Четыре способа убить систему

Рождественские каникулы пролетели как одно мгновение — яркое, шумное и совершенно незабываемое. Дом Эммы наполнился смехом и весельем: Джеймс с Сириусом с детским восторгом изучали маггловские привычки, а её родители с не меньшим интересом слушали рассказы о волшебном мире. В последний вечер каникул Эмма и Сириус, поддавшись азарту, своровали из магазина целый блок сигарет. Хотя могли просто попросить у Джера... Но где в этом веселье? Возвращение в Хогвартс получилось не менее увлекательным — они благополучно проспали поезд и прибыли через камин прямо в гостиную Гриффиндора, где их уже ждал Ремус. У Эммы даже сердце ёкнуло при виде его. — Привет, ребята! Ой... мамочки, — Ремус замер, уставившись на Сириуса. — Что это на тебе надето? — его голос дрогнул от изумления, когда он быстро пошел к ним навстречу. — Круто, да? — Сириус гордо расправил плечи, и рассматривая на себе огромную черную толстовку и джинсы, разодранные в хлам на коленях. — Решил, что больше ни одной рубашки в жизни не надену! — Ну да... — Ремус вздохнул. — Раньше хоть мы с тобой из нашей четвёрки выглядели как цивильные люди. Быстро обнявшись, они двинулись к комнатам, но Джеймс неожиданно высунулся из-за угла спальни мальчиков: — Эм, кидай вещи и быстрее к нам! — Что? — Ремус поднял брови. — Мы же вроде живем отдельно... — Послушай, — Сириус хлопнул его по плечу. — Мы прожили втроём две недели в одной комнате. Должен признать, с Эммой жить куда проще, чем с тобой, Лунатик. — Да, круто было, — мечтательно протянул Джеймс. — Знаешь, Рем, тут Эмма с Сириусом мне кое-что объяснили... — Боже... боюсь спросить, как вам это удалось? — с сарказмом протянул Ремус. — Они рассказали мне многое о девчонках и их поведении... — О нет! Зачем?! — Теперь я готов найти себе настоящую девушку! — Джеймс торжествующе поднял кулак. — А ещё Алекс в красках описала нам, что такое месячные, — сухо добавил Сириус. — Когда у Эммы начались, Джеймс три дня ночевал в гостиной и боялся к ней подходить ближе чем на три метра. — Я вообще не удивлён... — Ремус закатил глаза. — А кто такая Алекс? — В смысле? — Джеймс удивлённо поднял бровь. — Это мама Эммы. Ну, её родители запрещают нам общаться с ними как со взрослыми. Им всего-то по тридцать. — Интересно... — Мы, кстати, привезли кучу газировки! — Джеймс с энтузиазмом начал рыться в сумке. — Это жесть как круто! Мы устраивали соревнование, кто громче рыгнёт! — О Мерлин... — Ремус прикрыл лицо ладонью. В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела Эмма, размахивая колодой карт. — О, снова покер? — Сириус оживился. — Давайте лучше в дурака, — глаза Эммы блестели от азарта. Она уселась на пол, ловко перебирая карты. — Кстати, Рем, как твои каникулы прошли? — Ну... — он пожал плечами, — явно не так весело, как у вас. Просто с семьёй... Ладно, объясняй правила. Эмма устроилась посреди комнаты, ловко тасуя колоду всеми известными ей способами, и начала быстро объяснять суть игры. — Так... играем на желания. Рему прощаем первый проигрыш — он новичок. А вот с этими профессиональными картёжниками — по всей строгости! — она зловеще протянула последние слова, раздавая карты. — Мне можно не делать скидку, — Ремус улыбнулся. — Я уже понял все правила. Они не то чтобы сложные... — Вот именно! — Джеймс кивнул. — Эм, ты что, забыла, кто у нас самый умный? — Ладно, погнали! — Эмма щёлкнула пальцами. Не прошло и десяти минут, как Джеймс торжествующе разбросал карты, объявив себя победителем, а Эмма осталась с полной колодой в руках. — Вот же блин... — она надула губы, швыряя карты на пол. — Как вы все уже играете лучше меня?! Ну давай, Джим, загадывай. Только что-нибудь адекватное. Джеймс задумался, почесывая подбородок, затем лицо его озарилось хитрой ухмылкой. — Так... Знаю! Целуй Сириуса. — Что? — Эмма скривилась. — Нет! Ни за что! — В смысле нет? — Джеймс скрестил руки на груди. — Это же желание. Правила есть правила. — Джим, ты совсем забыл? — Эмма показала глазами на Сириуса. — У него же есть девчонка! — Блин, я что-то с ней даже поздороваться забыл, — резко вспомнил Сириус. — Ну ладно, завтра тогда. — Я не стану его целовать, — Эмма упрямо скрестила руки. — Хочешь, тебя поцелую вместо