Зов Каруто

Они молча подошли к ее машине.  — Ключи, — коротко сказал Изаму. Мизуки автоматически достала их из кармана и вложила ему в ладонь. В любой другой день она бы никому не позволила сесть за руль своей машины, но сейчас это не имело значения. Все мысли крутились вокруг записки, оставленной убийцей. Кроме неё  ни одной зацепки. Она чувствовала, что упускает что-то важное, но не могла понять что именно. — Ты как? — вдруг спросил Харада. Мизуки остановилась на секунду и повернулась к нему. От него она такого вопроса не ждала. Он поймал её взгляд, чуть нахмурился и тут же отмахнулся: — Забудь. До отдела они доехали молча. Каждый был в своих мыслях.  Зайдя в их кабинет Мизуки сразу двинулась к банке растворимого кофе, гадость редкостная, но без него она точно сегодня не справится. — Тебе заварить? — поинтересовалась она у парня. Он кивнул головой и она принялась за приготовление. Себе она сделала не сильно крепкий с молоком и сахаром, а ему крепкий черный кофе без сахара. Как Изаму его пил она не понимала. Поставив кружку на его стол, она, опустив взгляд, спросила: —  Сколько у нас времени до следующего убийства?  — Я не знаю, но уверен что не меньше недели. Его методы весьма изощренные и требуют подготовки. Я позвонил Кайоши и попросил его заняться опознанием нашей погибшей в первую очередь, никаких документов при ней не нашли. Пообещал выполнить до конца сегодняшнего дня. Насчет вскрытия начальство само распорядилось заняться нашим делом в срочном порядке. Предварительные результаты обещают плюс минус через пару часов. — Нужно проверить не было ли в ближайшее время заявлений о пропаже дев… — Изаму не дав договорить развернул экран монитора к Мизуки.  За последний месяц числилось трое пропавших: школьница пятнадцати лет, студентка двадцати трёх и медсестра городской больницы тридцати лет.  Последняя подходила больше всего, но все равно предстояло дождаться результатов вскрытия, дактилоскопии и анализа крови. Телефон опера резко зазвонил. Хинэдо слышала лишь обрывки фраз, но лицо парня оставалось непроницаемым .  — Хорошо, я поняла, ждем подробный отчет на почту. Спасибо. —  положив трубку, он серьезно посмотрел на следователя. — Причина смерти обескровливание и обморожение, отсечение посмертное. Следов сексуального насилия не обнаружено. Жертва не оказывала сопротивления имеющиеся ссадины и гематомы являются результатом грубой фиксации тела к дереву. На руке есть татуировка “Кадуцей”. Но самое интересное, что в желудке жертвы нашли фигурку Юки-онна. Проглотила она ее при жизни, вероятнее всего под угрозой жизни. Ты понимаешь что за фигурка? —  Да… “Снежная женщина”. Это мифологический персонаж, отражение безразличия, расчетливости и холода души.  — Стой, ты упомянул татуировку. — ее глаза забегали по описанию пропавшей. Хинэдо вгляделась в фотографию пропавшей девушки-медика и ее описание. В отличительных чертах была указана татуировка.  — Нам нужно подтверждение, поторопи Кайоши. Если группа крови совпадает, мы сможем сдвинуться с этого проклятого места. Напиши ему: если он справится за час, я угощу вас выпивкой. Мотивированный напарник быстро начал набирать сообщение на телефоне. Ответ пришёл почти мгновенно: группа крови  III (B), отпечатки ничего не дали, в базе она не засветилась. Но есть кое-что интересное, её уволили ровно за неделю до исчезновения. Группа крови самая распространенная, но всё же это может быть пропавшая медсестра Акеми Мори. — Во что она была одета в день пропажи? — резко спросил Изаму. — Верхняя одежда: зимний пуховик молочного оттенка, такого же цвета шапка, шарф и ботинки. Серый свитер и шерстяная юбка в клетку до щиколоток. Стой… именно в это и была одета наша жертва, если не обращать внимания на дырки на свитере и потертости на юбке. Но никакой зимней одежды на ней не было, даже ботинок. — Убийца явно хотел, чтобы она не только постепенно истекала кровью, но и замерзала, причиняя ей ещё больше боли. — Изаму уставилась в окно, задумавшись. — Чёртов ублюдок… Что могла ему сделать эта медсестра? — Это нам и предстоит выяснить. Сначала заедем в клинику, где она работала. Нужно узнать как можно больше. Просто так ее уволить не могли. Значит, была веская причина. — спокойно ответил опер. — Но сначала давай перекусим. Я с утра ничего не ел, хотя бы возьму сэндвич на заправке. — Я не против, — с лёгкой улыбкой ответила следователь, уже надевая зимнюю куртку. — Но поведу я. И сначала мы заедем к господину Сибата. Хочу сама посмотреть на тело и фигурку более детально. Не дав мужчине возразить, она вышла из кабинета. Он закатив глаза, лишь молча последовал за своей напарницей.