Интересный человек

На пятый день Джон Дейви Харис окончательно смирился со своей участью. Он больше не искал парус на горизонте и не прислушивался к шуму волн в надежде услышать человеческие голоса. Он просто выживал. Плохо, неуклюже, но выживал. Он сидел на корточках у самой кромки воды, пытаясь соорудить подобие удочки из гибкой ветки и сплетённой из растительных волокон лески. На крючок он нацепил червяка, выкопанного во влажной земле, и с надеждой закинул снасть в бирюзовую воду. Вода была кристально чистой. Он видел дно, видел стайки мелкой рыбёшки, видел кораллы... и не видел ни одной крупной рыбы, которая могла бы стать его обедом. Прошёл час. Два. Солнце нещадно палило, и Джон, уже порядком уставший, даже не заметил, как начал клевать носом. Он уснул, сидя на валуне. Лололошка вынырнул из воды бесшумно, как тень. Его тёмно-синий хвост переливался на солнце, словно драгоценный сапфир, а мокрые волосы прилипли к лицу. Он смотрел на спящего человека и чувствовал, как что-то тёплое разливается в груди. Его лицо было таким уставшим, таким беззащитным во сне. Ло протянул руку и почти коснулся щеки Джона, но вовремя отдёрнул её, словно обжёгся. Он нырнул обратно и через минуту вернулся с крупным тунцом, зажатым в зубах. Аккуратно, стараясь не шуметь, он положил рыбу прямо на камень рядом с Джоном, а затем снова скрылся в воде, уплыв к большому валуну, за которым любил прятаться. Джон проснулся от того, что почувствовал запах сырой рыбы. Он моргнул, не веря своим глазам. Тунец лежал рядом с ним, всё ещё блестя свежей чешуёй. — Да что за... — прошептал он, оглядываясь по сторонам. Но вокруг никого не было. Только море, пальмы и крики чаек. Джон встал, снял рубашку и, подойдя к воде, начал умываться. Он был осторожен, но в его движениях чувствовалась усталость и смирение. Ло смотрел на него из-за камня, едва дыша. Ему хотелось познакомиться. Хотелось подплыть ближе, коснуться, заговорить. Но Джон не был готов. Он бы испугался, убежал, подумал, что это дьявольское наваждение. Ло понимал это. Он поплыл обратно к своей пещере, где в тайном углублении хранилось его ожерелье — тонкая серебряная цепочка с голубоватым камнем, которая позволяла ему принимать человеческий облик. Он ещё подождёт. Он дождётся момента, когда сможет подойти к нему, не напугав его. Он подождёт, пока его любопытство не превратится в нечто большее, а страх — в доверие. Но он знал: этот человек не уйдёт. Он никуда не уплывёт. И Лололошка сделает всё, чтобы тот остался. На следующий день Джон решил исследовать остров. Ему надоело сидеть на одном месте, и он отправился вглубь джунглей, надеясь найти воду или хотя бы кокосы. Ло, приняв человеческий облик, последовал за ним, но держался на расстоянии. Он чувствовал себя странно в этой одежде — лёгкая белая кофта, темные шорты и тонкий голубая сетка шарфа, обвязанная вокруг талии. Он почти забыл, как ходить на двух ногах, и двигался неуклюже, то и дело цепляясь за корни и ветки. Джон шёл медленно, иногда останавливаясь и прислушиваясь. Ему казалось, что за ним кто-то следит. Он оборачивался, но никого не видел. — Чёрт, — выдохнул он, утирая пот со лба. — Я теряю рассудок. Ло замер за деревом, затаив дыхание. Он видел, как Джон провёл рукой по лицу, и ему захотелось подойти. Прямо сейчас. Сказать: «Привет. Я здесь. Я всё это время был рядом». Но он не мог. Голос в человеческом теле давался ему с трудом, и каждое слово словно царапало горло. Вместо этого он шагнул вперёд, намеренно хрустнув веткой. Джон резко обернулся. — Кто здесь?! — крикнул он, выхватывая импровизированный нож из обточенного камня. Ло вышел из-за дерева. Его глаза были широко раскрыты, а руки подняты в жесте, означающем «я не враг». Он смотрел на Джона и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. Джон замер, разглядывая незнакомца. Молодой парень, почти мальчишка, с мягкими чертами лица, странной одеждой и... отсутствием какой-либо обуви. — Ты... кто ты? — спросил Джон, не опуская ножа. Ло попытался заговорить, но из его рта вырвался лишь хриплый, сдавленный звук. Он сглотнул и попробовал снова. — Я... Ло, — выдавил он, и каждое слово далось ему с болью. — Я... живу здесь. Джон прищурился. Он не доверял незнакомцам. Пиратская жизнь научила его, что доверие — это роскошь, которую нельзя себе позволить. Но в этом парне было что-то странное. Что-то нездешнее. — Как ты здесь оказался? — спросил Джон. — Ты... — Ло запнулся, подбирая слова. — Ты мне... интересен. Джон нахмурился. — Я тебе интересен? Что за чушь? Ло не знал, что ответить. Он просто стоял, смотрел на Джона и чувствовал, как тот же самый тёплый свет, что и раньше, разгорается в его груди. — Еда, — вдруг сказал он, указав рукой в сторону берега. — Я... даю тебе еду. Джон замер. Его глаза расширились, и он медленно опустил нож. — Это ты? — спросил он хрипло. — Ты оставлял мне рыбу? Ло кивнул. Он хотел улыбнуться, но его лицо всё ещё было напряжённым. — Я хочу, чтобы ты... остался, — произнёс он, и в его голосе послышалась странная, почти детская мольба. — Я хочу... смотреть на тебя. Джон не знал, что на это ответить. Он смотрел на странного юношу и понимал, что тот не врёт. В его глазах не было ни злобы, ни коварства. Только чистое, почти неземное любопытство. — Ладно, — выдохнул Джон, убирая нож. — Ладно, парень. Но если ты меня обманешь... я убью тебя. Ясно? Ло улыбнулся. Улыбка была робкой, но искренней. — Ясно, — повторил он, пробуя слово на вкус. — Ясно.