Контракт без права на отказ

      — Ну и ну, — протянул Гу, когда вошел в кабинет Гана. — Не думал, что ты так скоро решишь остепениться. Когда свадьба?       Он вальяжно прошёлся по комнате, на ходу пригладил золотистые волосы и развалился на диване, закинув руку на спинку.       — Уже получил приглашение? — спросил Ган, не поднимая на него взгляда.       — Конечно, — широко улыбнулся Гу. — И сразу же примчался поздравить своего друга. Как можно пропустить такое событие?       — Я смотрю, ты доволен.       — Скорее, не доволен, а пришёл поглумиться над тобой. Такой шанс выпадает не часто.       — Рад, что смог тебя порадовать.       — Девочка явно с огромными яйцами, раз развела тебя на брак, — весело хмыкнул Гу, глядя на него исподлобья. Ган не разделял его настроения и продолжал спокойно просматривать отчёты.       — Ни одной эмоции. Как всегда, — с театральным разочарованием выдохнул Гу. — На свадьбе тоже будешь недотрогой, когда скажут поцеловать невесту?       Он только закатил глаза, не ведясь на провокации. Гу было сложно заткнуть, особенно когда его что-то развлекало или забавляло. Ган давно к этому привык. Они были полной противоположностью друг другу.       — У тебя хоть фотография её есть? Покажи эту красотку, не хочу быть удивлённым на свадьбе. Вдруг она уродина?       — Мне было не до этого.       — Умеешь ты обломать.       — Переживёшь.       — У тебя ещё должок передо мной.       Ган оторвался от экрана и выглянул над крышкой ноутбука.       — Какой?       — Честный бой со мной.       — После свадьбы.       Подавшись вперёд, Гу с подозрением посмотрел на него и рассмеялся.       — Боюсь, тебе будет не до этого. Знаешь, там свои навыки нужно будет направить в другое русло.       — Не беспокойся, я найду время для того, чтобы пройтись по твоей смазливой мордашке.       — Обижаешь, — надулся Гу, снова откидываясь на спинку дивана и разглядывая свои ногти. Ган знал, что по силе они на равных. К тому же Гу был мастером меча, и сомневаться в том, что он способен составить ему серьёзную конкуренцию в бою, не приходилось.       — Тебе лучше начать усердно тренироваться.       — Думаешь, я не дотягиваю? Мы оба знаем, что это не так.       — Проверим.       — Да, да-а-а… — лениво отозвался Гу, закидывая голову и окончательно разваливаясь на диване. — Ты стал невыносимо скучным. Надеюсь, жена тебя хотя бы немного встряхнёт.       — Закройся.       — Ой-ей! — присвистнул он. — Звучит как угроза. На свадьбе с удовольствием выпью за ваше счастье.       — Тебе не пора? — Ган вернулся к отчётам.       — Ты уже собрал деньги с молодняка?       — Этим и занимаюсь, но ты отвлёк.       — Понял, тогда увидимся на свадьбе.       Последние дни голова шла кругом, несмотря на то, что всё оставалось под контролем. Люди с обеих сторон занимались организацией свадьбы, и от них требовалось лишь присутствие на ключевых этапах: согласовать бюджет, выбрать место для церемонии, составить меню, снять мерки для костюма и платья, подобрать оформление.       С Рейко он почти не пересекался. Если и встречались, разговоры сводились к коротким обсуждениям, касающимся исключительно свадьбы. Всё происходящее он воспринимал как часть сделки — необходимую демонстрацию для публики.       В один из дней с ним связались из клана. Слухи уже дошли, и их недовольство было ожидаемым, как и подозрения в отношении выбранной партии. Однако Ган стоял на своём: решения он принимал сам, а клан мог лишь высказать мнение.       