Как Сява спасает K-pop

      Мы со Сиплым шли за девкой. Она не привлекала ничего: я изучал помещение, размышляя о встрече с RM, как его мысленно называл Ремчик. Люди вокруг были одеты в странные костюмы, в отличие от меня в трениках и кепке. Они смотрели на нас с недоумением, как на лошков. Вскоре мы подошли к какому-то отсеку. Чувиха указала на него рукой, и мы вошли. Внутри нас охватило удивление: микрофоны, колонки, приборы, о назначении которых мы не имели представления. К нам подошли человек.       — Сява, Сиплый, вы здесь. Я Шуга, буду вам показывать, как использовать приборы, чтобы сражаться со злом, — деловито сказал Шуга.       — Шуганчик, давай без этой хуйни, — остановил я.       — Я Шуга. Вы должны обращаться со мной, как и со всеми на вы и добавлением щи, то есть Шуга-щи, — строго сказала Шуга.       Я и Сиплый засмеялись. Шуга-щи. Это что такое?       — Ты понял, Сиплый-щи? — смеялся я.       — Да, Сява-щи, я понял, — смеялся Сиплый.       Шуганчик на нас посмотрел с недовольным взглядом, и мы прекратили смеяться.       — Ну, продолжай-продолжай, — вертел рукой я.       — Так вот, я покажу, как пользоваться этим оборудованием. Слушать меня и только меня. Вам ясно?       — Да-да я понял, Шуганчик-щи, — с издёвкой ответил я.       — Итак, это микрофон — он используется, чтобы оглушить врага, это плеер-пульт — там все функции, — объяснял Шуга.       Я и Сиплый смотрели на всю эту хуйню. Я почесал затылок и взял микрофон и повертел его рукой.       — Раз…раз… — проверял я микрофон и поднёс к губам. — БОДРЯЧКОМ!       Мой крик отразился от стен и затих. Шуганчик упал, и несколько человек подбежали к нему, чтобы поднять, схватив за руки. Они смотрели на нас с презрением. Я вздрогнул и вернул микрофон на место. Шуга медленно приблизился ко мне и забрал микрофон.       — Будьте осторожны с этими штуками, — медленно, протирая голову, предупредил Шуна.       — Да, я понял, Шуганчик-щи, — понял я.       После этого начались интенсивные тренировки. Шуганчик подробно рассказывал мне, как пользоваться различными инструментами. Я внимательно слушал и активно кивал, а Сиплый тихонько смеялся и вставлял свои комментарии, которые раздражали Шуганчика. Однако Шуганчик не обращал на Сиплого внимания, потому что зачем обращать внимание на маты, если мир находится под угрозой из-за какой-то инопланетной хуйни. Но мы с Сиплым понимали, что нужно защитить этот мир и K-pop от инопланетной хуйни, иначе будет пиздец.       После тренировки мы осмотрели штаб. Подошли к окну и увидели город. Таких высоких зданий я раньше не видел. Пока мы любовались, к нам подошел Ремчик.       — Как вам Сеул? — поинтересовался он.       — Сеул? — не понял я.       — Сеул — столица Южной Кореи, — пояснил RM.       — Ни хуя себе куда нас занесло? В Корею. Это пиздец, — удивился я. — Слышь, Ремчик-щи, может пивка для рывка?       — У нас есть бар, но мы будем пить национальный напиток Южной Кореи, — согласился Ким Намджун.       Мы с Ремчиком решили узнать, что же представляет собой национальный напиток Кореи, и отправились в бар. Войдя в лифт, Ремчик нажал на несколько кнопок, и кабина плавно опустилась вниз. Я прислонился к стене и через стекло наблюдал за городом, где возвышались здания. Вскоре мы прибыли на нужный этаж и направились в бар. Оказавшись у стойки, мы сели и стали ждать, пока нам принесут напиток. Бармен налил в стопку что-то, и Ремчик взял её.       — Это соджу — национальный алкогольрный напиток.       — Охуеть, — удивился я.       Я взял стопку соджу и быстро выпил. Вкус просто охуеть, намного лучше пива. Во время распития мы с Сиплым спрашивали Ремчика о Сеуле, штабе и других вещах. Ремчик спокойно отвечал нам. Мы рассказали ему о Перми и других вещах, связанных с гопниками. Разговор шёл плавно и легко. Агенты оказались не такими уж плохими, нужно только привыкнуть к ним, и всё будет в порядке.