него? — Меня? — Джеймс отпрянул, будто ему предложили поцеловать мандрагору. — Нет! — Знала, что ты так ответишь, — торжествующе сказала Эмма. — Тогда Рема, — не унимался Джеймс. — Нет! — Эмма и Ремус вскричали хором, обмениваясь испуганными взглядами. — Джим, — Сириус покачал головой, — придумай уже нормальное задание. После разговоров с Алекс у тебя только поцелуи на уме? — Ну так когда вы дрыхли до полудня, — Джеймс развёл руками, — она мне читала целые лекции о подростковых отношениях. Рассказывала про важность первого поцелуя, первой любви и всё такое... — Да уж... — Эмма закатила глаза. — А я-то думала, когда ты каждое утро вскакивал в восемь, ты занимался чем-то действительно интересным. — Чем интересным? — возмутился Джеймс. — Вы же меня били каждый раз, когда я пытался вас будить! — У нас были каникулы! — Сириус и Эмма крикнули в унисон, будто отрепетировав этот ответ. — Придумай уже Эмме нормальное задание, — с усмешкой сказал Ремус. Джеймс задумался, постукивая пальцем по подбородку. Вдруг его глаза загорелись озорным огнем. — Ну ладно... Тогда подкатишь завтра к Слизнорту на паре! — О! Вот это уже круто... — с уважением протянул Сириус. — А как именно мне к нему подкатывать? — прищурилась Эмма. — Я не стану с ним сосаться! — Да не, — засмеялся Джеймс, — просто скажешь пару комплиментов, глазками постреляешь... Ну, знаешь, как обычно. — Ну ладно, — вздохнула Эмма, пожимая плечами. Карточная битва продолжалась до глубокой ночи, пока все не повалились спать кто где — кто на полу, кто на кровати, в полном беспорядке, как после настоящего сражения. Утро встретило Эмму ярким светом, пробивавшимся сквозь шторы. Она, зевая, зашла в свою комнату, где уже вовсю кипели сборы. — Так, девчонки... — потянулась она, снимая с себя огромную толстовку. — Дайте мне на день платье, а? Кто-нибудь... — Ты что, заболела? — Лили настороженно подняла бровь, осматривая одноклассницу с ног до головы. — Нет, — Эмма скривилась. — Проиграла... Так что чем розовее и приторнее будет платье — тем больше будет радоваться Поттер. — О, у меня как раз то, что нужно! — Алиса оживилась и полезла на полку, откуда достала нечто воздушное. — Оу... — Эмма печально разглядывала персиковое платье. — Сегодня будет тяжелый день... А лифчик светлый у кого-нибудь есть? — Эм, — Марлин отвлеклась от расчесывания волос, — а что там Сириус делает? — Я не помню, какие ему желания загадывали, так что без понятия, что он делает, — Эмма пожала плечами. — Он со мной вчера даже не поздоровался! — обиженно протянула Марлин. — Представляешь? — Блин, ну, наверное, забыл. Поздоровается еще, забей. С неохотой натянув платье, Эмма застегнула его и неуверенно покрутилась перед зеркалом. — Ого... — протянула Лили, оценивающе осматривая ее. — Тебе идет. У тебя уже такая... взрослая фигура. — Да обычная вроде. Блин, как в этом вообще ходить? — Ну для начала хотя бы кроссовки сними, — засмеялась Лили. — А что тогда надеть? — Хоть кеды... Хотя бы не спортивные. — Ладно... — Эмма вздохнула, снимая кроссовки. — И еще, Эм. Иди-ка сюда, — уверенно сказала Алиса, хватая ее за руку. Девочки усадили Эмму на кровать, окружив её плотным кольцом. Марлин ловко распустила её волосы из небрежного узла и принялась расчёсывать длинные пряди. Алиса тем временем достала из тумбочки тушь и подводку, а Лили сосредоточенно наносила блеск на её губы. Эмма сидела, как кукла, покорно позволяя одноклассницам превращать её в «настоящую леди». Через несколько минут преображения Эмма подошла к зеркалу — и отпрыгнула от собственного отражения. — Ну, спасибо вам, конечно... — она обречённо провела рукой по платью. — Чёрт! Ладно, один день как-нибудь переживу. С этими словами она вышла в гостиную, где Мародёров ещё не было. Устало усевшись на диван, Эмма приготовилась к долгому ожиданию. Но не прошло и десяти минут, как по лестнице раздался дикий грохот, смех и крики. Эмма резко обернулась — и тут же залилась смехом. По лестнице спускалось самое нелепое шествие в истории Хогвартса. Джеймс шёл в клетчатой рубашке, жилетке и джинсах-клеш, на голове — ковбойская шляпа, на ногах — резиновые сапоги, а на груди поблёскивал значок в виде звёздочки. За ним гордо шёл Сириус — босиком, в свободной