Тишина

Тора оглушала тишина, давя на него. Онемевшими пальцами он цеплялся за тело брата, лбом прижался к его плечу. Его брат лежал безвольной куклой, посиневший и со стеклянными глазами.  Его пальцы дрожали, когда он коснулся холодной кожи брата. Это было неправильно. Локи никогда не был холодным — он был как пламя: обжигающий, опасный, живой.        —  Вставай,  — сиплым голосом просит Тор. —  Хватит притворяться.       Разумеется, ответа не последовало, Тор знал, что он не получит его, но осознание ударило его без предупреждения, резко и наотмашь.  Локи мертв. Окончательно.       Тор вспомнил детство — родной Асгард, любящего отца, ласковые руки матери, друзей, прислугу, страж. И Локи. Их вечные споры, шалости, битвы на деревянных мечах. Локи всегда громко проигрывал — злясь и обвиняя в жульничестве, хотя сам не гнушался лишний раз создать иллюзию, чтобы одурачить и выиграть. И Тора это злило. Всегда злило.       А теперь он бы отдал все, — все, что у него осталось, — чтобы вновь дать ему выиграть, разозлиться на него или дать проиграть. Отдал бы все и даже больше, даже если у него ничего и никого не осталось.        —  Не повезло же мне с братом.       Тор горько жалел о сказанных словах. Жалел, что это последние слова, которые его брат услышал от него перед смертью. Также Тор жалел о всех несказанных словах, о всех сдержанных порывах обнять брата, хлопнуть по плечу. Теперь уже поздно.       Его брат, всегда уходящий и неизменно возвращающийся, ушел. Теперь Тор один в целой Вселенной. Без семьи, друзей, Джейн. Без Локи.