Сказ о том, как Рейх к свёкру ездил

— Мы ж вроде на две недели едем, а не на год, — Рейх с подозрением оглядел три сумки, забитые под завязку. — Мало ли... — Что мало ли? У тебя разом порвётся... — немец заглянул в сумку, — десять пар носков? — Ну да?.. — СССР побыстрее запихал кепку в сумку и закрыл её. Швы предательски затрещали, но выдержали. Всё выдерживают. Так всегда говорил Союз. — А ещё сейчас лето. Зачем брать носки? — Так ночью холодно может быть. — О-ох, — вздохнул Рейх, надел свой рюкзак с принадлежностями для рисования - он собирался изобразить на холсте красоты загородного особняка РИ - и вышел из комнаты, оставив мужа наедине с тремя сумками. СССР попыхтел-попыхтел, но всё-таки две сумки взял в обе руки, а другую держал за ручку зубами. Когда Рейх заглянул опять в комнату, то чуть со смеху не повалился. Но когда увидел, что Совет тоже посмеивается и из-за этого у него текут слюни прямо на сумку, то выхватил её, чуть не выбив русскому челюсть. — Моя любимая-я-я... — театрально расплакался Третий, прекрасно понимая, что ничего с его сумкой смертельного не случилось, всё можно исправить салфеткой. Но побесить мужчину хотелось, и даже очень. Бедный СССР даже сначала испугался и виновато опустил голову, но потом с лёгким прищуром оглядел Рейха, поняв, что тот прикалывается. — Я тебя закапаю на грядке с картошкой. Знаешь, как там удобно? Особенно когда тебя медведки съедят заживо-о-о... — зловеще протянул Союз, подходя к мужу. Всё бы ничего, Рейх даже мог испугаться, поверив в реальность угрозы коммуниста, если бы он не шлёпнулся прямо перед ним. Он споткнулся о ворс ковра и упал прямо к ногам художника. Третий Рейх... нет, не кинулся к супругу на помощь, он громко и заливисто захохотал, даже схватился за живот. Нет, бывший нацист не жестокий, просто в их семье зародилась такая традиция. Вообще, в семье Рейха такого не было, это он подхватил у русскоговорящих. — Давай руку, — всё по той же традиции после насмешки нужно помочь тому, кого взяла на прицел Судьба. — Еба ты тяжёлый, — привычку материться Третий подхватил всё у тех же русских. — Да это ты просто дистрофик, — и последний этап традиции: нужно кинуть что-нибудь в ответку. Советский Союз поднялся с помощью руки и снова взял сумки. — Пойдём? — Ага, а то ещё каких-нибудь приключений на жопу себе поймаешь. СССР и Рейх уложили сумки в машину и, не забыв посидеть на дорожку, поехали в аэропорт. Лететь недолго, всего два часа с небольшим, а Союз наложил разных вкусняшек в ручную кладь, намереваясь этим откармливать своего ненаглядного. СССР с самого начала предложил ехать на машине или на поезде, но немец на отрез отказался. Обуславливает он это этим: деньги у нас есть, зарабатываешь ты дохера, так зачем экономить? И ведь действительно, СССР работал на дому и получал столько, что хватало на жизнь и ещё оставалось на накопления. Кем работал коммунист, история умалчивает, но нам это и не нужно. В любом случае, должность у него престижная, не действующим странам плохую работу не дают. У них ведь опыт колоссальный, да и жизнь чуть ли не вечная - самому старому государству, Тауантинсуйу, Бог знает сколько лет, но держится тот молодцом. А вот Рейх решил богодулить, занимаясь готовкой, уборкой да небольшим хозяйством, кое они имели. Да что из хозяйства-то? Садик и небольшой огородик. Немцу больше всего клубника полюбилась, хоть с ней возни столько... Поэтому варенье у них всегда много, дети постоянно просят. Чтобы мозг совсем не атрофировался, он не бросил рисование, дома стены украшены прекрасными картинами. Немец взял даже одну небольшую, но самую красивую, с пейзажами Берлина, для свёкра чтобы задобрить маленько. Да, боится наш Рейх императора. Если до этого думал, что всё ему с рук сойдёт, то потом понял, что нет, нихуя. Союзу об этом он не говорил, но решил увидится с его старшим сыном, Российской Федерацией, чтобы побольше узнать о РИ. Россия с удовольствием рассказал про тяжёлый характер дедушки, не забыв отметить то, что новых членов семьи он принимает очень тяжело и устраивает какую-то проверку. Третий всё пытался выведать у русского, что эта за проверка, но членораздельного ответа так и не добился. Понял только то, что узнает он это потом, когда придёт время. А время в ожидании идёт очень долго, словно это время - дряхлый старикашка, коему под сотню, и который ходит с клюкой или, того хуже, с ходунками. Так что эти треклятые часы в самолёте прошли для Рейха очень тяжело. Зато вот Союз чувствовал себя прекрасно. По своей привычке он положил голову на колени мужа и заснул. А бедный немец ни разу не сомкнул глаз. Из-за этого стресса его даже вырвало на посадке, хотя до этого его никогда раньше не укачивало. Когда самолёт немного полавривовал над облаками из-за непогоды, то он, наконец, совершил посадку. Коллективно