Там, где я стала собой

Прошло несколько дней после пробуждения. Постепенно академия перестала смотреть на неё так, словно она вот-вот взорвётся. Учителя вернулись к урокам, ученики — к своим делам, а Рио наконец получила возможность спокойно привыкнуть к собственному новому телу. Хотя слово «спокойно» тут подходило с большой натяжкой. Она стояла посреди комнаты Ветхого общежития и смотрела на шкаф. Точнее, не на сам шкаф. На маленькую пылинку на его дверце. Очень маленькую пылинку. Настолько маленькую, что раньше она бы даже не заметила её существования. — Грим. — М-м? Кот лениво перевернулся на кровати. — Я вижу пылинку. — Поздравляю. — На шкафу. — Ещё лучше. — Мы стоим на разных концах комнаты. Грим несколько секунд молчал. Потом поднял голову. Посмотрел на шкаф. Посмотрел на Рио. Снова на шкаф. — Жутко. — Вот и я о том же. Рио поправила очки по привычке. Замерла. И только потом вспомнила, что очки ей больше не нужны. Странное ощущение. Словно всю жизнь таскал тяжёлый рюкзак, а потом внезапно снял его и всё ещё пытаешься поправить лямки, которых больше нет. Она медленно улыбнулась. Из всех последствий зелья именно это нравилось ей больше всего. Даже больше новых волос. Хотя волосы тоже были красивыми. Прошло ещё несколько дней. Жизнь в академии постепенно возвращалась в привычное русло. Ну, насколько слово «привычное» вообще можно было применять к месту, где говорящий кот считался обычным явлением, а ожившая мебель — происшествием средней важности. Рио старалась не задумываться о произошедшем. Получалось плохо. Слишком многое изменилось за одну неделю. Каждое утро начиналось одинаково. Она просыпалась. Смотрела в потолок. Потом машинально тянулась за очками. Не находила их. Вспоминала, что они больше не нужны. Радовалась. И только потом вспоминала про хвост. После чего радость становилась чуть менее радостной. — Нельзя получить всё сразу, — философски сказала она однажды своему отражению. Отражение выглядело слишком довольным жизнью и совершенно не собиралось ей сочувствовать. Чёрные волосы с фиолетовым отливом ей, если честно, нравились. Глаза тоже. Даже уши фейри выглядели довольно красиво. А вот волчьи уши... С волчьими ушами отношения были сложнее. Особенно потому, что они жили собственной жизнью. Когда она злилась — прижимались. Когда удивлялась — поднимались. Когда смущалась... Нет. Об этом она предпочитала не думать. — Я начинаю понимать зверолюдей, — пробормотала Рио. — Поздравляю, — отозвался Грим, жуя что-то подозрительное. — Ты опять украл еду? — Я нашёл её. — На чужой тарелке? — Детали. Рио тяжело вздохнула. Некоторые вещи никогда не меняются. И это почему-то успокаивало. --- Первые странности она заметила не сразу. Наверное, потому что после всего пережитого её порог удивления стал слишком высоким. Сначала это был фонарь. Потом ветер. Потом книги. Мелочи. Случайности. Совпадения. Именно так она себе и говорила. До определённого момента. Всё изменилось на уроке алхимии. Точнее... После урока алхимии. Потому что виноват, как обычно, был Эйс. — Это был несчастный случай! — Ты опрокинул на меня реактив. — Случайно! — Ты смеялся, пока это делал! — Потому что это было смешно! — ЭЙС! — Что?! Рио резко обернулась. И в тот же момент где-то за спиной раздался грохот. Оба замерли. Медленно повернули головы. Шкаф у дальней стены распахнулся сам по себе. Затем захлопнулся. Потом снова открылся. Потом снова закрылся. В кабинете повисла тишина. — ... — ... — Это нормально? — осторожно спросил Дьюс. — Очень надеюсь, что нет, — честно ответила Рио. Шкаф ещё раз громко хлопнул дверцей. Словно поддерживая разговор. --- После этого случая она начала замечать закономерность. Странности происходили рядом с ней. Всегда рядом. И почти всегда после сильных эмоций. Когда она злилась. Когда волновалась. Когда чего-то пугалась. Будто окружающий мир вдруг начинал реагировать вместе с ней. От этой мысли становилось неуютно. Очень неуютно. --- Особенно по ночам. Сны становились всё ярче. Лес. Туман. Лунный свет. Высокие деревья. Шёпот. Каждый раз одно и то же место. Каждый раз один и тот же голос. Он что-то говорил. Звал её. Пытался до неё достучаться. Но слова ускользали прежде, чем она успевала их разобрать. Однажды ей показалось, что впереди мелькнула чья-то фигура. Высокая. С крыльями. Или плащом. Она так и не поняла. Потому что в этот момент проснулась. Резко сев на кровати. Сердце бешено колотилось. Хвост нервно дёргался из стороны в сторону. За окном только начинал заниматься рассвет. — Мне это не нравится, — тихо призналась она темноте. Темнота не ответила. Что было даже обидно. --- Первым что-то заподозрил Лилия. И это совершенно не удивило Рио. Иногда ей казалось, что Лилия замечает всё. Даже то, чего замечать не должен. Однажды вечером они столкнулись возле Ветхого общежития. Точнее, Рио столкнулась. А Лилия каким-то образом уже сидел на крыше ближайшей беседки. Она до сих пор не понимала, как он постоянно оказывается в самых неожиданных местах. — Добрый вечер. — И тебе. Лилия спрыгнул на землю. Посмотрел на неё. Затем ещё раз. Немного внимательнее. Слишком внимательно. Рио сразу насторожилась. — Что? — Ничего. — Врёшь. — Немного. — Что ты заметил? На несколько секунд воцарилась тишина. Лилия неожиданно улыбнулся. Но улыбка получилась какой-то странной. Задумчивой. — Скажем так... вокруг тебя стало больше магии. Рио моргнула. — Что значит «вокруг меня»? — Именно то и значит. — Это вообще не объяснение. — Знаю. — Лилия. — Да? — Мне страшно. — Мне тоже немного интересно. — Это ещё хуже! Лилия тихо рассмеялся. Но ответа так и не дал. А Рио ещё долго смотрела ему вслед, ощущая неприятное чувство где-то внутри. Потому что впервые за всё время ей показалось, что происходит нечто большее, чем просто побочный эффект неудачного зелья. И что самое неприятное... Она совершенно не понимала, что именно.