Стражи Завесы

«Если бы мне платили каждый раз, когда я замечал, что люди пытаются что-то скрыть… Думаю мой капитал бы уже превзошел все финансы моей семьи. Наверное каждой семьи Основателей. Есть много вещей, которые тут предпочитают скрывать. Проблема в том, что однажды всё равно находится кто-то, кто произносит вслух неудобную правду.»

— Отрывок из дневника Теодора Нотт

      Бал лицемерия продолжался. После ухода Маркуса не прошло и получала. Сплетни уже облетели весь бальный зал. Гости танцевали, смеялись, поднимали бокалы, вот только Аннабель теперь замечала, как часто люди замолкают, когда она проходит мимо. И как быстро начинают шептаться у нее за спиной. Чаще это были старшие. Подростки не такие уж деликатные… Пробираясь через зал до главной лестницы она то и дело слышала обрывки фраз с разных сторон. — Так кто всё-таки разорвал помолвку? — Говорят, Аннабель. — Не верю. — Почему? — Морвейн завел новую девушку через неделю! Мне кажется он просто ее бросил — Не думаю, что Дафна стала бы уводить парня у подруги. — А у Аннабель вообще есть подруги? С другой стороны слышались детали другого разговора: — В любом случае семья Дэвис переживёт это, многие бы хотели с ними породниться — Вот только мало кто хочет иметь дело с ведьмой крови       Аннабель постаралась абстрагироваться… Делала вид, что не слышит, даже улыбнулась одному из мимо прошедших Архивариусов. Она невольно мотнула головой, забирая с парящего мимо нее подноса бокал шампанского. Когда услышала то самое, что было ожидаемо. Но всегда неприятно — Аннабель Элиза Дэвис! — Мама… — обреченно отозвалась брюнетка, едва прикрыв глаза. Зная что бывает, когда ее зовут полным именем.       Иззабель сразу заметила на вершине лестницы, что вела к одному из выходов женщину, в строгом темно-синем платье. Удивительно, но Аннабель с Ребеккой даже цвет платья выбрали одинаковый. Иззабель успела хмыкнуть себе под нос от этой детали, когда услышала голос матери еще за несколько шагов — Ооо, начинается — Иззабель Эвелин Дэвис! Тебя это тоже касается! Вы хоть представляете, что натворили?! — не смотря на сдержанный тон, в каждой интонации женщины уже считывалось недовольство, гнев и как всегда разочарование. — Расторгнула помолвку без согласия семьи, дала повод сплетням… — Эта помолвка итак была обречена — Аннабель еле удержалась от того, чтобы закатить глаза — Это не тебе решать! — оборвала ее Ребекка и тут же указала пальцем на вторую дочь — А ты! — Что я? — со вздохом отвечает Иззабель — Что за представление?! Ты устроила публичный скандал! — Он заслужил… — Меня это не волнует! Вы должны думать в первую очередь о репутации семьи, а вы ведете себя как дети! — Мы решили проблему — Иззабель даже не дали закончить — Вы создали новые! Думаешь после сегодняшнего вечера будет проще найти для тебя достойный союз? — Началось… — Иззабель в отличие от сестры не сдерживалась и закатила глаза. — Не впутывай ее в это! — Впервые за весь вечер Аннабель перечит матери. — А как быть, когда ты уже разрушила сильный альянс! — Теперь ты и меня решила продать как актив? — Резко вмешивается Иззабель. Браки и союзы то, чего она боялась и всячески избегала. — Хватит! Я решу это! С Иззабель ты так не поступишь! — голос Аннабель слегка дрогнул, но это заметила лишь она сама — Ну уж нет! Вы сами уже достаточно нарешали… — Женщина нервно потерла вески, пытаясь унять головную боль — Как ты не понимаешь, что семья Морвейн была идеальна для нас — Для тебя! — Аннабель повысила голос, что некоторые обернулись на нее, но она даже не заметила — Для вас обеих! — Признай уже это! — Аннабель… — Нет! Хватит делать вид, что дело в силе союза с домом Морвейн! Ты просто боишься, что другого такого союза для меня не будет! — Это не так… — Дело в том, что кроме Дерека, вряд ли кто-то захочет связывать себя с ведьмой крови! — Девушка не стала ждать, пока мать найдет, что ответить. Она удалилась вверх по лестнице так же быстро, как высказала то, о чем молчали годами. Ребекка замерла буквально на мгновение, словно земля на секунду ушла из-под ног. Но тут же взяла себя в руки, глубоко вздохнув. Прежде чем перевела взгляд на вторую дочь, которая лишь усмехнулась — Довольна? Она всю жизнь из кожи вон лезла, чтобы ты гордилась хотя бы одной дочерью! Чтобы меньше давила на меня… Но тебе всегда мало!       