белой пижаме и новогоднем колпаке, из-под которого торчали две косички с вьющимися концами, перевязанными красными ленточками. Оба давились от смеха. Замыкал процессию Ремус с самым несчастным видом на свете — в чёрной кожанке, джинсах с цепями и бандане с черепами. — Мальчики... — задыхаясь смехом выговорила Эмма, вставая с места. — Вы выглядите, как стриптизёры моей мечты. — Ого... — Сириус присвистнул, оглядывая Эмму с ног до головы. — А ты-то неплохо так преобразилась. — Ага, — кивнул Ремус, изучая её наряд. — Почему ты обычно не носишь платья? — А почему ты не ходишь постоянно как байкер? — скривилась Эмма. — Просто не мой стиль. — Она снова рассмеялась, глядя на Сириуса. — А вот на твоём месте я бы так и ходила всегда. Ведь ты засыпаешь, едва твоя голова коснётся любой поверхности... Джим... Тут просто без комментариев. — Я уже и не помню, кто кому какие образы загадывал, — весело заявил Джеймс, покрутившись перед друзьями. — Но мне даже нравится! Может, стоит сменить имидж? — Пойдёмте уже на пары, — вздохнул Ремус, нервно поправляя бандану. — Впервые ты говоришь это с такой грустью... — усмехнулась Эмма. — Блин, ну какие пары? — Джеймс обиженно надул губы. — Я есть хочу! — В Большой зал в таком виде нам нельзя, — испуганно замотал головой Ремус. — Ну давайте по-быстрому на кухню сгоняем, — пожал плечами Сириус. Ребята незаметно попали на кухню, а после завтрака под мантией-невидимкой рванули в другую половину подземелья. Остановившись у двери класса, все синхронно вздохнули. — Так, Браун, твой выход будет, когда мы займем свои места на этот концерт, — весело сказал Джеймс, сдёргивая со всех мантию. — Удачи... — многозначительно протянула Эмма, помахав им рукой. — Здравствуйте, профессор Слизнорт, — опуская взгляд, проговорил Ремус, наклоняя голову и молниеносно добираясь до своей парты. — Извините за опоздание, — невозмутимо произнёс Сириус, неспешно следуя за другом. — Мы просто долго выбирали, в чём пойти, — беззаботно бросил Джеймс, вприпрыжку догоняя их. — Мерлинова борода... — профессор Слизнорт стоял, прижав руку к сердцу, его рот был открыт от изумления. Весь класс заливался смехом. — Я, возможно, пожалею, что задам этот вопрос... Но всё-таки, где мисс Браун? Эмма глубоко вдохнула, гордо подняла подбородок и эффектно вошла в класс, заставив замолчать всех своим появлением. — Профессор, — томно протянула она, медленно приближаясь к растерянному Слизнорту, который невольно отступал назад, — мне так польстило, что вам без меня скучно... — Мисс... Браун... — профессор сглотнул, нервно поправляя галстук. — Знаете, профессор Слизнорт, — Эмма игриво прикусила губу, — Вы мой любимый учитель. Но в ваших зельях я, к сожалению, ничего не понимаю, как вы могли заметить... — она сделала ещё шаг вперёд. — Не хотели бы вы оставить меня после уроков? Только вы и я... Сварим любовное зелье, потом продегустируем. Как вам такая идея? — её пальцы нежно скользнули по плечу профессора. — Мисс Браун... — Слизнорт резко отстранился, будто обжёгся. — А как вы себя чувствуете? — спросил он с явной тревогой в голосе. — О, прекрасно, — улыбнулась Эмма, внезапно сбрасывая томный тон. — Вы... ничего не пили сегодня утром? — профессор искоса посмотрел на неё. — Только кофе, — пожала она плечами, внезапно став обычной Эммой. — Я... не совсем понимаю, что сегодня происходит с вашей компанией... — Слизнорт вытер лоб платком. — И не уверен, что хочу знать. Займите своё место, пожалуйста. Эмма с торжествующим видом направилась к задним партам, наслаждаясь шоком на лицах одноклассников. — Ну как? — шёпотом спросила она, резко толкая Джеймса, чтобы сесть. — Тебя опасно брать на слабо, — растерянно проговорил Ремус. — Думаю, у тебя появился поклонник лет пятидесяти в лице Слизнорта, — давясь смехом, проговорил Сириус. — Ой, надеюсь, — Эмма закатила глаза. — У меня такой завал с зельями... — Он тебе теперь поставит отличную оценку, только чтобы ты к нему больше никогда не приближалась, — весело сказал Джеймс. — Рем, ты следующий, — тихо сказал Сириус. — Эй! Вы чего творите? — шёпотом крикнула Лили. На зельях она работала за столом с Алисой, Марлин и Северусом, через парту от Мародёров. — Это всё для того, чтобы вы не скучали! — уверенно