похлопав пилотам за полёт, Союз хотел было потащить Рейха вылезти самыми первыми, но Рейх упирался, ссылаясь на то, что он не собрал все вещи и стал показательно рыться по карманам сидения, ища несуществующие вещи. Коммунист сразу заподозрил что-то неладное. Обычно Третий самый первый пытается выскочить из душного самолёта, чтобы увидеть аэропорт и город. Да и не дурак ведь, заметил, что его вторая половинка какая-то грустная. — Рей, всё нормально? — Союза сел на своё сиденье, дав людям пройти, и взял мужа за руку. — Да, всё окей, — махнул рукой Рейх и, схватив рюкзак, стал проталкиваться между людьми, лишь бы Союз не задавал лишних вопросов. — Молодой человек! Все выйти хотят! — заметила женщина, держа в руках какую-то странную сумку. Да и сама она была странная. Наклеенные ресницы, нарисованные брови, ярко-красная помада и короткая причёска, которую он, сто процентов, утром упорно делала. — Надо было во время полёта в окно выйти, — бросил Рейх, повернувшись к ней. И она только сейчас увидела, что имеет дело со страной, да ещё какой! Кажись, нужно заткнуться и пропустить его, но женщина та ещё язва. — Тот факт, что вы бывший диктатор, — она выделила голосом слово «бывший». Рейх поморщился, — не даёт вам права так беспардонно расталкивать людей! Народ с интересом наблюдал за спром. Ох, как же люди любят такое! — Я даже не дотронулся до вас, — скрестил руки на груди Рейх. Это было правдой. Он, со своей худобой, почти никого не задел. Разве что маленького мальчика, лет семи, но перед тем он молча извинился, потрепав по голове. Третий любил детей, а вот таких мерзких тёток - нет. — Тут очередь! Третий Рейх уже раскрыл рот, дабы выразиться не в самых лестных словах о женщине, но его остановил Союз схватив за локоть. — Извините его, пожалуйста, — СССР натянуто улыбнулся дамочке. Рейх вырвался из хватки мужа и поспешил уйти, ведь впереди уже никого не было, все ушли, лишь они задерживали очередь. — Товарищ Советский Союз, а этот фриц вам точно не угрожает? — прошептала женщина, чуть наклонившись к Союзу. — Нет?.. — Союз даже удивился. А в голове уже нарисовалась картина, как Рейх будет угрожать чем-нибудь Союзу, пока тот лежит под ним связанный. Как Рейх будет ругаться и безумно смеяться, оставляя укусы по телу русского. СССР встряхнул головой, прогоняя мысли. Вот только не надо ему тут вожделения! Что за BDSM-наклонности в последнее время появились у коммуниста? — Если что, у меня брат моей невестки работает в ФСБ, — и зачем эта информация Союзу? — я могу ему передать, чтобы они последили за этим фашистом, — а, так вон оно что. — Спасибо большое, но я сам справлюсь, правда, — Советы отошёл от женщины на шаг, надеясь уйти по-быстрому. — Если что... — Если что, то возьмёте мою визитку, — Союз порылся в карманах и достал оттуда свою старую визитку, ещё с его правления. Но женщину не смутило, что эту картонку сделали как минимум в 5000 году до н.э, да и номер домашнего телефона. — Спасибо за сотрудничество. — Служу России! Союз поспешил выбежать из самолёта, чтобы просмеяться. До того эта ситуация показалась ему абсурдной!.. Возле конвейера с багажом он увидел Рейха. — Чё встал? Помогай! — Рейх взял одну из сумок и вручил русскому. Тот взял тележку и помог мужу поставить все сумки. — Такси вызвал? — спросил Рейх, когда они вышли на улицу. Таксисты сразу же подскочили к ним, дабы «очень дёшево» довести куда угодно, хоть во Владивосток. — Почти, — Союз залез в телефон и стал смотреть, какое такси может приехать. — Всё. Чёрный BMW Р148ЕХ приедет в течение десять минут. Рейх кивнул, но потом удивлённо посмотрел на мужа. — Ты специально? — Что? — Мой любимый чёрный BMW, а номер с буквами моего имени. Ещё и комфорт сто процентов, — настроение у немца поднялось, когда он понял, какую милость совершил Союз ради него. — Зачем? — Я же люблю тебя. Хочу порадовать, — Союз погладил немца по щеке. Он наклонился, чтобы поцеловать любимого, но Рейх огляделся и увидел, как на них глазеют люди. Homo sapiens (человек разумный, если кто-то не знает) уже привык, что среди них живут воплощения, но Союз и Рейх стараются не очень распространяться о своих отношениях, чтобы не заставлять Россию разбираться с недовольными. — Сов, не при людях же... — Рейх приложил палец к его губам. — Ладно, ладно, но имей ввиду, когда будем у отца, я покажу тебе берег реки в лесу, где я любил отшиваться раньше, — русский нагнулся к его уху и стал шептать, обжигая своим дыханием. — Знаешь, как там будет прикольно отыметь тебя?~ Секса на природе у нас ещё не было... — Фу, как некультурно! – Рейх отодвинул его от себя и посмотрел в его глаза строго. По крайней мере, он пытался так смотреть. Вскоре рот его искривился улыбкой и он захохотал. — Стыд и срам, Великий Советский Союз, — Третий заключил мужчину в объятия.

