Молочные коктейли

Рэй чувствует, как глаза уже устали смотреть в компьютер, но продолжает поправлять лайн на своей работе, с каждой линией впадая во всё большее бешенство. Его уже заебал его графический планшет, но на нормальный экранник ещё копить и копить. Норман сидит рядом, восторженно смотря на движения Рэя. — С добрым утром! — произносит Эмма, очевидно, только что выползла из спальни. — Сейчас четыре часа дня. — безжалостно констатирует Рэй, насмешливо глядя на стоящий рядом компьютер Эммы, весь обклеенный стикерами, напоминающими о невыполненных заказах. Часики-то тикают, а она пробила все свои дедлайны. И это только по артам, а сколько всего надо сделать для новой анимации… Хотя, стоп, Эмма же ещё ничего не знает. — Ну, это ты встаёшь не знаю во сколько, я же позволяю себе ложиться и спать во столько, во сколько хочу. — садясь за компьютерное кресло и беря стилус, со вздохом произносит она. Рэй знает, что она испытывает досаду, что им приходится делать многое, а получать за это ничего. — Рэй, ну скажи уже ей! — с едва скрываемым ликованием в голосе шепчет Норман, уже знающий обо всем. Рэй закатывает глаза. Норман излишне радуется, это всего лишь типичный заказ, коих они переделали с Эммой уйму раз, правда, чуть больше заплатят, но это не покроет всех расходов. — Эмма, утром пришло сообщение, что вам с Рэем надо нарисовать получасовой мультик, нам платят десять тысяч долларов. И это только аванс! — Норман с утра ходит, как пришибленный, и тупо улыбается, горя нетерпением рассказать всё Эмме. Ну, рассказал, и что? Им необходимо столько всего сделать, а срок лишь месяц. — Что?! — едва ли не визжит Эмма, глядя сумасшедшими зелёными глазами на Нормана. Теперь они оба в чересчур сильном возбуждении, для их детской психики это перебор, но Рэй промолчит. — Я скинул заказчику скетчи и сделал по-быстрому анимацию. Это всё очень, очень примерно и условно, но он доволен. Деньги уже у тебя на счету. — отвечает Рэй, чувствуя, как в животе всё сжимается. Как-то странно, что им предложили столько денег. Нет, они, по сути, этим только и зарабатывают, в перемешку с рисованием всяких артов на заказ, но сегодня что-то уж сильно нереальное. И заказчик уже выслал свои условия: пенис первого персонажа такой-то длины, у второго слюны нарисовать столько, а позы вот такие. Понятное дело, зарабатывать рисованием всякого хентая — единственный способ прожить двум художникам да одному несостоявшемуся музыканту. Рэй это прекрасно осознаёт. Да, Норман хотел быть певцом, но не вышло, и его умение владеть голосом очень пригодилось при озвучке анимаций. Умеет стонать на разных высотах, с разными интонациями, многие заказчики порой дополнительно платят за то, чтобы голосом Нормана были сказаны те или иные фразы. И всё же, одноглазого уже колотит от рисования сисек, жоп. — Ты уже всё отправил? Ну, скетчи? — приходя в себя, бормочет Эмма, продолжая глядеть на Нормана. — Да, я же сказал. — создавая новый слой в программе, бормочет Рэй. — Деньги уже поступили. — отвечает Эмма, проверив счёт. — Это повод отметить! Эмма встаёт, но Рэй усаживает её обратно, испытывая ещё большее раздражение. Не хватало только спустить деньги за работу, которая ещё не сделана. Рэй не любит получать бабки заранее, его тревожность усиливается многократно. Ведь мало ли, что может пойти не так? Надо пока сохранить всю сумму, если всё пойдёт по пизде, они смогут вернуть. Обычно они справляются, но были случаи, когда заказчику по итогу не нравилось, и часть суммы приходилось возвращать. — Я так устала сидеть в этой дурной квартире! Мне надоело сутками зависать перед компом! — Пиздуй тогда. В дворники или уборщицы. — едко комментирует Рэй. — Сначала мы сделаем всю анимацию, хотя бы до такого состояния, что её надо будет лишь озвучить, и пойдём отмечать. — продолжает Рэй, видя расстроенное лицо