Эксперт номер 310

Лаборатория находилась глубоко под землёй. Настолько глубоко, что здесь не существовало ни дня, ни ночи. Только белый свет ламп, стерильные коридоры и бесконечный шум вентиляции. Жан Моро работал здесь уже три года. Когда-то ему казалось, что он занимается наукой ради будущего и людей. Лечением болезней. Спасением жизней. Но со временем перестал так считать. Его мысли просто заняли диаграммы, таблицы и данные. Сектор С отвечал за эксперименты, которые не были безопасны для окружения. Но всё равно требовали большей охраны и лучшего наблюдения, чем другие. Они не были людьми для учёных. Объекты. Испытуемые. Номера. Подопытные. Так было проще. Для совести и душевного спокойствия. Жан сидел за компьютером, просматривая очередное досье. · Эксперимент №297 — неудача. Психическое здоровье не восстанавливается. · Эксперимент №300 — положительные результаты. · Эксперимент №302 — неудача. Остановка сердца из-за препаратов. · Эксперимент №305 — вердикт пока не вынесен. Наблюдение продолжается. · Эксперимент №308 — агрессия, подлежит ликвидации. Он машинально пролистнул страницу и замер, глядя на файл Натаниэля Веснински. Эксперимент №310. Возраст: 19 лет. Состояние: стабилен. Особенности: повышенная регенерация тканей. Степень опасности: выше среднего. Фотография была сделана несколько дней назад. Медные, почти рыжие волосы. Слишком бледная кожа для здорового человека. И невероятные голубые глаза, которые, казалось, что-то говорили тому, кто в них смотрит. Даже на снимке взгляд казался живым. Жан нахмурился. Обычно новички быстро сдавались. Плакали, кричали, просили помощи. А этот смотрел прямо в камеру так, будто собирался её разбить. — Номер триста десять, — пробормотал Жан.

***

Через час он впервые увидел его лично. Камера содержания находилась в самом конце сектора, за двумя бронированными дверями. Жан приложил пропуск к сканеру. Замок щёлкнул, подтверждая доступ. Дверь открылась, и Моро вошёл внутрь. И сразу почувствовал на себе взгляд. Испытуемый сидел на полу у стены, подтянув колени к груди. Руки были закованы в специальные магнитные наручники. На шее — ограничительный ошейник. Но выглядел он удивительно спокойно. Настолько спокойно, что по коже у Жана пробежало незнакомое, странное чувство. — Эксперимент номер триста десять, — начал он официальным тоном. — Сегодня проводится первичная оценка состояния. Рыжий медленно поднял голову. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Жан вдруг понял, что фотографии не передавали и половины. Эти глаза были слишком живыми. — Ты всегда так представляешься? — спросил парень. Голос оказался хриплым, наверное, после недавних процедур. Жан моргнул. Испытуемые редко разговаривали так прямо и открыто. — Что? — «Эксперимент номер триста десять». — На губах появилась слабая усмешка. — Звучит ужасно. — Это твой идентификационный номер. — У меня есть имя. Жан опустил взгляд на планшет. — Натаниэль Веснински. — Вот видишь. Уже лучше. — 310 развёл руками. Жан не ответил. Он подошёл ближе. Натаниэль наблюдал за ним внимательно. Изучал. Словно не учёный пришёл осматривать подопытного, а наоборот. — Почему ты смотришь на меня так? — неожиданно спросил Жан. — А как надо? — Как на сотрудника лаборатории. — Ты человек. Ответ прозвучал настолько просто, что Жан растерялся. — Я учёный. — И человек. — настаивал тот. Повисла тишина. Жан почувствовал странное раздражение. Моро опустил взгляд на планшет. Для начала — оценка психологического состояния. — Чего тебе бы сейчас хотелось? — спросил он, заполняя данные. — Окно. Жан усмехнулся впервые за несколько месяцев. — Боюсь, это невозможно. — Тогда кофе. — Это тоже. — Жестокое место. — Эксперт пожал плечами. — Ты заметил это только сейчас? Натаниэль неожиданно рассмеялся. Искренне. Жан застыл. Он не помнил, когда последний раз слышал смех в этом секторе. — Ты странный учёный, — сказал Натаниэль. — Почему? — Обычно они не шутят. — Я не шутил. — Тогда это ещё хуже. — Рыжий закатил глаза, ухмыляясь. Жан покачал головой. Ему следовало продолжить осмотр, а потом уйти. Так было бы правильно. Но почему-то он продолжал стоять. Продолжал смотреть на рыжего парня в наручниках. И впервые за долгие годы чувствовал не профессиональный интерес, а обычное человеческое любопытство. — Ты не боишься? — спросил он. Натаниэль поднял взгляд. Улыбка исчезла. — Боюсь. — Тогда почему скрываешь это? Несколько секунд парень молчал. Потом тихо ответил: — Потому что так проще. Жан не нашёлся, что сказать. Внутри что-то болезненно дрогнуло. Наверное, именно в этот момент всё пошло не по плану. Когда он впервые посмотрел на эксперимент №310 и увидел в нём человека. И это было началом катастрофы. Опасной, но если бы кому-то из двух парней дали выбор, они бы оба решили пройти этот путь заново.