Как приручить дракона?

***

—Аннушка, доброе утро,—заулыбался тренер, когда та открыла ему дверь в номер. Он прошел в комнату, усаживаясь на стул, что бы рассказать про план тренировок, пока она собиралась на завтрак. —Даниил Маркович, у меня вообще шансы есть?—вздыхает та, натягивая носки—Вам не кажется, что все бессмысленно? —Мне это Этери Георгиевне передать?—спрашивает мужчина, выгибая бровь—Ань, ты уже приехала на Олимпиаду, теперь осталось лишь показать класс.   —Я уже сто раз пожалела,—не унималась блондинка, выливая весь своя яд, накопившийся за ночь раздумий—К черту все это. —Анита,—Глейхенгауз тут же посерьезнел, он сжал в руках блокнот и бросил суровый взгляд на девушку—ты так боролась за признание, что готова бросить все на пол пути? —Да какое признание?—вырывается у нее. —Ты хотела квад?—на этот раз вырывается у мужчины—Я поставлю тебе этот квад. —Правда?—она тут же засияла, темные глаза засверкали, вновь наполняясь жизнью, теперь хоть капля веры осталась. Тренер кивнул и ушел, а она пошла на завтрак, заняла свободный столик и принялась ковырять кашу. Есть особо не хотелось, теперь все мысли занимали программы и шансы на медаль, забавно, пол часа назад она рассчитывала хотя бы попасть в десятку, а сейчас целится на золотую медаль. Все глупо и забавно, что даже страшно. 