ответил Джеймс. — Мне нравится, — Алиса давилась от смеха. — Никогда еще мое платье не участвовало ни в чем подобном! — Я даже не сомневался, — вздохнул Ремус. — Надеюсь, вы не пойдёте в этом виде на трансфигурацию?.. — в голосе Лили звучала мольба. — Нет, конечно! Мы же поменяемся. — Сириус повернулся к Алисе. — Ты же не против, если твоё платье поносит Джеймс? — Пфф! Да ради всего святого! — Алиса залилась смехом. — Я готова заплатить, чтобы это увидеть! — Сириус, — Марлин надула губы, — почему ты даже не поздоровался со мной вчера? Мы же две недели не виделись! — Приве-ет! — Сириус улыбнулся, будто только что осознал этот факт. — Марлин, — Лили скривилась, — неужели это единственное, что тебя волнует в данной ситуации? — Она резко повернулась к Джеймсу. — Поттер, не смей позорить факультет! Не вздумай идти в платье к Макгонагалл! — В платье пойдёт Сириус, а не я! — возмутился Джеймс. — Ни фига... — Сириус хлопнул его по плечу. — Уговор был другой, Джим. Ты у нас будешь принцессой, прости. — Отстой! — Вы... Вы просто идиоты! — Лили схватилась за голову. — Гриффиндор! Можно потише? — нервно попросил Слизнорт, явно не решаясь сделать замечание более строго. — Конечно, профессор, — Эмма мгновенно вскочила, игриво склонив голову. — Всё будет так, как вы скажете... — Да... Не отвлекайтесь, мисс Браун, готовьте зелье... — Конечно. — Ну тебя что-то совсем понесло, — тихо рассмеялся Сириус. — А что, наш профессор еще очень даже ничего, — кокетливо протянула Эмма, подбрасывая кусочки корня в котёл. — Рем, скоро твой выход. Не забудь. — Спасибо, что напомнила... — Ремус провёл рукой по лицу. — Как будто я могу думать о чём-то другом. Прошло несколько минут. Мародёры раздвинулись, пропуская Ремуса, который поднялся со своего места с таким видом, будто шёл на эшафот. Его лицо было абсолютно бесстрастным. — Мистер Люпин, вы что-то хотели? — спросил Слизнорт, наблюдая за приближающимся учеником. Ремус молча взял их котёл с полуготовым зельем и вышел на середину класса. Под восторженные возгласы одноклассников он с каменным лицом поднял котёл над головой и... вылил всё содержимое себе на голову. Фиолетовая жидкость стекала по его волосам и одежде, а за его спиной профессор Слизнорт беззвучно шевелил губами, будто молясь о терпении. Мародёры давились от смеха, покраснев и схватившись за животы. — Ну вот, и последний из вас лишился рассудка, — проговорил Северус, с недоумением наблюдая, как Ремус с невозмутимым видом возвращается на место. — Заткнись, Снейп! — резко бросил Джеймс, вытирая слёзы смеха. — Карточный долг — дело чести! — Вы все окончательно спятили, — Лили бессильно опустила голову на стол. — Если это сделал самый адекватный из вас, я даже боюсь представить, что будет дальше... — Мистер Люпин! — Слизнорт пришёл в себя. — Вы останетесь сегодня вечером для отработки! — Да, профессор, — спокойно кивнул Ремус. — И мисс Браун, вы ему поможете... — За что?! — возмутилась Эмма, но тут же опомнилась и сладко улыбнулась. — Ах да... Конечно, профессор Слизнорт. Как скажете... Я с радостью сделаю то, что вы хотите. — Прекрасно... Мне нужно выйти... Ведите себя тихо, — совершенно растерянный профессор поспешно удалился из класса. Класс моментально оживился. Однокурсники с хохотом обступили парту Мародёров, хлопая их по спинам и тряся руки. Даже несколько слизеринцев не смогли сдержать ухмылок, хотя и делали вид, что всё это их не касается. — Вам повезло, что он баллы не снял! — Лили с отвращением разглядывала мокрого Ремуса, с которого капало фиолетовое зелье. — Ой, точно, Рема нужно высушить... — Сириус потрепал друга по плечу. — Да ладно тебе, Лилс, весело же было! — Весело?! — Лили всплеснула руками. — Блэк, что у тебя с головой? Да у вас всех! — Эванс, не ори! — Джеймс закатил глаза. — Мы не виноваты, что у нас хорошая фантазия... Мы просто играли в карты на желания. — Ах вот чем ты занимался, Сириус, — Марлин скрестила руки на груди. — А что? Нельзя? — Сириус искренне удивился, подняв брови. К счастью для Мародёров, в этот момент прозвенел звонок. Джеймс мгновенно вскочил, схватил Эмму за рукав и потащил к выходу. Ремус и Сириус бросились следом. — Как же приятно осознавать, что моя миссия выполнена, — Эмма