***

Когда водитель сказал, что через пять минут они будут на месте, Рейха аж передёрнуло. Он сжал пальцами ткань на брюках, нервно сглотнув. Не хотелось даже глядеть в окно. А вот Союз с удовольствием рассматривал красивые виды, вспоминая былое. Этому особняку лет двести, наверное. По крайней мере, он стои́т столько, сколько Союз себя помнит.

***

— Папаша, принимай гостей! — крикнул Союз, стараясь быть громким. Окна не задребезжали, значит, не так громко. Гости смогли пройти через забор, потому что на нём висел старый замок, ключ от которого Союз где-то откопал. Теперь они стояли перед домом и звали хозяина. Послышались неторопливые шаги, который, несмотря на закрытые двери и окна, всё равно были слышны на улице. Дверь приоткрылась и на крыльцо вышел он - такой статный, холодный и неприступный. — Рад видеть вас, сын мой и... — он оглядел Рейха, намекая на то, чтобы тот представился. — Третий Рейх, — немец осторожно подошёл и подал руку бывшему царю. — Рад знакомству. РИ с сомнением оглядел протянутую ладонь, но не поздоровался в ответ, пройдя мимо его к Союзу. Рейх чуть рот не разинул, поражаясь такой наглости. — Сколько же мы не виделись! — воскликнул Союз, заключив отца в тёплые объятия. — И столько же бы не увиделись, если бы я не позвал вас, — заметил Империя, погладив Союза по волосам. — Совсем родного отца забыл... — Ничего я не забыл! Каждый день молюсь за тебя и свечку ставлю! — Видимо, за упокой, — усмехнулся РИ, поняв шутку сына. А Третий Рейх... А ему оставалось лишь молча офигевать от жизни, не понимая, чем он с первого взгляда не угодил свёкру.