***

—Да, привет,—вновь звонок, она медленно жует свою кашу, слушая голос на другом конце провода. —Привет, малышня,—смеется Влад—что расскажешь? —Каша здесь вкусная—бормочет Анита, ровно первое, что пришло к ней в голову. —Ну это хорошо,—смеется тот—а другие спортсмены как тебе? —Не знаю, я ни с кем еще не общалась,—она вновь проглатывает ту самую вкусную кашу и возвращается к разговору—да и мне не до этого, пора уже думать о тренировках. —Много думаешь, кукла,—бормочет Влад—Ладно, мне пора, тебе привет от Муравьевой. —Ей тоже—вздыхает Анита, не торопясь вешать трубку. —Слушай, еще кое-что…—резко начинает парень, на блондинка его уже не слушает. Напротив нее без приглашения и максимально бесцеремонно садится Малинин. —Потом позвоню—она отключается и убирает телефон. —Так ты русская?—он ехидно улыбается, словно готов закидать ее колкими шутками. —Нейтральная—она закатывает глаза, сжимая в руках кружку с кофе. —Neutral means... and how do you like it here?—продолжает блондин—Может открою тебе секрет, но нам советуют держаться подальше от нейтральных. —Тогда что ты здесь делаешь?—интерес брал верх над неприязнью, но парень лишь пожал плечами, хоть и его взгляд говорил о другом, даже кричал. Его глаза блуждали по лицу и телу девушки, словно сканировали все достоинства, ну и не только.  К слову, Анита оказалась права о своих доводах. Малинин был воплощением нарциссизма, это видно, это заметно. Она тонко подмечала все его эмоции и движения, он был явно популярен и не обделен вниманием со стороны других, потому что она заметила, как много девушек косятся прямо на их стол.    —Ну так что, готова проигрывать?—вырвалось из уст парня. —Что?—переспросила русская, подумав, что ей показалось. —What did you hear?—посмеялся блондин.  —Да пошел ты—она резко поднялась с места и ушла прочь, общаться с неотесанным америкашкой ей не хотелось, тем более слышать его оскорбления еще и не всегда понятные.  Она вновь вернулась в свою кровать, затыкая уши наушниками из которых уже которую неделю играет песня «The monster». Анита любила эту песню до момента, пока не поставила под нее свою короткую программу, теперь она стала раздражать, даже нет, не то слово, скорее нервировать. Нервировать только потому, что на девушку возлагаются огромные надежды, а это программа должна принести ей хорошие баллы и быть может ту самую заветную медаль.  Впрочем, зачем думать об этом сейчас. Блондинка собрала вещи и помчалась на арену, где вот вот начнется короткая программа мужчин. Она не сдержалась, пробралась к арене, останавливаясь у самого бортика, где разминался Петя. Вероника Дайненко—его тренер следила за каждым его движением, но заметив Аниту улыбнулась, хоть и не надолго. —Привет—он выдохнул, вот вот объявят его выход. —Петя,—она глупо улыбнулась, хлопая его по ладоням—ты справишься. —Конечно, справлюсь—Гуменник улыбнулся, его непоколебимое спокойствие очень удивляло, даже несмотря на то, что ему пришлось меня музыку для программы. Она не знала, что и говорить. Хотя зачем сейчас слова? Девчонка крепко прижалась к нему, из-за разницы в росте ей пришлось подниматься на цыпочки, что бы обхватить плечи Петра. Самое интересное, что в этот момент она почувствовала, что здесь совсем не одна. Рядом Петя, парень, который так же поехал в неизвестность бороться с сильнейшими спортсменами, ему тоже тяжело, ему тоже страшно, ему тоже нужна поддержка.   И вот зал затих. Музыка зазвучала и словно весь мир остановился. На каждом прыжке Анита зедреживала дыхание, старалась не жмуриться и не кричать, мало кто может понять такие эмоции, но простить их может каждый. Каскад четверной флип с двойным тулупом вышел с небольшим минусом, четверной лутц и тройной аксель бесподобны. Все непрыжковые элементы были выполнены на четвертом уровне сложности. Только вот баллы удивили, судьи оценили его прокат в 86.72, что ей показалось маленьким результатом, хотя Петя остался доволен. Дальше Анита сидела на трибунах, смотрела за остальными парнями и удивлялась, многие удивляли с каждым элементом, а кто-то даже с каждой секундой.  —Ну как?—она даже не заметила, как к концу всего рядом появился Гуменник. —Нереально—призналась девушка. Петр лишь улыбнулся, потому что он знал, что вот вот выйдет заключительный спортсмен, чье имя было уже известно им обоим, да да, тот самый Илья Малинин.  И да,  Малинин появился на льду и атмосфера полностью поменялась. Он заполнил все пространство собой, своей уверенностью и самовлюбленностью. Анита всю программу смотрела как завороженная, но в то же время думала про его прозвище «quad god». Она искренне верила, что бог один и это не Малинин, который сам назвался верхушкой своего мира, но по окончанию кп она полностью поменяла свое мнение. Парень двигался обрывисто, четко и завораживающе, словно хаотично, но она знала, каждое движение отточенно до идеала. Да, здесь Малинин в своей тарелке, здесь он бог. Парень высовывал язык, корчил рожицы и делал все, от чего девчонки на трибунах визжали так, что удивительно, как еще не потрескался лед. По окончанию песни зал стоял, аплодисменты не утихали до того момента, пока парень не исчез со льда, хотя люди все еще продолжали кричать, вопить и чуть ли не плакать. Анита и Петя были не исключением, они так же хлопали, словно под гипнозом. Все таки есть у этого парня что-то, что цепляет за самую душу, потому что Анита чувствовала, когда он сошел со льда и бросил взор в ее сторону, она ненароком задержала на нем взгляд дольше, чем на простом сопернике. Семиквадка это нечто, это по божески, это божественно. Окончательно добили его баллы—108,16 просто вау. Раскрасневшееся лицо, растрепанные волосы и этот самовлюбленный оскал отобразились на экране и вот девчонка вновь замерла. Тот, что пару часов назад был неприятен ей до чертиков, сейчас является поводом для восхищения, поводом для мыслей, которые она в эту секунду отгоняет как может, но воображение рисует свои картины, не слушаясь ее. —Ну да, мои 86 с его 108 не сравнятся—прошептал Петя скорее в пустоту, чем подруге. —Еще не вечер,—вырвалось у блондинки—произвольная покажет.