подруги. — Как будто ты здесь главный и распоряжаешься нашим бюджетом, а не Норман. — с претензией недоумевала Эмма. Вообще-то да, Норман отвечает за расходами троих персон. Когда тема касается бюджета, Рэй обычно всегда злится, выговаривая какая Эмма транжирка, а Норман слишком мягок к её образу мышления. Однажды бестия умудрилась заказать электроштопор. Неизвестно нахуя, а главное зачем, но она посчитала нужным его купить. Циклоп неделю капал на мозги отменить заказ и вернуть деньги, тогда их было в обрез. Политика Рэя проста: если не думать на что жить завтра, то уже сегодня помрёшь. Естественное мировоззрение, которое, к сожалению, этим двоим в голову бесполезно вдалбливать. — Уж лучше я буду распоряжаться нашими деньгами, чем кто-то из вас. — ответил Циклоп, развернувшись к экрану, встраивая чёткие линии с заготовки скетча. — Ага. Напомнить почему ты тогда отказался от такой «величайшей должности»? Мы тебя специально спрашивали хочешь ли ты или нет. — задела за факт парня. Нужно было выкрутиться из ситуации, не поддаваясь на провокацию бестии. — Не помню такого. — слукавил Рэй, не отвлекаясь от процесса. — Я напомню: тебе тупо лень возиться с подсчётами. — повернула его стул лицом к лицу. — Гхм…Как будто ты этого хочешь. — вновь начал злиться юноша, готовый уже вернуться к работе, но его держит Эмма. — Лучше скажи спасибо Норману, что он терпит такую жопу, как ты, Ратри. — Чья бы корова мычала, Михайлова, — огрызнулся Рэй, в наглую дёрнув рабочим геймерским стулом. — Приступай к работе, иначе не видать нам отдыха. — Мы сделаем всё в срок, не переживай. — пытался усмирить двоих Норман. Слабо вышло. — Верю, с нашими долгами. — ухватился за мышку Циклоп, слегка нервно мотая её на столе. — Придурок. — надула щёчки девушка, сев за своё рабочее место. — Норман, не обращай на этого имбицила внимания. Лучше давай разберёмся с чего нам начать. — Да, хорошо. — уселся рядом, детально изучая почту Нормана с заказом. Пока они накидывали скетчи, Рэй закончил два заказа, что на них висело. И теперь сидел с чувством выполненного долга, позабыв о голоде и друзьях. Потянулся на месте, хрустя костями в умиротворённой комнате. — Этот заказчик припизнутый. Каждый шаг расписал. — произносит Эмма после нескольких попыток перечитать сообщение. Усмешка на лице Рэя сильнее оскалила его зубы. Неужели эти двое и вправду думали, что им дали эти деньги за красивые глаза? — Не припизнутый, просто хочет, чтобы его идею воплотили наиболее приближённо к образу в его голове. — спокойно отвечает Рэй, стараясь лишний раз доказать им, что его ничем не удивить. Хотя, его эта инструкция не даёт покоя, обострилось желание отослать все деньги обратно. — Ладно, приступим… Тут надо изобразить член в непонятном ракурсе. — проговаривает Эмма, задумчиво барабаня пальцами по столу. Норман, всё ещё не привыкший свободно обсуждать все эти темы, отводит взгляд. — Я не могу найти подходящий референс… — И чё? — огрызается Рэй, прекрасно зная, что нарисовать пенис в любом положении для Эммы не проблема. — Может, кто-то из вас разденется и ляжет в нужной позе? А? — Пусть Рэй… — с запинками бормочет Норман, краснея, но поглядывая в глаза Рэю. — Да, накажем его за то, что зажал деньги. У него по размерам подойдёт… — На основании чего ты делаешь такие выводы? Вдруг не подойдёт? — продолжает не то шуточный, не то серьёзный диалог Рэй, продолжая рисовать. — Смотри, Эмма, я нашёл нужное фото… — тут же прерывает их Норман. Всё-таки, ему тяжело это слушать. — Ну разденься, Рэй. — Вы двое — последние люди на Земле, перед которыми бы я разделся. — отрезает Рэй, хотя он уже миллионы раз представлял, как разделся бы перед ними во время секса. Но они лишь друзья, их отношения ещё не скоро сдвинутся с мёртвой точки. — Я бы скорее разделся перед незнакомцами на улице, чем перед вами… — А что так? Тот факт, что