После смерти отца, братьев и дяди у клана не осталось наследников, кроме него, а значит, его предстояло укреплять и фактически возрождать заново. Ган не питал иллюзий на этот счёт, но и не собирался слепо следовать правилам, которых так фанатично придерживался его дядя. Именно эта одержимость и привела к предательству. Обман повитухи, разница в рождении в несколько секунд и кровавый финал. Стоило ли оно того? Ган не знал. В итоге главой всё равно стал он.              Теперь ему приходилось разрываться между Кореей и Японией. Дела не терпели отлагательств ни там, ни здесь, а с появлением Рейко к этому добавлялся ещё и Китай — направление, которое требовало отдельного внимания.       Возможно, Гу был прав: это ещё одна проблема, которую придётся подчинить себе, чтобы люди признали его авторитет. Со временем Рейко можно будет убедить передать то, что его беспокоило. И не только его.       В её руках сосредоточилась слишком большая власть. Хрупкая оболочка лишь усиливала давление, которое неизбежно на неё обрушится. Стоило кому-то узнать больше о её активах, как мишенью станет не только она, но и он сам вместе с Чарльзом. Слишком много желающих отправить их за решётку.       — К церемонии всё готово, — сообщил один из его людей, входя в кабинет. — Также прибыли представители вашего клана, господин.       — Хорошо. — Ган кивнул и поднялся с кресла, направляясь к выходу. — Их разместили как положено?       — Как вы и просили.       Свадьбу решили провести именно в Корее. Здесь было проще собрать нужных людей, а все вопросы организации уже давно находились под контролем. И в его, и в её клане было не так много приближённых, чтобы дорога стала серьёзной проблемой.       Клан Ямадзаки прибыл в Сеул за два дня до события, намереваясь обсудить дальнейшие планы. Они предлагали сделать Рейко удобной любовницей и при желании взять других женщин, если уж ему настолько необходим брак. Подобное вмешательство раздражало Гана, однако он понимал, что обязан обозначить перспективы этого союза и закрепить за собой последнее слово. Хотя изначально были договорённости с кланом Кадзехара о браке, именно сейчас его клан почему-то решил пойти против этого решения. Гану это было не понятно. Он собирался вернуть клану прежнее величие. Даже если ради этого придётся вновь запачкать руки кровью.       На улице стояла солнечная погода — идеальная для церемонии. В зале уже собирались гости. Ган знал, что на свадьбу приедут дядя Рейко и её мать. Это был его особенный подарок. Продуманный и своевременный. Он рассчитывал на то, что она оценит его по достоинству. Поправив каллу в петлице, он направился в зал. Но, прежде чем пойти туда, зашёл в комнату Рейко.       Она стояла к нему спиной, пока помощницы вносили последние штрихи в образ. Ган постучал по двери, привлекая внимание, и коротким жестом дал понять, чтобы их оставили наедине. Девушки без лишних слов покинули комнату.       Подойдя ближе, он остановился за спиной. Взглядом мазнул по фигуре, задержался на деталях. Изящный сдержанный образ невесты. Он хмыкнул. Лёгким движением руки коснулся обнажённой кожи и положил ладонь на талию, мизинцем задевая край платья.              — Прекрасно выглядишь, — отметил Ган, глядя на её отражение. Рейко молчала. Но вот вскинула подбородок, повела плечом.       — Жениху не положено видеть невесту до свадьбы, — спокойно ответила она, щёлкнув застёжкой серьги из платины. Чёрный бриллиант блеснул на свету.       — Хотел прояснить несколько деталей до того, как наш брак станет официальным.       — Каких?       Ган склонился к ней, повёл носом вдоль шеи, останавливаясь у самого уха. Схватил за руку, не сильно надавил на нежную кожу пальцами.       — Узнаю, что ты с кем-то мне изменила, — голос стал опасно низким, — убью.       — А что насчёт тебя? — Ган уловил мимолётный испуг в её глазах. Неужели она думала, что он не узнает о связи с Джеймсом? Ган не был тем, за кого она его принимала. Если Рейко искала пути отступления, ей следовало действовать осторожнее. Не связываться с тем, кого она недооценила.       — Я таким не грешу.       — Неужели?       Ган отстранился, выпрямляясь. Провёл рукой вдоль линии позвоночника, по ряду пуговиц ниже. Они до сих пор смотрели в зеркало. Видел, что это задело её. Хотела возразить, но удержалась, поджав правильной формы губы.       — В контракте не было ни слова о том, что я должен хранить тебе верность, — продолжил он, чуть ли не мурлыкая, наслаждаясь реакцией Рейко.       — Как и я тебе.       — Ты права, но… — он усмехнулся, — тебе следует быть аккуратнее в выборе любовников.       — Не думала, что тебя такое волнует.       — Не волнует. Но теперь ты станешь моей женой. Постарайся не создавать проблем.       — Проблем? — она иронично изогнула тонкую бровь.              — Рейко, — Его рука потянулась к лицу, костяшки пальцев коснулись щеки и задержались на нижней губе. Он заправил выбившуюся прядь за ухо. — Будь примерной женой, ведь мы не хотим, чтобы все узнали о твоей истинной натуре.       — Мне нечего скрывать.       — Конечно, нечего, — согласился он, отступая на шаг. — Увидимся у алтаря.       Он ушёл, оставив после себя неприятное ощущение недосказанности. Он ведь имел в виду именно Джеймса? Иначе не стал бы давить на это. Если Ган действительно что-то знал, это меняло правила игры. Значит, одной «страховки» было недостаточно. Рейко медленно выдохнула, возвращая контроль, и провела ладонями по гладкой ткани платья, расправляя складки. Взяла из вазы букет калл — белых, с тёмной глубиной внутри, и направилась к выходу.       В зале собралось множество людей, большинство из которых она не знала. Ей предстояло играть роль влюблённой и безупречно вежливой невесты. Улыбаться, кланяться, держать лицо. Поэтому к выбору образа Рейко подошла особенно тщательно. Каждая деталь имела значение: украшения, цветы и, конечно же, платье. Ей нужно было соответствовать статусу, своему положению и Гану, который будет рядом. Сказали бы ей лет пять назад, что она выйдет замуж за этого человека — не поверила бы.       Остановившись у входа в зал, Рейко осторожно отодвинула край чёрного занавеса. Взгляд сразу зацепился за знакомую фигуру.       Мама.              Она стояла в окружении нескольких человек и о чём-то разговаривала. Даже отсюда было видно, насколько та скованна: нервно перебирала пальцами, плечи были напряжены. Рейко хотелось броситься к ней прямо сейчас и забыть обо всём. Но тогда ради чего она зашла так далеко? Теперь придётся доигрывать партию.       И тут её осенило.       Если мама здесь, значит… Она не успела обернуться. Чья-то рука крепко удержала за локоть, заставив отступить на шаг. Обернувшись, Рейко встретилась взглядом с дядей. Как бы она ни старалась держаться, внутри мгновенно поднялась волна злости и всё то, что она годами прятала глубоко в себе со дня смерти отца. Сделав над собой усилие, Рейко посмотрела в ненавистные глаза.       — Здравствуй, Рейко. — Дядя улыбался. Улыбался! Как же хотелось вцепиться и стереть эту ухмылку с лица.       — Что вы здесь забыли? — Рейко буквально заставила себя принять доброжелательный вид.       — Как что? — он невозмутимо пожал плечами. — Отвести любимую племянницу к алтарю.              — Это такая честь для меня.       — Как приятно это слышать, дорогая.       Он с наигранной мягкостью коснулся её спины, затем положил её руку себе на локоть и другой рукой удержал, не давая вырваться.       — Надеюсь, ты выходишь замуж по любви? — спросил, больше не глядя на неё.       — Конечно, дядя. Как иначе?       — Странный выбор мужа. В клане все были удивлены. Особенно твоя мать. Она так сильно за тебя переживает.       — Зачем вы мне это говорите? Хотите сыграть на моих слабостях?       — Что ты, — отозвался дядя. Он прекрасно знал, что мать — её уязвимое место. — Просто хочу, чтобы ты понимала, во что ввязываешься. И правила игры. Твой будущий муж не самая лучшая партия. Надеюсь, ты сделала это не из-за мести.       — Это предостережение?       — Нет. Всего лишь мнение. Я желаю счастья своей племяннице.       — Это так трогательно. Вот бы отец вёл меня к алтарю… — она намеренно растянула слова. — Хотя, тогда я бы вообще здесь не стояла.       Музыканты заиграли медленную мелодию. На репетиции с Ганом они не раз отрабатывали выход, и идти к алтарю с дядей в её планы не входило. Когда появился организатор, он вопросительно посмотрел на Рейко, затем на её спутника.       — Вы готовы?       — Да, — кивнула, расправляя плечи. Ногти впились в его предплечье.       — Отлично. Все ждут только вас.       Свадебный зал утопал в изысканной белизне с тонкими чёрными акцентами. Высокие колонны, задрапированные лёгким шёлком, отражались в зеркальных панелях, а хрустальные люстры рассыпали холодный свет.       Носок туфли коснулся дорожки в тот момент, когда Рейко вместе с дядей вышла из-за занавеса. По залу прокатились приветственные аплодисменты, зазвучали голоса гостей. Сделав первый шаг, она позволила длинному шлейфу платья потянуться за собой мягкими волнами. Опираясь на руку дяди и сохраняя прямую осанку, Рейко двинулась вдоль рядов изящных стульев. Взгляды цеплялись за неё с неприкрытым интересом. Казалось, они медленно снимают кожу слой за слоем, пытаясь добраться до того, что скрывалось внутри. Никогда прежде желание прикрыться не было таким острым.       Она заставила пальцы расслабиться и выровняла шаг. Ладонь дяди лежала на её руке уверенно, и это прикосновение раздражало куда сильнее чужого внимания. Музыка тянулась ровной нитью, приглушая шёпот гостей, но напряжение от этого становилось только плотнее.       Заметив впереди Гана, Рейко бросила на него острый взгляд. Он явно наслаждался происходящим. Хищник в безупречном образе не сводил с неё глаз, пока она приближалась к алтарю. Чёрный костюм сидел на нём идеально, подчёркивая резкость силуэта и широкие плечи. Очки скрывали шрам, но не могли спрятать эти демонические глаза, от которых по позвоночнику пробежал холод. Сердце на мгновение сбилось с ритма, а затем застучало быстрее.       С ледяной усмешкой дядя вложил её руку в ладонь Гана. Его кожа оказалась горячей и в резком контрасте с её ледяными пальцами неожиданно обожгла. Легонько подтолкнув Рейко вперёд, дядя отступил. Именно в этот момент ощущение невидимого поводка на шее стало невыносимым. Будто собственноручно подписала себе смертный приговор, даже не подозревая, что происходит за спиной.       Сцепив их пальцы, Ган развернул её лицом к себе. Зал затих в ожидании слов священника. Священника… Это даже было иронично, если вспомнить, кем они были и ради чего стояли здесь. Клятвы перед богом казались пустой формальностью, лишённой всякого смысла. Скорее, бог бы рассмеялся.       Рейко смотрела на Гана из-под густых ресниц, отмечая неестественную улыбку, в которой не было ни тепла, ни искренности. Он говорил медленно, специально выделяя каждое слово. Когда священник объявил их мужем и женой, он подался вперёд, одной рукой надавил на затылок и притянул к себе, вынуждая ответить на поцелуй. Горьковатый привкус сигарет остался на языке, когда он углубил поцелуй, делая его достаточно убедительным для окружающих. Рейко не отстранилась. Напротив, поддалась, прикрыла глаза и провела кончиком языка по его нижней губе, слегка прикусив её. Во рту тут же появился солоноватый привкус крови. По залу прокатились щелчки камер и восторженные голоса гостей. Кажется, кто-то восхищался ими особенно громко.       — Молодец, жена, — прошептал Ган на ухо, отрываясь от губ.       — Стараюсь, муж.       Ган протянул ей руку, и она без колебаний её приняла. Теперь они должны были идти рядом под взглядами десятков людей, каждый из которых пытался разглядеть в их лицах то, чего там никогда не было.       Они неторопливо перемещались по залу, принимали поздравления, поддерживали светские разговоры. Звон бокалов смешивался с приглушённой музыкой и голосами. Приближался первый свадебный танец.       Подхватив шлейф, Рейко встала напротив Гана, счастливо улыбнулась. Широкая ладонь легла ей на талию, властным движением он притянул Рейко к себе. Его пальцы едва задевали ряд пуговиц на спине, но этого прикосновения было достаточно, чтобы запустилась естественная реакция — страх. Рейко задержала дыхание, когда они сделали первый шаг. Ган вёл уверенно, изредка смотрел на неё, от хищной улыбки пробирала дрожь. Идеальный танец, идеальная пара. Счастливые молодожёны.       От каждого прикосновения внутри всё неприятно сжималось. И всё же Рейко продолжала держаться спокойно. Заставляла себя дышать ровно и смотреть на мужа так, как смотрит влюблённая женщина.       Танец завершился, Ган коснулся губами костяшек её пальцев и повёл к гостям. Рейко едва не сбилась с шага, заметив среди них Джеймса. Он лениво улыбнулся и отсалютовал бокалом. Мимолётный взгляд на Гана заставил напрячься сильнее — под кожей проступили желваки. Захотелось раствориться, исчезнуть, оказаться как можно дальше отсюда. Увидев среди гостей маму, Рейко всё же остановилась. Подняв глаза на Гана, попыталась уловить в нём хотя бы тень понимания. Он молча отпустил её, однако сам остался на месте, продолжая внимательно смотреть вслед.       Свою роль она играла безупречно. На мгновение Гану даже показалось, что Рейко и правда способна поверить в собственные чувства. Но стоило вспомнить их первый поцелуй и те сладкие улыбки, которыми она его одаривала, как желание сомкнуть пальцы на её тонкой шее начинало затмевать холодный разум.       Ган не терпел контроля над собой. Рано или поздно он всё равно подомнёт её под себя, заставит сбросить эту надменность и стать удобной женой, которая не будет отсвечивать. Взяв с подноса бокал шампанского, он сунул свободную руку в карман и сделал глоток. Внутри медленно нарастало раздражение, смешанное с навязчивым желанием закурить.       Не желая дольше оставаться среди гостей, Ган покинул зал и вышел на балкон. Шум города встретил приглушённым гулом улиц, далёкими сигналами машин и прохладным вечерним воздухом. Здесь музыка и голоса наконец звучали тише, позволяя хотя бы ненадолго остаться наедине с собственными мыслями.       — Ох, вот ты где! — радостный голос Гу раздался почти над самым ухом, когда тот вышел на балкон следом за ним. В этот момент Гану особенно сильно захотелось врезать ему.              — Ты меня преследуешь? — сухо бросил он, даже не оборачиваясь. Облокотившись на металлический поручень, вытащил сигарету и щёлкнул зажигалкой. В темноте вспыхнул огонёк, на мгновение выхватив резкие черты лица. Ган затянулся, позволяя дыму обжечь лёгкие, и только после этого перевёл взгляд на ночной город внизу. Гу встал рядом.              — Я всё ждал, когда вы наконец подойдёте ко мне, — с наигранной обидой протянул Гу. — Но так и не дождался. А я ведь хотел поздравить вас лично.       — Не с чем поздравлять.       — Да брось. Идеальный фарс. Мне понравилось.       — Рад, что ты оценил.       Гу усмехнулся и расслабленно опёрся бёдрами о балюстраду, повернув голову к другу.       — Не знал, что Джеймс тоже придёт. Ты его приглашал?       — Нет. — Ган шумно выдохнул дым вместе с ответом. Он прекрасно понимал, зачем Джеймс здесь появился. Наверняка Рейко уже успела предложить ему что-то взамен. Информацию. Сделку. Или сразу всё вместе. Ему нужно было узнать, что конкретно она ему предложила.       — Он подходил к твоей жене, — как бы между прочим продолжил Гу. — Они довольно мило беседовали. Даже не знал, что они знакомы.       На несколько секунд повисла тишина. Только ветер трепал полы пиджаков, а внизу продолжал шуметь ночной город. Ган сделал очередную затяжку. Бесило то, что Рейко начала показывать зубы. И делала это на зло ему. Не в их общих интересах. Глупая женщина. Какая-то часть сознания упрямо возвращалась к мысли, что её выходка с Джеймсом задела куда сильнее, чем должна была.       — Кстати, — лениво протянул Гу, нарушая затянувшееся молчание. — Она действительно неплохо выглядит. Я оценил по достоинству.       Пальцы Гана замерли с сигаретой у губ.              — Осторожнее с языком, — спокойно произнёс он, но в голосе появилась едва уловимая сталь. Гу только усмехнулся шире, подметив явную перемену в настроении друга.       — Да ладно тебе. Не думал, что ты настолько быстро войдёшь в роль ревнивого мужа.       — Ревность здесь ни при чём.       — Конечно, конечно, — с откровенной насмешкой протянул Гу. — Тогда почему у тебя сейчас такой вид, будто ты всерьёз размышляешь, с какой высоты будет проще меня сбросить?       — Очень хочется. Но не из-за жены. — Ган стряхнул пепел за перила и выбросил окурок. Гу прыснул со смеху и поднял руки в притворной капитуляции.       — Ладно, расслабься. Это уже ваши семейные разборки. Я туда лезть не собираюсь.       — Какая заботливость.       — Я сегодня вообще сама деликатность. Просто наблюдатель со стороны. — Он склонил голову набок, на секунду задумчиво разглядывая Гана. — Хотя должен признать, вы смотритесь идеально. Я почти поверил, что между вами что-то есть.       Ган ничего не ответил и повернул голову на звук открывающейся двери. На балкон вышел Джеймс.       — О, какие люди, — тут же оживился Гу. Оттолкнувшись от балюстрады, протянул Джеймсу руку для приветствия. Тот пожал её, скользнув взглядом по обоим.              У Джеймса была одна раздражающая привычка: лезть туда, куда его не просят. Когда-то они работали ради одной цели. Чарльз восхищался им и доверял куда больше, чем следовало. Но всё изменилось в тот момент, когда Джеймс решил идти собственным путём. С тех пор он всё чаще вставлял палки в колёса, преследуя исключительно собственную выгоду. Джеймс всегда рвался наверх, не задумываясь о том, по чьим головам придётся пойти ради этого.       — Не помешал?       — Я как раз хотел уходить. — отозвался Гу и сразу же исчез за дверью, без особого желания оставаться с ними.       — Отличный вечер, — заметил Джеймс, облокачиваясь на перила рядом. Ган не собирался изображать радушного хозяина или поддерживать вежливую беседу. Их никогда не связывали дружеские отношения.       — Зачем пришёл?       — Поздравить тебя с браком. Отличная партия. — Он кивнул в сторону зала. Проследив за его взглядом, в стекле балконной двери Ган увидел Рейко, уже танцующую с Гу.       — Тебя никогда не интересовало подобное, так с чего ты решил поздравить меня?       — Разве я не могу просто порадоваться за старого знакомого?       — Сомнительное удовольствие, — Ган выпрямился и подошёл вплотную к Джеймсу. Посмотрел поверх его головы, вглядываясь в ночное небо. — Тебе не стоит крутиться вокруг моей жены.       — Угроза?       — Нет, — Ган равнодушно пожал плечами. — Но не думай, что я не знаю о том, что было между вами.