облегчённо вздохнула, когда они добрались до выручай-комнаты. — Теперь я могу просто наблюдать за вашим позором. — Нам с тобой еще на отработку сегодня... — вздохнул Ремус, скидывая с себя кожаную куртку. — О, я к этому привыкла. — Эмма ловко стянула платье через голову. — Так, что теперь надевать? — Эй, отвернись хоть! — Ремус резко закрыл глаза ладонями. — Да я же в лифчике! — Да, Рем, мы втроем жили в одной комнате две недели... Мы все уже к этому привыкли, — махнул рукой Сириус, стягивая с себя пижамную рубашку. — Так, если Джим надевает платье, то ты, Эм, бери пижаму, я возьму шмот Ремуса, а он станет ковбоем. Нормально. — Блин... — Джеймс скорчил гримасу, разглядывая платье. — Не хочу я это надевать... — Давай, давай, мисс Поттер, наряжайся! Сейчас еще вот так сделаем, — давясь смехом проговорила Эмма. Она быстро расплела косички Сириуса, взяла красные ленточки и занялась волосами Джеймса. — Блин, я как девчонка! — Джеймс надул губы, разглядывая себя в зеркале. — Почему именно я? — Мы же договаривались, — Ремус невозмутимо поправил ковбойскую шляпу. — Кто проиграл два раза подряд — тот и надевает платье. Всё честно. — Ну да, да, всё честно... — Эмма прикусила губу, стараясь не рассмеяться. Сириус бросил на неё подозрительный взгляд. Она лишь коротко кивнула, и через секунду оба уже давились от смеха. В классе трансфигурации профессор Макгонагалл вошла с привычной строгостью, окинув учеников оценивающим взглядом. — Добрый день, класс. — Её глаза пробежались по рядам. — Кажется, недосчитываюсь четырёх гриффиндорцев... — Поверьте, профессор, — Лили сухо поджала губы, — вам будет лучше, если они так и не появятся. — Что вы, мисс Эванс. — Макгонагалл едва заметно улыбнулась. — Их присутствие на уроках — настоящий праздник для любого преподавателя. — Видимо, вы ещё не говорили сегодня с профессором Слизнортом, — буркнул Северус, закатывая глаза. За дверью вдруг послышалась какая-то возня, и через пару секунд в класс ввалились четверо ребят. Макгонагалл даже привстала со стула. — Здравствуйте, профессор Макгонагалл! — Эмма и Сириус хором выкрикнули приветствие, одновременно выталкивая вперёд Джеймса в платье. — Это что ещё за... — профессор замерла, рассматривая необычное зрелище. — Мистер Поттер... Или, как я вижу, теперь мисс Поттер? — она с интересом наблюдала, как Джеймс, подобрав подол, неуклюже пытался усесться за парту рядом с Ремусом. — Позвольте догадаться... Вы, мистер Поттер, решили сменить пол? Мисс Браун сочла, что переодеваться по утрам — слишком утомительно? А мистер Блэк наконец определился с будущей профессией? — Это я определился с будущей профессией, — мрачно, но громко сказал Джеймс, разуваясь. Под изумленные взгляды он встал на парту, придерживая платье на груди. — Мы все с нетерпением ждем объяснения, — проговорила Макгонагалл сдержанно. Эмма могла поклясться, что видела, как профессор тщательно старается не засмеяться. — Я хочу заявить, — очень громко начал Джеймс. — Этой ночью мне пришло озарение. Я настолько тупой, что ничего не смогу добиться в жизни! Но умные люди рассказали мне, что есть выход. Женщинам легкого поведения платили во все времена... И я решил, что это мой единственный шанс выбиться в люди. Автор текста Сириус Блэк. Всем спасибо за внимание! — Прекрасное объяснение... — Макгонагалл поджала губы. — Пожалуй, остальных лучше даже не спрашивать. Приступим к уроку, если вы не против. Класс заходился от смеха. Даже слизеринцы не могли сдержать улыбок, пока Джеймс с кислой миной слезал со стола. — Это было эпично, Джимми! — шёпотом крикнул Сириус с задней парты, давясь от смеха. — Да заткнись ты! — Джеймс швырнул в него смятый лист пергамента. — Тебе это платье идёт куда лучше, чем мне! — Эмма уткнулась лицом в ладони, трясясь от смеха. — А почему у Блэка вообще не было заданий? — возмутился Джеймс, с досадой поправляя сбившуюся ленточку в волосах. — А я, в отличие от вас, умею играть в карты, — самодовольно ответил Сириус. — Ой, ну и ладно! Мне даже понравилось клеить Слизнорта, — пожала плечами Эмма. — Мы все это заметили... — хором протянули Ремус и Сириус, обмениваясь красноречивыми взглядами. * * * Прошло пару недель. В гостиной Гриффиндора у камина расположились