ты спишь в одной с нами кровати, тебя не смущает? — задаёт наводящий вопрос бестия. — Просто у нас квартира-двушка лишь с одним диваном на троих, поэтому и приходится… — выкручивается Норман. — И вообще, друзья не должны раздеваться друг перед другом… — Ладно, спасибо за референс, Норман. Ничего, мы заставим с тобой этого мудака быть голым. — зловеще угрожает Эмма, яростнее выводя линии. — Я бы не хотел этого видеть. — сглотнув слюну, испуганно даёт ответ Норман. — Не устоишь? — отзывается Рэй, следя за их реакцией. — У Нормана встанет. — констатирует Эмма. — Блять, Эмма, не отвлекайся… Рисуй. — заметив смущение Нормана, Рэй старается говорить о чём-то другом. А о чём тут молвить? Вся их профессия, по сути, вертится вокруг ебли и того, кто, куда и что кому присунет. — Вы сами отвлекаетесь. — напоминает она. — Но ничего, ваши голоса заставляют мой клитор набухать… — Ох, замолчите. Почему вы такие испорченные? — Норман уже не смотрит им в глаза. — А где ты научился так стонать? А? — Эмма поворачивает Нормана к себе. — Ты тоже извращенец. Рэй вздыхает, возвращаясь к работе. Не стоит тратить время и силы на пустую болтовню, слишком мало они продвинулись за это время. От постоянного рисования уже выворачивает, вся его жизнь — это кровать — компьютер — кровать. Ему бы хотелось согласиться на предложение своих друзей пойти куда-нибудь, но больно заказчик требовательный. Всё может пойти не по плану. Лучше и не думать об этих деньгах. И, кстати, вот новое письмо от него. Рэй пробегает строчку за строчкой, пока Норман и Эмма проёбывают рабочие часы. От каждой прочитанной фразы удивление и злоба зашкаливают. — Блядский рот! Как ты меня затрахал. — восклицает Рэй, вышвыривая мышку. — Он пишет, что всё должно быть готово к сроку, и, плюс, если мы не успеем или что-то пойдёт не так, мы должны будем возместить ему денег в два раза больше. И да, ему не понравилась ещё композиция кадров в начале. — Оу. — отвечает Эмма. — Но ничего, у нас всё получится, и, если мы сделаем, у нас будет ещё целая гора денег… — Ага. Только сядь уже и рисуй. Вы как два барана. — Рэй начинает нервничать, и, чтобы успокоиться, начинает рисовать быстрее. — Я уже начинаю сомневаться в правильности наших действий… — пытался отогнать от себя плохие мысли, испытывающие на прочность психику ребят, но что-то не выходило. Последовал примеру темноволосого Норман, в меру впадая в панику. Может оно того не стоит? Десять тысяч штук — нехилая зелень, но к такой придирчивости со стороны покупателя — тоже не привыкли. Слишком табуировано назойл, на то она и цена достаточная… — Полностью солидарен. Я готов прямо сейчас обратно деньги перевести. А ты ещё гулять собралась. — облокотился на спинку стула Рэй, расслабляя на время мышцы. — Так, напоминаю, с деньгами контачишь не ты, а Норман. И вообще, обо мне забыли. Может я не готова? — подняла шумиху бестия. Шумная и стойкая, с ебанутостью сведёт любого с катушек. — Раз ты вся из себя такая невъебенная, сделай одолжение: придумай что-то стоящее для нас и этого имбицила. — попытка задеть не удалась. По боку вовсе, ибо что она хороша, и что этот заказчик — оба ебут мозги, только если заказчик этот день, то Эмма всю жизнь. Лучше бы ебала что-то другое. — Думаю можно ещё немного поработать. Если уж не выйдет, то вернём всё обратно. — предложил беловолосый, разрядив обстановку. — Да! Отдохнули и хватит! — обрадовалась Эмма, внедряясь в рисовку. — Ха. Сказала та, что нихрена не делала. — в ответ Рэй получив удар подушкой. Естественно, его это не устроило, он даже начал громко о чём то болтать, наверняка говоря, что Эмма «заноза в заднице», но она его уже не слышала, надев белые беспроводные наушники на полную мощь, игнорируя существование черныша. Норман слегка засмеялся с обычной комедии этих двоих. Ну а что? Рэй сам виноват. Слишком с длинный языком мама его родила. Самоиронично. — Чтоб тебя. — под конец угомонился Рэй, бумкнув почти себе под нос. — И я тебя люблю. — иронизировала Эмма, ласково вздыхая. И как на это реагировать? Как друга? Скорее всего, хотя…Зная её повадки...