Я стал врагом своего кумира

Таир лежал с закрытыми глазами и тихо улыбался, сам по себе, ни к кому не обращаясь — и легко, почти беззвучно мурлыкал что-то под нос, глубоко вдыхая запах подушки с таким видом, будто ничего лучше в жизни не чувствовал. Крис надолго застыл, оглушённый этим единственным словом. Он молча смотрел на своего заклятого врага, который теперь мирно сопел в его постели. В груди у Криса болезненно сжалось сердце, и он заставил себя отвернуться. — Ты мой фанат? Ты что, издеваешься надо мной?! — глухо произнёс он, до боли стиснув зубы. Прошлое нахлынуло с новой силой, начисто стирая остатки самообладания. Крис резко развернулся, наклонился и, грубо схватив Аро за воротник его сырой толстовки, рывком дёрнул спящего парня на себя. — Тогда почему… почему три года назад ты отказался сниматься со мной?! — яростно прошептал он прямо в лицо Аро, сжимая ткань в кулаках. — Я ведь так старался… Я этот кастинг прошёл! А меня из-за твоего отказа просто вышвырнули! Крис тяжело дышал, всматриваясь в эти закрытые, безмятежные глаза. Так и не дождавшись ответа, он с силой оттолкнул Аро обратно на подушку и выпустил воротник из пальцев. Три года назад. Зал для пресс-конференций, большой проект студии Лион-фильм. Крис стоял за кулисами и не мог перестать улыбаться. Только что его агент шепнул ему: — Всё подтвердили, ты утверждён на главную роль в “Северном ветре”. Партнёр — Аро. Через минуту объявят официально. Крис поправил галстук — новый, купленный специально для этого дня, и выглянул из-за кулис. — Выходи, — подтолкнул его ассистент. Крис сделал шаг на сцену. Свет ударил в глаза, на секунду ослепив. Он улыбнулся шире — той самой искренней, почти мальчишеской улыбкой, от которой потом его фанаты будут сходить с ума. Он сел на свободный стул рядом с Аро и чуть кивнул ему — приветственно, уважительно. Аро посмотрел на него сквозь, как сквозь пустое место, и тут же отвернулся к залу. Крис списал это на волнение. — Итак, — ведущий пресс-конференции улыбнулся в камеру, — мы рады представить вам звёздный состав нового проекта «Северный ветер». Рядом с нами уже знакомый всем Аро, а также… — он заглянул в планшет, — многообещающий молодой актёр Крис, который исполнит главную роль. Крис, расскажите, что вы чувствуете? Крис взял микрофон. Голос чуть дрожал от волнения, но он справился. — Я очень рад. Это большая честь для меня — работать с таким актёром, как Аро. Я давно слежу за его творчеством и… надеюсь, мы создадим что-то прекрасное. Он повернулся к Аро и ещё раз улыбнулся — открыто, почти по-детски. Аро не ответил. Только чуть приподнял уголок губ в странной, застывшей усмешке. Журналисты зашевелились. Один из них, из крупного телеканала, поднял руку и, когда ведущий дал слово, спросил прямо: — Аро, у вас новый проект — фильм «Северный ветер», и там у вас партнёр — Крис. Что вы можете сказать об этом проекте и о вашем взаимодействии с молодым актёром? Красные огоньки прямого эфира горели в полную силу. — Проект замечательный, — начал Аро, поворачиваясь к залу. Голос его был мягким, почти певучим. — Но, к сожалению, Крис не будет в нём сниматься. Крис замер. Улыбка сползла с его лица. — Что? — вырвалось у него тихо, но микрофон всё равно поймал. Аро не посмотрел на него. Он продолжал говорить в камеры, улыбаясь всё той же ласковой улыбкой: — Понимаете, мы ищем актёра, который действительно справится с глубиной этой роли. Крис — талантливый молодой человек, но его роли… — он сделал паузу, — не требуют особой глубины. Я не хочу рисковать проектом. В зале повисла