Не спрашивай. Никому не говори.

15

Меня разбудил стук — сначала в дверь, потом в окно. Я нехотя выбралась из кровати. Грима уже не было: обычно он будил меня по утрам поцелуями. За дверью стоял Эдди, пьяный в стельку. — А ты чего Винса везде заблокала? — Что? В смысле? — Ну, он везде тобой заблокирован, — пожал плечами Эдди и, покачиваясь, облокотился на колонну. — Ди дома? — Не знаю, наверное… Мне его позвать? — Да не, — он махнул рукой и поплёлся вниз по ступенькам. — Хотя… передай ему, что у меня ВИЧ. Пусть проверится. — Что?.. — я выдохнула, но Эдди уже не ответил. Медленно, шатаясь, он пошёл по тропинке через лес. Шикарные новости с утра. Я, кажется, наконец поняла, куда пропадал Ди. Внутри что-то оборвалось. Он… изменял Данте? Или у них это было оговорено?.. Но ведь Данте, похоже, любит его по-настоящему. А потом пришла единственная правильная мысль: нужно поехать с ним и сдать анализы. Всё остальное — потом. Я закрылась в ванной, пытаясь привести в порядок себя и мысли. Как он отреагирует на подобную новость? Как об этом сказать? Захочет ли он поехать? Стоп. А какого чёрта вообще Эдди свалил эту проблему на меня?! Нужно умыться. И … о точно новая маска, я ведь хотела сделать новую маску для лица. Голова будто плохо промыта … и наверное стоит… Я сидела на кровати и в сотый раз думала, что сказать и как сказать. Когда к дому подъехала машина. Ну конечно, вернулись Данте с Принцем. В следующее мгновенье сквозь комнату пронёсся Грим, не сказав мне ни слова, выскочил на улицу. Я пошла за ним и, выходя, заметила, как в комнату вошёл Ди. Из машины вышел безумно злой Данте. Он преодолел расстояние между нами за долю секунды. — Как ты могла так поступить со мной?! Я не поняла, ко мне ли обращается Данте, и обернулась на ступеньки — там застыл Ди, вцепившись в поручень. — Я? — спросила я у Данте. — Ты, блин, стала частью семьи! Я рыдал и рассказывал тебе, как люблю его! А вы трахались у меня за спиной… какого хрена, Карма?! — он стоял впритык и буквально кричал мне это в лицо. Я снова обернулась на Ди. Я-то уже знала, с кем он изменял, непонятно только, почему Данте решил, что это могла быть я… — Ди?.. — кажется, мой голос уже дрожал. — Ну хоть что-нибудь скажи в своё оправдание! — снова заорал мне в лицо Данте. К нам двинулся Принц. А я истерически хихикнула. Казалось, я смотрю на весь этот цирк со стороны. Мои губы сами растянулись в торжествующей, гадкой улыбке. — И всё-таки, я Карма, — я рассмеялась. — Вау! Ты язык проглотил, Ди? А нет, знаешь, лучше я! — прокричала я и снова истерически рассмеялась. Принц подошёл ко мне и потянулся приобнять, но я отстранилась. — Я думала сказать это наедине, но знаете что, я ведь Карма, а Карма сделала бы это вот так! Поздравляю! У тебя, возможно, ВИЧ Ди! И у тебя, — я указала на Данте, — раз уж он успел на неделе к тебе заскочить. Потому что у Эдди ВИЧ! Удачи, придурки! После этих слов Ди сорвался и забежал в дом, за ним понёсся Данте. Мне никто и слова не сказал. Я едва сдерживала слёзы. Опустилась на ступеньки и уткнулась головой в колени. Рядом тихо сел Принц. — Они такие безмозглые, — на выдохе произнёс он. Я подняла голову и тут же повернула её на звук звонкого девичьего смеха. Смеялась длинноволосая блондинка, которую кружил в объятиях… Грим? — Это типа девушка Грима, — хмыкнул Принц, проследив за моим взглядом. Я повернула голову к нему. — Его… девушка? — Мгу, они типа с детства вместе, но она учится на дому. — С детства? — Он не рассказывал? Я только