Мародеры, снова ломая голову над созданием своей карты. Эмма, сидя на полу в окружении разбросанных листов пергамента, злобно черкала очередной набросок, скомкала его и с размаху швырнула в огонь. Джеймс, развалившись в кресле, задумчиво грыз кончик пера, пытаясь придумать себе кличку — пока прозвища были только у Сириуса и Ремуса. Сам Сириус с изяществом выводил красивые буквы на обложке будущей карты, а Ремус, уткнувшись в старые библиотечные книги, старательно выписывал координаты всех коридоров и кабинетов. Идиллию творческого процесса грубо прервала Марлин. Она остановилась на пороге, недовольно окинув взглядом компанию, решительно направилась к Сириусу и встала прямо над ним. — Мы же договорились сегодня погулять! — резко бросила она, скрестив руки на груди. — Я ждала тебя целый час! — Блин... Прости. Я забыл, — Сириус закусил губу, не отрываясь от работы. — Ну хочешь, сходим сейчас? Мне только тут чуть-чуть закончить... — Сириус, ты достал уже! Мы вообще не видимся! Джеймс и Эмма переглянулись, уселись поудобнее на полу и уставились на парочку, предвкушая интересное зрелище. — Ну я же извинился, — пожал плечами Сириус, наконец оторвавшись от пергамента. — Тебе вообще плевать на меня! Ты вообще как будто забыл о моем существовании... — Ой, не гони, — вставил Джеймс. — Он же не специально. Он и пожрать иногда забывает. — Блин, Марлин... — Сириус вдруг быстро встал на ноги. — Я тут подумал... А давай лучше расстанемся? — Чего?.. — испуганно спросила Марлин. — Ну а что? Сосаться мы друг на друге нормально научились... Хватит для первых отношений, думаю. В школе еще столько девчонок... — он развел руками. — Короче, мне скучно, ясно? Мы просто постоянно гуляем, а поговорить почти не о чем. Так что... Ну, в общем-то, всё. Марлин смотрела на него с такой яростью, что казалось — сейчас либо ударит, либо разрыдается. Вместо этого она резко развернулась и выбежала из общей комнаты. — Сириус, — Эмма медленно поднялась с пола, глаза её сверкали опасным блеском. — Ты ахуел, что ли? — Эй, ты чего? — «Чего»? Я с ней сосалась, чтобы вы были вместе! А ты просто взял и бросил ее!? — Чего!? — воскликнул Ремус. — Блин, ну а что я должен был сделать, если она мне разонравилась? — пожал плечами Сириус. — Так орешь, как будто я тебя бросил. — Ой, если бы ты меня бросил... — Эмма зловеще сжала кулаки. — От твоего лица бы ничего не осталось. — В этом я не сомневаюсь, — Сириус усмехнулся. — Сириус, — осторожно вмешался Ремус, — фраза про «в школе много девчонок» была, пожалуй, лишней. Ну, мне так кажется. — Да плевать. — Мне тоже хочется кого-нибудь бросить, — мечтательно произнёс Джеймс, закинув руки за голову. — Ой, Джим, — Эмма скривилась. — На твоём месте я бы на это не рассчитывала... Сомневаюсь, что хоть одна девчонка дотянет до момента, когда ты её бросишь. — Да с чего ты взяла?! — Ну, с того, что я с тобой общаюсь... — Давай представим, что ты моя девушка! — Сейчас блевану, — Эмма в ужасе зажмурилась. — Возьми свои слова назад, быстро! — Не-не-не! — с довольным видом протянул Сириус. — Продолжай, Джим! — Так, Браун, я твой парень, — Джеймс встал в театральную позу. — Сейчас я тебя буду бросать... — Знаешь, что бы я сказала, если бы это было правдой? — перебила его Эмма. — «Слава Мерлину, этот момент настал! Бросай меня быстрее, Поттер, я больше не могу терпеть этого ни секунды!» — Да заткнись ты! Так... Он гордо выпрямился, взял Эмму за руку и сделал серьёзное лицо. Та в ужасе отшатнулась от него, больно ударяя его по руке. — Эмма, — начал Джеймс пафосным тоном, — я долго думал... Мы слишком разные люди. Ты выглядишь как бомж, а я — как бог. Ты тупая, а я умный. Ты ничего не умеешь, а я — талантище... В общем, ты меня недостойна. Прости, но я оставляю тебя одну. Не надо слёз. — Ой, не знала, что расставание — это стендап, — Эмма залилась смехом. — Джим... Как бы тебе помягче сказать... Всё с точностью до наоборот. — Эй! — обиженно вскрикнул Джеймс. — Браун, хватит портить лучшие моменты в моей жизни! — Прости, солнышко... — она сладко улыбнулась, явно не раскаиваясь. — Хватит вам, — усмехнулся Сириус. — Лучше придумайте себе клички. Как вас назвать-то в карте? Дегенерат номер один и дегенерат номер два? — Надо