тишина. Потом кто-то охнул. Операторы ловили крупный план Криса — его побелевшее лицо, задрожавшие губы, руки, вцепившиеся в подлокотники кресла. — Но… меня же утвердили, — прошептал Крис. Он повернулся к режиссёру, сидевшему рядом. — Вы же… вы сказали… Режиссёр отвёл глаза. Продюсер кашлянул в кулак и уставился в свои бумаги. Аро наконец повернулся к Крису. Посмотрел на него сверху вниз — с лёгкой, почти сочувственной улыбкой, от которой становилось только хуже. — Извини, — сказал он тихо, но так, что все микрофоны всё равно записали. Он отвернулся обратно к залу и продолжил отвечать на вопросы, как будто ничего не случилось. А Крис остался сидеть на сцене, под софитами, на глазах у всей страны, с камерами, которые всё ещё снимали его крупным планом. Интервью закончилось. Аро поднялся, кивнул журналистам и направился к выходу. Охрана уже взяла его в кольцо, но Крис шагнул вперёд раньше, чем успел подумать. — Аро! — окликнул он. Аро остановился. Охрана замерла, готовая оттеснить наглеца, но Аро поднял руку — и они расступились. Крис сделал шаг, второй. Сердце колотилось где-то в горле. — Я понимаю, вы меня не знаете, но я… я прошёл кастинг, меня утвердил режиссёр. Если вы сомневаетесь, я могу показать — — Мне всё равно, что там утвердил режиссёр, — перебил Аро. В его голосе не было злости. — Проект финансирует мой отец. Если я говорю нет, значит, нет. А ты… — он скользнул взглядом по Крису — по его дешёвому пиджаку, по стаканчику воды в руке, по дрожащим пальцам. — Но я… я прошёл кастинг, — повторил он глупо, потому что других слов не находилось. — Я готовился. Я очень хочу сниматься с вами, я — — Ты не понял? Я не собираюсь портить свою фильмографию актёрами с улицы. Приходи через десять лет, когда станешь знаменитым. Если станешь. Он развернулся и пошёл дальше. Охрана сомкнулась за его спиной, отрезая Криса от всего остального мира. Крис не помнил, как вышел из зала. Помнил только, что в коридоре, за кулисами, его вырвало в ближайшую урну — от страха, от стыда, от унижения, которое он только что пережил на глазах у миллионов. «Приходи через десять лет» — эта фраза въелась в него, как заноза, которую нельзя вытащить. Он выгрыз себе карьеру зубами. Снимался в чём попало, соглашался на любые роли, работал по восемнадцать часов, спал в гримёрках, терял вес, набирал вес, только чтобы его имя зазвучало. Через два года о нём заговорили. Через три — он получил первую премию. Аро к тому моменту уже начал сдавать позиции — его звезда медленно, но верно катилась вниз, потому что зрители устали от одного и того же лица и одного и того же холодного взгляда. Немного погодя, злясь на самого себя за эту вспышку, Крис всё же грубовато приподнял парня за плечи и принялся стягивать с него эту злосчастную мокрую толстовку — ведь спать в ней на его кровати было действительно нельзя. Аро от этих манипуляций лишь зажмурился и довольно улыбнулся сквозь сон, послушно позволяя делать с собой всё что угодно. — Чего ты лыбишься? — буркнул Крис, швыряя мокрую ткань на стул. — Я помог тебе только потому, что ты мне всю постель зальёшь, ты же… Нет. Нет-нет-нет. Я просто терплю. Потому что завтра съёмка и этот болван должен выспаться… Таир спал рядом, дышал ровно и занимал ровно столько места сколько ему было отведено, даже во сне не переползая на чужую сторону, и Крис покосился на него и снова уставился в потолок. Он закрыл глаза и попытался думать о чём-нибудь другом — о завтрашней съёмке, о сценарии, о чём угодно — но мысли упрямо возвращались к одному и тому же. В этот момент Таир во сне тихо