Силовое поле

      Ровно неделя прошла с возвращения из тюремного мира, а Джози уже чувствовала, как медленно сходит с ума. Облегчение от пребывания дома быстро сменилось желанием хоть немного побыть в одиночестве.       Тюремный мир имел для Джози свои последствия, и они продолжали преследовать ее и днем, и ночью. Она помнила абсолютно все, что делала за нее Темная Джози. Каждое совершенное ею деяние, будь то убийство или причинение кому-то вреда, казалось Джози до тошноты кошмарным. Вина, заполнившая всю ее плоть, не оставляла Джози в покое ни на секунду. Иногда ей казалось, что кровь, которую она пролила, впиталась в ее кожу, а после болезненно обжигала все ее внутренности, едва в ее мысли просачивались те кошмарные воспоминания.       Джози часто потряхивало. Жуткие воспоминания, которые оставил за собой ее безжалостный и травмированный двойник, тот час же возникали в ее голове, едва ее она касалась подушки. Ежедневно она просыпалась в поту от кошмаров, преследовавших ее разум по ночам.       Дважды за неделю Джози, сама того не ведая, бродила по школе, а после просыпалась в случайном месте, не зная, как она там оказалась. Лишь случайно подувший декабрьский ветерок или слишком сильные удары капель дождя по крыше здания приводили ее в чувство. К ее облегчению, ни одна живая душа во всей школе не имела ни малейшего понятия о ее ночных приключениях.       В редкие минуты покоя Джози все еще чувствовала слабое шевеление темной магии под своей кожей. Тихий шепот звучал каждый раз, когда магия в ее крови особенно сильно просилась выйти наружу. Джози никогда не могла разобрать ни слова, однако она точно знала одно — ничего хорошего этот шепот ей не сулил.       — Джози, милая, как ты себя чувствуешь? Что-то болит? — расспрашивала ее мама, едва Джози оказалась в ее объятиях в тот самый день, когда она с сестрой и отцом вернулась из тюремного мира.       Последовавшая за этим череда странных магических ритуалов, ответственность провести которые взяли на себя Фрейя Майклсон и Бонни Беннет, сильно истощили и без того истощенную Джози. Бесконечно долго и нудно Джози приходилось сидеть на одном месте, пока ведьмы вокруг нее пытались выяснить, действительно ли ей стало лучше. Ради этих сеансов ей даже разрешили прогулять уроки, но Джози едва могла этому порадоваться. Даже гребаная контрольная работа была предпочтительнее часов, проведенных в обществе ведьм. Так продолжалось несколько дней.       Попеременно с ней работали не только ее тетя и тетя Хоуп. Часто они подключали каких-то своих знакомых и даже школьного психолога Эмму Тиг. В общем, о проблеме Джози знали все, и эти все только и делали что бесконечно задавали ей одни и те же вопросы.       — Нет, я не чувствую чужого присутствия. Нет, у меня не болит голова. Нет, меня больше не тошнило, и вообще я проголодалась, — отвечала она, болтая обутыми в синие туфли ногами.       Ей было до тошноты скучно. Обеденный перерыв начался двадцать минут назад, и единственное, о чем Джози переживала, это не разберут ли ее любимый сэндвич с авокадо раньше, чем она успеет отсюда свалить.       Заметив слегка смутившиеся лица ведьм, Джози вопросительно приподняла бровь.       — Конечно, милая. Думаю, ты можешь пойти пообедать, — сжав ее плечо, ответила тетя Бонни, одновременно одаривая племянницу виноватой улыбкой. — Только не забудь про наши вечерние занятия.       — Конечно, тётя, — кивнув, Джози сорвалась с места.       Вечерние занятия, о которых ее предупредила ведьма, были вовсе не вечерними. Явиться Джози должна была на них сразу же после обеда, да и не задачки по математике ей предстояло на этих занятиях решать.       Так проходили дни. Несмотря на все ее старания сохранить позитивный настрой, Джози все сильнее ощущала тиски ожидающей ее расправы.       Однако не одно это вынуждало Джози бесконечно погружаться во мрак собственных воспоминаний.       Тот факт, что ведьмы, достававшие ее всю старшую школу, наконец, получили своё заслуженное наказание, что Темная Джози больше не донимала ее, что убийца биологической матери мертв, а ее отец и сестра находились в безопасности, не спасал Джози от ощущения ирреальности происходящего. Сколько бы она не строила иллюзий насчет настоящего, бремя прошлого все время заставляло ее возвращаться к тем потерянным воспоминаниям, которые почти десять лет ее мать грубо отняла у нее.       Джейд.       В ее памяти Джейд всегда занимала особое место… место, куда она хотела возвращаться. Безусловно сейчас Джози не испытывала к ней никаких романтических чувств, однако ее первая влюблённость в свою няню навсегда запечатлелась в ее памяти.       Возможно, размышляла она в самые тяжёлые и беспокойные ночи, ее родители просто хотели, чтобы Джози продолжала воспринимать ту семнадцатилетнюю вампиршу как милую няню, дарившую ей самые вкусные шоколадные конфеты и целующую ее в лоб перед сном. Предполагала ли Кэролайн, что ее дочь когда-либо вновь встретится с Джейд? Могла ли она знать, что рано или поздно отнятые ею воспоминания вернутся, заставив её дочь часами размышлять о том, что произошло почти десять лет назад?       Джози также думала об отце. Он часто пил, когда они с Лиззи были детьми, но ни разу в жизни, даже в особенно тяжелые для их семьи дни, она не видела его таким жестоким.       Ее мысли бесконечно много раз уносились в те далекие времена, вынуждая ее вздрагивать при одном звуке его пьяного голоса.       — Джози, ты понимаешь, что Джейд убила кучу людей? И если бы ты ее не выпустила, все было бы в порядке!       Оно болело как незажившая рана, как лёгкий ожог от слишком горячего водяного пара, как невыносимая судорога, током пронзавшая ее мышцы.       — Ты не была виновата, Джо, — заговорила с ней мама на пятый день возвращения. — Джейд отключила человечность, когда подростки из школы Мистик Фоллс обманули ее. Ты доверяла ей, когда она попросила выкачать заклинание, потому что Джейд, как я или папа, была важной взрослой фигурой, ослушаться которую ты не могла.       Отчасти это было правдой. Джози росла исполнительным и послушным ребенком. Она редко нарушала запреты родителей, а если действительно нарушала, то всегда ощущала грызущую ее изнутри вину. Однако потребность помочь Джейд и ее друзьям в тот конкретный день скорее была продиктована желанием доказать, что она сильная ведьма, что Джейд может видеть в ней ровню, что она может испытывать к ней что-то помимо умиления.       — Прости меня, милая, — вновь и вновь повторял отец. Его изрытые шрамами руки покоились на ее покатых худых плечах все время, пока они разговаривали. — Я обещаю бросить пить, клянусь.       — Конечно, папа, — отвечала Джози, отлично осознавая, что его клятва никогда не будет исполнена.       Разговор с родителями в тот день сильно ее утомил, как утомили и бесконечные магические тесты, которым ее подвергали ведьмы, и незаслуженное внимание, на которое ее обрекли собственные близкие.       Всю неделю Джози ощущала на себе множество взглядов, как будто каждая секунда ее жизни просматривалась под микроскопом. Некоторые учителя особенно рьяно следили за ней на уроках, а кто-то из работников обязательно подходил к ней на переменах, интересуясь ее самочувствием.       — Все хорошо!       — Да я чувствую себя отлично.       — Нет, меня действительно ничего не беспокоит.       Джози повторяла это настолько часто, что к концу недели ей начало казаться, что она сходит с ума.       Тогда в воскресенье днем аккурат во время обеда и ровно за сорок минут до очередных занятий с Фреей Майклсон и Бонни Беннет Джози решила немного изменить правила игры.       Выскочив из потока угрюмых подростков, направлявшихся прямо в кафетерий после проваленного семестрового теста по магической ботанике, она проскользнула в кабинет истории и, выскочив в окно, выходящее прямо на гигантское футбольное поле, сбежала от зоркого контроля взрослых. Немного неуверенно оглянувшись по сторонам, она облегченно выдохнула и поплелась вдоль здания по направлению к лесу.       Прочие школьники, попадавшиеся ей на пути, продолжали обсуждать последние школьные сплетни и злиться на сложнейший тест мистера Нолана, не обращая на Джози ни грамма внимания. Ей это было только на руку.       Она прошмыгнула мимо парочки оборотней, занятых игрой в волейбол и исчезла в сухих зарослях кустарника.       Температура на улице хоть и не была нулевой, однако Джози все равно ощущала, как ее конечности постепенно начинают промерзать. Она закуталась в свой школьный свитер и чуть приспустила свою короткую клетчатую юбку. Холодный ветер нещадно бил по ее ногам, защищенным разве что тонкими колготками.       Несмотря на изнуряющий ее холод, Джози продолжила путь. Она не могла вернуться в школу. Никто бы точно не выпустил ее на прогулку, реши она захватить куртку или полностью переодеться. Любой учитель, уборщик, да даже просто рабочий не пустил бы ее наружу, найдя сотню самых неубедительных оправданий. Поэтому Джози оставалось лишь терпеть. Холод был приемлемой ценой за тридцать минут долгожданного одиночества.       Медленно двигаясь вдоль голых деревьев, она мысленно наслаждалась заветным покоем. Лишь хруст засохших листьев под ногами и завывание мокрого декабрьского ветра раздавались в лесу, впервые за неделю даря ей возможность почувствовать себя человеком, а не подопытной мышью.       Джози шла медленно, изучая уже знакомый ей лес.       Темные стволы деревьев в эту пору всегда выделялись на фоне пожухлой травы и серого неба. Безмолвно они созерцали на новоприбывшую со своих голых крон. Темной сеткой переплетенные между собой ветви деревьев больше напоминали паутину гигантского злого паука.       Несколько черных ворон, крепко уцепившихся за особенно толстую ветку липы, поглядывали на нее свысока, словно бы оценивая ее до смешного неподходящий для этой погоды внешний вид. Одна из них, более крупная, громко каркнула, едва не испугав Джози, а после, взмыв ввысь, исчезла среди других деревьев. На доли секунды Джози показалось, что ее глаза налились ярко алым цветом, словно бы зловещее узнавание блеснуло в них.       Отбросив эту мысль, она потеплее закуталась в свой свитер и продолжила путь.       У нее не было конкретной цели или места, куда бы она горела добраться. Честно говоря, Джози даже не обращала внимание на маленькие деревянные знаки, размещённые на деревьях. Когда-то еще до того, как школа начала принимать студентов, ее отец специально расставил их по всему периметру на случай, если кто-то из учеников не сможет найти обратную дорогу. Однако через десять минут бесцельного пути Джози таки сумела выйти на небольшой деревянный домик, окна которого заливал тёплый домашний свет.       Минуту потоптавшись, Джози все же решилась подойти ближе.       Она знала, кого устроили в Старой Мельнице всего неделю назад. Вся школа уже была в курсе их возвращения.       Мягко постучав по хиленькой двери, Джози принялась неловко ждать, пока кто-либо ее откроет.       Не прошло и пары секунд, как дверь широко распахнулась, являя ее взору слегка взволнованную блондинку.       — Джози? — спросила Джейд так, словно бы видела ее впервые в жизни. — Твои родители знают, что ты здесь? — ее левая бровь скептически приподнялась, формируя забавную полукруглую линию.       Джози дружелюбно улыбнулась, пытаясь разбавить наступившую неловкость. Однако, казалось, ее бывшая няня даже не обращала на ее тщетные попытки никакого внимания.       — Ну, технически это территория школы, так что я ничего не нарушаю.       Она уже мысленно представила, как ее очередной «надсмотрщик» из числа работников школы сообщает ее маме, что она не явилась на обед.       Джейд напротив нее расплылась улыбке. Она шагнула в сторону, пропуская Джози внутрь.       Старая Мельница, где подростки обычно проводили время за дешёвым алкоголем и шумными танцами, выглядела куда более комфортной, чем обычно. Множество красных стаканчиков, разбросанных тут и там после очередной «тайной» вечеринки, были сложены в ящик вместе с остальным мусором. Несколько диванчиков занимали пространство, по обыкновению используемое как танцпол. Единственной вещью, которая хоть как-то намекала на прошлое этого место, был крутящийся у потолка диско шар. При свете дня он казался тусклым и абсолютно неуместным.       Джози шагнула вперед. Теплый воздух в мгновение окутал ее заледеневшие конечности. Она расслабила руки, позволив шерстяной кофте свободно повиснуть на ее плечах.       — Как ты себя чувствуешь? — голос Джейд прозвучал немного тревожно, и Джози сразу поняла, что она имела ввиду.       Приветливая улыбка вновь озарила ее лицо, придав ей более свежий и уверенный вид.       — Все в порядке! Кажется, мое темное альтер эго меня покинуло.       Ее ответ удовлетворил Джейд. Блондинка тоже улыбнулась и слегка расправила плечи.       — Рада, что моя маленькая протеже перестала выглядеть как дочка Волан-де-Морта.       Джози смущённо захихикала, невольно вспоминая свои детские игры в переодевания. Когда-то Джейд была чуть ли не единственным зрителем, оценивавшим их с Лиззи костюмы.       — Ну, мне пятнадцать, и я выше тебя... — Джози отвела взгляд в сторону, уголки ее губ все ещё смотрели вверх.       — О, ну пятнадцать это солидный возраст! — с шутливым самодовольством заявила Джейд.       Звонкий смех их обеих зазвучал в робкой тишине Старой Мельницы.       Они обе расположились на крохотных кресла, накрытых какими-то выцветшими пледами.       — Джейд... — Джози немного запнулась, пытаясь вспомнить, как она называла свою няню в детстве. Не припомнив ничего конкретного, она смущенно продолжила. — Как у тебя дела?       — Ну, после того как ты вытащила нас из этого проклятого места, вполне замечательно, — вампирша подмигнула ей, отчего щёки Джози заметно порозовели. — На самом деле спасибо тебе большое! Ты спасла нас.       Смущение Джози дошло до предела. Она опустила голову, пытаясь скрыть свое невероятно красное лицо. Впервые за неделю кто-то проявил к ней что-то помимо беспокойства.       — Да и твои огненные заклинания стали лучше. Покажешь, как ты научилась делать змею? — голос Венди привлек ее внимание.       Симпатичная девушка с вьющимися черными волосами стояла в проходе, отделявшем основное пространство от лестницы, ведущей на второй этаж.       — На самом деле мне пока нельзя пользоваться магией, — Джози неловко приподняла руку, демонстрируя узкий серебряный браслет. — Тёмная магия. Все дела…       Заметив легкое напряжение в голосе Джози, Джейд сменила тему:       — Джо, у нас тут есть приставка. Не хочешь как раньше поиграть?       — Да, конечно! — резво согласилась брюнетка, обрадованная возможностью немного отвлечься от происходящего.       Оставшиеся полчаса они провели за стареньким телевизором и едва работающей приставкой, которую когда-то родители близнецов приобрели им на седьмой день рождения.       Последние несколько месяцев заставили Джози забыть, каково это быть обычным подростком, мысли которого не отравлены вечной борьбой с внешними и внутренними врагами.       Она даже не заметила, как пролетело время. Осознание пришло к ней только, когда в ее голове внезапно вспыхнул образ обеспокоенной мамы, поднимающей на уши всю школу.       — О боже, меня же ждут! — подскочила она, принимаясь живо натягивать на себя школьную кофту.       Буквально подлетев к двери, она уже было поспешила наружу, как голос Джейд ее остановил:       — Джо, — Джози замерла на месте, замечая слегка запыхавшуюся блондинку, протягивающую ей серую джинсовую куртку. — Возьми это.       — Но... — попыталась отказаться Джози.       — Ты замёрзнешь, пока дойдёшь до школы.       — Окей, — согласно кивнув, брюнетка надела её.       Они вышли наружу, и Джейд закрыла за собой дверь. Ветер за прошедшие полчаса усилился, его порывы стали чаще и холоднее. Джози чувствовала, как кожа ее ног покрылась мурашками.       Она сделала шаг вперёд и оглянулась по сторонам. Лес казался необычно беспокойным, но не это привлекло ее внимание. Она заметила едва различимый блеск серебристого пламени, мелькнувшего где-то между двумя елями.       Джози тихо усмехнулась, возвращая свой взгляд к Джейд.       — Спасибо большое за игру, — ее губы вновь изогнулись в улыбке.       В детстве она действительно любила Джейд. По-своему. По-детски. Но любила.       Сейчас светловолосая вампирша, некогда вызывавшая одним своим видом целый ураган счастья, была для Джози приятным воспоминание, к которому действительно хотелось возвращаться.       — Спасибо, что пришла. Можешь передать привет Лиззи от меня.       Джейд тоже улыбнулась, и лицо Джози вновь стремительно порозовело.       — Обязательно передам!       — Мне же не нужно тебя провожать до школы? — тёплая ладонь Джейд приземлилась на ее плечо.       Серебристое пятно вновь блеснуло где-то между елями.       — Нет, не стоит. Я справлюсь!       Наконец, обменявшись неловкими объятиями, они разошлись. Джози шагнула вперёд, ступая по уже протоптанной дорожке.       Она двигалась медленно, чувствуя, как пара чьих-то желтых глаз исподтишка наблюдает за ней.       