подумать... — Давайте сосредоточимся на прозвище для Джеймса, — предложил Ремус, откладывая книгу. — Олень, — тут же выпалила Эмма, скрестив руки на груди. — Мы же его только так и называем, разве нет? — А ты стерва! — возмутился Джеймс. — Так, успокойтесь, — Ремус поднял руки, пытаясь прекратить спор. — Давайте просто подберём необидные синонимы к вашим обзывательствам... — Сука? — невинно спросил Джеймс. — Уёбок? — в тон ему ответила девочка, закатывая глаза. — Как мило... — Ремус вздохнул. — Ну какой синоним к слову «олень» есть? — Не знаю. Рогатый, — пожала плечами Эмма. — О! — лицо Ремуса озарилось. — Пусть будет «Сохатый»! — Нормально, — кивнул Сириус, тут же записывая. — Пишу: «Сохатый». — Да почему я олень?! — возмутился Джеймс. — Потому что ты олень... — Эмма устало вздохнула. — Это просто факт, Джим, расслабься. — Эм, тебя-то как назвать? — Сириус задумчиво погрыз перо, оставив на нём следы зубов. — Не знаю. Я же не могу себе сама кличку придумать. — А какую ты бы себе придумала, если бы могла? — уточнил он. — Мисс Совершенство, — Эмма самодовольно подняла подбородок, вызывая взрыв смеха у остальных. — Как скромно! — Сириус вытер слёзы. — Так, Джим, ты её стервой всегда называешь... Синонимы? Нет, Поттер, ты молчи! Рем, давай, думай. — Истеричка?.. — неуверенно предложил Ремус. — Спасибо, Рем! — Эмма скривилась. — Ну не знаю, надо что-то, что тебя прям описывает, — пожал плечами Ремус. — Ты такая... боевая... Задира? — О, класс! — Сириус тут же записал новое прозвище. — Так, нам осталось заколдовать обложку так, чтобы были наши приветствия... И обязательно обзывательства, если кто-то чужой попробует её открыть! — Ну это придумать проще, чем клички, — усмехнулась Эмма. — Слушайте сюда, — Сириус торжественно развернул пергамент. — Приветствие будет таким: «Господа: Лунатик, Бродяга, Задира и Сохатый представляют вам Карту Мародёров». Нормально звучит? — Да, класс, — Эмма задумчиво уставилась в пергамент. — Офигеть, как же ты красиво пишешь... — А обзывательства какие будут? — перебил Джеймс. — Ну, смотря кто полезет... — Подождите, — Ремус вдруг загорелся идеей. — Это должно быть не просто сборником оскорблений... — Его глаза заблестели. — Эта карта станет нашим наследием. Она должна быть... живой. — Погоди, разве так вообще можно? — Джеймс округлил глаза. — Ещё как! — Ремус уже вскакивал с места. — Я видел одну книгу в библиотеке... Сейчас принесу! Он вылетел из гостиной с такой скоростью, что за ним захлопнулась дверь. — Какой же он умный... — Эмма задумчиво уставилась в дверь, подперев щёку рукой. — Ну, если Рем придумает, как сделать кусок пергамента живым, то я полностью с тобой согласен, — усмехнулся Сириус. — У нас готова только обложка. Эм, когда ты уже дорисуешь? — Это не так просто, как ты думаешь! — Эмма раздражённо швырнула карандаш. — Рем пока набросал координаты только для первого этажа и двора, так что они готовы. Осталось всего-то семь этажей и все башни. Какого черта я одна из вас рисовать умею? Даже помочь никто не может. — Ну, мы с Джеймсом подписываем всё... Ладно, когда закончим, тогда закончим. Вскоре Ремус вернулся в комнату с какой-то старой книгой. Его глаза горели азартом, а волосы взъерошились от быстрого бега. — Короче, я всё узнал... Мы как бы вселим часть себя в эту карту. — Ого... — Джеймс широко распахнул глаза. — Для этого понадобятся всего лишь наши волосы и несложное зелье... — Ремус листал страницы, водя пальцем по строчкам. — Ну, для меня несложное. Карта будет мыслить как мы... В общем, будет круто. — Вау... — протянула Эмма. — Это даже круче, чем мы хотели. А материться она будет? — Конечно, — усмехнулся Ремус. — Ведь она будет думать и твоими мыслями тоже... И мыслями Сириуса. Но пока рано браться за это, — продолжил он, осторожно закрывая книгу. — Сначала нужно дорисовать все этажи и подписать каждый кабинет, каждый коридор и каждый угол... Ночью Эмма, смертельно уставшая, плелась в свою спальню. Открыв дверь, она замерла на пороге — все девочки сидели на кровати Марлин, обняв её и что-то тихо шепча. — Всем привет... — неуверенно начала Эмма, оглядывая необычную сцену. — Что-то случилось? — Случилось, конечно! — Лили резко вскочила, сверкая глазами. — Твой