Этим «и я тебя люблю» она имела в виду что угодно. — Вот и помирились! — обрадовался Норман, похлопав смущающегося юношу по плечу. — Прекрати, Норман. — отдёрнул плечо в сторону, ещё больше смущаясь. — Не скромничай так. Ну же, она к тебе со всей душой. — Наёбка для уёбка. — пока мальчики спорили между собой, Эмме удалось перерисовать первоначальные кадры. Ночь. Не спавшие, не жравшие продолжают работу. Изменённые кадры уже отосланы. Прошло полтора часа, но ответа не следовало: либо занят, либо спит, что тоже подразумевает в его занятости. Им бы тоже пойти спать — кофе и всяческая физическая активность, например, ходьба по дому или приседания, не помогали ситуации. Похуй. На утро всё проверят. Подумали они так и через секунду пришло сообщение. Мальчики были на кухне, захлёбываясь в пятой порции капучино и крепкого чёрного кофе, а Эмма в рабочей комнате. Лёжа на спинке кресла, чуть не заснув, вскочила как молния, подтолкнув кресло ближе к экрану, читая сообщение. — Да! Выкуси, сука! — произнесла достаточно громко Эмма, перепугав не только всех соседей, но и Рэя с Норманом. Поспешили в комнату, обнаружив счастливую подругу. — Ты чересчур счастлива. Дунула уже? — Плохая шутка, Рэй… — прокомментировал Норман. — Нет, он одобрил! — радостно подпрыгнула, навешиваясь на шеи мальчиков. — Осталось всего ничего и мы будем богаты! — прижимая их двоих к себе со страшной силой, говорит она мечтательным и осчастливленным голосом. Рэю становится неудобно и неловко, даже мысли о заказчике и деньгах отошли на задний план. Они трое слишком близко, слишком вплотную стоят, отчего ему нехорошо. Хотя и прерывать это всё тоже не хочется. — Ага, немного, там столько работы, что я бы уже сам пошёл в дворники. — отвечает Рэй, переставая радоваться. Где гарантия, что в течение всего месяца этот заказчик будет также хорошо настроен по отношению к их трудам? Вдруг все эти слова только уловка, чтобы они раньше времени не отказались? Ладно, похуй, уже всё равно ничего не сделать, да и им деньги очень срочно нужны. — Заткнись. — не переставая виснуть на их шеях, отвечает Эмма. — Не заткнусь… Нам надо кое-что поправить в раскадровке, мне она разонравилась… — Ох, блять, не начинай. — Заткни его поцелуем. — в шутку шепчет Норман, смотря на них и на их спор и тихонько смеясь. — Бля, у вас только веселье на уме, одна небольшая удача и всё, вы уже счастливы. Бесите. — Рэй хмурится, краснея и злясь. — Или я могу сам попробовать его заткнуть… — неожиданно проговаривает Норман, затем начиная смеяться вместе с Эммой. Рэй презрительно смотрит на них двоих, не испытывая ни капли такой же радости. А ещё чувствует жесточайшее смущение, ибо эти двое будто специально играют с его чувствами. — Уже летишь и падаешь меня поцеловать, ага, как же. — насмешливо отвечает Рэй, высвобождаясь из их объятий и смотря на Нормана. Вместо каких-либо слов Норман хватает Рэя за руку, целуя в губы. От неожиданности Циклоп пытается отступить, но чувствует только, как Норман будто застыл, продолжая поцелуй. — Ты идиот?! — ещё больше краснея от злобы, бормочет Рэй, не зная, куда от смущения деть лицо. — Вы, блять, ебанутые. Как получим деньги, я уеду из этого дома. Однако договорить ему не дали, Эмма, подхватив его, также начинает целовать. Рэй, дрожа и пытаясь высвободиться, сгорает от ярости ещё сильнее. — Рэй, прости, но ты всех достал. И это чисто дружеские поцелуи, не подумай там ничего. — невинно улыбнувшись, говорит Норман, садясь за компьютер. — Мы всего лишь устали от твоих воплей. Рэй вырывается, ему не хватает воздуха после всего произошедшего, он прячет лицо под чёлкой, по