Джози прошла еще несколько метров, пока не остановилась под высоким клёном, сухие листья которого сформировали на земле симпатичный желтый ковер. Она медленно села, подогнув под себя колени. Куртка была ей великовата и, скорее всего, принадлежала тому оборотню, другу Джейд, поэтому Джози удалось спрятать в ней ноги вплоть до ступней.       — Ты долго собираешься прятаться от меня, Хоуп? — заговорила она, устремив свой взор на хмурые тучи, усеявшие зимнее небо Мистик Фоллс.       Сзади послышался шорох, и до ушей Джози долетело слегка возмущенное скуление.       Она повернулась, замечая позади себя статную серебристую волчицу, поглядывающую на нее из-за зарослей какого-то кустарника.       Мех волчицы напоминал Джози снег. На несколько секунд она замерла, вглядываясь в сияющие желтые глаза Хоуп.       Никогда прежде Джози не видела ее в этой форме. Она знала, что только Хоуп может следить за ней в лесу. Только Хоуп может быть невероятно красивой даже в своем волчьем обличье.       Несколько секунд волчица осторожно, словно боясь спугнуть, наблюдала за ней, а после, спешно засеменив, направилась прямиком к Джози.       Ее заостренный черный нос принялся шариться по ее одежде, прерываясь лишь на весьма громкое возмущенное фырканье. В конце концов, Хоуп зарычала.       — Что? — поинтересовалась недоуменная Джози.       Очередной возмущенный рык донесся до ее ушей. Волчица брезгливо кивнула мордочкой в сторону ее куртки.       — Так тебя злит куртка Диего? — посмеиваясь, спросила Джози. Дождавшись, пока Хоуп самодовольно кивнёт, она продолжила. — Джейд дала ее мне.       Очередное громкое рычание пронзило тишину леса. Оскалив зубы, волчица несколько секунд злобно смотрела на куртку, а после, фыркнув, убежала прочь.       — Эй! Куда ты? — кричала ей вслед ничего не понимающая Джози.       Волчица исчезла, как будто ее здесь и не было вовсе. Растерянно Джози оглядывалась по сторонам, ища знакомый серебряный блеск, затерявшийся среди голых зимних деревьев.       Что-то до боли тоскливое сжало ее грудную клетку, и даже эта проклятая джинсовая куртка теперь ощущалась на ее коже как раскалённый металл.       Джози закрыла глаза, когда услышала позади себя чьи-то спешные шаги. Она тут же выпрямилась, глазами ища серебристую волчицу.       Сухие листья под ней вновь громко зашуршали, а ветер опасно усилился.       Однако вместо волчицы позади показалась фигура Хоуп. Глаза Джози удивленно расширились.       — Я думала, ты просто сбежала, — заговорила она первой.       Хоуп усмехнулась, ее спутанные рыжие локоны забавно подпрыгивали при каждом ее шаге.       — Я просто решила вернуться в свою человеческую форму, — она приблизилась к Джози, однако вместо того, чтобы тут же присоединиться к ней, сняла с себя пальто и протянула его брюнетке. — Надень это.       Брови Джози поползли вверх.       — Зачем?       Уголки ее губ предательски подрагивали, готовые вот-вот изогнуться в улыбке.       — Очевидно, ты замерзла.       Голос Хоуп звучал так твердо и уверенно, будто она объясняла Джози, почему вода жидкая, а огонь горячий.       — Знаешь, куртка Диего неплохо справляется с этой проблемой.       Что ж Джози тоже может играть в эту игру.       — Тебе лучше будет в этой, — по взгляду Хоуп легко было понять, как сильно ее раздражали такие ответы Джози.       — Почему? — брюнетка невинно заморгала, подпитывая раздражение Хоуп.       Выражение лица рыжеволосой можно было сравнить разве что с пятилетним ребенком, у которого нагло отобрали любимую игрушку. Ей оставалось только гневно топнуть ногой и пихнуть это чертово пальто Джози в руки.       — Этот запах... Мне он не нравится, — что-то в голосе Хоуп манило Джози продолжать провоцировать ее.       — Почему же он тебе не нравится?       Она вытащила из-под куртки свои ноги, совсем позабыв о холодном ветре, заставившим ее дрожать несколько минут назад.       — Мне не нравится чувствовать на тебе запах других оборотней, — Хоуп отвернулась, безуспешно пытаясь скрыть свое покрасневшее лицо.       Джози тихо хихикнула, принимаясь расстёгивать тугие пуговицы джинсовой куртки.       — Ты такая забавная, когда ревнуешь, — прокомментировала она, забирая из рук Хоуп ее пальто.       — Я не... Ревную…       Она попыталась возразить, но все было бесполезно.       — Зачем ты за мной следила? — спросила Джози, когда они обе устроились на земле.       Плечи Хоуп то поднимались, то опускались. В своей тонкой бежевой водолазке она совсем не походила на человека, готового вот-вот замёрзнуть. В принципе Хоуп и не была человеком. Гены оборотня в ней помогали справляться с зимними морозами. Чего конечно никак нельзя было сказать о Джози.       Укутавшись в предоставленное ей синее пальто, она постаралась устроиться в нём так, что теперь были видны только ее ступни и немного бледное лицо.       — Я не следила, только если чуть-чуть, — добавила Хоуп, заметив приподнятую бровь Джози. — На самом деле, я просто вышла проветрить голову, а потом увидела тебя.       — Ну, я тоже вышла просто проветрить голову, — неуклюже ответила Джози, нервно поигрывая большими синими пуговицами пальто Хоуп.       Ненадолго между ними воцарилась тишина.       Порыв ветра подхватил волосы Джози, заставляя кожу ее шеи покрыться мурашками. Неловкими движениями она принялась поправлять их, краем глаза замечая обеспокоенно поглядывающую на нее Хоуп.       — Как у тебя дела? — тон ее голоса звучал настороженно, пробуждая в Джози легкое раздражение.       — Нормально, — ответила она, игнорирую позыв сказать в ее адрес нечто грубое.       Несколько секунд Джози медлила, все ещё ощущая, как Хоуп настороженно наблюдает за ней.       — Перестань смотреть на меня так, — прошептала Джози.       — Как?       — Как будто я сейчас разобьюсь.       