Не бойся темноты

На бал-маскарад девушка решила не идти. Настроения не было совершенно. Да и какой праздник, когда весь день мысли возвращались к одному и тому же разговору? К словам родителей. К слезам брата. К страху перед будущим. А ещё почему-то в голове постоянно всплывали слова Максима. Она давно привыкла к его колкостям. Иногда казалось, что язвить — его второй язык. Но сегодня почему-то задело сильнее обычного. Наверное потому, что в глубине души он оказался прав. Скоро у них действительно появятся новые семьи. Новые правила. Новая жизнь. И никто не знал, что будет дальше. «За обедом Тёма изо всех сил пытался поднять сестре настроение. Он приобнял её за плечи и широко улыбнулся. — А вообще это даже хорошо. Она спокойно посмотрела на него. — Что именно? — Развод. — Тём… — Нет, ну серьёзно. — он поднял палец вверх, — Смотри. Теперь мы можем разводить родителей на подарки в два раза эффективнее. Рома прыснул от смеха. Брат воодушевлённо продолжил: — Во-первых, два дома. Во-вторых, если мама надоест, можно свалить к отцу. — Очень оптимистично, — пробормотала Вика. — Я ещё не закончил. Но тут раздался голос Максима. — А если мачехе надоедите, вернётесь сюда, в школу. За столом мгновенно стало тихо. Улыбка исчезла с лица Артёма. Алина медленно подняла взгляд на друга. Тот сначала даже не понял, что сказал что-то не то. Для него это была обычная шутка. Но выражение лица девушки всё объяснило. Она молча скомкала салфетку в руке. Потом бросила её на стол. Поднялась со своего места и направилась к выходу. Не сказав ни слова. Максим растерянно посмотрел ей вслед. — А что я такого сказал? Рома покачал головой. Даша тяжело вздохнула. Артём посмотрел на друга долгим взглядом. — Всё не так, Морозов. — Да ладно. — Не ладно. — в голосе парня впервые за весь день появились жёсткие нотки, — Лина вообще-то переживает. Максим нахмурился. — Я же пошутил. — Иногда лучше молчать. С этими словами Артём поднялся из-за стола и пошёл вслед за сестрой. Морозов остался сидеть ещё несколько секунд. Глядя в сторону двери. Потом раздражённо выдохнул. Поднялся и тоже направился к выходу.» В итоге на маскарад Алина так и не собиралась. Платье, которое утром принесла Вика и с восторгом разложила на её кровати, так и осталось лежать нетронутым. Вечером Артём и Рома ушли в лес. Конечно, официально они просто решили прогуляться. Но она слишком хорошо знала брата. Ему тоже было тяжело. Просто в отличие от неё он предпочитал прятать переживания за шутками, а потом сбегать от них куда-нибудь подальше. Рома, как настоящий друг, сразу это понял и решил составить ему компанию. Перед уходом брат несколько раз предлагал сестре пойти вместе. Но она лишь покачала головой. — Не хочу. — Лин… — Правда не хочу. Он внимательно посмотрел на неё. — Тогда хотя бы не сиди одна весь вечер. — Постараюсь. Но оба понимали, что она врёт. Поэтому спустя час девушка тихо выскользнула из комнаты. Вика уже вовсю готовилась к празднику. Перед зеркалом лежала косметика, на кровати было разложено платье, а сама девушка обдумывала какую причёску лучше сделать. И даже не заметила её ухода. И это было к лучшему. Сейчас ей совсем не хотелось ни с кем разговаривать. Уже спустя несколько минут Алина уже сидела на широком подоконнике в туалете на втором этаже. Здесь почти никогда никого не было. Именно поэтому она часто приходила сюда, когда хотела остаться одна. За окном медленно падал снег. Луна сегодня казалась особенно яркой. Её серебристый свет ложился на белое покрывало во дворе школы, заставляя снег искриться. В руках девушки тлела сигарета. Потом ещё одна. И ещё. Она давно сбилась со счёта. Дым медленно поднимался вверх и растворялся в прохладном воздухе. Девушка смотрела на ночное небо и пыталась ни о чём не думать. Но мысли всё равно возвращались. Ещё вчера ей казалось, что её жизнь вполне предсказуема. А сегодня всё будто начало рушиться. Она сделала очередную затяжку и прикрыла глаза. — Тёма и Лина, — тихо прошептала девушка. На