Главный герой, подвергшийся насилию, выходит за рамки сценария

Глаза Сун Шии, до этого мирно закрытые, слегка вздрогнули. Утренний солнечный свет пробивался сквозь неплотно задернутые плотные шторы, освещая неприбранную кровать. Вставать совсем не хотелось. Он скомкал подушку и накрыл ею лицо, пытаясь спрятаться от навязчивого света. Однако лежащий рядом телефон, переведенный в режим вибрации, продолжал настойчиво жужжать, нарушая его покой. Сун Шии раздраженно цыкнул, прищурился и разблокировал экран. Сообщение пришло от Линь Нянь. Разумеется, оно было отправлено не на его личный номер — в обычной жизни им было совершенно не о чем разговаривать. «Ты видел? Акции, которые ты мне советовал, резко упали». «Они уже давно катятся вниз, а ты твердил, что всё в порядке, продавать не нужно и скоро начнётся рост». «Но ничего не выросло. Я спросила у друзей, и они говорят, что эта компания на грани банкротства. Как она вообще теперь поднимется?» «Что мне делать? Я вложила туда столько денег! Скажи хоть что-нибудь!» Линь Нянь, казалось, была искренне встревожена, отправив такое длинное сообщение за один раз, но в окне чата всё еще горел статус «печатает». Сонливость Сун Шии наконец немного рассеялась. Он сел на кровати, даже не пытаясь скрыть лукавую улыбку в пустой комнате. Наконец-то рыбка заглотила наживку. В тот день на благотворительном вечере Сун Шии намеренно спровоцировал Линь Нянь на крупные траты. Он заставил её выбросить деньги на ветер вовсе не ради мелкой пакости. Эта сумма хоть и пробила брешь в бюджете Линь Нянь, но не стала для неё фатальной. Однако человек, потерявший своё, всегда одержим желанием это вернуть. Сун Шии воспользовался воспоминаниями из прошлой жизни. Скрыв свою личность, он вошел в доверие к одной шумной, прямолинейной богачке. Он подсказал ей верные акции и постепенно завоевал её расположение. Как и ожидалось, женщина разнесла слух по своему окружению. Жаждавшая отыграться Линь Нянь охотно разузнала его контакты и добавилась в друзья. Поначалу её ставки были скромными, поэтому даже при росте курса прибыль оставалась небольшой. Но акции показывали отличные результаты. Несколько человек из окружения Линь Нянь, вложивших крупные суммы, прилично разбогатели. Зависть и жадность задушили Линь Нянь. Доверившись последним слухам, она стиснула зубы и вбухала в дело большую часть своего капитала. Вот только на этот раз она угодила прямиком в ловушку, которую Сун Шии тщательно для неё подготовил. «И что ты хочешь от меня услышать?» — ответил Сун Шии. «Что я хочу услышать?! Разве это не те акции, которые ты мне советовал? Они рухнули, разве ты не должен за это ответить?» — Линь Нянь была настолько взбешена, что сразу отправила голосовое сообщение. «Сударыня, торговля на бирже — это всегда огромный риск. Вы взрослый человек и должны сами нести ответственность за последствия», — набрал он. — «Конечно, с моей стороны это был просчёт. В следующий раз я буду осмотрительнее». Глядя на присланные издевательские смайлики, Линь Нянь едва удерживала дрожащий от ярости телефон. Она никогда не встречала настолько бесстыжих людей. «Будет он осмотрительнее в следующий раз! Да какой толк от этого следующего раза?! Кто вернёт ей потерянные деньги?!» Прежде чем она успела напечатать ответ, с того конца пришло ещё одно сообщение. «Если подумать, разве твоей изначальной целью не было просто заработать?» «Как насчёт того, чтобы я указал тебе другой путь?» Увидев этот текст, Линь Нянь на мгновение замерла. Она медленно убрала