Тень фамилии.

Виндзорский замок медленно погружался в золотистые сумерки. Официальная часть приема испанской королевской семьи завершилась, дипломатические тосты были произнесены, а инфант Фернандо, получив достойный отпор от пятилетней Дианы (которая на его вопрос о любимом виде спорта ответила: «Дразнить папу»), удалился в свои покои переваривать британское высокомерие. Теперь наступала самая важная часть любого королевского визита — семейный ужин. Без камер, без протокола, но с сотней негласных правил, которые знали только Поттеры. --- Семейный сбор: все за одним столом Государственная столовая Виндзорского замка была рассчитана на сто пятьдесят персон, но сегодня стол был накрыт лишь для тридцати. Только свои. Только те, кто носил фамилию Поттер или был связан с ней узами брака. Король Джеймс восседал во главе стола в простом, без эполетов, пиджаке. Королева Лили сидела справа от него, её диадема уже покоилась в сейфе, а волосы были распущены — знак того, что официальная часть закончилась. По левую руку от короля расположился наследник, принц Гарри, с женой Дафной. Гарри сегодня был не в парадном мундире, а в темно-синем костюме, но даже в нём он выглядел как живая реклама британской аристократии. Он разговаривал с младшим братом Виктором, который сидел напротив и уже успел выпить два бокала вина, несмотря на свои восемнадцать. — Ты хоть помнишь, что завтра у тебя встреча с канцлером казначейства? — тихо спросил Гарри у брата, наклоняясь через стол. — Помню, — отмахнулся Виктор. — Я скажу ему, что у меня нет денег, потому что я купил мотоцикл. Он либо даст мне грант, либо уйдет в отставку. В любом случае — весело. Дафна, сидящая рядом с мужем, закатила глаза, но улыбнулась. Она любила Виктора, несмотря на его безумства. Но её взгляд то и дело перемещался через стол туда, где сидела Беатрис, супруга Виктора. Принцесса Беатрис, девушка из семьи промышленников, была воплощением гламура. Её волосы были идеально уложены, платье от Dior сияло, а на шее красовалось колье с жемчугом, которое, по слухам, стоило больше, чем годовой бюджет небольшого герцогства. Она говорила громко, смеялась вызывающе и совершенно не вписывалась в чопорную атмосферу королевских ужинов. Именно это и бесило Дафну. — Дорогая, — обратилась Дафна к Беатрис через стол с ледяной вежливостью, — как прошла твоя встреча с дизайнером? Надеюсь, платье для рождественского бала будет... уместным? Беатрис, отпившая глоток шампанского, ответила с улыбкой, которая не касалась глаз: — О, абсолютно уместным. В отличие от твоего, Дафна, оно будет не таким скучным. Ты всегда выглядишь так, будто собираешься на похороны королевы Виктории. За столом повисла ледяная тишина. Лили, королева-консорт, поспешно взяла бокал и сказала: — А помните, как мы в прошлом году на балу в Осло порвали скатерть? Это был... — Это был скандал, — перебил её король Джеймс с доброй усмешкой. — Но нам тогда было весело. Дафна, Беатрис, вы обе прекрасны. Давайте оставим войну моды для подиумов. Гарри накрыл ладонь жены под столом и тихо прошептал: — Она не стоит твоего внимания, любовь моя. Дафна вздохнула и кивнула, но её пальцы дрожали. Отношения между двумя невестками были натянуты как струна. Дафна, дочь фермера, ставшая идеальной принцессой, не могла простить Беатрис, выскочке из богатой семьи, которая получила титул без должного, по мнению Дафны, благоговения перед монархией. — Мам, — вмешался Виктор, пытаясь разрядить обстановку, — я завтра уезжаю в Шотландию. Буду кататься на мотоцикле и есть овсянку. Кто со мной? — Я, — неожиданно подала голос маленькая Диана, которая сидела между бабушкой Лили и дядей Эндрю. — Я хочу на