губах появилась грустная улыбка, — Вместе. Даже если весь мир против. Но почему-то именно сейчас ей казалось, что весь мир действительно настроен против них. Девушка настолько ушла в свои мысли, что вздрогнула, когда дверь туалета неожиданно открылась. Сердце на секунду ухнуло куда-то вниз. Первой мыслью было, что её поймала Галина Васильевна. Или кто-нибудь из учителей. Но, увидев вошедшего, девушка почувствовала облегчение. Это был Максим. Судя по выражению лица, он тоже не ожидал встретить здесь кого-то. Особенно её. Парень нахмурился и прикрыл за собой дверь. — Ты чего здесь? Она лишь пожала плечами. Сделала очередную затяжку и снова посмотрела в окно. — Просто сижу. Он подошёл ближе. Его взгляд сразу зацепился за несколько окурков, лежавших возле открытой форточки. И тяжело вздохнул. Никогда не любил, что она курит. Без лишних слов он забрал сигарету из её пальцев. — По-моему, тебе хватит. Обычно девушка обязательно начала бы спорить. Или хотя бы попыталась вернуть сигарету. Но сейчас просто отпустила её. Максим нахмурился ещё сильнее. Что-то определённо было не так. Он сделал затяжку сам и сел рядом с ней на подоконник. Несколько секунд они молчали. Наблюдая за снегом за окном. — А я думал, ты сейчас где-нибудь ходишь по школе вся такая красивая в платье, — наконец сказал он с лёгкой усмешкой. Алина тихо фыркнула. — Нет настроения как-то. — и повернулась к нему, — А ты почему не с парнями? Он пожал плечами. — Нет настроения как-то. И специально повторил её интонацию. На этот раз девушка всё-таки слабо улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Но друг заметил и почему-то сам улыбнулся в ответ. Несколько секунд они снова молчали. Парень опустил взгляд. — Слушай… — М? — Ты Дашу не видела? Улыбка мгновенно исчезла. Она застыла. Всего на секунду. Но этого хватило. Перед глазами сразу всплыла картина. «Даша и Андрей. Уходящие по коридору. В сторону комнаты Ивана Савельевича.» Она слишком хорошо понимала, куда они собирались. И слишком хорошо знала друга. Скажи она правду — и он сорвётся. Снова будет скандал. Крики. Драка. Что угодно. Поэтому девушка лишь покачала головой. — Нет. Слово далось неожиданно тяжело. Максим внимательно посмотрел на неё. Словно пытался понять, врёт она или нет. Но через секунду отвёл взгляд. — Ясно. Он выглянул в окно. Алина почувствовала неприятный укол совести. Она никогда не любила врать друзьям. Тем более Максиму. Но сейчас правда могла сделать только хуже. — Вы опять поссорились? — осторожно спросила она. Максим усмехнулся. Только в этой усмешке не было ничего весёлого. — А мы разве переставали? Девушка промолчала. Потому что ответа на этот вопрос у неё не было. Как не было ответа и на то, сколько ещё сможет продолжаться эта история между Максимом, Дашей и Андреем. И никто из них ещё не знал, что этот вечер изменит очень многое. Некоторое время они просто сидели молча. Каждый думал о своём. За окном продолжал падать снег. Где-то внизу играла музыка с маскарада, слышались голоса и смех. Казалось, будто весь «Логос» праздновал, а они вдвоём оказались в каком-то другом мире. Парень сидел рядом, задумчиво крутя в пальцах потухшую сигарету. Потом перевёл взгляд на девушку . — Слушай… Она вопросительно посмотрела на него. Он немного помедлил. Что для Максима Морозова было редкостью. — Прости… За то, что сказал тогда в столовой. Алина опустила взгляд. Пальцы сами собой сжались на краю подоконника. — Всё нормально. — Не нормально. Она тяжело вздохнула. Несколько секунд молчала. Потом всё же заговорила: — Просто как-то не по себе. Друг внимательно слушал. — Всё ведь было хорошо. У мамы с папой. У нас. А теперь… — прикрыла глаза, — Развод. Слово прозвучало непривычно. Будто до сих пор не стало реальностью. Парень осторожно положил руку ей на колено. По-дружески. Без всякого подтекста. Просто пытаясь поддержать. — Это жизнь. Девушка невольно усмехнулась. — Отличное утешение. — Ну а что ещё сказать? — он пожал плечами, — Ваш отец хотя бы вас не бил. Алина подняла на него взгляд и сразу почувствовала укол вины. Друг говорил об этом спокойно. Словно давно привык. Но она знала правду. Знала, через что ему приходилось проходить дома. Знала, каким бывает Пётр Морозов. Поэтому спорить не стала. Вместо этого накрыла его руку своей. — Они даже мне лично ничего не сказали. — голос прозвучал устало, — Как всегда передали всё через Тёму. Максим чуть улыбнулся. На этот раз без насмешки. Тепло. Почти нежно. — Потому что знают тебя. — И что это значит? — То, что ты бы начала переживать ещё раньше. Она фыркнула. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. — он слегка толкнул её плечом, — И вообще. Они испугались. — Чего? — Что их дочь устроит им допрос часов на пять. На этот раз девушка всё-таки рассмеялась. Тихо. Но искренне. Парень довольно улыбнулся. Вот такой она нравилась ему гораздо больше. Не грустной. Не заплаканной. А настоящей. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом она отвела взгляд первой. И снова посмотрела в окно. Как бы часто они ни спорили. Как бы сильно иногда ни выводили друг друга из себя. Друг всегда оставался рядом. С самого детства. Он мог ляпнуть что-нибудь обидное. Мог разозлить её за пару секунд. Но если случалась беда — именно он первым оказывался рядом. Именно поэтому Алина доверяла ему больше, чем многим другим. Потому что знала. Что бы ни случилось, Максим Морозов её не бросит. Только сейчас она обратила внимание на спортивную сумку, небрежно брошенную возле двери. И нахмурилась. — Ты куда-то собрался? Парень на секунду замялся. Словно решал, стоит ли говорить. — Да. — Куда? — Нужно будет уехать на некоторое время. Решить один вопрос. Алина сразу напряглась. — Это связано с твоим отцом? Максим прикрыл глаза и нехотя кивнул. Конечно, связано. С Петром Морозовым почти всё в его жизни было связано. Но через секунду он снова усмехнулся и привычно надел маску безразличия. — Не забивай этим голову. — он приобнял девушку за плечи, — Всё будет нормально. Девушка кивнула. Но легче почему-то не стало. Он внимательно посмотрел на неё. Потом вдруг спрыгнул с подоконника и встал напротив. — А знаешь что? Я никуда не поеду. — Что? — Моей подруге сейчас плохо. И я не собираюсь её бросать ради каких-то дел. Алина покачала головой. — Если это важно для тебя, езжай. — Серьёзно? — Серьёзно. Максим поднял взгляд. И вдруг словно впервые по-настоящему увидел её. Лунный свет падал через окно прямо на лицо девушки. Светлая кожа. Тёмные волосы. Уставшие глаза. Каждую маленькую деталь, на которую раньше никогда не обращал внимания. Он шагнул ближе. Совсем немного. И осторожно прислонился лбом к её лбу. — Я не заслуживаю такого друга, как ты. Голос прозвучал почти шёпотом. Девушка улыбнулась. По-настоящему. Впервые за весь день. И осторожно провела рукой по его волосам. — На самом деле ты хороший. Парень усмехнулся. — Да ну? — Просто не всем это показываешь. — А тебе показываю? — Мне досталась премиум-версия Морозова. Он тихо рассмеялся. — Бедняга. — И не говори. Они оба улыбнулись. И вдруг замолчали. Слишком близко. Слишком тихо. Слишком спокойно. Она выглядела такой хрупкой. И одновременно такой сильной. И от этого становилось только хуже. Потому что вдруг оказалось, что ему нравится смотреть на неё. Очень нравится. Он медленно поднял руку и убрал за её ухо выбившуюся прядь волос. Девушка вздрогнула от этого простого прикосновения. Но не отстранилась. — Что? — тихо спросила Алина. Он замер всего в нескольких сантиметрах от неё. И сам не понимал, почему сердце вдруг забилось так быстро. Перед ним была его подруга. Та самая Алина, которую он знал почти всю жизнь. С которой ругался. Смеялся. Попадал в неприятности. Но сейчас почему-то смотрел на неё совсем иначе. Его взгляд скользнул по её лицу. Остановился на губах. И именно это окончательно лишило его способности здраво мыслить. — Макс… — его имя прозвучало едва слышно. И он не успел остановить себя. Осторожно коснулся ладонью её щеки. Провёл