палец с кнопки записи голосового сообщения; её дыхание внезапно стало тяжелым. Что всё это значит? «Мне нужны ключевые финансовые отчеты Song Group». Линь Нянь прикрыла рот рукой, сдерживая рвущийся наружу вздох. О чем вообще говорит этот человек? Зачем ему финансовые отчеты Song Group? Неужели это давно спланированная коммерческая война? Начиная с первой встречи и постоянных подсказок по прибыльным акциям, заканчивая этой ловушкой — всё ради того, чтобы загнать её в угол. От этой мысли у Линь Нянь по спине пробежал холодок, а в голове тут же выстроилась куча теорий заговора. — Ты чем там занимаешься? Сун Гучэн недавно выписался из больницы. После долгой реабилитации он уже мог немного ходить без инвалидного кресла, но всё ещё оставался крайне эмоциональным и вспыльчивым. Сейчас, глядя на дерганую Линь Нянь, он невольно нахмурился. Линь Нянь бросила на него быстрый взгляд. Вместо того чтобы сразу выложить Сун Гучэну свои догадки, она стала лихорадочно соображать, как обернуть эту ситуацию в свою пользу и выслужиться перед ним. — Дорогой, у компании в последнее время нет никаких проблем? — Линь Нянь постаралась взять себя в руки и осторожно закинула удочку, проверяя реакцию партнера. Но её слова лишь сильнее разозлили Сун Гучэна. Новое жилье еще не было готово, а пребывание в этом доме всегда навевало на него ужас. Казалось, будто призрак покойной жены наблюдает за ним из какого-то темного угла. — Если тебе совсем делать нечего, съезди в новый дом и проверь, как идет оформление документов. Хватит сидеть тут целыми днями и мотать мне нервы. Линь Нянь опешила от такого ответа и растеряла весь свой запал. Она открыла было рот, но вовремя сдержалась. — Ну и что ты замолчала? Опять собираешься просить у меня денег? — лицо Сун Гучэна исказилось от нетерпения. — Сколько раз за этот месяц ты уже заводила об этом разговор? Когда это прекратится? «Сама зарабатывать не умеет, только транжирить горазда!» — Нет, дорогой, я просто хотела спросить про дела фирмы... — Я тебе сколько раз говорил: не лезь в дела компании. Это не твоя забота! Лучше бы за Сун Цзясинем следила. Куда он опять делся? Мы его теперь вообще не дождемся. Я просто поражаюсь, как ты его воспитала! Сун Гучэн выплеснул на Линь Нянь всю скопившуюся злость, распекая её до тех пор, пока у той не покраснели глаза. Всё-таки они прожили вместе много лет. Глядя на жалкий вид Линь Нянь, Сун Гучэн в конце концов замолчал. Он почувствовал легкий укол вины, но переступить через себя и извиниться не смог, поэтому лишь недовольно фыркнул и ушел. Стоило мужчине скрыться из виду, как выражение лица Линь Нянь мгновенно переменилось, став свирепым и злым. И что этот старик, у которого от злости только брюхо растет, пытается ей доказать?! Линь Нянь приняла решение и согласилась на условия Сун Шии. Раз уж Сун Гучэн поступает с ней по-свински, то и обижаться пусть пеняет на себя. Сун Гучэн всегда держал её подальше от компании, да и Сун Цзясиню выделил там лишь незначительную, чисто номинальную должность. Линь Нянь никогда не считала своего сына бесполезным или неспособным справиться с делами. Она была уверена, что у Сун Гучэна просто остались чувства к покойной жене, из-за чего тот и хочет передать всю компанию своему старшему сыну. В любом случае, сейчас терять уже нечего. Возможно, под ударом извне и из-за внутренних проблем в фирме Сун Гучэн решит, что Сун Цинвэнь — никудышный руководитель, и сместит его с должности. Ключевые финансовые отчеты хранились в главном офисе компании на верхнем