дружок бросил Марлин! — Ты на меня так смотришь, будто это я её бросила... — Эмма растерянно отступила на шаг. — Я уже дала пизды Сириусу, что я еще могу сделать-то? — Как он вообще мог? — всхлипнула Марлин, вытирая слёзы рукавом. — Марлин... — Эмма скривилась. — Ты правда плачешь из-за него? Да забей! Нам всем по тринадцать... Впереди ещё куча таких козлов. Не стоит он твоих слёз. — Я ему отомщу... — прошептала Марлин с неожиданной злостью в голосе. — Да пожалуйста! — Эмма развела руками. — Хоть я и его подруга, но я не стану его предупреждать. Так ему и надо, честное слово! Подсыпь ему блевательного порошка в завтрак, подкинь в кровать носки Джеймса... Дерзай! — Нет... — Марлин медленно подняла голову. — Лучшая месть другая... Я начну встречаться с его другом! — С Джимом?! — Эмма даже подпрыгнула от ужаса. — Это же будет наказанием скорее для тебя... — Нет! С Люпином! — С... Люпином? — Эмма почувствовала, как у неё похолодели пальцы, но старалась сохранить спокойствие. — Ну... это тоже не лучший вариант мести... — Почему? — Ну... Он же заучка. Ботаник! Сириусу будет вообще не обидно. — Ошибаешься, — Марлин резко вскочила с кровати, её глаза сверкали решимостью. — Я поцелую Люпина прямо на глазах у Блэка! — Поцелуешь?.. — Эмма почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Она лихорадочно соображала, как выкрутиться из ситуации. — Не... не надо целовать Рема! Он же... гей! — Что?! — хором воскликнули девочки, их глаза округлились от шока. — Ну да... — Эмма нервно поправила волосы. — Но он просил об этом никому не говорить. Так что, просто по-дружески предупреждаю. Вот... — Она сделала паузу, затем оживилась. — Зато можешь спокойно целовать Поттера на глазах у Блэка! Он натурал, несмотря на то что недавно гулял в платье Алисы... — Нет... — Марлин поморщилась. — Поттера целовать... даже ради мести как-то не хочется. — Как я тебя понимаю... — Эмма вздохнула с облегчением. — Слушай, наши мальчишки — не единственные в школе. Найдёшь кого-нибудь ещё для мести. Может, Лили тебе Снейпа своего одолжит ради благого дела? — Хватит говорить о Северусе, словно он вещь! — Лили вспыхнула, её щёки покраснели от гнева. — Какие вы все токсичные... — Эмма обиженно надула губы. — Это ведь шутка была... — Конечно! — Лили едко усмехнулась, её глаза сверкнули злостью. — Ты ведь привыкла к своим «ангелам»-дегенератам! Твои драгоценные Мародеры — настоящий позор Гриффиндора! Поттер — самовлюблённый идиот, Блэк — эгоистичный ублюдок, а Люпин... ну хоть он-то вроде нормальный, но слишком много времени проводит с этими придурками! Как вообще можно после них общаться с нормальными людьми? Эмма задохнулась от возмущения, схватила свою пижаму и резко вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. — Эм, подожди! — расстроенно крикнула Алиса ей вслед. — Вот чёрт... Всё из-за этого Блэка! — с досадой прошипела Марлин. — Урод! Эмма с размаху пнула дверь спальни мальчиков, которая с грохотом распахнулась, ударившись о стену. — Что случилось? — удивленно спросил Ремус. — Сириус, ты конченый придурок! — Эмма в ярости подошла к кровати и резко столкнула Джеймса на пол. — Из-за твоего идиотского расставания с Маккиннон я попала не в комнату девочек, а в настоящий змеиный террариум! Они там все с ума посходили... Эванс на меня орала так, будто это я бросила Марлин, а не ты! Теперь из-за того, что я дружу с вами, меня там ненавидят! — Блин... — Сириус неуверенно почесал затылок. — А я говорил, что фраза про «много девчонок в школе» была лишней, — Ремус зевнул, откладывая книгу. — Из-за твоего пофигизма, Сириус, страдают другие. — Ну ладно, Эм, — Сириус развел руками. — Можешь поспать со мной в кровати, раз я виноват. — Ага, щас! — Эмма язвительно фыркнула. — Ты на пол пойдешь, сердцеед! Боже, она там так рыдает, словно ты её у алтаря бросил... — Мне что, правда на полу спать? — Сириус скорчил обиженную гримасу. — Если хочешь — спи в гостиной, мне плевать, — Эмма скрестила руки на груди. — Из-за тебя я лишилась кровати, я у тебя ее справедливо отнимаю. Честно? — Да, — спокойно ответил Ремус за всех. Сириус закатил глаза и пошел в кровать Джеймса. Эмма проводила его торжествующим взглядом и принялась переодеваться в пижаму.