my freezing breath, frozen memories | моё ледяное дыхание, застывшие воспоминания

Деннис не мог уснуть. Если Лэнгдон в чём-то и был прав, так это в том, насколько дерьмовы кровати в Олимпийской деревне. Но пока Деннис ворочался, он не мог отделаться от мысли, не был ли Лэнгдон прав ещё в чём-то. Для него было не редкостью, что мысли под конец дня уносились к Робби: к его доброй улыбке, красивым карим глазам, сильным рукам, широкой спине. Всё это крутилось в голове, как пластинка — старая, заезженная, немного поцарапанная, но оттого не менее любимая. Он проигрывал её снова и снова в те ночи, когда чувствовал себя особенно одиноким, вслушиваясь в её мягкие слова и добрую мелодию. Он не мог отделаться от мысли, что, может, у этой пластинки была и вторая сторона, о которой он ничего не знал; что, возможно, когда-то она продавалась в комплекте со вторым винилом, со временем забытым, но всё же составлявшим пару. Деннис повернулся на бок и на ощупь дотянулся до прикроватной тумбочки, где лежал телефон. Яркий экран ослепил его на несколько секунд, пока он боролся с функцией распознавания лица, сонно моргая в камеру. Когда ему, наконец, удалось разблокировать его, он открыл браузер и вбил в поиск имя своей любимой «пластинки». Несмотря на то, как сильно Деннис боялся известности, которая приходит с титулом участника Олимпиады, в подобные моменты он был этому скорее благодарен. За то, что мог узнать больше. Он понимал, что это жутко — узнавать что-то о человеке, которого знаешь лично, не от него, но, по правде говоря, не то чтобы они сильно общались. Страница в Википедии загрузилась быстро; Майкл «Робби» Робинавич — красовалось в верхней части экрана. Было стыдно признавать: он даже не знал, что настоящим именем мужчины было не Робби. Игнорируя этот маленький казус, он продолжил скроллить страницу, просматривая основную информацию: дату рождения, место рождения и всё остальное. Как и ожидалось, графа «Отношения» пустовала, но Деннис всё же с облегчением выдохнул. Он не знал, как чувствовал бы себя после осознания, что флиртовал (?) с женатым мужчиной. Несмотря на то, что его намерением было сразу перейти к информации о личной жизни, он поймал себя на том, что задержался на разделе, посвященном карьере. В голове заели слова Робби — частично затронутая история о травме, которая, казалось, поставила крест на его карьере — словно царапина на пластинке. Он щелкнул по шапке раздела — любопытство взяло верх. Его взгляд скользил по строчкам, собирая информацию, чтобы сохранить её глубоко в своей памяти. Он увидел то, что и ожидал: большую часть своей карьеры мужчина провёл в «Питтсбург Пингвинз», хотя один сезон отыграл за «Нэшвилл Предаторз», прежде чем вернуться в родной город; дважды участвовал в Олимпийских играх, на вторых привёл свою команду к серебряной медали; получил награду «Самого ценного игрока» на матче всех звёзд и множество других. Деннис глубоко вздохнул; взгляд зацепился за следующий заголовок ещё до того, как он дочитал предыдущий абзац.