этаже. Сун Гучэн запер их в сейфе в самом дальнем кабинете. Эту информацию Линь Нянь подсказал Сун Шии. Что же касается пароля, то его она знала сама. В конце концов, Линь Нянь столько лет делила постель с Сун Гучэном и в свое время из чистой осторожности тайно подсмотрела, по какому принципу тот обычно придумывает шифры. И вот теперь это действительно пригодилось. Хоть она и приходила сюда нечасто, большинство сотрудников компании знали её в лицо. Никто не остановил Линь Нянь по пути, да и в самом кабинете, как назло, никого не оказалось. Воспользовавшись ключом, который она заранее выведала у секретаря Хана, Линь Нянь проскользнула внутрь, отыскала сейф, открыла его и извлекла папки. В итоге, пробравшись в кабинет, Линь Нянь не только сфотографировала ключевые отчеты, но и прихватила с собой кучу других бумаг, рассчитывая, что они пригодятся позже и помогут сорвать куш покрупнее. Однако интуиция её не подвела. Услышав приближающиеся шаги, она поспешно запихнула остатки документов обратно в сейф и небрежным жестом поправила растрепавшиеся волосы. Вошедшим оказался Сун Цинвэнь. — Цинвэнь, я тут слышала от девочек на ресепшене, что тебе нужно было уйти по делам. Надо же, как быстро ты вернулся. — Встречу отменили в последний момент из-за непредвиденных обстоятельств, — ответил Сун Цинвэнь с безупречной улыбкой. — Но тётя Линь — довольно редкий гость в наших краях. Как ты знаешь, отец сейчас неважно себя чувствует и почти не приезжает в офис. — Да я просто проходила мимо, решила заглянуть, осмотреться. Сун Цинвэнь лишь молча улыбнулся, сделав вид, будто ничего не заметил. Но стоило Линь Нянь поспешно откланяться и уйти, как молодой человек подошел к сейфу, открыл его, вытащил небрежно брошенные бумаги и медленно привел их в порядок. Закончив с этим, он немного подумал, а затем отправил Сун Шии сообщение с предложением встретиться. Ответ пришел незамедлительно. Поскольку никаких срочных дел в компании на тот момент не было, Сун Цинвэнь коротко раздал поручения и уехал. Сун Шии всё еще находился в резиденции Цинь. Цинь Хуай уехал по делам своей компании, поэтому юноша сидел в одиночестве, лениво греясь на солнышке прямо на лужайке. Спустя какое-то время полуоткрытая дверь дома распахнулась. Сун Цинвэнь вошел во двор. Как и всегда, на нем был безупречный костюм с плотно застегнутыми манжетами — идеальный до последнего штриха. — Что ты задумал? — спросил Сун Цинвэнь, бросая в него стопку бумаг. Сун Шии среагировал мгновенно и уверенно поймал летящие листы. Развернув их, он обнаружил именно те данные, которые совсем недавно требовал от Линь Нянь. Пряча лицо за листами документов, Сун Шии медленно расплылся в лукавой, азартной улыбке. Линь Нянь была всего лишь пешкой, которую он использовал, чтобы прощупать Сун Цинвэня. Разумеется, он ни на секунду не верил, что она сумеет незаметно украсть что-то прямо у Сун Цинвэня под носом. Но, очевидно, всё оказалось куда интереснее, чем он себе представлял. Да и реакция Сун Цинвэня была весьма интригующей. — Шии, чего именно ты хочешь? — Сун Цинвэнь редко проявлял подобную инициативу. Он шагнул вперед, слегка наклонился и спокойно посмотрел на Сун Шии своим точным, словно у машины, взглядом. Сун Шии безмятежно встретил его взор, а затем медленно улыбнулся, и в его нежном голосе прозвучали леденящие нотки: — Я хочу до основания разрушить империю, которую Сун Гучэн построил собственными руками. И вот тогда на безупречном, непроницаемом лице Сун Цинвэня наконец появилась крошечная трещина.