Нити Плетения

Айен промокнул уголок губ наглаженной до хруста белоснежной салфеткой. Затем отпил пару глотков из бокала, напиток в котором, на его взгляд, оказался через чур искристым и сладким. «Проиграли?Или же…» Айен отодвинул приборы, поставил локти на край стола и подпер подбородок сжатыми в замок пальцами.  Кто бы мог подумать, что ещё недавно он бежал сломя голову по холодной земле Цереры, спотыкался о торчащие сучья посохшей древесины, чтобы только успеть спасти Автарха. Теперь же Атрау неспеша завтракал в дальнем крыле величественной  резиденции, пока его собственному брату вскрывали черепную коробку, а о состоянии невесты было лишь известно то, что она ещё дышит.  «Невеста ли?» Айен втянул воздух сквозь сжатые зубы. Сколько всего успело свалиться на их странную команду, собранную из отступников, бандитов и действующих политических фигур. Критически важных точек было всего несколько.  Потери. Ложь. Неудачи. Бесконечная череда неудач, макающих из раза в раз носом в дерьмо. Казалось, стоило приложить невероятное количество усилий, чтобы выплыть из одной ямы, как из-за мелкой ошибки в расчетах и неопытности все дружно ныряли обратно, да только ещё глубже.  «Отец» Айен вспомнил первое удачное завершение сделки, одно из заданий, доверенных Домом. Отец сказал: всё, за чем стоит Тень - твоё. И сейчас Айен бы не стушевался. Рассмеялся бы ему в лицо. Ведь дело в нынешней ситуации окончилось колоссальной неудачей.  Первые сутки себя же Айен сокрушался, метался по тюремной камере, вернее, приторно роскошным покоям, прокручивая в голове раз за разом вопрос: где прокололся? За чем не углядел и когда оступился?  Замедлившись, осознал: его годы против тысячи лет. Его ресурсы супротив настоящему галактическому идолу вне времени и пространства.  А потом в комнату зашел Лайс. И он же им не был вовсе. Всё, что составляло его брата, от поверхностных вспышек ненависти к мелочам до пожара истинных чувств в самом сердце, исчезло.  И Айен крепко обнял Алластрия. А после - попросил принести ужин.  Айен улыбался, слушая новости младшего Атрау об убранстве будто бы настоящего замка - территории Автарха. О том, как здорово щебетали птицы в саду и как благосклонно правление монарха в своей сути. Как ему помогли медики, сумев избавить от надоевшего психоза. Когда же Лайс ушел, Айен был готов содрать с себя кожу. Единственный, кто оставался полон сил на сложившемся пути мрака, стал марионеткой.  В эту, настоящую минуту, Айен вновь выдохнул. Но более не жалел себя.  «Лайс по-прежнему жив. Ты жив. И Мерцелла…» Девочка, всегда пытающаяся казаться сильной, когда изнутри пожирает страх. Айен был уверен, что, оказавшись близ Эль Кассара, та вскинет голову, выпалит колкость-другую и будет держаться до конца. Камни на её платье - сиять, локон волос- лежать к локону. Плечи - расправлены. Настоящая прим-домина великого Дома Истри.  Одна беда - нежное девичье сердце.  Айен понимал: его оставили в живых с одной целью - ещё один рычаг давления на нее. Автарх первым делом должен был залезть ей в голову, ныряя в самые важные воспоминания, пропитываясь каждым вздохом Мерцеллы в поиске уязвимостей. Ловя каждое смущение и каждый искренний смешок. А, значит, Кайелетт должен был почувствовать вкус ее губ.  «Тварь» Айен мог одним точным ударом разломить этот стеклянный стол пополам, выместив разом всю боль. Но он должен оставаться спокойным. Попросту обязан.  «Пока не болтаешься в петле - время есть» И Айен найдет выход.  Если поначалу себя он мог списать со счетов, решив, что нет сил цепляться за этот мир, то теперь же был уверен: пока не вытащит брата из туманного плена, пока не обеспечит Мерцелле безопасность - он не опустит руки. Будет собран, будет готов действовать в нужный момент. «Не все карты разыграны» И мысли на этот счет он запрячет в сознании как можно глубже. Воспользуется стенами внутренней крепости, что взрастили десятки шрамов. Недостающие камни воздвигнет собственноручно, лишая доступа света и воздуха.  — Эй, хмурый братик, - на пороге показался Лайс, — О, я пропустил завтрак? — Еще остался сэндвич, - Айен мягко улыбнулся. — Ага. Лайс легким шагом пересек покои и, подхватив сэндвич, аккуратно откусил кусочек. Айен же умел держать маску с самого детства. И брат бы не считал подвоха. Ни тогда, ни сейчас. Могла лишь Мерцелла.  — Слушай, - будто невзначай бросил Айен, — А как там Мерцелла?  — Уже должна была проснуться, - Лайс оживился, — Наверняка. Я вот так крепко спал сегодня, ты не поверишь.  «Копи силы, мой дорогой брат» — Я бы очень хотел с ней повидаться, - Айен сделал вид, будто прихорашивается в зеркале, — Поможешь организовать нам встречу?  