Аннабель не слышала уже ничего, Каблуки гулко стучали по каменным ступеням. За спиной ещё звучала музыка. Она даже не заметила как прошла лестницу и уже шла по старому каменному коридору. Как только сознание вернулось, она сразу поняла, что Иззабель шла следом. Поняла по четкому стуку каблуков за спиной, сбившемуся дыханию, звону ее золотых браслетов и по упрямству, которое они делили на двоих с самого рождения. — Анна! Аннабель даже не оборачивается. — Возвращайся обратно! — Нет. — Иззи, пожалуйста. — Аннабель нервно вынула шпильку из волос, которая держала верхние пряди в легкой прическе, когда сестра все же догнала ее и остановила ту за руку — Ты опять делаешь это. — Что именно? — Будто это только твоя проблема. — Потому что дело во мне — Нет. Она уже начала говорить про союзы для меня. — Я не позволю. — Аннабель наконец смотрит прямо на сестру и та замечает как покраснели ее глаза. Вот только не может понять, от злости или от подступающих слез. Иззабель уже и не помнит, когда последний раз видела, чтобы сестра плакала. — Анна… — Нет! Ты помнишь, я обещала… что с тобой не будет так же! Ты не выйдешь замуж ради политики. — Аннабель наконец позволила себе немного успокоиться. Облокотившись о холодную каменную стену, девушка вздохнула полной грудью, наверное впервые за последние пару часов. — Ты не можешь решить это сама. — Я думала все под контролем… Меня все устраивало… Потому что тогда они бы оставили тебя в покое.       Иззабель опустила взгляд в пол. Ей просто не нашлось, что на это ответить. Девушка не любила такие ситуации, потому что обычно отвечала даже тогда, когда этого не требовалось. В этой тишине можно было расслышать даже бешеный ритм сердца одной из сестер. — Прости… — Все что она смогла произнести почти полушепотом — За что? — За то, что тебе пришлось разгребать и за меня. — Я же старше… — с улыбкой произносит Аннабель и получает толчок в бок — Всего на 6 минут! — После всего в этот долгий вечер, такой легкий и беззаботный смех девушек, в каменном коридоре казался чем-то не естественным. — Возвращайся… балы это твое — А ты? — Мне нужно подышать… — Не пропадай — Конечно… не переживай       Аннабель дождалась, пока звук каблуков Иззабель окончательно растворится в коридорах Академии. Лишь тогда позволила улыбке исчезнуть с лица. Всё, что она так старательно держала под контролем последние часы, вернулось разом. Сплетни. Слова матери. Собственная глупая надежда, что расторгнуть помолвку будет проще. Девушка медленно подняла трясущуюся руку, которую прятала в за юбкой платья. Дыхание сбилось, когда она заметила алые вспышки на кончиках пальцев.       Холодный ночной воздух приманил девушку магнитом. Она выбежала на балкон, тяжело дыша, словно ей не хватало этого самого воздуха. Аннабель подняла обе руки, пальцы все еще дрожали. На указательном пальце вспышка алого потухла так же быстро как появилась. Она тряхнула обеими руками и выдохнула через рот. Обычно ей хватало пары секунд, чтобы взять себя в руки. Но только не в этот раз… В следующее мгновение все пальцы загорелись алым. Девушка сжала кулаки и ударила ими по каменным перилам. — Черт! — Она ощущала, что такой подход ей явно не поможет. «Давай соберись» шептала она себе под нос, когда прижала ладони к груди, в попытках успокоить бешено колотящиеся сердце. — Обычно люди сначала здороваются…       Аннабель вздрогнула… Резко обернулась. Лишь теперь заметив фигуру в дальнем углу балкона. Теодор Дамбар сидел на каменных перилах так спокойно, словно был частью архитектуры Академии. Одна нога свисала вниз, другая согнута в колене. В руках бокал с виски, уже пустой на половину. На лице привычное раздражающе спокойное выражение. Аннабель мгновенно спрятала руки за спину. Но поняла