Он не дёрнется. Он мой брат. — Он сейчас машина для убийств, а не брат! — Девочки, — вмешалась Джей, затягивая последний узел на запястье Эна. — Прекратите. Связали. Молодцы. Теперь ждём. Она выпрямилась, отошла на шаг, оглядывая свою работу. Эн сидел на стуле, примотанный к спинке и ножкам ремнями, как сумасшедший пациент. Голова свесилась на грудь, волчье уши обвисли. — Жалкое зрелище, — сказала Джей. — Он придёт в себя, — ответила Ви, подходя к брату и поправляя прядь волос, упавшую на его лицо. — И тогда мы поговорим. — Если он не сломает стул, — заметила Узи. — Он же волк. — Он связан. А в такой позе даже волк не может трансформироваться, не сломав себе кости, — спокойно ответила Джей. — Я знаю, что делаю. — Ты кролик, блять. Какая у кролика инженерия? — Умный кролик, — улыбнулась Джей. Улыбка у неё была другой, чем у Ви — не пугающей, а хитрой. Рассчётливой. — Я стратег. Запомни это, маленькая. — Я НЕ МАЛЕНЬКАЯ! — Ну да, ты очень большая и страшная, которая только что чуть не обоссалась от страха в подъезде. — Я НЕ ОБОССЫВАЛАСЬ! — Тихо, — сказала Ви, и обе замолчали. Она подошла к Узи, взяла её за руку, притянула к себе. — Джей, — сказала Ви, — это Узи. Моя… мой человек. Она меня спасла. Накормила. Научила, что такое пельмени и почему нельзя лизать в губы без спроса. — Лизать в губы? — Джей подняла бровь. — И лизать в губы тоже, — кивнула Ви. — Она хорошая. Маленькая, но хорошая. — ВЫ ОБЕ ЗАТКНИТЕСЬ ПРО МОЙ РОСТ! Джей и Ви переглянулись и синхронно улыбнулись. — Нам нужно дождаться, пока он очнётся, — сказала Джей, садясь на диван. — И тогда попробуем до него достучаться. — А если не достучимся? — спросила Узи. — Тогда придётся его снова отключить, — Джей похлопала по электрошокеру. — Одолжишь? — Ладно, но потом вернёшь. — Договорились. Они сидели втроём в маленькой гостиной. Связанный волк на стуле. Три девушки — маленькая злая, большая пушистая и высокая хитрая. И ждали, когда стеклянные глаза Эна снова откроются.