Песок

      Начнем с того, что он был против.       Он не был привередливым, он уже говорил об этом. Ему было все равно, что есть, где спать и что носить, пока он был сыт и в тепле. Конечно, ему нравилось то, что дома у Ямадзав было тихо, спокойно, еда была всегда теплой и он был одет и получал все, что только пожелает. Это не могло не баловать его в какой-то степени. Поэтому он старался быть уважительным и выслушивать любые нотации от своих опекунов. Стойко терпел их уроки по письму и чтению, легко выслушивал нравоучения, когда по незнанию натыкал что-то не то в роботе-пылесосе и того закоротило. В общем, он старался быть хорошим, послушным и воспитанным ребенком.       Когда ему сказали, что ему придется иметь дело с кучкой детей, ужасных, бессердечных, маленьких демонов, он запротестовал. Не то, чтобы они не могли оставить его на домашнем обучении, но Гааре нужно было социализироваться, заводить друзей. Это пойдет ему на пользу, чем сидеть в четырех стенах с двумя про героями.       Итак дни сменялись неделями, недели - месяцами. Таким образом прошел год. Год спокойной жизни, без боязни быть избитым, голодным и просыпаться каждую ночь от кошмаров. Обычно во время таких ночей он вскакивал с тихим вскриком, тяжело дыша и забиваясь в самый дальний угол комнаты. Впервые его опекуны, услышав его крик, вломились в комнату наполовину голые. Захватывающее оружие Айзавы развивалось в воздухе, Мик едва успел нацепить на себя слуховой аппарат, набрав в грудь побольше воздуха для крика. Их волосы были растрепанны, одетые лишь в одни трусы, глаза Айзавы горели красным. Не увидев ничего, что могло бы навредить Гааре, они немного успокоились. Переглянувшись, они лишь фыркнули.       В тот вечер никто не спал еще несколько часов, пока Хизаши расказывал о своих кошмарах, пока Шота так же дополнял что-то, говоря о своих страхах. Они надеялись, что ребенок откроется им и поделиться своими переживаниями. Они оба знали, что это будет не красиво, возможно кроваво, мало ли что мальчик мог видеть.       Гаара решил умолчать о том, что ему снилась его прошлая жизнь. Снилось как Яшамару снова напал на него со спины. Боль предательства была сильнее любых физических ощущений. Плавно кошмары срастались, становились какофонией размытых образов, мест действий и звуков. Больше не было «прошлой» и «настоящей» жизни. Было что-то среднее, страшное, что преследовало его во снах. Он решил не делиться, как ему снилось, как в песчаном гробу умирали сотни, тысячи людей. Как он бесчувственно и иногда с садистким наслаждением наблюдал за этим. Усмешка искажала черты лица.       Он лишь сказал, что ему снился старый дом. Не то, чтобы он солгал. Яшамару заменился Иокой, которая на этот раз напрыгнула на него тихо с ножом. И если бы не его песчанная броня он был бы убит.       Впрочем, не об этом он начал. С момента его "временного" усыновления прошел год. Ему было 7 и пора было его уже давно отправлять в начальную школу или хотя бы детский сад. Однако сначала из-за материального состояния матери она не могла каждый день приводить его в садик, он так там и не побывал. А затем про-герои узнали, что он безграммотен и отпускать его таким в подготовительные классы было бы не слишком честным. Но Гаара оказался умным ребенком и славливал все на лету, особенно легко ему давались математика и предметы по типу биологии. Они оба были пораженны, когда тот проявил интерес к физике, о которой маленькие дети не задумывались вплоть до того момента, пока она не начиналась в школе как полноценный предмет для изучения. Решив не отбивать ребенку интерес к учебе, те предоставили ему учебник для малышей, где рассказывалось о гравитации, силе тяжести и небольших других законах на простом языке детей. По типу, оно есть просто потому что есть, или солнце большое и земля кружится вокруг оси. Ничего сверхсложного для обычного ребенка семи лет.       