что слишком поздно. По его взгляду было понятно, что он видел. Конечно видел. Это же Дамбар. — Как давно ты здесь? — Зависит от того, какой ответ тебя расстроит меньше. — Дамбар! — Достаточно давно. Аннабель устало прикрыла глаза. — Никому не говори. — Даже не поприветствуешь меня? — Заткнись а… — Она повернулась обратно, сосредоточив свой взгляд на фонтан в саду, который прекрасно был виден от сюда. — Вот теперь узнаю тебя. — Ты видел? — Если ты про светящиеся пальчики, то да! — Он усмехнулся, спрыгнув с перила и подошел ближе к девушке. Так же облокотился о холодный камень, устремив свой взгляд на тот же фонтан. — Это не твоё дело. — Справедливости ради, ты сама превратила это в моё дело, когда решила устроить магический кризис на балконе, на котором я сидел. — Я не устраивала кризис — Аннабель закатила глаза, положив ладони на холодные перила. — Конечно — Тео сделал паузу. — Поэтому ты выглядишь так, будто готова убить кого-нибудь или расплакаться. Пока не решил что вероятнее. — Очень смешно. — Я не шутил. — Тео сделал небольшой глоток из бокала. — Если продолжишь, я скину тебя с балкона! — Аннабель покосилась на парня, точнее на его ухмылку. Его всегда забавляли ее угрозы. Хоть он и понимал, что она способна на это. Но товарища по команде убивать против закона. Ночной ветер трепал темные пряди и холодил кожу. Магически свет на кончиках пальцев наконец потух. Несколько секунд никто не говорил. Редкая роскошь в разговорах с Дамбаром. — Бал прошел ужасно? — наконец спросил он. — Ты был там. — Это не ответ. — Другого не будет. — Тогда рискну предположить. — Не начинай. — Аннабель обреченно прикрыла глаза. — Помолвка… — Дамбар! — Мать… — Заткнись! — И кажется я слышал разговоры про ведьму крови…       Она резко повернулась к нему. Попал. Как всегда. Самое раздражающее качество Теодора Дамбара заключалось не в том, что он замечал чужие секреты. А в том, что почти всегда понимал их правильно. — Ты ничего не знаешь — Она нервно откинула пряди с лица. Теодор прокрутил бокал в руке, сделал глоток обжигающей жидкости и лишь после этого, снова обратил свой взор на девушку рядом. — Тогда объясни. — Какой смысл… — Почему? Аннабель нервно рассмеялась. Коротко. Без веселья. — Потому что ты даже представить не можешь, какого это! Ты не знаешь какого это, когда собственная мать видит в тебе лишь проблему, которую нужно решать!       Тео молчал. Не перебивал. И это почему-то оказалось хуже. — Когда каждая встреча это очередное противостояние, разочарование и ссоры! Постоянные ссоры! — Она прикрыла глаза и выдохнула. Алый свет снова вспыхнул на кончиках пальцев. Уже слабее, но все же вспыхнул. — Ты хотя бы можешь с ней поссориться. — Слова прозвучали тихо, даже спокойно. Но что-то в них заставило Аннабель замереть. — Я не это имела ввиду… — Она повернулась уже к уходящему парню. Когда он остановился и всего за пару шагов оказался прямо перед ней — Именно это… — Он стоял совсем рядом. Без ухмылки и привычного веселья. Она заметила в его глазах не искры задора и веселья, а пустоту… — Я не так выразилась… — Может ты считаешь, что отсутствие матери куда лучше? — Его губы снова тронула ухмылка, когда он положил одну руку на перила, сбоку от нее — Может считаешь, что все должны тебя любить, раз ты такая правильная… — Я не говорила такого! — Она напрягается, ощущая спиной препятствия, когда вторая его рука так же ложится на каменные перила с другой стороны, полностью преграждая ей пути отступления — А ведь и правда… Мой отец все бы отдал ради такой преемницы… — Он наклоняется еще ближе к ней и она напрягается всем телом, хотя он даже не касается ее — Дамбар! — Твоей матери нужен союз с домом основателей? — Всего на секунду он задумался, а она вновь увидела в его глазах тот бешеный огонек — Что? — Ее брови свелись к переносице, пока она пыталась понять его слова — Отлично! Отец будет счастлив получить идеальную наследницу, раз уж сын разочарование — Ты пьян! Прекрати! — Она ощутила запах алкоголя и его горячее дыхание на своей щеке, когда он сократил расстояние между ними — Это ведь идеально… Сразу двух зайцев — Он нервно рассмеялся, глаза потемнели. Она знала этот взгляд, не раз видела с детства, когда его магия смешивалась с его чувствами. Повелитель хаоса, иногда сам тонул в этом хаосе и не замечал. — Выходи за меня! Это ведь так просто… Просто политика. — С каждым словом, он наклонялся все ближе, пока между их лицами не остались жалкие пару сантиметров.       