Идеальный мир

Под истеричный хохот Нотта Блейз сжимал виски кончиками пальцев. Он чувствовал себя крайне гадко. Антипохмельное зелье снимало симптомы опьянения слишком медленно. — Ты успокоишься? — Д-да-а-а, — заикаясь, произнёс Тео, — ну Грейнджер, не могу... Кричалку прислала, — он зашёлся в очередном приступе смеха. — Что за женщина, восхищаюсь. Блейз метнул в него тяжёлый взгляд и поднялся на ноги. Пошатнулся, едва не упав. — Мне нужно ещё антипохмельного, — заключил он, упираясь руками в стол. — Тебе нужно проспаться и привести себя в адекватное состояние, — заметил Теодор, промакнув уголки глаз кончиками пальцев. — Уф, давно так не смеялся. — Ты хотел сказать, давно не ржал как конь надо мной? — На правах твоего лучшего друга, — Нотт развёл руками и осмотрелся, — слушай, а она ведь знает твой адрес, да? Как думаешь, через сколько минут твоя ненаглядная позвонит в дверь? Блейз уставился на Теодора, затем обвёл взглядом кухню-гостиную. Нервно сглотнул. Нотт, конечно, привёл помещение в мало-мальский порядок, но следы трёхдневного загула всё ещё можно было отыскать без особого труда. — Думаешь, придёт? — Ну, для тебя будет лучше, если нет. Ты вот вообще не презентабельный сейчас. Если бы я был твоей женщиной, я бы пожалел, что спал с тобой, — Тео растянул губы в широкой улыбке, словно чеширский кот. — На твоём месте я бы сам назначил ей встречу и пошёл отсыпаться. Так сказать, обезопасил бы себя от очередного провала. Многовато их у тебя, Блейз. — Ты иногда до тошноты правильный, Нотт, это бесит. — Знаю-знаю, — заверил Теодор, — можешь не напоминать, что я идеален. Блейз задумчиво побарабанил по столу кончиками пальцев. — Пригласить её куда-нибудь? Ресторан там, не знаю... Тео картинно закатил глаза. — Блейзи, тебе точно надо проспаться. Ну кто приглашает разгневанную тигрицу на свидание? Твоя задача её успокоить, объяснить свой поступок, а не разозлить ещё больше. Ты же каждым своим промахом показываешь ей, что отец из тебя будет никудышный, — Нотт цокнул языком, — чему вот Данте научит взрослый, который сам ведёт себя как ребёнок? Дети не должны воспитывать детей, Блейзи. Что ты ему отправил, метлу? Забини кивнул. — Нимбус две тысячи девять. Гоночная. Тео присвистнул, округлив глаза. — Шикарный подарок... для профессионального игрока в квиддич. Нет, если твой сын повторит успех Виктора Крама, я буду только рад, даже куплю себе фанатский шарфик с его фамилией... Надеюсь, к тому моменту вы уже определитесь, какой она у него будет. Ты не думал, что неподготовленный ребёнок может просто не справиться с ней, свалиться и сломать себе шею? Ты бы вот вместо шлюх и бухла с этой самодеятельностью спросил у Гермионы, что ему нужно, о чём он мечтает, чем увлекается, выбрал бы что-то полезное, но не грандиозное, и уж точно не стоило отправителем указывать любящего папу! Мальчик десять лет этого папу в глаза не видел, терпит издевательства в школе, и тут такое. Это могло его травмировать, Блейз! — Тео, я отправлял её пьяным. Думать там было некому. Нотт поднялся на ноги и прошёл к открытой балконной двери. Зачем-то выглянул на улицу, потянулся. — Про этот твой загул, — начал Тео. — Ощущение, будто ты просто искал повод оторваться. Если честно, до сегодняшнего дня я восхищался твоим стремлением влиться в их жизнь, я практически не сомневался в твоём успехе, но вот это... — Тео покачал головой. — Просто представь на секундочку, что вместо меня здесь оказалась Грейнджер. Соскучилась, например, или не дай Мерлин что-то случилось с Данте, или она перекроила свои умные мозги и пришла к выводу, что без тебя дальше ей не хочется, и вот, она здесь. Стоит в камине и видит, как ты пьяный трахаешь одну из тех подруг. Представил? От яркости возникшего в голове образа Блейзу захотелось поморщиться. Вряд ли после такого она подпустила бы его к себе снова. — Она бы не оценила, — согласился с ним Блейз. — Думаешь, я слишком драматизирую? — приподняв бровь, спросил он. — Где моя палочка? — На, — Теодор протянул ему древко рукояткой вперёд, — ты чересчур драматизируешь, друг. Дай ей время, пусть придёт в себя. Ты же не знаешь, что там внутри грейнджеровской головы, может, это