вздохнул — и придвинулся. Медленно, бессознательно, всем телом, и щекой лёг прямо на голое плечо Криса, а рука нашла его бок и остановилась там, невесомо. Крис не дышал. Кожа к коже, тёплая и живая, и волосы щекотали его шею, и дыхание Таира касалось его плеча — ровное, медленное, совершенно спокойное. Он должен был оттолкнуть, должен был сбросить эту руку и подвинуться к краю и сказать что-нибудь, хотя бы вполголоса, но он лежал неподвижно и не делал ничего, и секунды шли, и дождь шумел за окном, и Таир только чуть крепче прижался во сне — совсем чуть-чуть. Что-то дёрнулось в груди, сердце забилось быстрее, и Крис испугался этого чувства больше всего остального. Потому что не знал как оно называется и не хотел знать. — Ты сошёл с ума, Аро, — сказал он тихо, почти себе, и помолчал секунду. — Или я схожу… Аро спал и ничего не слышал, и Крис так и не уснул до самого рассвета.​​​​​​​​​​​​​​​​

***

Утром он открыл глаза и первым что увидел было лицо Аро, солнце из окна падало прямо на него. Аро спал. Ресницы не дрожали, дыхание было ровным, губы чуть приоткрыты. За ночь они каким-то образом оказались совсем близко, лицом к лицу, почти нос к носу. При дневном свете было видно больше. Светлые ресницы. Лёгкие тени под глазами. Маленькая родинка у виска которую он раньше не замечал. Когда ресницы Аро дрогнули и лицо начало меняться, Крис резко закрыл глаза. Лежал неподвижно, дышал ровно, изображая сон с таким усердием какого не вкладывал ни в одну роль за всю карьеру. Аро проснулся и первые несколько секунд смотрел прямо в лицо Криса, не понимая где он и что происходит, потом взгляд опустился ниже, увидел голое плечо рядом и он закрыл рот руками. Осторожно приподнял одеяло, заглянул под него и выдохнул, но страх никуда не делся, просто стал тише. Крис слышал как тот начал что-то бормотать себе под нос, совсем тихо, почти неразборчиво, явно не зная что делать и куда деться. А потом бормотание стихло. И Крис почувствовал: медленно, осторожно, почти невесомо, что Таир приближается. Сантиметр, еще один. Дыхание стало ближе, теплее, и Крис лежал абсолютно неподвижно и не дышал, и чувствовал как Таир смотрит на его лицо вблизи — долго, внимательно, думая что тот спит. Крис слышал его дыхание совсем рядом неровное, участившееся, выдающее его с головой — и что-то в груди сжалось так резко что удержать лицо спокойным стоило усилий. Потом Таир тихо выдохнул длинно, дрожаще, и прошептал едва слышно, совсем себе под нос, думая что его никто не слышит: — Как же ты красив, когда спишь... Крис не пошевелился. Лежал с закрытыми глазами и ровным дыханием и чувствовал как уши горят.​​​​​​​​​​​​​​​​ Он намеренно пошевелился сильнее, резко перевернувшись на бок и задев Аро рукой, чтобы окончательно вытолкнуть его из зоны комфорта. Расчёт оказался верным: почувствовав это движение, парень мгновенно вскочил. Разом растеряв остатки пьяного сна, Аро на неслушающихся ногах перелетел обратно на свою кровать и забился под одеяло, тяжело дыша и пытаясь сообразить, что вообще произошло. Почувствовав, что чужой вес наконец исчез с матраса, Крис медленно открыл глаза. Он лениво зевнул, прикрыв рот ладонью, и поморгал несколько раз. Крис повернул голову в сторону соседней кровати. Из-под одеяла торчала только макушка Аро, который затих, словно притворившись мёртвым. — Голова раскалывается, — произнёс Крис хрипло и потянулся за телефоном на тумбочке. Телефон выскользнул из пальцев и с грохотом упал на пол. Крис уставился на него секунду. — Вчера явно перебрал. Ничего не помню толком… Таир медленно