мотоцикле! — Нет, — хором сказали Гарри, Дафна, Лили и даже король. — И ты тоже нет, — добавил Гарри, глядя на Виктора. — Ты принц Йоркский. Твоя задница принадлежит государству. — Скука, — вздохнул Виктор, но улыбнулся. --- Три брата: Гарри, Эндрю и Виктор После ужина, когда королева Лили увела невесток на дегустацию вин в библиотеку, а король Джеймс удалился курить сигару с испанским послом, трое братьев Поттеров остались в малой гостиной. Они сидели у камина, где тихо потрескивали дрова. Гарри — будущий король, Эндрю — дипломат с титулом герцога Кларенса, и Виктор — бунтарь из Йорка. Они были такими разными, но кровь Поттеров, та самая упрямая кровь Оливии, текла в них одинаково горячо. Гарри первым нарушил молчание: — Эндрю, я видел твое лицо, когда испанский посол говорил о «новой волне республиканизма». Ты чуть не встал и не прочитал ему лекцию по истории. Эндрю усмехнулся, помешивая виски в бокале: — Я сдержался. Но если честно, я уже подготовил пять контраргументов. Британская монархия дает стране больше туристического дохода, чем вся испанская футбольная лига. Я просчитал. Это факт. — Ты и цифры, — покачал головой Виктор, лежащий на кушетке. — Ты не человек, Эндрю. Ты — калькулятор с титулом. — А ты — адреналиновый наркоман с мотоциклом, — парировал Эндрю. — И мы оба любим друг друга. Правда? Виктор фыркнул, но кивнул: — Правда. Но всё равно ты — зануда. Гарри, старший, смотрел на них с теплотой, которую редко позволял себе показывать на публике. Он помнил, как в детстве они втроем убегали из дворца, чтобы лазить по деревьям в Гайд-парке. Как Эндрю прятал книги в кустах, а Виктор однажды сломал ногу, упав с дуба. — Братья, — тихо сказал Гарри, — мы — единственная опора друг друга. Не забывайте об этом. — О, Господи, — вздохнул Виктор, садясь. — Ты сейчас заплачешь? Я не вынесу этого. Дафна тебя слишком размягчила. Гарри рассмеялся и швырнул в брата подушку. Но Эндрю вдруг стал серьезным. Он поставил бокал на столик и посмотрел на Гарри: — Гарри, папа говорил с тобой сегодня утром. Насчет меня. Гарри напрягся. Он знал, о чем речь. — Да, — тихо сказал он. — Отец сказал, что пришло время. Тебе тридцать, Эндрю. Ты герцог Кларенс. Тебе нужна жена. Виктор присвистнул: — Ого. Охота на принца начинается. Бедный Эндрю. Его сватают. Эндрю встал и подошел к камину. Его лицо стало жестким, почти неузнаваемым. — Я не женюсь, Гарри. Ты слышал? Я люблю свою работу, я люблю историю, я люблю прабабушку Оливию, но я не хочу жениться. И не дайте никому из наших родителей принуждать меня. Гарри подошел к брату и положил руку ему на плечо: — Эндрю, я понимаю. Но ты же знаешь, что такое королевская семья. Если у тебя нет жены и наследников, ты становишься уязвимым. Таблоиды тебя съедят. Они назовут тебя «холостяком-чудаком». — Пусть называют, — отрезал Эндрю. — Я не собираюсь связывать свою жизнь с женщиной, которую выберут мне советники, как пони на выставке. Я видел, как это было с бабушкой Оливией. Её почти сломали. Я не хочу такого для себя. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском камина. --- Король и королева: попытка сватовства Тем временем в библиотеке король Джеймс и королева Лили сидели за шахматным столиком, но их мысли были далеко от игры. — Он откажется, — сказала Лили, передвигая пешку. — Ты знаешь, какой у Эндрю характер. Он упрямый, как его прабабка. — Я знаю, — вздохнул король. — Поэтому я пригласил на ужин завтра леди Арабеллу Нортмор. Ей двадцать пять, она историк, выпускница Кембриджа, умна, красива. У неё титул, но она не из высшей аристократии. Она идеальна для него. Лили подняла глаза на мужа: — Ты серьёзно? Ты хочешь устроить ему свидание вслепую на официальном