Ее сердце колотилось как бешеное. Она смотрела ему в глаза, но будто не видела ничего кроме холодной бездонной черной дыры. Рука поднялась автоматически, когда он наклонился еще ближе и она ощутила тепло его губ на своих. В тишине ночи, пощечина, прозвучала как гром среди ясного неба. Аннабель не сразу поняла, что произошло. Теодор даже не шелохнулся. Голова лишь слегка повернулась вслед удару. Несколько секунд он смотрел куда-то мимо нее. Но заметил как она сжимала ткань юбки другой рукой. Заметил как она тяжело дышит… Неужели испугалась его? Потом медленно провел пальцами по покрасневшей щеке и улыбнулся. — Заслужил.       Аннабель видела как слегка дрожат пальцы на его руке. Эта его снисходительная улыбка, отличалась от обычной. Она не была уверенна, что испугалась именно его. Скорее испугалась себя… Испугалась, что всего на долю секунды, проскочило желание не отталкивать его. Казалось, что они оба проиграли. Главные лицемеры Академии потеряли свои маски именно друг пере другом. Теодор наконец сделал пару шагов назад, позволяя девушке вздохнуть полной грудью. Его глаза приняли обычный оттенок, губы все в той же расслабленной улыбке. Бокал виски вернулся в руку. Глоток… — Отвратительное виски… — Он уже шел к двери, но все же замер, услышав ее голос — Дамбар… — Что? — Я… — Она запнулась — ничего… — Она мысленно ударила себя по лбу. Зачем позвала его? Что вообще собиралась сказать ему? «Прости»? «Остановись»? «Ты не разочарование»? «Я не хотела напоминать про маму»? — Так и думал… — Он снова улыбается, прежде чем уйти, той самой улыбкой, за которую она вечно грозилась прибить.       Поздней ночью людей в замке становилось все меньше. Однако тихий вальс продолжал играть для молодых элионитов, которые по прежнему танцевали и вели светские беседы. Но уже не под взором старших. В бальном зале царила безмятежность, словно не было скандала, а за стенами никто не ссорился, не плакал и не пытался собраться себя по кусочкам. Жизнь продолжалась, не заостряя внимания, что некоторые покинули мероприятие другими, чем в него вошли. В отсутствие друзей, которые и заварили всю кашу, Леон остался на растерзание любопытных умов. Дерек и Дафна покинули бал достаточно скоро. а вот где были остальные парень мог только догадываться. С ним вели беседы, мужчины предлагали выпить, некоторые дамы открыто флиртовали. Но в любом разговоре поднимали темы произошедшего. Разница была лишь в подходе и деликатности. Одни делали вид, что интересуются лишь работой, мол «Как отразиться расторжение помолвки на твоих товарищей?» или «комфортно ли Дереку, Дафне и Аннабель будет работать вместе?» Другие были более открыты «Знал ли что твои друзья расстались?» и даже «Скажи честно, Дерек изменял своей невесте?». Но не даром Леона прозвали Адвокат Дьявола. Он даже сумел развеять некоторые слухи. После очередной такой беседы, парень осушил свой бокал шампанского, проводил взглядом очередную пару, исчезнувшую в вихре вальса. И наконец заметив черноволосую девушку с ярко красными губами, он оставляет свой бокал и направляется к Иззабель. — Позволишь? Девушка вопросительно приподняла бровь. Подметила что верхние пуговицы на рубашке, которую она ему и выбрала были растегнуты. — Приглашаешь меня танцевать? — Пока все заняты обсуждением чужой жизни, почему бы и нет? — Не знала, что ты умеешь шутить — Иззабель усмехнулась. — Иногда приходится. Они не двигаются в центр зала, танцуют у большого окна, сквозь которое пробивается лунный свет. Несколько секунд они танцуют молча. Иззабель выглядит достаточно измотанной. Леон даже знает почему, но решет ничего не говорить на этот счет. — Где Аннабель? — Захотела проветриться… а где Тео? — Не видел его уже давно — пока Иззабель лишь кивнула на его ответ, в голове Леона проскочила уникальная деталь: Анна и Тео обычно не отсутствуют одновременно.       