повернул голову. — Ничего? — тихо переспросил он. — Ничего, — повторил Крис и нагнулся за телефоном — слишком быстро, стукнулся лбом о край тумбочки и зашипел сквозь зубы. Выпрямился, потирая лоб, и уставился в стену с таким каменным лицом как будто ничего не произошло. — Как я вообще здесь оказался. Таир смотрел на него. — Ты сам лёг, — сказал он осторожно. — Хм, — Крис пожал плечом и встал, потянулся за бутылкой воды — промахнулся, бутылка покатилась по тумбочке и едва не упала. Он поймал её в последний момент, отвинтил крышку с третьей попытки и сделал большой глоток, глядя строго перед собой. — Ладно. Через час съёмка, иди умывайся. Он прошёл к ванной, и на ровном месте зацепился ногой за собственный рюкзак. Споткнулся, выровнялся, не оглянулся, зашёл и закрыл за собой дверь. Из-за двери донёсся тихий звук чего-то упавшего. Потом — шум воды. За дверью ванной Крис стоял, прислонившись спиной к стене, и смотрел в потолок. Как же ты красив, когда спишь... Он закрыл глаза и медленно сполз по стене вниз, садясь прямо на холодный пол. — Идиот, — прошептал он себе. — Полный идиот.​​​​​​​​​​​​​​​​ Таир резко схватил одеяло и натянул его себе на лицо целиком, прячась в него с головой. Из-под ткани сразу донёсся приглушённый, полный ужаса шёпот: — Он не помнит… Господи, какой же позор… Таир тихо застонал в одеяло и ударился лбом о подушку. — Я больной… Я просто больной… Крис молча собрался быстрее обычного и ушёл первым. Таир хотел окликнуть его и отдать кофе, но дверь закрылась раньше.

***

Утром снимали первую сцену Криса. Вся команда замерла на своих местах, но Крис раз за разом забывал реплики. Режиссёр несколько раз сделал ему предупреждение, но толку не было. Айлин подошла к Таиру, который внимательно следил за съёмками. — Аро... что не так с Крисом сегодня? Таир повернулся к ней, стараясь сохранять спокойное выражение лица. — Я не знаю. Такое впервые, наверное. Может, из-за алкоголя? — Крис обычно никогда не пьянеет, — Айлин качнула головой. — Он вчера выпил всего два бокала. И он забрал вас вчера... Таир перестал дышать. Горло мгновенно пересохло. — Что? Он вчера... — Да, вчера вы уснули прямо за столом. А Крис был абсолютно трезвым. Не помните? Таир быстро отвёл взгляд в сторону и растерянно почесал затылок, чувствуя, как уши начинают гореть. — Кажется, не помню... Айлин внимательно посмотрела на него, но расспрашивать дальше не стала — её громко окликнул костюмер со склада. Она быстро кивнула и поспешила к палаткам. Таир остался стоять на месте. — Крис, соберись! — громко крикнул режиссёр в рупор, возвращаясь к своему монитору. — Ещё один дубль. Пятый! Начали! Камера плавно поехала по рельсам. Крис повёл плечами, сделал шаг вперёд, чтобы произнести текст... и снова замер. На его лице отразилось глухое раздражение. Он резко опустил голову и до хруста сжал кулаки. — Стоп! Снято! Точнее, не снято! — режиссёр со стуком опустил планшет на колено. — Крис, в чём дело? Ты эту сцену наизусть знал ещё неделю назад! Десять минут перерыв, поправьте грим! Крис ничего не ответил. Он развернулся и размашистым, тяжёлым шагом пошёл прочь с площадки. Гримёр двинулась было за ним с пуховкой, но он лишь зло махнул рукой, заставив её отступить. Таир развернулся и быстро пошел следом, едва поспевая за его длинными, тяжелыми шагами. Обувь скользила по влажной траве. — Крис, да подожди ты! — Таир догнал его и схватил за край рубашки, вынуждая остановиться. Крис резко дернул плечом, вырывая ткань из его пальцев. Он обернулся так быстро, что Таир инстинктивно отпрянул на полшага. — Чего