ужине? — Не свидание, — возразил король. — Просто знакомство. Если он поймёт, что женщины могут быть интеллектуальными партнёрами, а не просто украшениями, он изменит своё мнение. — Джеймс, — тихо сказала Лили, — ты пытаешься манипулировать нашим сыном. Это не сработает. Эндрю слишком умен для таких ловушек. Король откинулся на спинку кресла и посмотрел на портрет Оливии Поттер, висящий над камином. — Ты права, — признал он. — Но что мне делать? Я старею, Лили. Гарри — наследник, у него есть Диана. Виктор — бунтарь, но он хотя бы женился на Беатрис, как бы я к ней ни относился. А Эндрю... Эндрю живёт в своих книгах и в прошлом. Он не создаёт будущего. — Может, — сказала Лили, — он и не должен создавать будущее. Может, его предназначение — хранить прошлое. Чтобы мы все помнили, кто мы такие, и откуда пришли. Король замолчал. Он любил всех троих сыновей, но именно Эндрю был для него загадкой. Человеком, который носил фамилию Поттер не по обязанности, а по убеждению. Который мог процитировать письмо Оливии к её отцу за десять минут до того, как вспомнить имя испанского премьер-министра. — Хорошо, — сдался король. — Я отменю ужин с леди Арабеллой. Но если он сам найдёт кого-то, я буду только рад. Лили улыбнулась и поцеловала мужа в щеку: — Он найдёт. Когда будет готов. А пока пусть он останется нашим тихим, умным Эндрю. Он — опора для Дианы. И для всех нас. --- Ночь в Виндзоре Когда замок погрузился в тишину, и гости разошлись по покоям, в детской комнате Дианы сидел принц Эндрю. Он читал ей сказку — старую сказку о короле, который не хотел жениться, потому что любил свою библиотеку больше всех принцесс в мире. — И что с ним стало? — спросила сонная Диана. — Он остался счастлив, — сказал Эндрю, закрывая книгу. — Он продолжал читать книги, путешествовать по миру и стал самым мудрым королём в истории. И все любили его, потому что он был честным с собой. Диана зевнула: — А ты — как тот король, дядя Эндрю? Эндрю поцеловал её в лоб и прошептал: — Может быть. Но я хотя бы не король. Так что у меня есть выбор. Он погасил свет и вышел в коридор, где его ждал Гарри. — Спасибо, — тихо сказал наследник. — Она любит тебя больше, чем меня. — Неправда, — улыбнулся Эндрю. — Она просто не говорит тебе, что ты её любимый. Это королевская хитрость. Братья обнялись на мгновение, и каждый пошёл своей дорогой. Но за стенами замка, в спальне Виктора и Беатрис, раздавался приглушенный спор, который никто не слышал. — Ты не понимаешь, — шипела Беатрис на мужа. — Твоя мать относится ко мне как к пустому месту. А Дафна... она смотрит на меня свысока, хотя её отец был фермером! — Беа, — устало ответил Виктор, снимая рубашку. — Мы семья. Мы все немного странные. Но мы вместе. — Вместе? — истерически засмеялась Беатрис. — Ты даже не замечаешь, что я не вписываюсь. Я — золотая клетка. Я — твоя жена, но для них я всегда буду этой Малфой, выскочкой, которая купила себе место за столом. Виктор повернулся к ней. В его глазах была боль: — Ты моя жена, Беа. Ты мать моих будущих детей. Никто не отнимет у тебя это место. Даже моя мать. Беатрис заплакала, и Виктор обнял её, чувствуя, как хрупка королевская гармония. А в башне, где жил Эндрю, горел свет до самого утра. Он писал письмо леди Арабелле Нортмор, но не о браке — о книге по истории Кларенса, которую она собиралась написать. Натянутые отношения между невестками, давление родителей, любовь к свободе — всё это было на его плечах. Но он знал одно: он останется верен себе. И где-то на старом портрете в коридоре Оливия Лили Поттер улыбалась своему правнуку. Она слышала его слова и гордилась им. Виндзорский замок спал, но кровь Поттеров не успокаивалась никогда.