своей давнишней привычке. Хуй поймёшь, Норман всерьёз говорит, что это просто по дружбе, ведь вполне возможно, что это и так. Или Эмма с Норманом только что показали, что любят его? Проще стоять у стены и смотреть, как эти двое перечитывают имейл заказчика. — Я вас ненавижу. — Рэй старается прийти в себя, но температура и давление на долю секунды поднялись. — Тебя снова заставить молчать? — спрашивает Эмма даже не обернувшись. С серьёзным видом она начинает рисовать новые кадры, да ещё и голос звучит занято и погружённо в работу. — Иди рисуй, нехуй в углу стоять. Рэй садится, злясь, что их рабочее место рядом. Начинает рисовать линии, но никак не удаётся сосредоточиться и прийти в себя. — Ты что, влюбился в нас? Это всё в шутку, не бери в голову. — говорит Норман, сияюще улыбаясь. — Это не в шутку, бля… — сквозь зубы произносит Рэй, возвращаясь взглядом к монитору и ощущая, как Норман поправляет его чёлку. Месяц беспрерывной работы дало о себе знать. Уставшие, с синяками под глазами, но уже готовые в получении письма с отзывом о кропотливой работе. Скорее всего после подобного жёсткого контроля и ограничения больше не станут брать на себя серьёзные заказы. Хватит с них. Так хотелось в кровать или напится: кому-то что-то лёгкое и воздушное, а кому-то и вовсе крепкого, но отставить метания. Самое главное — получение одобрения. Переплачивать за собственный труд в два раза не очень-то хотелось, и это нормально. Их тоже можно понять, они тоже люди. Рыжую кудряшку просто вырубило на месте, облокотив голову на бок на рабочий стол. В пару сантиметров мерцала лава-лампа, отсвечивая фиолетово-оранжевое свечение на лице. Компьютер остался включённым, позабыв о его выключении, изображая живые обои из красивых иероглифов и эстетичного парня — её работа, одна из любимых. Минималистично, но по-своему вдохновляюще. Сопение бестии доносилось по всей комнате. Юные длинные кисти бережно соприкасались с пышной шевелюрой, нечаянно задев антенну, что росла из макушки, как росток. Эти же руки накинули на девушку сверху светло-кремовый кардиган. Через сон уповающе возникло желание ещё сильнее закутаться в тепло, отдающее из ниоткуда. Норман чувствовал, как Эмма ухватилась за руку, не отпуская от себя, прижимая к груди. Слегка неожиданное и смущающее действие, за которое не удавалось скрыть стыд, но Эмма так крепко ухватилась, что пришлось остаться на месте, только не стыдиться, а мило ликовать на шалунишку, хоть она и спит. Тем временем Циклоп подорвался с места из кухни, подойдя к двум ебанатам, что недавно лезли к нему. Такая сцена его в ещё большее смятение привела, но терпимо. Обнимались они все трое всю жизнь, традицией можно назвать. — Что? И тебя насиловать собралась? — вяло отшутился Рэй, листая на телефоне почту. — Оказывается у неё очень мягкие волосы… — не отвечая на вопрос Рэя, констактировал факт белокурый, продолжая уже левой ладонью поглаживать волосики. — «Влюбился что-ли?» — подстебнул фразой самого Нормана. — А, точно, я и забыл. Как несвойственно для меня. — сказал Рэй, показав сначала интересующий, а после похуистичным тон. — Это в прошлом. — мелькнул лёгкий румянец на лице беловолосого. — Верю-верю. — Лучше скажи что с почтой? — отводя от темы, терзающей сознание и воспоминания, спросил Норман. На самом деле ничего не поменялось. Он как любил Эмму, так и будет. Казалось, что Лямбда исказила чувства, отросшие с малых лет, но нет. Даже лопатами, выгребая осколки и сорняки, не излечишь ситуацию. Это даже не проблема для Нормана. Но ещё более веселее стало, когда эти ростки проросли в большем объёме. Нервно поглядывал на темноволосого, что вновь и вновь нервно обновлял приложение. Как знакомо это чувство…неполноценности… — Хуйня. Сутки прошли, но ответа никакого. — Может он слился? — задумчиво произнёс Норман. — С чего это? Бабки он нам уже