пиздец – и точка.

шин рюджин была красивой. слишком красивой. подозрительно точно подходящей под типаж девушек, что сформировался у юны. причём удивительно – она была первой такой. двое бывших, что накопились за девятнадцать лет жизни были совсем другими. первая любовь случилась еще в школе. девушка на класс младше, стройная высокая блондинка со светлыми глазами. немного избалованная, но в целом приятная особа, не оставившая после себя мерзкого послевкусия. разошлись банально – обе просто выросли. вторая мадам была... горькой. больные десять месяцев ожогом отпечатались на юном сердце, короткие чёрные волосы и тонкие пальцы, усеянные кольцами, то и дело всплывали в голове еще около полугода после расставания. липкие слова, резкие возгласы о юне, её профессии, её стиле жизни – приклеились где-то у мозжечка, время от времени сбивая с ровного шага. юна хорошо запомнила её запах (конечно, она хранила бумажку, пропитанную ароматом бывшей под чехлом мобильного на протяжении всего периода отношений) – это были пионы, сладкие ягоды вперемешку с острой перечной водкой, фармацевтикой и жжёным пластиком. дикое сочетание, что начинается сладко, а заканчивается чем-то психотропным, транквилизирующим, колким, вязким и мёртвым. после отхода от этой фигуры юна ещё очень много раз задумывалась – почему запала именно на неё, ей ведь нравятся совсем другие... ей нравятся такие, как рюджин. высокие, с длинными тёмными волосами, большими глазами, губами-бантиками. ей нравятся те, кому не чужды платья, украшения и макияж. нравятся такие, на которых будет устремлен каждый взгляд, даже в комнате, полной искусства. нравятся чуткие, с хитрым взглядом, яркой мимикой и утонченными движениями. боже, какой ужас. ей нравится шин рюджин. с лёгким любопытством она узнавала её потихоньку через других коллег. немного времени понадобилось, чтобы вычислить её подруг, «собутыльников» и, мягко говоря, не фанатов. последние раз за разом повторяли, что рюджин повышена до менеджера незаслуженно, что она слишком юная, слишком неопытная и глупая, нескрываемо выбирает любимчиков и на своих сменах выделяет их. «боже, будто йеджи так не делает,» – про себя усмехнулась шин, когда услышала от очередной коллеги упрёк в сторону рюджин о том, что она потакает «своим». йеджи была на ступеньку выше рюджин – ассистент директора. интересная личность... умела устроить запару без запары, докопаться до слишком светлых чёрных носков и не до идеала выглаженное поло. во второй раз юна сошлась с рюджин именно на этой теме. – я её уебу тёмной ночью, – взъерошенная, уставшая, и явно раздражённая рю влетела в раздевалку, где юна наглаживала рабочее поло. младшая чуть слышно хихикнула, проводила взглядом девушку до её шкафчика. – йеджи сегодняшний менеджер утренней смены? – боже правый! как она меня читает, – рюджин всплеснула руками и измученно плюхнулась на лавочку, – да, эта змея нажаловалась на меня директриссе за то, что я её послала. а знаешь, почему я послала эту стерву? – удиви, – девушка кротко засмеялась, отключила утюг и подсела рядом с менеджером, опустив логти на колени, а лицом уткнувшись в собственные ладони. – потому что эта чмошница престарелая пристала ко мне со своими какими-то акциями ровно в тот момент, когда у меня не сходилась ночная касса. время одиннадцать часов, я здесь с десяти вечера прошлого дня. и с восьми утра до этого момента я считала. ебучую. кассу, – рю с нескрываемым раздражением, жестикулируя в такт рассказу, несколько раз показала, чтобы она сделала с этой... ассистенткой. в конце лишь шумно выдохнула и откинула голову на стенку сзади. – почему я не удивлена, дорогая? – юна поднялась с лавочки, принялась расстёгивать пуговицы на гражданской рубашке. – потому что ты уже с ней работала? – боже, как она меня читает, – шин процитировала старшую. девушки в унисон засмеялись, затем меж делом продолжили болтать о всякой чепухе – от сплетен про коллег до того, кто чем вчера занимался. их пути разошлись в двенадцать, рюджин наконец отправилась на заслуженный отсыпной выходной, а юна удалилась в сторону рабочего пространства.