большим пальцем по коже. И уверенно притянул девушку к себе. Осторожно коснулся её губ своими. Будто сам до конца не понимал, зачем это делает. Алина замерла от неожиданности. Пальцы сами собой сжались на его куртке. В голове мгновенно стало пусто. Сердце пропустило удар. Она понимала, что это неправильно. Что они друзья. Что так не должно быть. Но почему-то не могла заставить себя отстраниться. Почему рядом с ним вдруг стало так тепло? Через секунду она сама ответила на поцелуй. Так же осторожно. Так же неуверенно. Словно оба пытались понять, что происходит. И что теперь делать дальше. Парень отстранился первым. Не резко, не испуганно, а скорее так, словно только сейчас начал осознавать, что именно произошло между ними несколько секунд назад. И несколько мгновений молча смотрел на Алину, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию на её лице, понять, о чём она сейчас думает и жалеет ли о случившемся так же, как должен был жалеть он сам. Потом перевёл взгляд на дверь. На заснеженное окно. Снова на неё. Будто искал вокруг что угодно, лишь бы не смотреть ей в глаза слишком долго. Внутри поселилось странное чувство, которому он никак не мог подобрать название. Неловкость? Растерянность? Страх? Он и сам не понимал. Поэтому привычно попытался спрятаться за шуткой. — Так… — провёл рукой по затылку и нервно усмехнулся, — Это было странно. На губах девушки появилась такая же растерянная улыбка. Слишком слабая, чтобы назвать её весёлой. — Очень странно. Между ними снова повисла тишина. Уже не такая уютная, как раньше. Теперь она казалась какой-то новой. Непривычной. Словно за несколько секунд что-то безвозвратно изменилось. Максим ушёл почти сразу. Как всегда, когда разговор становился слишком сложным. Он неловко отвёл взгляд, пробормотал что-то про дела и необходимость идти, а потом быстро скрылся за дверью, оставив её наедине со своими мыслями. Наверное, так было даже лучше. Потому что она и сама не понимала, что между ними только что произошло. Не понимала, почему ответила на поцелуй. Не понимала, почему до сих пор чувствует тепло его рук. И почему сердце начинает биться быстрее каждый раз, когда она вспоминает этот момент. Тяжело вздохнув, девушка спрыгнула с подоконника. Пора было возвращаться в комнату. Хотя бы попытаться сделать вид, что всё нормально. Но едва она вышла в коридор, как её внимание привлёк шум, доносившийся с первого этажа. Слишком много голосов. Слишком много людей. Алина нахмурилась и направилась к лестнице. С каждым шагом становилось всё тревожнее. Внизу собрались почти все ученики и учителя. Кто-то переговаривался шёпотом. Кто-то выглядел испуганным. Кто-то пытался узнать, что произошло. В центре холла стоял полицейский и о чём-то разговаривал с Виктором Николаевичем. От нехорошего предчувствия внутри всё сжалось. Она быстро спустилась вниз и сразу заметила Вику. — Вика, что случилось? Подруга растерянно посмотрела на неё. — Я не знаю. — она нервно обняла себя руками, — Только что приехала полиция. В этот момент по холлу разнёсся голос полицейского. От которого у девушки мгновенно похолодели руки. — В лесу было обнаружено тело одного из учеников школы. Мир будто замер. На несколько секунд девушка перестала слышать всё вокруг. Только собственное сердцебиение. Гулкое. Оглушительное. Она медленно повернулась к Вике. Та выглядела не лучше. Испуганная. Растерянная. Бледная. Где-то рядом один из учителей начал перекличку. — Кто из учеников отсутствует? Девушка почти не слушала. Но потом до неё начали долетать имена. Одно за другим. И среди них были её друзья. Рома. Максим и Артём. В этот момент внутри всё оборвалось. Нет. Нет. Нет. Она резко сорвалась с места. — Калинина! — крикнул кто-то из учителей. — Немедленно вернись! Но девушка уже не слышала. Она выбежала из школы. Без куртки. Без шапки. Не чувствуя ни мороза, ни ветра. Ничего. Кроме ужаса, который стремительно разрастался внутри. Снег хрустел под ногами. Лёгкие горели от холодного воздуха. Но она