Однако, когда его опекуны посчитали его достаточно взрослым и подготовленным, они отправили его в школу. Сначала все было довольно хорошо. Младшая школа Альдера ему даже нравилась. Учителя были милыми, помогали, когда ученики чего-то не понимали и следили за тем, чтобы между детьми не было ссор. Он знал, что родители не станут отдавать его куда попало и скорее всего в данном месте принимались дети со "злодейскими" причудами или дети лишенные этих самых причуд. В профиле школы так же должна была быть указана нулевая терпимость к булингу. Данное заведение было недалеко от их дома и он мог сам доходить сюда без проблем и не просить опекунов подвозить его. Это тоже стало своеобразным плюсом.       И сначала все было так, как заявленно на сайте школы: никаких издевательств, никого не называли злодеем. Все было относительно нормально.       До того момента, как он не увидел зеленого мальчика. У него были темно-зеленые волосы с отливом в черный, которые делали его похожим на броколи. Более яркого оттенка зеленого широкие глаза лани были чисты и невинны. И Гааре на секунду показалось, что он увидел ангела. Поскольку большинство детей этого мира были со взглядами уже изначально испорченными глупой геройской системой. Однако над этим парнем смеялся какой-то блондин и рядом стояла еще парочка детей их возраста. Они тыкали пальцем и кричали: «Беспричудный!».       Гаара наблюдал за этим несколько минут, смотря как на ладонях светловолосого парня оживают взрывы, что пока что напоминали лишь хлопки с огромным выбросом черного дыма, тот дико оскалился (иначе Гаара это не назовет) и издевательски протянул: –Дееку, неужели тебе мало тех уроков, которые я тебе преподал? Ты не можешь быть героем! Прекрати нести свою чушь! –Н-но.. Каччан! Возможно моя причуда еще не проявилась! Я все еще могу быть героем, даже без нее!       Кучка детей лишь рассмеялась над слабыми попытками парня защититься. Увидев в этом мальчике себя, отчаянно протягивающего другим детям руку со своим именем и просьбой о дружбе, его сердце не могло не сжаться от жалости. Эти герои его развратили. Обычно ему было плевать, но теперь, казалось, сам бог решил заставлять его видеть параллели между его старым и новым миром. Он не хотел, чтобы эти детские глаза потухли.       Он хотел бы иметь друга в прошлом до того, как появился Наруто.       Поэтому внутренне вздохнув, он заставил свою "причуду" ожить. Песок зашуршал под ногами детей, оплетая их ноги и не позволяя двигаться. С блондином... Каччаном(?), ему пришлось замуровать его в песок по самый рот, оставив лишь нос и глаза, чтобы тот мог видеть, дышать и слышать его, но не кричать. Выйдя бесшумными шагами из тени коридора, он встал позади Деку(? Серьезно, кто называет так детей? Не ему об этом говорить..). –Я бы попросил вас уйти, прежде чем я позову кого-нибудь из учителей. В этой школе должна быть нулевая терпимость к издевательствам.       Гаара говорил безэмоционально, глаза были пустыми, но в глубине бирюзовых зрачков таилась угроза. Двое припевал, что стояли рядом с Бакуго вздрогнули, пытаясь вытащить ноги из песчанных оков, но чем больше они барахтались тем сильнее песок сжимал их ноги. Конечно не настолько, чтобы причинить реальную боль, но достаточно ясно намекая, что произойдет, если они продолжат. Двое парней яростно закивали головами, бормоча что-то о том, что они уйдут. Бакуго казалось был готов взорваться, его глаза пылали яростью, пока он извивался, или пытался хотя бы сдвинуться на миллиметр, кипя яростью. Он хотел взорвать ублюдка, но не мог пошевелиться! В глубине глаз сиял страх. Перед ним был кто-то, кто был сильнее, могущественее и в данный момент он управлял его жизнью. Скрипнув зубами от досады, он прекратил попытки двинуться и песок словно живой отлип от его рта, позволяя говорить. –Отлично, черт возьми! Мы уходим, глупый Деку!       