Когда музыка стихла, они не сразу поняли, что все еще стоят прижавшись друг к другу. Ее руки на его плечах, его дыхание где-то над ее ухом. Иззабель поднимает взгляд и впервые замечает маленькую, едва заметную родинку на подбородке парня. — Иззи? — А? — Она быстро хлопает глазами, наконец отстраняется от парня — Я сегодня утомилась — Удивительно. Обычно ты любишь такое… Но я знаю как привести тебя в чувства — Хочешь сделать мне массаж? — На ее лице появляется коварная улыбка, помимо хитрых глаз — Обойдешься. Хочу сходить с тобой в лазарет — С такой же наигранной улыбкой отвечает парень. На что девушка тут же недовольно хмуриться — Фу… Что мы там забыли посреди ночи? — Я вспомнил что Майкл был очень хорош в латыни… Возможно сказанное им было не просто бредом — Отлично! — Не успел Леон опомниться. Как выражение лица у девушки тут же изменилось, словно не она жаловалась на усталость.       Через пару минут, Иззабелль уверенно шагала вперед, даже не замечая, что до сих пор крепко держит Леона за руку. Черное платье, идеально облегавшее талию, едва слышно шелестело при каждом быстром шаге. Подол юбки собирал мелкую пыль с каменного пола, когда девушка сняла каблуки, чтобы меньше шуметь. Ее волосы рассыпались по спине, цепляясь за холодный камень, когда она резко сворачивала в очередной узкий коридор. Бал оставался где-то далеко. Музыка постепенно растворилась, уступая место глухому эху их шагов. Леон шел следом без единой попытки остановить ее. Он смотрел ей в спину и невольно усмехнулся. Невероятная девушка. Минуту назад жаловалась, что устала. Теперь тащит его через половину замка ради того, чтобы снова сунуть нос туда, куда студентам вход запрещен. Она не умела останавливаться. И, кажется, даже не пыталась. Леон тихо рассмеялся. — Я начинаю понимать, почему неприятности сами тебя находят. — Неправда. — Она наконец обернулась через плечо. — Это я их нахожу. На мгновение их взгляды встретились. И Леон поймал себя на мысли, что именно такой она нравится ему гораздо больше. Не той Иззабелль, которая флиртует, язвит и играет на публику. А этой. С растрепанными после танцев волосами, горящими от любопытства глазами и совершенно детским азартом человека, который вот-вот откроет очередную запретную дверь. Она вдруг резко остановилась и Леон едва не врезался ей в спину. Впереди начинался узкий коридор, освященными лишь тусклыми магическими огнями в лампах. Воздух здесь был холоднее и уже чувствовался запах спирта и трав. В этой прохладе она почувствовала, что согревало ее ладонь и наконец отпустила его руку. Только тогда, будто впервые за последние несколько минут, поняла, что все это время буквально тащила его за собой. — Ой… прости — Она кашлянула, делая вид, что ничего необычного не произошло. Леон посмотрел сначала на свою руку, затем на нее. На его лице появилась едва заметная улыбка. — Если честно… — спокойно сказал он. — Я бы, наверное, все равно пошел.       Они неловко улыбнулись друг другу, прежде чем девушка сняла классическую запирающую руну с замка. Дверь лазарета приоткрылась почти беззвучно. Иззабелль первой переступила порог и сама не заметила, как задержала дыхание. Она ждала того самого запаха.