продолжала бежать. Быстрее. Быстрее. Только бы успеть. Только бы всё оказалось ошибкой. На секунду в голове мелькнула мысль о Максиме. Он тоже недавно ушёл. И сердце болезненно сжалось. С каждым шагом страх становился всё сильнее. А внутри всё отчётливее звучала одна-единственная мысль: «Пожалуйста, пусть это будет не он…» Когда Алина выбежала из леса к месту, где уже стояли полицейские машины, ей казалось, что сердце сейчас просто остановится. Всё вокруг смешалось в одно большое размытое пятно. Весь участок леса был огорожен жёлтой лентой. Мигали синие проблесковые маячки полицейских машин. Кто-то из сотрудников записывал показания свидетеля. Но всё это вдруг стало совершенно неважным. Потому что взгляд девушки сразу зацепился за фигуру, лежащую на снегу. Тело было накрыто белой простынёй. Лица не было видно. Ничего не было видно. И именно это пугало больше всего. Девушка почувствовала, как внутри всё начинает медленно холодеть. Она заметила неподалёку Андрея и Дашу и сразу бросилась к ним. — Кто это? Собственный голос показался ей чужим. Глухим. Сломанным. Но Андрей лишь покачал головой. Даша выглядела не менее растерянной. — Мы не знаем. — только сейчас она внимательно посмотрела на подругу. И побледнела ещё сильнее. — Господи… Ты почему без куртки? Но Алина уже не слушала. Она не могла отвести взгляд от белой простыни. Будто если смотреть достаточно долго, можно будет понять, кто там лежит. Или заставить этот кошмар исчезнуть. Через несколько минут к ним подбежали Рома и Вика. Парень тяжело дышал после бега. — Что происходит? Никто не ответил. Он провёл рукой по волосам и растерянно добавил: — Мы с Тёмой были в лесу. Тёма отошёл ненадолго. Просто сидели. Потом я увидел свет фар. Девушка резко повернула голову. — Что? Но тот уже и сам начал понимать. Начал складывать детали воедино. И от этого его лицо становилось всё бледнее. В этот момент среди людей появился Поляков. Директор медленно подошёл к телу. Остановился рядом. Наклонился и замер. На несколько долгих секунд. Алина увидела его лицо. И впервые за всё время почувствовала настоящий страх. Потому что Виктор Николаевич плакал. Медленно. Не скрывая слёз. А потом посмотрел прямо на неё. И этого взгляда оказалось достаточно. Внутри всё оборвалось. Она уже знала. Ещё до того, как полицейский полностью закрыл край простыни. Ещё до того, как остальные увидели лицо погибшего. Она уже знала. Потому что сердце всегда узнаёт первым. Снег. Тишина. Чужие голоса. Всё вдруг стало каким-то далёким. Нереальным. Под простынёй лежал Артём. Её брат. Её близнец. Её лучшая половина. Человек, который был рядом всю её жизнь. Который ещё утром смеялся. Спорил с ней. Обнимал её. Обещал, что всё будет хорошо. А теперь неподвижно лежал на снегу. — Нет… Слово сорвалось с губ едва слышно. Потом ещё раз. — Нет… А потом она закричала. Так громко, что звук разнёсся по всему лесу. И бросилась вперёд. — Тёма! Но чьи-то руки успели удержать её. Рома. Он схватил её раньше, чем она добралась до тела. — Лина! — Отпусти! Она отчаянно вырывалась. Не слышала никого вокруг. Не видела никого. — Тёма! — Лина, нельзя! — Отпусти меня! Слёзы застилали глаза. Она продолжала бороться. Пыталась вырваться. Пыталась добраться до брата. Будто ещё можно было что-то исправить. Будто если она окажется рядом, он просто откроет глаза. Улыбнётся своей привычной улыбкой. И скажет, что это очередная идиотская шутка. Но этого не происходило. Потому что брат больше не дышал. Потому что его больше не было. В какой-то момент силы закончились. Словно кто-то одним ударом выбил из неё весь воздух. Всю жизнь. Всю надежду. Ноги подогнулись сами собой. И девушка опустилась прямо на снег. Не чувствуя холода. Не чувствуя ничего. Только огромную, разрывающую сердце пустоту. Вика оказалась рядом первой. Потом Андрей. Даша. Кто-то что-то говорил. Кто-то пытался её поднять. Но слова больше не имели значения. Потому что мир, в котором существовали Тёма и Лина, только что перестал существовать.