Последние слова были адрессованы Изуку, который до этого завороженно разглядывал песок, что постоянно шевелился, оплетая тело его друга и знакомых. Так круто! Но, услышав слова, он вздрогнул, его тело тут же задрожало и он сглотнул, понимая, что из-за вмешательства ему будет хуже в следующий раз, когда они увидятся. Гаара, стоящий за ним удовлетворенно прикрыл глаза, приказывая песку отступить и тот словно растворился в полу. (Было довольно не трудно призвать песок с улицы, потому что недалеко от них были посаженны деревья). Бакуго скрипнул зубами, выглядя как злобная псина, готовая сорваться в любой момент, но он ушел вслед за убежавшими с того места припевалами. Красноволосый мальчик повернул голову в сторону Изуку, протягивая ему раскрытую ладонь. –Ты в порядке?       Глаза зеленого парня расширились, он приоткрыл рот, чтобы спросить так много всего, но остановил себя. Этот мальчик его не знал, так что как только он расскажет ему о том, что у него нет силы, то наверняка тот от него отвернется, как Каччан... Стоит ли ему сохранять эту тайну? Изуку молчал несколько минут, прежде чем спросить. Мама учила его всегда быть честным. –Зачем ты заступился за меня? У меня ведь нет причуды?       Гаара моргнул, смотря на него пару минут, прежде чем с таким же пустым лицом, как и до этого спросить. –И что?       Изуку это ввело в ступор. Казалось его глаза не могли стать больше, чем они уже были, но оказалось, что это было возможно. Этому мальчику было все равно, что у него нет причуды и он все еще волновался о нем! Изуку заплакал, его глаза быстро заслезились, став красными и опухшими. Гаара впал в ступор, не понимая почему Деку плачет, он растерянно смотрел на свою ладонь, пытаясь понять не напугала ли ребенка его безэмоциональность. –Эм.. Деку, верно? С тобой все хорошо? Я сделал что-то не так?       Мидория замер, всхлипнув и вытерев слезы тыльной стороной школьной униформы. –Я в п-порядке! Мое имя на самом деле М-Мидория Изуку, «Деку» - это прозвище, которое дал мне Кач... Бакуго, тот мальчик.       Гаара медленно моргнул, пытаясь представить как имя Изуку читалось на кандзи. Действительно, это можно было произнести как "Деку". Вроде Айзава говорил, что это означает бесполезный, разве нет...? Гаара нахмурился, теперь понимая откуда это исходит. Он все еще не убрал руку. Он чувствовал себя неловко. –Так, тебе нужна помощь или..?       Глаза Изуку вспыхнули, как и его щеки от легкого смущения. Он быстро принял помощь, подскочив на носках и уставившись на Гаару со звездами в глазах. Тут же он начал бормотать со скоростью мили в секунду, задавая вопросы о его причуде. –Обожетвояпричудатакаякрутая!Тыможешьсоздаватьфигурыизпеска?!Абросатьего?!Можетбытьизменятьсостав!Этобылотакрутоиуэтойпричудытакмногопримененийтакидеальнодлягероизма!...       И еще десять минут бормотания о возможных способах применения, вплоть до создания различных песчанных животных, по типу огромных птиц, чтобы летать на них. Это было не совсем абсурдом, поскольку он делал волну на которой можно было быстро передвигаться. И он научился делать свой трюк с глазами из прошлого мира, что было достаточно интересно. Гаара принял во внимание несколько интересных гипотез от Изуку, запомнив их. Они были в разных классах и Гаара предложил, чтобы Мидория перевелся в его класс. Их учитель казалась добрее к детям, чем тот мужчина, который был классным руководителем Бакуго и Изуку. Тот отказался, сказав, что все в порядке.       В тот день Гаара вернулся домой с легкой улыбкой на лице. Ямада что-то напевал на кухне, подогревая еду к приходу ребенка. Айзава лежал на диване, с кошками на его теле и казалось спал. Но он знал лучше, чем доверять первой мысли. Глаза мужчины были сухими и болели как ад, поэтому тот часто лежал с закрытыми глазами. Хизаши, заметив такую редкую улыбку на лице Гаары, поиграл бровями, ухмыляясь. –Случилось что-то хорошее, малыш?       Гаара чувствовал себя каждый раз неловко, когда его так называли. Он не мог отрицать, что было приятно, когда о тебе заботились, но он оказался совершенно непривыкшим к милым прозвищам. –Кажется у меня появился друг.