тебе еще? — процедил он сквозь зубы. Голос звучал низко и угрожающе. — Я, кажется, ясно сказал: не лезь ко мне. Таир сглотнул, чувствуя, как внутри все сжимается от этого ледяного тона, но взгляд не отвел. Он часто задышал, пытаясь успокоить сердцебиение после быстрого бега. — Я видел, как ты работал на площадке, — тихо, но твердо произнес Таир. — Я просто хочу... — Мне плевать, что ты хочешь, — грубо перебил его Крис. Он сделал шаг вперед, нависая над Таиром всем телом и вынуждая его снова отступить. — Ты притащился сюда, крутишься перед глазами, путаешься под ногами со своим кофе и дурацкими разговорами. Из-за твоего присутствия у меня сбивается весь рабочий ритм. Крис замолчал на секунду, тяжело дыша. Его колючий, пристальный взгляд опустился к губам Таира, задержался там на мгновение, а затем снова резко поднялся к глазам. — Держись от меня как можно дальше, Аро, — отчеканил он, выделяя каждое слово. — На площадке делай только то, что требует режиссер. Вне кадра для тебя меня не существует. Понял? Таир стоял неподвижно, чувствуя, как к ушам приливает горячая кровь. Он крепко сжал кулаки, так, что ногти впились в ладони, и посмотрел Крису прямо в глаза. — Понял, — хрипло ответил Таир. Крис ничего больше не сказал. Он развернулся на пятках и размашистым шагом направился к своей палатке, ни разу не оглянувшись. Он подождал. Перерыв между дублями, Крис сидел один у боковой стены, смотрел в телефон. Таир взял две кружки чая у стола с едой и пошёл к нему медленно, чтобы не спугнуть раньше времени. Дошёл до середины пути — Крис поднял голову, увидел его, встал и направился к режиссёру с таким деловым видом, как будто только что вспомнил о чём-то срочном. Таир остановился посреди площадки с двумя кружками в руках. Так продолжалось всё утро. К обеду Таир принял решение. Он взял два подноса у раздачи, аккуратно накрыл их тарелками и пошёл через площадку к палатке Криса. Остановился у входа, помедлил секунду и откинул полог. Крис сидел за столом со сценарием, не поднял головы когда вошёл Таир. Только покосился — коротко, одним глазом — и снова уставился в страницы. Таир поставил оба подноса на стол, придвинул стул и сел напротив, не спрашивая разрешения. Крис поднял голову и посмотрел на него с тем тяжёлым недовольным прищуром, от которого большинство людей на площадке сразу находили причину уйти. Таир не нашёл. — Обед, — сказал он просто и кивнул на поднос перед Крисом. — Я не голоден. — Ты с утра ничего не ел. — Это не твоё дело, — произнёс Крис ровно и снова посмотрел в сценарий. Таир не ответил. Просто взял свою ложку и начал есть, глядя в тарелку. Причём ел он громко и не очень аккуратно — капля соуса повисла на уголке губ, и он слизнул её языком, совершенно не задумываясь о том, как это выглядит. Крис сидел с прямой спиной и делал вид что читает, но страницу не перелистывал уже несколько минут, и Таир это заметил, только не сказал ничего. — Зачем ты сюда пришёл, — произнёс Крис наконец, не отрывая взгляда от сценария. — Пообедать. — В столовой мест не хватило? — Там шумно, — сказал Таир. — Я не люблю когда шумно. Крис прищурился, посмотрел на него поверх страницы коротко, изучающе — и снова опустил взгляд. — Я хотел с тобой порепетировать сцену 56. Там у нас сложный момент. Может, сейчас начнём репетировать? — сказал Аро, глядя на него. Крис глубоко выдохнул, и снова опустил взгляд на сценарий, который держал в руках. Несколько секунд он молчал, напряжённо сжимая пальцами помятые страницы. — Нет. Таир встал из-за стола, медленно обошёл Криса и встал у него за