смогла помотать головой. Грудную клетку будто чем-то сдавило, казалось, что воздуха вокруг резко стало непозволительно мало. Я ещё раз посмотрела в сторону теперь уже целующихся Грима и девушки. Не знаю, где я взяла силы встать со ступенек и войти в дом. Как только я закрыла за собой дверь в гардеробную, меня начало трясти. Это была самая настоящая истерика. Не помню, как на полу оказались чемоданы — я никогда ещё так быстро не собирала свои вещи. Я умывалась, наверное, уже двадцатый раз подряд, пытаясь смыть красные пятна, которые покрыли мое лицо от истерики, когда услышала голос Грима в комнате. — Карма? Ты будешь ужинать с нами? Его голос был таким спокойным и обычным — это буквально раздирало меня изнутри. — Ужинать? — крикнула я и вышла к нему. — Нам нужно поговорить! Пошли, мне нужен воздух! Я вылетела из дома и остановилась у ближайшего дерева, опершись о него. Я была снова на грани истерики, но уже не слезной — я была готова прикончить его. Ведь ни единого объяснения я не получила. — Ты не хочешь рассказать мне про свою девушку? — спросила я, не оборачиваясь к нему. — Ты что, злишься на меня? — в его голосе слышалось недоумение, от чего мне буквально срывало крышу. — Она моя первая любовь. С ней я могу быть собой, понимаешь? Без таблеток. Она знает меня таким, какой я есть. Он хмыкнул и пнул ногой ветку. — Знаешь, я хотя бы могу быть любимым с ней… — Но ты… А он только махнул рукой и быстро зашагал обратно к дому. Слова застряли в горле. Из тела будто в одночасье выкачали весь воздух — я не могла вспомнить, как сделать вдох. Хлопнула дверь дома, и я наконец-то пришла в себя. По щекам потекли слёзы. И я бросилась в лес. Бежала так быстро, как могла, холодный воздух больно резал горло. Хотелось вернуться и закричать ему в лицо: Ты не дал мне узнать себя настоящего! Ты не разрешал говорить про таблетки, которые пьешь! Я влюблена в тебя! Безумно влюблена! Как малолетняя дура, летающая в облаках! Как же больно. Больно. Больно. Больно. Холодный воздух всё-таки остановил меня в какой-то момент. Я задыхалась от слёз. «Нужно свалить отсюда» — единственное, что кружилось в мыслях. Не помню, как шла обратно к дому, и не помню, как собирала остатки вещей. Только когда поняла, что говорить с кем-то из дома не хочу, я потянулась за телефоном. Винс. Он единственный, кому можно позвонить сейчас. Стоп. Что там Эдди говорил о том, что я его заблокировала?.. Так и оказалось — во всех мессенджерах и соцсетях он был заблокирован… очевидно, не мной. Но как ни странно, его номер заблокирован не был. Он ответил после первого же гудка. — Карма? — Привет, — прошептала я и снова захлебнулась в слезах. — Ты плачешь? Что случилось? Ты… — Не спрашивай, — я покачала головой и попыталась собрать слова в своей голове в предложение. — Ты мог бы… мог бы забрать меня сейчас?.. — Да, я сейчас выеду. Ты?.. — Я расскажу тебе, когда мы увидимся. Спасибо. Никто не заглянул в мою комнату, хотя я уверена — все слышали шум и колёсики чемоданов, которые я прокатывала по полу. Винс обнял меня и усадил в машину без слов. Загрузил чемоданы и заговорил только, когда мы остановились на заправке. — Ты хочешь кофе? — Да, было бы неплохо, — сиплым голосом прошептала я. Мы проговорили всю ночь — в машине, на заправке. Я рассказала ему всё. Всё, что было моей правдой. Выплакала все слезы, которые только были. Он молча слушал меня, периодически крепче сжимая мою руку. Усталость брала своё, и я начинала засыпать, когда он предложил взять еще