был банальный самообман. Она вполне могла проговорить это для себя, а не для тебя. — Ты прошёл курсы колдопсихолога? — недоверчиво спросил Блейз. — У подруги одной знакомой похожая ситуация, — уклончиво ответил Нотт, — и книжки умные читаю. Тебе бы тоже не помешало, у тебя вон целый магазин, сиди да изучай. — Туда её и позову, — пробормотал Блейз, — всё равно пора проверить, как там дела. — Нашёл управляющего? Забини кивнул. — Бизнес должен работать, даже если я выведен из строя, — резонно заметил он. — Жена и дети удовольствие дорогое, я должен быть готов. — Какие пафосные речи, синьор Забини. Блейз ухмыльнулся и взмахнул волшебной палочкой, вызывая патронуса, чтобы назначить время и место встречи своей тигрице. *** — Папа! Папа! Ты видел? Я поймал снитч! Детский возглас утонул в шуме толпы, но он, конечно же, услышал. Блейз сделал несколько шагов к бегущему ему навстречу мальчику, раскинул руки, готовый принять его в свои объятия, но Данте пронёсся мимо, будто не заметив его. — Пап, ну видел? — Видел! Я горжусь тобой, Данте. Мышцы будто одеревенели. Блейз медленно развернулся к говорившему лицом, и сердце его рухнуло куда-то вниз, грозя оборвать все сосуды. Данте крепко обнимал Нотта, за плечом которого маячила счастливая Гермиона. Теодор ласково гладил ребёнка по голове, на его губах играла довольная улыбка. — Ты станешь лучшим ловцом в истории Хогвартса, — Гермиона вышла из-за спины Тео и поцеловала Данте в макушку. Взгляд Блейза прирос к её довольно внушительному животу. Какого чёрта тут происходит? — Ой, — выдохнула Гермиона, скривившись. — Что такое, любовь моя? — Теодор тут же опустил руки на её плечи и заглянул в глаза. Он выглядел искренне обеспокоенным. — Пинается, — она скромно улыбнулась, — наверное, рад за братика. Идеальную картину дополняли сочный зелёный газон квиддичного поля и яркое голубое небо. Тео обнимал Гермиону за талию одной рукой, другой прижимал к себе светящегося от счастья Данте. Семья с картинки, ни дать, ни взять. Блейз медленно подошёл к ним, таким тошнотворно счастливым в ярких солнечных лучах. По мере его приближения с их лиц испарялась радость и лёгкость. — Какого чёрта происходит? Тео? Гермиона? Вы вместе? — Ну не с тобой же мне быть, — фыркнула Грейнджер, переплетя их с Ноттом пальцы, — Тео... Он лучше тебя во всём, — с благоговением глядя на довольного Нотта, прошептала Гермиона, — спокойным, рассудительный и заботливый, — она прижалась губами к щеке Теодора, а он крепче сжал её талию. — Он справится с ролью отца для наших детей великолепно! Гораздо лучше тебя! — Наших детей? — переспросил Блейз, переводя взгляд с Гермионы на Тео. Рука Нотта погладила живот Гермионы. — Ваших-ваших. Этот тоже твой, — он указал на живот Гермионы, — но ты предпочёл ему огневиски и девчонок. — Теперь не мешай нам быть счастливыми, — бросив на него снисходительный взгляд, проговорила Гермиона. — Уходи, мистер Блейз, — вдруг вскрикнул Данте и ощутимо толкнул его в живот. — Ты нам только мешаешь! — Проваливай, Забини. Даже не смотри на мою женщину, — посоветовал Нотт, криво ухмыляясь. Небо затянуло тучами, а лица всех троих исказились злыми гримасами. Их фигуры вытянулись, стали больше, колкие слова сыпались на Блейза градом. Фигуры почернели, потеряв какие-либо узнаваемые черты, они наступали, заставляя Блейза шагать назад, пока что-то не обвилось вокруг его торса и не оторвало от земли. Он закричал не своим голосом, когда глянул вниз, обнаружив под собой широко раскрытый зев гигантского кальмара, а в следующую секунду крик сорвался на визг, потому что Блейз полетел вниз, в зловонную черноту, и... Он проснулся от собственного крика. Сквозь распахнутую балконную дверь в комнату врывался ветер, практически сорвав с карниза одну из штор. Крупные капли дождя били по паркету. Блейза трясло. Кошмар оказался слишком ярким, перед глазами всё ещё стоял искажённый образ Тео, Гермионы и Данте, в ушах звучал насмешливый голос Нотта. — Нет... Не допущу, — сказал он собственному отражению в стекле балконной двери и поднялся на ноги. До встречи с Гермионой оставалось несколько часов. Ему нужно было вернуть себе презентабельный вид.