Лицо Хоуп приобрело выражение снисходительного сочувствия.       — Джози...       — Вы все смотрите на меня как на хрустальную вазу. Наши тети заставляют меня торчать с ними на каких-то странных занятиях. Мама и папа контролируют каждый шаг. Учителя все время спрашивают, как я себя чувствую, как будто моё настроение меняется каждые пять минут, и даже Лиззи все время смотрит на меня прям вот как ты сейчас!       Хоуп виновато закусила нижнюю губу.       — Ты поэтому решила прогуляться в лесу?       Вместо ответа Джози лишь угукнула.       — Просто все за тебя переживают, — Хоуп мягко похлопала ее по плечу.       — Мне пришлось сегодня сбежать со школы через окно кабинета истории только для того, чтобы я могла хоть немного прогуляться в лесу. Представь, что было бы, если бы я попыталась просто отпроситься? — тихий смех Хоуп донёсся до ее ушей — Думаю, мама и папа уже сходят с ума. Я прогуляла полчаса своих занятий с тётей Бонни.       — Хей! Джо, полегче, — отвечала Хоуп, слегка улыбаясь.       Непроизвольно губы Джози тоже расплылись в улыбке. По крайней мере, Хоуп ее понимала.       — Когда я была маленькой, и все охотились на меня… — начала она, поглядывая на Джози прямо в глаза, — ...мои родители почти никогда от меня не отходили и тоже все время запрещали пользоваться магией, — рука Хоуп потянулась к руке Джози. Мягкое прикосновение вызвало приятное покалывание, в после как кровь растеклось по всему телу. Джози вдруг ощутила невероятной силы желание сжать ее руку в ответ. — Я это к тому, — продолжала говорить Хоуп, не замечая странных эмоций, овладевших Джози. — Рано или поздно все проблемы заканчиваются. Нужно только немного потерпеть.       В конце концов, брюнетка поддалась искушению. Она мягко схватила вторую руку Хоуп, наслаждаясь искрящимся покалыванием, просочившемся через ее вены.       — Спасибо, Хоуп, — имя на ее губах прозвучало как свежий мёд, стекающий мимо блюдца.       Джози наклонилась чуть вперёд. Необъяснимое притяжение завладело ее телом, словно бы невидимые нити тянули ее ближе к Хоуп.       — Я очень рада, что ты вернулась... Ну, то есть что вы все вернулись, — губы Джози тронула слегка самодовольная усмешка, и лицо Хоуп тут же покрылось красными пятнами.       — Даже Лиззи? — Джози насмешливо приподняла брови.       — Особенно Лиззи! Мне так сильно не хватало ее шуточек!       Звонкий смех Джози зазвучал в тишине леса. Улыбка Хоуп стала шире — она тоже смеялась.       — У тебя тут... — пальцы Хоуп коснулись щёки Джози, когда они обе немного успокоились. Они мягко проследовали вдоль линии роста волос, захватывая свободные пряди, а после заправляя их за ухо.       Расстояние между девочками безбожно сокращалось. Пальцы Хоуп покоились на ее коже, посылая к ее мозгу приятные электрические импульсы. Джози даже перестала дышать, настолько это сводило ее с ума.       Взгляд Хоуп опустился на губы Джози. Джози чувствовала уже знакомое ей приятное предвкушение. Пространство между ними сократилось до нескольких миллиметров. Мягкий аромат еловых шишек щекотал ноздри Джози.       Осмелев, она подалась вперёд, губами впиваясь в губы Хоуп.       Взрывы маленьких фейерверков звучали у нее в ушах. Кожа ее губ приятно горела, и мягкое тепло распространялось по ее венам.       Джози разорвала их поцелуй всего на секунду, чтобы набрать в легкие воздуха, когда их с Хоуп глаза вновь встретились. В хрустальной синеве глаз рыжеволосой она видела яркий огонь, а в жаждущем взгляде теплое свечение.       Они синхронно закрыли глаза и продолжили целоваться.       Безмятежная вечность минула, когда они все же отстранились друг от друга.       Губы Джози горели, она чувствовала приятную дрожь на ее разгоряченной коже. Она часто дышала и моргала, не в силах осознать случившееся. От смущения брюнетка едва могла взглянуть на Хоуп, но, когда все же решилась, то чуть вновь не прижалась к ее губам.       Раскрасневшееся лицо Хоуп выглядело особенно привлекательно. Ее пушистые рыжие волосы падали на ее лицо, вынуждая ту из раза в раз пытаться заправить их за ухо. Она мило улыбалась, смущённо поглядывая на Джози в ответ.       Джози коснулась своими пальцами ее тёплой кожи. Она могла поклясться, что от нее сходил слабый пар. Лёгким движением руки, Джози заправила одну непослушную прядь и уже приступила ко второй, когда рука Хоуп резко сжала ее запястье.       Немного опешив, Джози взглянула ей в глаза, однако, не найдя в них прежнего тепла, тут же отстранилась. Хоуп больше не обращала на нее внимания. Уставившись на кого-то позади Джози, она часто дышала. Теперь ее лицо было бледным, а глаза сильно сузились, готовясь к нападению.       Джози повернулась, чтобы посмотреть, что именно привело Хоуп в такое состояние, и тут же охнула, закрывая рот рукой.       Десятки человекоподобных созданий, выстроившись стеной, стояли в ста метрах от них на склоне холма. Их лица напоминали скорее волчьи морды. От человеческого в них не осталось даже взгляда. Почти все тело существ было покрыто темным густым мехом. Они рычали, гневно оскалив пасть.       Тревожное воспоминание промелькнуло в голове Джози. Полуоборотни. Когда-то она убила троих из них.       Джози рвано дышала, чувствуя расползающийся по ее телу ужас.       Это не могло быть реальностью. Никто не мог проникнуть на территорию школы, даже в часть, занятую лесом. Сотни защитных заклинаний охраняли учеников. Барьеры были установлены по всему периметру.       Это не могло быть реальностью, и, тем не менее, оно ею являлось.       — Девочки, вы в порядке?       Резкий голос заставил и Джози, и Хоуп обернуться. Запыхавшиеся Джейд, Венди и Диего стояли в трёх метрах от них. Их напуганные лица казались бледнее неба. Они нервно моргали, словно бы не веря в происходящее.       — Как они попали сюда? — Хоуп бросила на троицу возмущённый взгляд.       — Мы случайно заметили их. Они появились словно из ниоткуда, — ответила дрожащая от холода Венди.       Джози протянула ей куртку Диего, и та с благодарностью ее приняла.       — Но как они попали на территорию школы? Разве она не защищена магией? — вопрос Джози повис в воздухе.       Вся компания, в особенности Хоуп, продолжали нервно поглядывать на собравшихся в лесу полуоборотней.       — Понятия не имею. Меня больше интересует, почему они не двигаются, — ответила Хоуп, прищурив глаза для большего удобства.       Может они ждут чего-то — хотела ответить Джози, когда до ее ушей донёсся тихий скрип сломанной ветки.       Первый оборотень сделал шаг. Он ступал осторожно, словно бы земля под его ногами была заражена минами.       Лес вокруг них замер в ожидании. Даже рычание, исходившее от его товарищей, на мгновение стихло.       Оборотень сделал ещё один шаг, и тогда окружающая его толпа взорвалась криками. Они вновь оскалили свои пасти и ринулись вперёд.       — Бежим! — скомандовала Хоуп, хватая Джози за руку.       Для брюнетки все произошло слишком быстро. Она вцепилась в Хоуп, позволяя той свободно тащить ее за собой.       Джози слышала топот ног остальных. С удивлением она обнаружила, что никто из роковой троицы не спешил использовать свои способности. Возможно, предположила она, их силы тоже как-то ограничили.       Только они с Хоуп могли противостоять угрозе.       План в голове Джози созрел сам собой.       — Lumpus! — кричала Хоуп, направляя сбивающее с ног заклинание в двух особенно рьяных оборотней. Те кубарем покатились вниз, таща за собой других товарищей.       Джози немного замедлилась, сдергивая с руки антимагический браслет. Серебряная цепочка отлетела куда-то в сторону, ударяя одного из оборотней прямо в голову. Его лицо исказилось ещё большей злобой. Он громко зарычал, прибавляя шаг.       Это заставило Джози сильно напрячься. Она сжала ладонь Хоуп, чувствуя как ее тягучая, как мёд, магия проникает в ее тело.       — Что? — бросила на нее недоуменный взгляд Хоуп, однако Джози продолжала выкачивать.       Ее руки и тело работали словно на автопилоте. Она не чувствовала ни мышц, ни даже холодного ветра, обдувающего ее голые ноги.       Магия будто вновь затуманивала ее разум. Она слышала знакомый шёпот, становившийся только громче с каждым ее шагом.       Когда ей удалось выкачать достаточно, Джози резко выдернула свою руку, разрывая контакт с Хоуп. Она развернулась к бегущим на них оборотням, игнорируя отчаянные крики своего соулмейта.       — Kahesi, — проговорила она.       Мгновение, показавшееся Джози вечностью, позволило ей ощутить себя невероятно могущественной, как будто вся магия мира принадлежала ей одной. Как в замедленной съёмке она видела искореженные яростью лица полуоборотней, пытающихся в отчаянии добраться до нее.       Рука одного из существ почти коснулась ее волос. Джози была уверена: промедли она хоть на секунду — ее ждал бы совсем иной конец.       Черная дымчатая субстанция ринулась из ее рук и принялась спешно выстраивать перед чудовищами защитный барьер. Дым был настолько густым, что напоминал больше жидкость. Он плавал в воздухе, формируя вокруг себя толстую стену. Стена эта поднималась ввысь, обгоняя деревья. Она как щит опоясывала собой все пространство, формируя вокруг школы полупрозрачный темный купол.       Полуборотни, попадая в него, заживо растворялись, оставляя за собой лишь горстку обгорелых костей.       Те, что успели остановиться, испуганно взирали на останки своих товарищей.       Тьма опустилась на школу.       — Джози! — услышала брюнетка позади себя.       Она отпрянула в сторону. Робкий страх окутал ее с головы до ног. Ее глаза, ни секундочки не веря в происходящее, глядели на усеянную костями землю. Один череп, особенно выделявшийся своим размером, лежал у ее ног. Его опущенная челюсть касалась ее темно синих туфель.       Она сделала еще один шаг назад. Крик застрял у нее в горле. Она резко почувствовала тяжесть, что-то увесистое и мерзкое поднималось по ее пищеводу. Она резво рванула назад и, наклонившись над землей, принялась сильно кашлять. Чёрная субстанция хлынула из ее рта, приземляясь прямо на кучу костей.       Чья-то теплая ладонь накрыла ее спину. Хоуп, сразу же догадалась Джози.       — Они все... — заговорила она, вытирая рот рукой.       Ей пришлось развернуться. Полуоборотни, стоявшие за куполом, испугано разбегались в разные стороны.       — Как ты себя чувствуешь? — проигнорировала ее Хоуп.       Она все ещё придерживала Джози за спину, успокаивающими движениями выводя на её коже круги.       Но ни одно ее прикосновение нисколько не помогало Джози. Ее взгляд продолжал буравить груду костей, некогда принадлежавших напавшим на них людям.       — Я не хотела... — ее голос дрожал, а губы приобрели синий оттенок.       — Ты нас защитила, — настаивала Хоуп.       — Они все мертвы из-за меня! — надрывалась Джози.       Горечь заполнила ее рот. Она до боли прикусила нижнюю губу и крепко зажмурилась.       Это не могло быть реальностью. Это не могло быть реальностью. Это не могло быть реальность.       Она избавилась от тёмной магии, она поборола ее...       — Что здесь происходит? — раздался позади них голос Кэролайн Форбс.       Сердце Джози забилось быстрее. Ей не нужно было видеть груду костей, чтобы воспроизвести ее в своей голове.       Она слышала звуки чьих-то шагов. Вокруг них уже собралась целая толпа. Они шептались, заставляя Джози до крови сжимать свое побелевшее запястье.       — Джо, мы должны идти, — вновь услышала она голос матери. Та взяла ее за руки, пытаясь потянуть на себя. Джози упрямо покачала головой, все ещё отказываясь открыть глаза. — Милая, мы должны идти, — чуть резче заявила мама, уводя ее прочь.       Тогда Джози сдалась. Она открыла глаза, замечая множество испуганных пар глаз, оценивающе поглядывающих то на нее, то на груду костей под ее ногами.       Что-то больно сжало ее грудную клетку. Она опустила голову, продолжая следовать за мамой в сторону кампуса.                                   — Как они могли прорваться через кучу защитных заклинаний? — кричала Кэролайн, расхаживая из стороны в сторону в своём кабинете.       — Я не имею ни малейшего понятия. Мы наладили каскадные чары. Они бы не смогли прорваться дальше Мельницы, даже если бы как-то избавились от первого барьера, — в сотый раз повторяла Бонни.       Джози лежала на диване, угрюмо уставившись на стеклянный шкаф напротив. Ей было все равно на разговоры взрослых, на то, почему эти оборотни вообще смогли обойти защиту и даже на то, какие именно заклинания использовались при создании барьера.       Из ее головы никак не выходила одна единственная картина: множество человеческих костей, сваленных в кучу как мусор.       Странно, но ни слезинки не скатилось с ее глаз с того момента как она воспользовалась этим убийственным заклинанием, словно бы все ее эмоции кто-то сжал в кулак, сформировав из них единый пульсирующий комок нервов.       Джози желала только одного — провалиться под землю и сгореть заживо. Ей нестерпимо казалось, что весь ее мир рушился, пока она стояла в его центре и наблюдала за происходящим.       Она думала о тех многочисленных людях, близких которых она убила. Никогда в жизни она не будет достойна их прощения.       – Джози, — услышала она знакомый взволнованный голос.       Джози пришлось дважды моргнуть, чтобы хоть немного прийти в себя. Диван под ней казался слишком твердым и липким, а воздух словно заледенел. Джози больно было вдыхать, больно двигаться и больно говорить. Комната кружилась вокруг нее как цветные камни в калейдоскопе. Джози видела свою маму, болтающую с тетей Бонни в углу. Их обеспокоенные взгляды казались ей до тошноты абсурдными.       Они должны ее ненавидеть. Они обязаны ее ненавидеть.       Почему они жалели ее?       — Что? — мерзкий привкус чего-то гнилостного наполнил ее рот.       Джози не могла понять, почему она в принципе может говорить.       — Мне нужно, чтобы ты рассказала, откуда ты знаешь это заклинание, — Фрейя же напротив, кажется, совершенно не обращала внимания на её пустой взгляд и невнятную речь. — Ты знала его раньше или...       — Нет, — оборвала она ее. — Оно было как порыв. Я будто одновременно знала и не знала что делаю, — ответила Джози, внезапно обнаружив, что в помещении помимо ее мамы, тети и первородной ведьмы были другие Майклсоны. Все они смотрели исключительно на нее.       Сделалась ли ей сложным говорить в их присутствии? Нисколько. Слова лились из ее рта как вода, хоть и сильно горькая, с привкусом металла.       — Но ранее ты знала об этом заклинании? — ведьма взяла ее руки и крепко сжала, словно ожидая, что та начнёт сопротивляться.       — Да, — коллективный вздох прорезал тишину кабинета. — Но я видела его мельком и всего один раз. Как странно… — Джози нахмурилась, пытаясь вспомнить слова из заклинания, однако все они как будто испарились. — Я… я больше его не помню.       Уставленный многочисленными книгами и приборами кабинет директора школы Сальваторе погрузился в удушающее молчание. Джози слышала только отдалённое тиканье настенных часов, привезённых их матерью из Швейцарии. Их звук лишь усиливался, напоминая больше гром шагов.       Время Джози было на исходе. Она чувствовала это.                                   Густые сумерки черным одеялом накрыли магическую школу на окраине Мистик Фоллс. В маленьких окнах интерната кипела жизнь. Тут и там слышались тревожные перешептывания, звонкий смех и топот детских ножек, разносящих свой шум далеко за пределы кирпичной усадьбы.       Несмотря на приближающуюся ночь, никто, казалось, не спешил возвратиться в свои комнаты. Все больше и больше учеников собирались в коридорах и под лестницами, делясь новейшими и самыми свежими сплетнями.       — Джози Зальцман убила кучу оборотней? — прижимая кулак ко рту, шептал какой-то светловолосый парень.       — Они напали на школу, — тыча его в бок, объясняла полноватая низкорослая девочка с темно синей шевелюрой.       — А что если бы они напали на нас? Что если они нападут на нас ночью? — делился подозрениями долговязый четырнадцатилетний мальчик.       Сплетни в школе разлетались со скоростью звука. О произошедшем в лесу не знал, казалось, только ленивый. Даже самые младшие ученики бегали по коридорам, имитируя сегодняшнее происшествие.       Всего пары часов хватило, чтобы трагедия с убийством двух десятков человек превратилась в повод поиграть в догонялки.       Клаус Майклсон двигался по школе медленно. Его руки все еще были в крови, отчего ему нестерпимо хотелось смыть ее. Она неприятно липла к коже. Засохшая кровь не доставляла ему никакого удовольствия. Все же он предпочитал свежую, прямо из вены.       Его движения были плавными, как если бы он был пантерой или львом. Клауса совершенно не заботили тревоженные взгляды избалованных волшебных детишек, в страхе прижимающихся к ближайшей свободной поверхности. Он самодовольно скалился, получая лёгкое удовлетворение от ужаса, который наводил на местных подростков. Почти все они без исключения испуганно шарахались, провожая его подозрительными взглядами, но находились и те, кто замирал на месте до тех пор, пока он не исчезал за ближайшим поворотом.       Они должны его бояться. Тогда никто из них не посмеет напасть на его семью.       — Брат, ты мог бы хотя бы немного соблюдать приличия, — заговорил с ним Элайджа, протягивая ему крохотный белый платок.       Презентабельный вид старшего брата только насмешил Клауса. Как будто не он тридцать минут назад безжалостно пытал, а после убил порядка пятидесяти оставшихся оборотней.       — Один особенно прыткий заставил меня лишать его конечностей на протяжении пятнадцати минут. Ты же знаешь, как я это обожаю!       Громкий вскрик раздался позади него. Какая-то девочка, прикрыв рот ладонями, с ужасом глядела на них.       Клаус любил производить впечатление.       — Думаю, твоя история особенно сильно впечатлит милую Кэролайн, когда она увидит тебя в крови в собственной школе. Ты столько паркета испортил! Она никогда этого не простит, — губы Элайджи изогнулись в знакомой улыбке.       — Ты как всегда проницателен, брат, — Клаус побеждено развёл руки в стороны.                                   Целых пять минут (на две дольше, чем обычно) у Клауса заняло, чтобы смыть с себя чужую кровь. Расстегнув рубашку, он шел мимо классных комнат, вытираясь украденным из мужского душа полотенцем. Отсутствие следов крови вовсе не избавило его от запаха. Что-то приятное было в том, чтобы слышать кровь врагов, давно почивших от его собственных рук.       Дернув за ручку дубовой двери, он вальяжно зашел в кабинет. Никто не обращал на него внимания. Лишь лёгкий укоризненный взгляд Хейли, буквально кричащий «какого черта тебя так долго не было?!», дал ему понять, что все находящиеся здесь уже давно были заняты сверх важным делом.       — Хоуп была сильно напугана, но я думаю, она больше переживает за Джози, чем за себя, — ответствовала Ребекка, сосредоточенно разглядывая что-то перед собой. — Кстати как там Джози?       — Ни с кем не разговаривает из-за чувства вины перед убитыми ею оборотнями, — тупо глядя в стену напротив, ответила Кэролайн.       Клаус удивленно моргнул, но не сказал ни слова, будто бы ощущая неуместность своего вмешательства.       — Бедная девочка. Надеюсь, скоро все станет лучше, — проговорила Ребекка, сочувственно косясь на мать близнецов. — Хоуп сказала, что они пробежали, по меньшей мере, пятьсот метров, прежде чем...       Вампирша не стала договаривать. Она лишь чиркнула карандашом где-то между спортивным полем и Старой Мельницей, обозначив там место столкновения       — Мне она сказала, что перед тем, как напасть на них, эти оборотни, выстроившись в линию, чего-то ждали и, только проверив, что им ничего не угрожает, они решились напасть, — голос Хейли казался уверенным.       Клаус всегда поражался ее способностью собраться в самый ответственный момент.       — Это значит, что они не смогли сразу разрушить каскадное заклинание. Три линии обороны, три сильнейших барьерных заклинаний. Я все ещё не понимаю, как именно они это сделали, — Фрейя схватилась за голову, со страдальческим выражением принимаясь массировать свои виски.       Ее лицо исказилось от боли, как если бы кто-то прижал к ее горлу раскалённый клинок.       — Очень просто, — наконец, вмешался Клаус. Не заморачиваясь на лишние объяснения, он заговорил. — Один оборотень, которому я скормил его собственную печень, сказал, что им помогли какие-то ведьмы.       — Слепому ясно, что им помогли ведьмы! — зарычала на него обозленная старшая сестра. — Меня не интересует, кто это сделал! Мне нужно знать, как они смогли пробиться через нашу защиту!       — Разве так уж сильно важны методы, когда проще найти исполнителей и заставить их поплатиться? — он вопросительно выгнул бровь, отчего лицо Фрейи стало неистово красным.       — А до этого все мы должны ходить и озираться, не появится ли из кустов ещё один фанатик псевдокульта и не нападет ли он на Хоуп и Джози снова?!       Клаус закатил глаза в своей привычной манере. Любовь его родственников к тому, чтобы никогда не дослушивать его до конца, казалась уже почти естественной.       — Если бы эти оборотни действительно хотели напасть, они бы сделали это раньше, чем Джози успела даже подумать о том, чтобы использовать на них то заклинание.       — Что ты имеешь ввиду? — несмотря на гнев, Фрейя терпеливо уставилась на брата, сосредоточено нахмурив брови.       — Они пришли сюда или их послали, чтобы просто напугать. Предупредить о том, что они могут проникнуть куда угодно, — он самодовольно ухмыльнулся, замечая знакомую заинтересованность во взглядах остальных. — Оборотни даже в своей неполной форме превосходят в скорости самых опытных бегунов. Если бы они хотели добраться до них, покалечить или убить, они бы сделали это, не потратив столько времени на погоню. Да я могу поставить на кон свою вампирскую жизнь! Будь девочки внутри школы, эти уроды даже не посмели бы приблизиться к ним. Я ведь прав в том, что здание школы охраняется лучше прилегающей территории?       Фрейя, Бонни и Кэролайн отвели взгляды.       — И это абсолютно не объясняет, как они смогли обойти барьер, — заговорила Фрейя, вновь возвращая свой взгляд к карте. — Для, этого нужен был или кто-то изнутри, или кто-то, кто...       — Кай, — оборвала ее Кэролайн. — Он единственный живой еретик.       — Кэролайн. Ты же не серьёзно... — Бонни с сочувствием и недоверием уставилась на подругу.       Блондинка только пожала плечами.       — Я не знаю как, но этот сукин сын выжил, и это он устроил сегодняшнее шоу!       — Джози использовала его как якорь. Он бы не смог выжить.       В ответ на это взгляд Кэролайн посуровел. Под ее глазами появились тёмные прожилки, а кожа заметно покраснела. Она проследила взглядом за всеми в комнате, но, не найдя поддержки, грубо добавила:       — Верьте во что хотите... Я уверена, что только он мог разрушить барьер.