отдал. Вряд ли куда-то денется. Очевидно занял или хуйнёй мается. — Надеюсь… — согласился Норман, замечая, что солнышко проснулось. — Я бы, кажется, ещё месяц проспала, но голова болеть будет. — отвечает им Эмма, смотря на улыбчиво-нежного Нормана и недовольного Рэя. — Заказчик молчит… Боюсь подумать, что, если, ему что-то не понравилось и нам придётся вернуть деньги? — робко выдаёт свой страх Норман, вздыхая. — Хуй ему, а не деньги. Мы чуть ли не каждый штрих с ним сверяли, пошёл он в жопу. — Рэй выключает телефон, в порыве ненависти откидывая его в сторону. По идее, Рэй морально выебан сильнее всех: он днями и ночами загибался от своих пессимистичных предположений о том, что это или наёб, или они не успеют к сроку, либо что-то ещё. Если выдавалось несколько часов на сон, Циклоп только ворочался и боялся, нервничал, что время, потраченное на отдых, можно было бы потратить на работу. — Я думаю, нам теперь можно развеяться. — уверенно говорит Эмма. — Возможно… — Не «возможно», Рэй, а мы идём гулять. Прямо сейчас. — Эмма встаёт с кровати, уже готовая съебаться куда глаза глядят, лишь бы покинуть эти опостылевшие четыре стены, этот заебавший кофе и эту скуку. — Я бы выпил все напитки в баре. — вслух думает Норман. — Если, конечно, вы оба не против… — Мы не будем пить. — вдруг обрывает их Рэй, соображая, что работа доведена не до конца: им надо ещё получить ответ, а также остался звук. Его надо будет смонтировать, а также вставить в видео. Да, относительно всей проделанной работы, это херня, но в бухом состоянии они не справятся. Эмма и Норман сорвутся. Будут пить, как в последний раз, да и сам Рэй не удержится. — Ну ты и сволочь, конечно. — Как будто ты этого не знала. — переодеваясь на ходу, бормочет Рэй. — Через два дня мы пойдём в бар. Но сегодня лишь в кафе, завтра запишем стоны, вставим их в видео и будем уже окончательно свободны. Кафе — это безопасно. Поедят, выпьют молочные коктейли, прогуляются потом по улицам, чтобы развеяться. А позже обязательно доделать всё, чтобы разорвать связь с этим маргиналом, что этим проектом вынес мозг. От того, что они сходят в кафе, наверное, хуже не станет? — Он прав. Но это тоже неплохо… — стараясь открыто не выражать своего разочарования, отвечает Норман, чтобы не было очередного скандала. — Придурок, ты заебал, ведёшь себя, будто самый умный. — Я просто стараюсь предвидеть последствия любого решения, Эмма. — Рэй выключает свет в спальне, смотря, не горит ли в других помещениях. Электричество им надо экономить. Эмма и Норман идут за ним, бестия выглядит рассерженной и злой, словно он ей всю жизнь сломал. Стараясь не обращать на неё никакого внимания, Циклоп выходит из квартиры, запирая за ними дверь. — Мы закажем твои любимые пирожные… — старается утешить её Норман, но она выглядит безутешной. — Мне б твои проблемы. — спускаясь позади них по лестнице, Рэй злится. — Норману нельзя пить, я не хочу, чтобы он еле выговаривал слова. А ещё у нас мозги нихера не будут соображать. И вообще, чё я распинаюсь и всё вам объясняю, отъебитесь. — У тебя, кажется, сообщение пришло. — замечает Эмма, говоря бесстрастным тоном. Видимо, Рэй не расслышал звук, пока они болтали. Он достаёт телефон, читая короткое: «Здравствуйте. Я ознакомился с вашей работой, но когда будет озвучка? В случае, если анимация не будет озвучена, я отказываюсь от вашей работы, несмотря на то, что выполнено всё так, как я хотел.» — Вот ведь блядина. Нахуй его. — остановившись на ступеньке, восклицает Рэй. Эхо разносит его слова по подъезду, но плевать. Быстро строчит: «Благодарим за ответ. Конечно же, озвучка будет, мы уже несколько дней работаем над ней.» — Ну ты и пиздишь… — положив ему локоть на плечо, произносит Эмма, следя за тем, как он печатает. Норман также останавливается, смотря на них. — Пусть думает, что мы очень стараемся. — Норман, было