Главный герой, подвергшийся насилию, выходит за рамки сценария

Вернувшись в свою съемную квартиру, Сун Шии снял пальто и уже собирался развязать шарф, как его рука застыла в воздухе. Похоже, он забыл его в общежитии. Что ж, скорее всего, Чжао Цунь его уже уничтожил. В оригинальном сюжете книги после того, как Чжао Цунь и прежний владелец тела окончательно разорвали отношения, этот паноктикум повторился не раз. Пользуясь отсутствием соседа, Чжао Цунь регулярно кромсал ножницами его одежду и учебники, а обрезки бросал на пол. Это тошнотворное, маниакальное вредительство продолжалось вплоть до самой смерти Чжао Цуня. Вот только в итоге вину за его гибель повесили на прежнего владельца тела, и тот отсидел три года в тюрьме. Сун Шии подавил подкатившую к горлу тошноту и заставил себя выкинуть эти мысли из головы. Он кончиками пальцев осторожно приподнял край занавески. В доме напротив как раз зажегся свет. Бай Сюй и сегодня торчал там, через дорогу. Сун Шии намеренно снял жилье именно здесь, чтобы находиться к нему как можно ближе и держать под присмотром. Он прищурился, всматриваясь в распахнутое настежь окно напротив, но в комнате никого не было видно. «Куда он делся?» — Сун Шии медленно моргнул. Вдруг в прихожей оглушительно раздался дверной звонок. Явились гости. Сун Шии опустил штору и медленно направился к прихожей. В дверном глазке лицо Бай Сюя выглядело выпуклым и искаженным, растянутым в широкой ухмылке. Не дождавшись ответа, тот принялся настойчиво жать на кнопку звонка снова и снова. Этот непрекращающийся, давящий трезвон, больше похожий на погребальный набат, легко мог довести до паники любого. — Есть кто дома? Откройте дверь, будьте добры, — донесся снаружи ленивый, тягучий голос. Сун Шии опустил заслонку глазка, беззвучно прислонился спиной к двери и замер. Как же быстро тот его выследил. После еще нескольких резких звонков за дверью внезапно воцарилась тишина. Сун Шии с бесстрастным видом вернулся в комнату, опустился на корточки и принялся шарить в коробке, стоявшей на полу. Вскоре из коридора опять донеслись звуки. На этот раз это был скрежет металла и глухие удары — резкие, оглушительные, от которых зубы сводило судорогой. Сун Шии глубоко вздохнул, пытаясь успокоить дыхание. Он прекрасно понимал: хлипкая дверь не удержит Бай Сюя, если тот настроен ворваться. Пальцы нащупали баллончик с краской, который он случайно прихватил с собой при переезде. Сун Шии встряхнул его пару раз и небрежно брызнул на стену. Довольно прочный замок все-таки не выдержал натиска. Изуродованное ударами молотка дверное полотно сорвалось с пазов, и дверь с треском приоткрылась. Бай Сюй пинком распахнул её настежь и небрежно отбросил в сторону тяжелый стальной молоток, который только что одолжил у соседа снизу. В квартире царил полный мрак — свет в комнатах был выключен. Бай Сюй усмехнулся и шагнул внутрь. Обстановка оказалась спартанской, мебели почти не было. Трудно даже представить, насколько неуютно здесь находиться. Как нормальный человек вообще может добровольно жить в такой глуши? Тут явно крылось что-то подозрительное. И это осознание необъяснимо взбудоражило Бай Сюя. Он медленно двинулся вглубь квартиры, выискивая затаившуюся добычу. Но в итоге замер как вкопанный перед стеной. Перед ним висел большой пробковый стенд, сплошь утыканный множеством фотографий на канцелярских кнопках. Бай Сюй сразу узнал лица на снимках. Там были Сун Цзясинь и Ци Сюань, но больше всего фотографий приходилось на него самого. Все кадры явно были сделаны исподтишка, с самых неожиданных ракурсов, а некоторые из них вышли совсем размытыми. Поверх его собственного лица красной краской из баллончика было яростно выведено: «Иди к черту». Пока Бай Сюй ошеломленно разглядывал стенд, вокруг его шеи внезапно что-то обвилось. Не успел он сообразить, что происходит, как удавка намертво затянулась, перекрывая воздух. Инстинктивно он вскинул руки, пытаясь ухватиться за нее, но его с силой дернули назад. — Добрый вечер. Сун Шии поприветствовал незваного гостя, и его пальцы затянулись на удавке еще крепче. — Сун… Шии? — с трудом выдавил Бай Сюй. Он отчаянно пытался поддеть пальцами натянутый шнур, но тщетно. — Ты сломал замок на моей двери. Мне теперь придется как-то объясняться перед хозяином квартиры, — Сун Шии полностью контролировал ситуацию, и каждое его движение оставалось пугающе выверенным. Но в этот момент Бай Сюй внезапно перестал сопротивляться, послушно позволяя душить себя. — Идиот… Ты что, реально решил грохнуть меня здесь?.. — прохрипел он с явной издевкой. — Ты