спиной. — Что ты делаешь? — Шея и горло, — сказал Таир спокойно. — Из-за ночи. — Со мной всё в порядке. — Нет. — Аро, — голос Криса стал предупреждающим. — Крис, — так же ровно ответил Таир. — Ты… ты ночью спал в неудобной позе, поэтому у тебя болит голова. — Не трогай меня, — произнёс Крис наконец. — Хорошо, — сказал Таир и осторожно положил ладони ему на плечи. Крис открыл рот. — Я только что сказал — — Я слышал, — перебил Таир тихо. — Сиди ровно. Таир почувствовал как тот напрягся под руками — весь, от плеч до шеи — и не стал ничего говорить про это, просто начал медленно, осторожно, разогретыми пальцами проходить по мышцам у основания шеи. Крис не говорил ничего. Таир поднялся чуть выше, к затылку, и Крис невольно, почти незаметно, наклонил голову чуть вперёд — совсем немного, просто дал больше пространства. Таир заметил и ничего не сказал. Потом он переместил пальцы ниже, к горлу — очень осторожно, едва касаясь, просто тепло ладоней — и Крис вдруг тихо выдохнул, длинно, как будто держал этот выдох с самого утра и наконец отпустил. Таир почувствовал этот выдох и невольно замедлил движения. В палатке стало слишком тихо. Снаружи кто-то смеялся, хлопнула дверь соседнего трейлера, ветер качнул ткань палатки, но внутри всё звучало приглушённо, далеко. — Где ты этому научился? — тихо, с неохотой спросил Крис, просто чтобы разрушить эту пугающую, интимную близость. — Друг часто жаловался на спину, — так же тихо, баюкающе ответил Таир, не прерывая мерных движений. — Я помогал. Крис медленно, едва заметно кивнул, подставляя шею под чужие ладони. Пальцы Таира поднялись к самому затылку, задевая короткие волоски, и от этого прикосновения по спине Криса пробежала мелкая, горячая дрожь. Таир осторожно провёл ладонью вдоль шеи ещё раз, медленно разогревая мышцы у основания затылка. Крис сидел неподвижно, только пальцы на столе едва заметно дрогнули, когда тёплые руки снова коснулись чувствительного места под шеей. — Больно? — тихо спросил Таир. Крис помолчал несколько секунд. — Уже нет. Таир остановился через несколько минут. Убрал ладони медленно и отступил на шаг. Он хотел сесть обратно, но задел локтем стопку бумаг на краю стола, бумаги веером разлетелись по полу. — Ой! — выдохнул Таир. — Извини. Я сейчас. Я соберу. Ты не вставай. Он начал собирать листы, но делал это нелепо — хватал один, ронял два, потом пытался поймать третий на лету, промахивался и стукался головой о ножку стола. — Ай, — сказал он тихо и замер на корточках, потирая макушку. Крис смотрел на него сверху вниз, и на его лице боролись желание заорать и желание рассмеяться. — Ты идиот, — произнёс Крис с каким-то обречённым спокойствием. — Ты просто ходячая катастрофа. — Я знаю, — вздохнул Таир, поднимая последний лист. — Но я могу быть полезным. Видишь? Тебе же понравился массаж. Крис открыл рот, чтобы сказать что-то резкое, но понял, что Таир прав. И это бесило больше всего. — Я тогда пойду репетировать. Приятного аппетита, — сказал Аро и встал, собирая посуду на поднос. Крис неожиданно для себя тихо спросил: — С кем ты будешь репетировать? Аро на секунду замер, затем спокойно ответил: — С Даной, наверное. Крис чуть нахмурился, желваки на его скулах едва заметно двинулись. — А где твоя ассистентка? Почему с моей? — Айлин занята, — Аро повёл плечом. — Она готовит мне костюмы для следующей сцены. Крис резким движением отодвинул от себя тарелку. Она со звоном скользнула по столу. — Тогда останься! — Что? Аро повернулся к нему, удерживая поднос в руках и нахмурив брови от непонимания. Крис поднял на него прямой, тяжёлый