кофе и поехать к нему домой. Я, кажется, уже была готова забыть всё, как страшный сон, если бы карма не была такой коварной сукой. Как только мы вышли с новой порцией кофе, на заправку подъехали две машины. Уже светало, но туман сильно усложнял видимость. Из одной вышли Принц и Ди. Ди обошёл машину и достал сигареты, а Принц направился к заправке. Очевидно, нас с Винсом никто не заметил — мы припарковались в стороне, на стоянке. Из второй машины выскочила та самая блондинка. Она хихикала и кружилась вокруг Грима. — Это она? — кивнул в их сторону Винс. — Угу. — Ты…? — Ненавижу его, — прошептала я. — Надеюсь, карма его догонит… Слезы снова подступили к глазам. Кофе больно обжег язык, и на глазах выступили слезы. Конечно, от обжигающего кофе. От чего же ещё… Секунду спустя я услышала визг шин. Эта картинка теперь всегда будет мелькать у меня в голове: блондинистые волосы были рассыпаны по асфальту, недалеко от них неподвижно лежал Грим. Я помню, как потемнело в глазах, помню боль от удара головой. Очнулась я уже в больнице. Они задавали слишком много вопросов, а я могла только мямлить и забывать собственную фамилию. Во второй раз меня разбудил Винс. И я резко сорвалась с кровати. — Эй, тише, тише, Карма! — Живой? Он живой? — Да… но только он. В голове звенело, и от резких движений начинало мутить. Очевидно, я потеряла сознание, и, понятное дело, меня никто не успел подхватить. — Послушай, Карма. Я разбудил тебя, потому что через три часа тут будет Чед. Ему позвонили, он указан в страховке… — Что? Три часа? Какие три часа?! Он… (В тот самый момент я кое-что осознала. Но сначала я отдам вам последнюю капельку боли.) — Я могу уйти отсюда? — Да, у тебя лёгкое сотрясение. Капельницу с успокоительным сняли минут пятнадцать назад. Я затаила дыхание, обдумывая, что делать теперь. — Они все ждут тебя, — Винс махнул на дверь из палаты. — Ему сейчас очень сложно. — Оооо, правда! А мне было не сложно, когда он поступил так со мной? Я… — Слушай, у меня есть план. Я еду в универ сдавать некоторые работы завтра. Ты можешь поехать со мной. А сейчас — пойди попрощайся с ними, а я подожду тебя в машине. Согласна? — Мгу… да, хорошая идея. Спасибо. Спасибо большое, Винс. Я вошла в палату Грима. Ребята наперебой пытались мне что-то сказать, но я молча закрыла перед ними двери. Грим приподнялся на локтях и уставился на меня. Ему достались только ссадины и ушибы. Глаза были красными, наверное, от слез. Как только он набрал воздуха, чтобы что-то сказать, я его опередила. — Нет. Я не дам тебе ничего сказать. Так, как ты поступил со мной, — хмыкнула я. Спустя время я, конечно, задумалась о том, как он чувствовал себя в тот момент. Он только что потерял свою первую любовь. Но тогда я была Кармой, которую предали. И я возвращала должок, пытаясь уколоть побольнее. — Но мне нужно… — Тебе нужно повзрослеть! — перебила его я. Открыла дверь палаты, за которой стояли все остальные, и остановилась в дверном проеме. — Всем вам… всем вам нужно повзрослеть. И научиться думать о чувствах других. Я так много хотела им сказать, но подступающий к горлу комок заставил промолчать. — Удачи, ребят. Я быстрым шагом двинулась к выходу. Уже на улице меня догнали Мери и Принц. — Карма, можно будет тебе написать? — тихо спросила Мери со слезами на глазах. — Да, — выдохнула я, надеясь, что выгляжу не так же, как она. — Мы любим тебя, Карма, — прошептал Принц и сгреб меня в объятья. К нам тут же присоединилась уже плачущая Мери. — Знаю… я тоже вас люблю…