умудрился поднять столько шума, что все соседи тебя слышали, а это чистой воды незаконное проникновение в жилище, — ровным голосом парировал Сун Шии. — Даже если случится непоправимое, мне светит максимум превышение самообороны. Несмотря на свои слова, Сун Шии не стал затягивать петлю до конца, лишь удерживая соперника в захвате. Уголок рта Бай Сюя дернулся, и он перевел тему: — Что это за хрень с фотографиями? — Очевидно же, я нанял человека, чтобы выследить вас, — откровенно признался Сун Шии. — Ты что, извращенец? — Бай Сюй внезапно рванулся всем телом. В его голосе все еще сквозила безумная ухмылка, когда он с размаху впечатал локоть назад, метя Сун Шии прямо в ребра. Сун Шии шумно перехватил дыхание. Они мгновенно поменялись позициями, и он намертво прижал Бай Сюя спиной к подоконнику. — «Иди к черту»? Ты серьезно вознамерился нас всех прикончить? — неудавшаяся атака ничуть не расстроила Бай Сюя, напротив, его азарт только разгорелся с новой силой. — Это был спонтанный экспромт, — Сун Шии жестко зафиксировал его колено своим, и в его тоне промелькнуло опасное веселье. — Но вообще, да. Я действительно хочу, чтобы вы все сдохли. — Черт, а ты жестокий, — рассмеялся Бай Сюй и выругался: — Мы виделись всего один раз, чем я успел тебе насолить? — Возможно, это долги из прошлой жизни, — тихо обронил Сун Шии. — Ты совсем с катушек слетел, — закатил глаза Бай Сюй, явно не ожидавший такого ответа. С этого ракурса из окна открывался вид на головокружительную высоту, и казалось, будто в любой момент можно сорваться вниз. Однако Бай Сюя это, похоже, совершенно не заботило. — И кто только набрался наглости натравливать тебя на нас? До Сун Цзясиня тебе в жизни не дотянуться. Неужели тот случай в Лантинге произвел на тебя такое неизгладимое впечатление? Или дело в Цинь Хуае? Сун Шии промолчал. Бай Сюй издевательски фыркнул: — Ты и правда считаешь Цинь Хуая святошей? Разве ты не в курсе? — ядовитый голос Бай Сюя звучал в ночной тишине пугающе отчетливо. — Пять лет назад, когда старый мастер Цинь тяжело слег, именно Цинь Хуай подмешал стимуляторы в его капельницу. Старик из-за этого так быстро и загнулся. А ведь мог бы протянуть еще год или два. Зрачки Сун Шии едва заметно сузились. В его сознании промелькнуло смутное воспоминание. Упоминалось ли подобное в оригинальном сюжете книги? Воспользовавшись этой секундной заминкой, Бай Сюй мгновенно перехватил инициативу. Он резко развернулся, подмял Сун Шии под себя, и по инерции они оба рухнули на пол. Бай Сюй мертвой хваткой вцепился в шею соперника. Но, в отличие от Сун Шии, который действовал с оглядкой, этот бил на поражение и вложил в удар всю свою силу. Кислород перекрыло в секунду, перед глазами все поплыло. Сун Шии вслепую повел рукой по полу, нащупал керамическую чашку и с размаху обрушил ее на голову Бай Сюя. Осколки керамики с треском разлетелись во все стороны, но Бай Сюй лишь на мгновение замер. — Ты серьезно сравниваешь меня с этим ничтожеством Сун Цзясинем и остальными бездельниками? — прорычал он с бешеной злобой. Кожа под его пальцами горела от бешеного давления, пульс испуганно бился. Лицо Сун Шии побледнело, а некогда прекрасные черты из-за удушья постепенно теряли былую четкость, напоминая увядающий на глазах цветок. В этот миг маниакальная жажда разрушения Бай Сюя достигла своего апогея. Но именно в эту секунду уголки губ Сун Шии едва заметно дрогнули в улыбке. Полуоткрытая дверь резко распахнулась, и в комнату ворвался молодой человек в штатском. Быстро оценив обстановку, он рванулся вперед и жестко скрутил Бай Сюя. — Черт, это еще что за хрень?! — Бай Сюй, чьи руки силой заломили за спину, окончательно помрачнел. Откинуть навалившегося сзади мужчину не получалось, и он невольно процедил сквозь зубы, обращаясь к Сун Шии: — Надо же, у тебя тут целый гарем? Цинь Хуай в курсе, что ты не скучаешь? — Идиот, это офицер полиции. Сун Шии поднялся с пола, морщась, потер горящую шею и несколько раз судорожно закашлялся, прежде чем смог перевести дух. — Что? Полиция? — Бай Сюй уставился на него с диким недоверием. За двадцать с лишним лет полной безнаказанности и безумных выходок «полиции» в его мире попросту не существовало. Впрочем, не только для него. У всех персонажей в этой книге напрочь отсутствовало хоть какое-то правосознание. — Вы ведь сами всё видели, — обратился Сун Шии к подоспевшему оперативнику. — Этот человек по фамилии Бай выломал мою дверь и ворвался в квартиру. Я лишь защищался, как мог. Сун Шии указал на ссадину на шее Бай Сюя и добавил: — А после он попытался меня задушить. Он