бы неплохо повторить, как думаешь? — обмениваясь с «Боссом» многозначительным взглядом, заявляет Эмма. Рэй смотрит на них, начиная против воли краснеть и думать не о том. Мало ли, что они хотят, может, про заказ думают? Но по их интонациям Рэй чувствует, что нет. Набирая воздуха в лёгкие, ибо по прошлому опыту он знает, что если его будут целовать, это надолго, и дыхания может не хватить. — Да я сам вас поцелую. — Рэй убирает телефон в карман. Оба совершенно не понимающих друга медленно переглянулись на друг друга, после возвращаясь взор на уже яростно напуганного и пылающего в собственной оплошности Рэя. Ещё никогда он не испытывал жуткий испанский стыд и желание уйти далеко и надолго, главное, чтобы его не видели те двое. — Ты слишком много думаешь, Рэй. Уже теряешься в своих «мечтах». Тебе б потрахаться. — иронизировала Эмма, насмешливо глядя на ещё более разгорячённую буську, что отвернулась от их столь надоедливых лиц и тупой манеры подъебнуть в любой момент. Рэй был на грани срыва, поэтому предпочёл ускорить шаг в надежде остыть. — Заткнись, гномик. — первое, чтобы дать отпор, озвучил Циклоп, мимо ушей пропуская жалобные крики из стороны подруги. Норман просто добродушно смеялся с Санты-Барбары. Вновь хитро поглядывали, придумывают в голове ещё более интригующий план. Ну а что? Рост не повод для оскорбления, хотя это больше похоже на уменьшительно ласкательное значение. Рэй это понял, войдя в нужное кафе, замечая у прилавки людей, проходящих по залу, в очереди. Хорошо, что их немного. Голубо-кофейные тона утончённо подчёркивали данное заведение со всех ракурсов, сливаясь в голубое небо за большими панорамными окнами, украшенными собранными белыми шелковистыми занавесками. Уселся поудобнее за столик у окна, открывающий вид на бордово-кирпичные дома, придерживая ладонью голову, закатив локоть на стол. Похоже, что в них кто-то жил, они не являлись предприятием, а личной собственностью, имуществом. Иногда грешным делом от нехуй делать поглядывал на чужие окна, особенно по вечерам или ночам. Ночью лучше видно, что творится в жителях каждого в домах или квартирах. Неизвестно для чего этот опыт, информация, но это помогало переключить внимание на такие мелочи или вовсе успокоиться, как сейчас. Единственный вариант отстаивать, что это просто шутовские забавы, не свойственные Рэю. Этим можно обмануть лишь трёх летнего ребёнка, и то, если этот ребёнок из Благодатного Дома — хуй там плавал. Замечает сквозь окно проходящих двух знакомых лиц, не только это, но ещё и умиротворение в душе, словно и правда остыл. Зайдя, присел напротив Рэя, изредка с хитринкой поглядывая на сожителя. Тот старался игнорить их воспылающий вид, анализируя меню. — Ты куда убежал от нас? Мы чуть тебя не не потеряли. — расслабляясь, спросил Норман, следуя примеру темноволосого — рассматривает, что можно взять недорогого и вкусного. — Чтоб ты спросил. — грубо ответил Рэй, не отрываясь от обычного глянцевого куска бумаги, в который вглядывался с особым усердие, но не в эти небесные или изумрудный очи, куда угодно, но не туда, не сейчас. — Как грубо, Рэй. — надула губки бестия, мимолётно ёрзая ногами на месте, как ребёнок. Антенна инородной формы повисла, мило. — Слово гномику не давали. — Злюка, — в шутку обиделась Эмма, прижимаясь к Норману в обнимку. — Норман, он меня обижает. — Рэй, как так можно. Поцелуй Эмму, как ты и грозился… И меня, чтобы мы не обижались на тебя. — игриво говорит Норман, продолжая подъёбывать за ту случайно оброненную фразу. — Идите знаете куда? — Рэй изо всех сил сдерживается, чтобы не смять меню и от досады не швырнуть его в друзей, так мило сидящих и прижавшихся друг к другу, как пожилая семейная пара. Тошно смотреть на эти телячьи нежности. — Знаешь, есть люди, которые, влюбляясь, начинают грубить тому, кого любят. — проговаривает «Босс», смотря