Травма и завершение карьеры

Во время подготовки к Олимпийским играм 2006 года в Турине, Италия, Робинавич столкнулся с другим игроком на льду во время тренировки. Это привело к разрыву передней крестообразной связки, что помешало ему в дальнейшем присоединиться к мужской сборной США. Он взял перерыв и в клубной карьере в НХЛ, чтобы восстановиться. Однако к игре так и не вернулся. Робинавич объявил о завершении карьеры 2 октября 2006 года, за два дня до начала сезона НХЛ. Пресс конференция не проводилась, а причина ухода не объявлялась. Деннис уставился на экран, почувствовав в груди тяжесть этих слов. Разрыв передней крестообразной связки — довольно распространенная травма, многие спортсмены без проблем возвращаются к тренировкам в своём виде спорта. Так почему же Робби не смог? Его взгляд скользнул ниже, к следующему небольшому разделу. В нём подробно описывалось возвращение Робби к тренерской работе спустя десять лет спустя — начинал он в качестве второго тренера, а затем стал главным, в конечном итоге вернувшись в родной город, чтобы тренировать «Пингвинз». Деннис откинул телефон и вздохнул; темнота окутала его, так как свет исходил лишь от экрана. Должно быть, для Робби было приторно-горько возвращаться к хоккею в своей старой команде, но уже в качестве тренера. Вернуться к чему-то знакомому, но в то же время оставшемуся в прошлом. Люди, без сомнения, изменились: ни старых товарищей по команде, ни тренеров, лишь некоторые преданные болельщики на трибунах остались. Был ли он счастлив вернуться домой? Дом. Деннис не мог остановить поток мыслей, которые, словно снежный ком, катились вниз по склону, нагромождая воспоминания одно на другое, пока не стало казаться, что их больше, чем он думал. Так было всегда. Ему придётся толкать их обратно наверх, если он хочет сохранить их в дальнем уголке сознания, — Сизифов труд. Мысли о семье вышли на первый план. Будут ли они завтра смотреть его выступление? А смотрят ли они вообще? Болели ли его братья сегодня за команду Робби? Были ли счастливы победе? Рука схватилась за телефон, пока сам парень осознавал: чем больше он будет вспоминать, тем сильнее закрутятся мысли. Свет снова ослепил его, но он был скорее рад, нежели раздражён, потому что это помогло отвлечься. Большой палец легко скользил по экрану, прокручивая вниз, пока он не открыл раздел о личной жизни. Это был, на удивление, небольшой набор абзацев, в основном о благотворительной деятельности Робби во время его карьеры в НХЛ. Далее шла информация о том, как он рос в Питтсбурге с бабушкой, как в детстве занимался балетом, как присоединился к юношеской хоккейной команде и быстро полюбил этот вид спорта — всё это Деннис уже знал. Осознание этого помогло ему почувствовать себя не таким уж сталкером. Следующий абзац вызвал неподдельный интерес. В нём рассказывалось, как в подростковые годы Робби часто проводил время на местном катке, помогая некоторым фигуристам тренироваться. От местных девушек он научился поддержкам и некоторым парным элементам. Неудивительно, что он так естественно смотрелся в паре с Деннисом. Может, в другой вселенной Робби занялся бы фигурным катанием. Они не смогли бы стать партнёрами, но, возможно, Робби стал бы его тренером (не в обиду Дане). Не успел Деннис слишком глубоко погрузиться в свои фантазии, как взгляд зацепился за слово «отношения», промелькнувшее в следующем абзаце. Он перевёл дух, прежде чем читать дальше. Робинавич давно дружит с паралимпийским горнолыжником Джеком Эбботом. В интервью NBC они рассказали, что познакомились на пресс-конференции зимних Олимпийских/Паралимпийских игр 2002 года. В марте 2018 года Робинавич был помолвлен со своей девушкой Джейни Мэллой, но в феврале 2019 года они объявили о расставании. В октябре 2020 года появились слухи, что Робинавич встречается в бывшей лыжницей Хизер Коллинз, но никаких официальных подтверждений не было, и к маю 2021 года пара, по-видимому, рассталась. Деннис не смог удержаться и нажал на гиперссылку — страница с фотографией одной из самых красивых женщин, которых он когда-либо видел, прогрузилась быстро. Взгляд сразу же выхватил слова «двукратная олимпийская чемпионка», и он быстро закрыл вкладку, откинув телефон подальше. Что он делал? Он получил ответ, который хотел, узнав слишком много информации. Зачем копал глубже? И почему так ревновал? Робби не был его парнем — он узнал его настоящее имя всего несколько минут назад. Деннис не имел права ревновать к отношениям, которые начались и закончились до того, как они вообще познакомились. До того, как он вообще приехал в Питтсбург. Он уткнулся лицом в подушку, плоскую и неудобную, такую же, как и кровать, которая не давала расслабиться после целого дня тренировок. Нужно было сосредоточиться. Если он хотел что-то выиграть или хотя бы отобраться в произвольные, должен был выбросить это из головы. Закатить свой гигантский снежный ком из воспоминаний, ревности и влюблённости обратно на холм, чтобы отложить всё это до окончания игр. Деннис выровнял дыхание, перевернулся на спину и закрыл глаза. Он снова и снова прокручивал в голове свою короткую программу — каждый прыжок, каждое вращение, каждое скольжение. Он почти чувствовал лёд, когда наконец погрузился в сон.