взгляд, прозвучавший холоднее, чем он сам ожидал: — Ты не понял? Со мной будешь репетировать. Таир тихо улыбнулся, прикусив нижнюю губу и до конца не понимая этот тяжёлый, пристальный взгляд. — Я понял… Но у меня есть просьба. Можно я буду снимать это на камеру? — На камеру? — Крис недовольно свёл брови, в его голосе прорезалось подозрение. — Зачем ещё? Для твоего блога? — Нет, для себя, — быстро ответил Таир. От радости его плечи мгновенно расслабились, а на щеках проступил лёгкий румянец. — Чтобы я мог пересматривать свои ошибки со стороны и быстрее запомнить реплики. Пожалуйста, Крис. Крис молча разглядывал его открытое, оживлённое лицо. — Делай что хочешь, — сказал он наконец. — Спасибо! — выпалил Таир. Они репетировали вместе почти час. Крис ругал его за каждый промах, но продолжал учить, чётко указывая на ошибки. Таир внимательно слушал, не переставая улыбаться, и послушно повторял свои реплики раз за разом. Иногда Крис сам едва сдерживал улыбку, глядя на его нелепые фразы и неуклюжие движения, но тут же хмурился, возвращая лицу строгий вид. В разгар их совместной репетиции полог палатки резко отодвинулся. Внутрь вошёл продюсер Сан Ли, широко и мягко улыбаясь. Едва переступив порог, он полностью проигнорировал Криса и направился прямо к Таиру, заглядывая ему в лицо. Крис мгновенно изменился. Он замер, выпрямился во весь рост и смерил продюсера тяжёлым взглядом сверху вниз. Затем со злой усмешкой отвернулся к стене палатки и жёстко скрестил руки на груди, так что ткань его футболки натянулась на плечах. Таир, заметив вошедшего, сразу вежливо и открыто улыбнулся. Он послушно выпрямил спину и замер в ожидании. — Добрый день, Аро, — мягко произнёс Сан Ли, останавливаясь в шаге от него. Он внимательно оглядел парня и наклонил голову вбок. — Я видел твои утренние сцены. Ты сегодня держишься просто отлично. Гораздо увереннее, чем на прошлой неделе. Как твоё самочувствие после вчерашнего? Таир смущённо прикусил губу и часто заморгал, чувствуя, как щёки начинают слегка розоветь под пристальным взглядом продюсера. Он вежливо кивнул: — Здравствуйте, продюсер Сан Ли. Спасибо, всё хорошо. Я стараюсь. — Это заметно, вся команда только об этом и говорит, — Сан Ли тепло рассмеялся, и на его лице появились добродушные морщинки. Он сделал ещё полшага ближе и слегка понизил голос: — Твой отец звонил мне утром, очень беспокоился. Я сказал ему, что ты делаешь огромные успехи. Ты ведь не против, если мы вечером обсудим несколько деталей по поводу твоего контракта на следующий сезон? Я мог бы зайти к тебе после съёмок. Таир снова улыбнулся, его плечи расслабились, и он согласно кивнул: — Да, конечно, я буду только рад... Крис стоял боком, но не сводил с них колючего, яростного взгляда. Он шумно, тяжело задышал через нос, следя за каждым движением губ Таира, который продолжал так открыто улыбаться другому мужчине. Не выдержав, Крис резко сделал шаг вперёд, буквально разрезая пространство между ними и вынуждая Сан Ли отступить. — Продюсер Сан Ли, вам лучше уйти, — холодно отчеканил Крис. — Аро сейчас занят. Он репетирует со мной. И до вечера у него не будет ни одной свободной минуты. Сан Ли на секунду замер. Его улыбка стала чуть менее уверенной. Он перевёл взгляд с тяжело дышащего, насупленного Криса на притихшего Таира, который растерянно моргал, переводя глаза с одного на другого. Продюсер спорить не стал — он лишь молча кивнул, снова мягко улыбнулся Таиру на прощание и сделал шаг к выходу. — Хорошо, я зайду позже. Буду ждать тебя, Аро, — негромко произнёс Сан Ли, отодвинул