Алластрий встрепенулся и отложил половинку сэндвича обратно на блюдо. Не запихнулся, находу облизывая пальцы и понося на чем стоит свет погоду за окном. Айен подмигнул брату. Сошло бы любое действие, только бы отвлечься. — О! Вот о чем я забыл. Она ведь просила меня о том же. — Ты вроде говорил, что стража к тебе лояльна?  — Ага, - Лайс довольно похлопал себя по груди, — Они славные ребята. Верные службе.  — Проведешь меня?     Витиеватые коридоры петляли в причудливом узоре, то и дело преподнося взгляду завораживающие виды: от диковинных существ во мраморе до раскидистых крон деревьев всевозможных пород и размеров.  Айен считал шаги, замеряя расстояние до возможных выходов. Улавливал редкие звуки, доносящиеся из разных углов. Отмечал, настолько прозорлива стража, как ведется пересменка и с кем Лайс уже обменивается рукопожатием. С теми, кто, как и Кайелетт, уверены, что победили.  — Ну, - подмигнул Лайс, остановившись у одной из дверей, — Минут десять, не больше. А я перекинусь в картишки с ребятами, идет?  Дверная панель бесшумно отъехала в сторону. Лучи полуденного солнца несмело забирались внутрь комнаты, огибая неподвижную статую прекрасной девы.  Мерцелла, словно фигура из сада Клана Ядовитого цветка, замерла на краю идеально заправленной постели. Жизнь в ней выдавало лишь едва заметное подрагивание оголенных в вырезах платья плечей. — Здравствуй, - шепнул мужчина. — Айен… Как же ему хотелось, чтобы она, как прежде, накинулась на него с осуждением «выработанной тихой походки», которая заставляла ее сердце бешено колотиться, а тело вздрагивать. Сам же Айен в такие мгновения сиял изнутри, заряжаясь её светом. Но девушка не двигалась.  — Наверное, - начала она, — Ты обо все знаешь?  Айен медленно подошел ближе.  «Живая. Здоровая» Тут же заметил стягивающий грудь золотой корсет, чьи ветви сплетались ровно на месте горошин её сосков. Ни дюймом ниже или выше. «Он знает ее» В его проклятых лабораториях особые люди наверняка располосаны на части, продуманно делясь на квадраты голографических досок, распадаясь после на частицы в уравнениях. Ведя суть к одному: власти. Ровно так же, как сейчас бархат винного цвета расчетливо обвивал еетонкую шею ровно настолько, чтобы сдавливать лишь при неумелом движении. — В общих чертах.  И Мерцелла заговорила.  Вопросы сменяли один другой, не дожидаясь ответа. Сумбурный поток из предположений и теорий рвался наружу, заставляя девушку начать заламывать пальцы.  Айен хотел сорвать опротивевший корсет с нее прочь. А бархатку лишь слегка сжать в моменте. Так, чтобы звучание его имени подернул сладостный хрип наслаждения.  «Эль Кассар упаковал подарок для себя» Ни дня не проходило без воспоминаний о редкой близости с Мерцеллой. Рваной, в извечных попытках успеть насладиться выпавшей передышкой. Ни минуты до, ни секунды после.  — Я, - дрожь в ее теле начинала стихать под крепкой хваткой Айена, — Я скучала по тебе. «Я люблю тебя»  — Знаю, - бросил Айен. «Люблю тебя так сильно, что стоит это произнести вслух, как мир окончательно рухнет» — А ты? - с надрывом вымолвила Мерцелла, — Ты скучал? Волновался за меня хоть немного?  «Сровняю эту обитель с землей и развею по ветру. Так, чтобы твоих ножек не коснулась даже пылинка оставшегося после смрада» Айен склонился. Коснулся губами её волос. — Сомневашься? Или просто хочешь это услышать?  — Было бы неплохо для разнообразия. Он докажет, что достоин её. Пожертвует всем, чтобы в глазах Мерцеллы больше не скапливались слезы. — Ты дорога мне. Не удержался. Мазнул губами по виску.  «Чтобы твоей нежной кожи никто не посмел коснуться, кроме меня» — Паршивое чувство… Бессилия сердца над разумом. Там, где стоит сдержаться. Взять силы из ниоткуда, уже взаймы у самой жизни.  — … ужасное признание.  — Я поработаю над подачей.  И она улыбнулась.  Улыбкой, что, казалось, дарила только ему.  Айен понимал, что время, любезно отведенное им, заканчивается. Руки разжались, оставляя тепло касаний в утерянном мгновении. — Послушай меня внимательно, - Айен не узнал сталь, появившуюся в своем же голосе, — Когда войдешь в зал, забудь обо всех. О семье. Лайсе. Обо мне.  Эмоции на её лице менялись одна за другой. Прежняя грусть улетучивалась, открывая место безудержному напору.  «Ты должна сообразить. Должна понять меня» Айен не знал, продолжает ли следить и слушать Автарх. Облик победителя укоренился в нем на генном уровне, а, значит, оставался небольшой шанс воспользоваться моментом. Но Мерцелла не должна выдать себя знанием. Пускай считает, что Айен - подавлен. Что он - сдался. Пускай выскажет всё, что посчитает нужным, когда поймёт, что он хранил секреты.  «Только продержись»