Сладковатого, тяжелого, въевшегося в память запаха гнилой плоти, от которого тогда сводило желудок и хотелось выбежать прочь. Казалось, стоит открыть дверь и он снова ударит в лицо. Но… Ничего. Вместо него воздух оказался прохладным, почти стерильным. Пахло свежестью, спиртом и едва уловимыми лекарственными травами. Иззабелль медленно выдохнула. Лазарет выглядел так, будто сюда давно не поступали новые пациенты. Полы сияли чистотой. Белые ширмы были аккуратно сложены вдоль стен. Все кровати ровными рядами тянулись через длинный зал, каждая идеально заправлена. Ни смятой простыни, ни брошенного бинта, ни следа крови. — Здесь… пусто — почти шепотом произнесла она. Не дожидаясь ответа, Иззабелль быстрым шагом пошла между койками. Первая. Вторая. Третья. Она помнила, где лежал Майкл. Последняя кровать у дальней стены. Она почти добежала до нее. Пусто… Белая простыня натянута без единой складки, подушка взбита. Одеяло сложено так аккуратно, словно пациента никогда здесь и не было. — Нет… — выдохнула она, растерянно оглядываясь. Леон тем временем медленно осматривал палату. Он присел возле кровати. Под ней что-то тускло блеснуло. Он протянул руку и достал небольшой стеклянный пузырек. На дне еще плескалось несколько капель мутного лекарства. — Он не должен был оказаться под кроватью — тихо сказал Леон, рассматривая пузырек. — Это лекарство? — Медики никогда не оставляют препараты вот так. — Он поставил его на тумбу и снова опустил взгляд. На каменном полу лежало еще что-то. Тонкий кожаный браслет. Леон осторожно поднял его двумя пальцами. Несколько секунд он просто смотрел на находку. — Это его — Тихо добавила Иззабель, когда подошла ближе и узнала данную вещь. Майкл постоянно носил его на запястье. Он никогда не снимал его. В лазарете снова повисла тишина.       Дверь лазарета бесшумно закрылась за их спинами. Коридор встретил их привычной тишиной. Высокие своды терялись в полумраке, холодный свет магических ламп ложился длинными полосами на черный каменный пол. Иззабелль еще раз оглянулась на дверь. — Странно это все… — Согласен — тихо ответил Леон, прежде чем они сделали всего несколько шагов. И вдруг… Где-то впереди хлопнула тяжелая дверь. Затем послышались голоса. Негромкие, сосредоточенные, явно не принадлежащие студентам. Леон мгновенно остановился. — Назад. — Что?.. Он уже схватил ее за запястье, быстро и без лишних слов. Через несколько метров между двумя массивными колоннами находилась глубокая ниша, почти полностью скрытая густой тенью. Леон втянул Иззабелль туда за секунду до того, как в коридоре появились силуэты. Она инстинктивно сделала шаг назад и почти сразу почувствовала спиной его грудь. Места оказалось слишком мало. Она уже собиралась выглянуть из-за колонны, но сильная ладонь мягко, но уверенно закрыла ей рот. — Тш-ш… — едва слышно выдохнул Леон возле самого ее уха. Иззабелль замерла. Его другая рука удерживала ее за талию, не позволяя случайно сделать шаг вперед. Она чувствовала его дыхание. Слышала, как быстро бьется собственное сердце. И вдруг с раздражением поняла, что сейчас сосредоточена не на том. По коридору приближались четверо. Черные плащи почти касались пола. Капюшоны полностью скрывали лица. Они остановились всего в нескольких шагах от их укрытия. — Совет дал окончательное разрешение. — Значит, первую фазу начинаем сегодня ночью. — Ненадолго воцарилось молчание. После которого прозвучал еще один голос. Более низкий и более властный. — Никто из студентов не должен узнать о проекте. — Разумеется. Даже преподаватели посвящены лишь частично. — Лаборатория готова? — Осталось доставить объект. — Архивариусы уже забрали его. — Иззабелль почувствовала, как ладонь Леона на мгновение напряглась. — Следов не осталось? — Палату полностью подготовили. Никто ничего не заподозрит.       Несколько секунд никто не говорил. Затем фигуры медленно двинулись дальше по коридору. Шаги постепенно стихли, а Леон все еще не двигался. Ждал еще несколько долгих секунд. Лишь убедившись, что в коридоре снова тихо, он осторожно убрал ладонь. Иззабелль резко вдохнула. — Ты… — Она повернулась к нему. И только теперь поняла, насколько близко они стояли. Леон сделал шаг назад почти одновременно с ней. Будто только сейчас осознал это сам. — Прости — негромко сказал он. — Другого способа быстро заставить тебя замолчать я не придумал. Она хотела съязвить. Очень хотела. Но вместо этого тихо спросила: — Что тебя так насторожило? Леон еще смотрел в сторону, куда ушли незнакомцы. — Архивариусы. — А что с ними? — Она заметила даже во мраке как он нахмурился. — Иззи… Архивариусы не забирают то, что можно спасти…