полог и скрылся снаружи. Таир повернул голову, провожая его долгим взглядом сквозь щель в ткани, а затем тихо, с лёгким вздохом восхищения произнёс в пустоту: — Какой приятный и красивый мужчина... Крис от этих слов резко вскинул голову. Его плечи мгновенно превратились в камень, а зубы со скрипом сжались. — Ты что, вообще всем подряд говоришь, что они красивые? — процедил Крис сквозь зубы. — Слепой? — огрызнулся он, в упор глядя на него, затем резко отвёл взгляд в сторону. Таир растерянно моргнул, но упрямо наклонил голову: — Но… он правда красивый. Ты так не считаешь? — Аро, исчезни, — процедил Крис, сильнее сжимая кулаки. Таир, так и не поняв причины его глухого раздражения, тихо развернулся и двинулся к выходу из палатки, собираясь уйти. — Я пить хочу. Кажется, у меня жар… — негромко сказал Крис. Он отвернулся к стене, но произнёс это достаточно чётко, чтобы идущий парень его услышал. Таир остановился на полпути. Услышав эти слова, он мгновенно обернулся и встревоженно посмотрел на напряжённую спину Криса. — Крис, сейчас я принесу, — сказал он быстро и почти побежал к выходу, полог палатки качнулся за ним. Крис подождал секунду. Потом медленно потянулся к столу, взял бутылку с водой которая стояла прямо рядом с его локтем всё это время, и сделал спокойный долгий глоток. Поставил бутылку обратно. Посмотрел на выход из палатки, за которым торопливые шаги Таира уже стихали вдали. Усмехнулся тихо, почти против воли — и покачал головой. — Идиот, — сказал он себе. И сам не понял к кому это больше относится.​​​​​​​​​​​​​​​​ Таир почти бежал через площадку, лавируя между людьми и штативами, придерживая волосы рукой на поворотах. Он добежал до стола с напитками, схватил бутылку холодной воды, развернулся и почти побежал обратно, едва переводя дыхание, бутылка запотела в руках от холода. Айлин крикнула ему что-то вслед — он не расслышал. Таир откинул полог палатки и влетел внутрь, тяжело дыша, волосы растрёпаны, щёки раскраснелись от бега. — Крис, я принёс, холодная — вот, держи — Он осёкся. Крис сидел за столом — спокойный, расслабленный — и медленно делал глоток из бутылки с водой. Той самой бутылки, которая всё это время стояла прямо на столе, в полуметре от его локтя. Крис поставил бутылку на стол. — А, — произнёс он ровно, глядя в сторону. — Оказывается есть уже. Таир медленно опустил взгляд на запотевшую холодную воду в своей руке — которую он нёс через всю площадку бегом, едва дыша, расталкивая людей — и снова поднял на Криса. Крис смотрел в стену перед собой с совершенно безмятежным лицом. Таир сжал бутылку в руке. Он хотел сказать что-то резкое и справедливое, но слова не шли: внутри закипало слишком горячо, и выхода этому не было. Щёки, и без того красные от бега, стали ещё ярче. Крис медленно повернул голову — самую малость, краем глаза — и увидел это лицо. Сжатые губы, сдвинутые брови, запотевшая бутылка зажатая в руке с такой силой что побелели пальцы, и глаза — обиженные, негодующие, и при этом такие растерянные что Крис почувствовал как что-то в груди дёрнулось. — Ты специально, — произнёс Таир наконец, тихо и очень ровно. — Не знаю о чём ты, — сказал Крис в стену. Таир поставил холодную бутылку на стол перед ним аккуратно, и развернулся к выходу, молча, с прямой спиной. Крис дождался, пока полог за ним не опустится. Смех вырвался сам, сначала тихий, потом громче. Он вспоминал это лицо: сжатые губы, брови домиком, запотевшую бутылку, зажатую в побелевших пальцах, и никак не мог остановиться. — Идиот, — выдавил он сквозь смех, и плечи снова затряслись.