преподнес историю весьма избирательно, но именно такую картину застал вошедший. Сун Шии набрал полицию еще до того, как Бай Сюй переступил порог, и безукоризненно рассчитал время — как раз так, чтобы тот успел намертво вцепиться ему в горло. — Хорошо, общая картина ясна, — с серьезным видом кивнул молодой полицейский. — На удивление прыткий, — Бай Сюй смерил Сун Шии тяжелым, лихорадочным взглядом, в котором мешались самые противоречивые эмоции. — Считай это моим способом напомнить тебе, что в этом мире вообще-то существуют законы и полиция. Сун Шии сделал шаг ближе и медленно, почти шепотом, добавил: — И еще кое-что. Ну и пусть Цинь Хуай чудовище. Вы все здесь — та еще гниль. Но со мной он ведет себя иначе, и этого мне вполне достаточно. Сун Шии мягко улыбнулся ему на прощание. Едва секундное замешательство исчезло из его глаз, как взгляд его сделался чистым и безмятежным, словно сама ночная прохлада. Когда Бай Сюя уводили, он не стал устраивать сцен. Напротив, он вел себя на удивление спокойно и даже напоследок ухмыльнулся: — До скорого. Через пару дней увидимся. Разумеется, Сун Шии и не рассчитывал, что сможет так просто и окончательно избавиться от этого безумца. Но квартира теперь была непригодна для ночлега, а чинить развороченную дверь посреди ночи никто бы не приехал. Немного подумав, Сун Шии поймал такси и поехал к Цинь Хуаю. Это был первый раз, когда он сам, по собственной инициативе, решил заявиться к нему в гости. Он не стал предупреждать о своем визите заранее, но в окнах квартиры горел свет. Сун Шии нажал на кнопку звонка, и спустя пару мгновений за дверью послышались шаги. Однако открыл ему вовсе не Цинь Хуай. Тем не менее, этот мужчина неуловимо напоминал хозяина дома: те же очки в тонкой золотой оправе, тот же утонченный, интеллигентный и слегка академичный вид. Это был Цинь Линмин — двоюродный брат Цинь Хуая. Сун Шии лишь равнодушно кивнул ему в знак приветствия. Цинь Линмин вежливо улыбнулся: — А я тебя знаю. В этот момент из глубины комнат вышел сам Цинь Хуай. На нем была домашняя пижама, а в руке он держал чашку с кофе. — Брат, к тебе тут гости, — Цинь Линмин лукаво перевел на него взгляд. Цинь Хуай отнесся к кузену без особого тепла, оставаясь привычно отстраненным. Но вот появление Сун Шии на пороге его явно удивило. Зачем тот приехал в такой поздний час? Сун Шии молча обошел Цинь Линмина и направился прямиком к Цинь Хуаю. — Мне негде спать, поэтому я пришел к тебе, — выговорил Сун Шии, намеренно напустив на себя самый жалобный и несчастный вид. Заметив это, Цинь Линмин лишь понимающе усмехнулся: — Что ж, раз я всё привез, то, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать. Цинь Хуай не стал его удерживать. Как только за гостем закрылась дверь, он аккуратно поставил чашку кофе на стол. — У меня сегодня еще полно дел на ночь, так что поднимайся наверх и ложись спать. Внешне Цинь Хуай казался абсолютно спокойным, но от него, как и всегда, исходила едва уловимая, тяжелая и властная аура. Сун Шии поднял на него глаза, но не стал спорить или расспрашивать. Он просто послушно кивнул и поднялся на второй этаж. В его планах было сперва принять душ, а после заглянуть в спальню Цинь Хуая, чтобы одолжить у него какую-нибудь домашнюю одежду. Там, на прикроватной тумбочке, его взгляд приковала безымянная деревянная шкатулка. Словно по странной иронии судьбы, Сун Шии протянул руку и открыл шкатулку. Внутри лежал завернутый в мягкую ткань небольшой пустой флакон из-под лекарства. Сун Шии взял его и внимательно осмотрел этикетку — дата на ней указывала на события пятилетней давности. Поискав в мобильном телефоне сложное латинское название препарата, он выяснил, что это сильный психостимулятор. «Пять лет назад, когда старый мастер Цинь тяжело слег, именно Цинь Хуай подмешал стимуляторы в его капельницу. Старик из-за этого так быстро и загнулся». В этот момент Сун Шии охватила глухая, липкая тревога. Пазл идеально складывался. Но какие мотивы двигали Цинь Хуаем, раз он решил бережно сохранить эту улику в деревянной шкатулке? Внезапно чужая большая ладонь с отчетливо проступающими костяшками пальцев мягко легла на его шею сзади. Это мгновенно выдернуло Сун Шии из лабиринта собственных мыслей. Подушечки пальцев мужчины нежно огладили тонкую кожу, очерчивая наливающийся багрово-синий след от удушения. — Как ты умудрился так сильно покалечиться? Цинь Хуай вырос за его спиной абсолютно бесшумно. Его тон оставался ровным, но в нем отчетливо сквозила гнетущая, леденящая сталь, совершенно не похожая на его привычную сдержанность.