в глаза Эмме. — К нам не подходит официантка. Тогда я пошёл сам подойду и сделаю заказ. — вставая изо стола, Рэй окидывает своих друзей надменным взглядом, стараясь вложить в него ненависть. Но тут же отводит глаза, ещё больше стесняясь. — А поцеловать? — опять напоминает Эмма, начиная вместе с Норманом смеяться. Рэй стоит рядом, не решаясь ни уйти, ни остаться. Оставаться приходится, так как нужно узнать, что эти два пидора будут жрать, но говорить с ними нет ни малейшего желания. — Вы первые меня тогда поцеловали, так что я не виноват. Вы меня, по сути дела, совратили. — смотря снова на меню и садясь на место, отвечает Рэй. Вновь сглупил: то встал, то сел. Каша в голове. — Официантка! — кричит Эмма, видимо, ужасно проголодавшаяся. К ним подлетает аккуратно одетая девушка с блокнотом в руках, готовая записать всё, что они скажут. — Итак, мне пиво и… — начинает Эмма, но Рэй пинает её по ноге под столом, чтобы она не шутила, иначе это воспримут всерьёз. — Нам вот эти и эти пирожные и три молочных коктейля. Никакого пива. — быстро отвечает Рэй. — Что-то ещё? — Да! Нам с Норманом несколько поцелуев Рэя, если можно. — деловым тоном произнесла Эмма, тут же захлебываясь в хохоте вместе с Норманом. Девушка с блокнотом уходит, не обращая внимания. Рэй берет телефон, зарываясь в него и подумывая о том, не пересесть ли за другой столик, либо не уйти ли совсем? Обстановка накаляется с каждой секундой всё сильнее, взгляд зелёных и голубых глаз всё более вызывающий. Смотрят на него, как на кусок торта, отчего Рэй продолжает молчать и не находить слов. Со вздохом Рэй заходит в соцсети, пролестнув ленту с кучей работ других художников. Да уж, и тут ничего хорошего: чувство зависти от того, что кто-то рисует лучше, чем он, пронзает его насквозь. — Рэй, садись к нам. — предлагает Норман, но Циклоп только качает головой, притворяясь очень занятым. — Мы правда тебя не изнасилуем. Всё будет по обоюдному согласию. — улыбается Эмма, смотря прямо на него. Ничего не отвечая снова, Рэй продолжает сидеть на месте, ища глазами официантку, чтобы, хотя бы, отвлечься на еду. Но никто не идёт, отчего Рэй засматривается в окно. Очнуться удаётся лишь тогда, когда Эмма и Норман уже сидят рядом, ненавязчиво пытаясь его обнять. — Я же сказал, отъебитесь… Норман, Эмма, не трогайте меня… Однако Норман приближает к нему голову, целуя в губы, пока Эмма целует Рэя в щёку. Смотря в упор на них, Циклоп опять застывает, чувствуя себя глупым и несчастным. Он нихуя не смог отшить Антенну и «Босса», они слишком многое сегодня поняли… А ещё Рэю перестаёт хватать воздуха, снова его застали врасплох. Но прерываться, конечно, он не будет. Будет просто сидеть, как вкопанный, ожидая, когда им это надоест. И пусть только попробуют сказать, что это всё шутка. — Ваш заказ. Вы заняты? Не забудьте позже оплатить. — раздаётся голос официантки и звон посуды, поставленной на стол. — Сейчас, я расплачусь. И ещё коктейлей. И мороженое. — говорит Эмма, радуясь, что Рэй хоть сейчас не помешает. — Как скажете. — официантка подносит терминал и Эмма быстро расплачивается телефоном. — Не проёбывай все деньги, а. — разорвав поцелуй и краснея, комментирует Рэй. — А теперь я тебя поцелую… — Эмма, несмотря на его возмущения, пытается притянуть его к себе. Рэй сдаётся. Под навязчивым давлением темноволосому нет сил противиться, и желания…Более нежные губы, но оперативнее соприкасались с пугливыми обветренными устами Рэя, излечивая монотонными движениями маленькие ранки. Не замечая на себе, от нерв покусывал «драгоценные» губки. Эмма считала, что это недопустимо. Пощипывает, пока она яро касалась губами их. В отличии от Нормана, Эмма более активнее. Это заметно ощущалось. Тело покрылись мурашками. Резкая перемена темпа сказалась и сверху, и снизу, и ему это нравилось. Прикрыл тёмные «бусинки», лучшее воодушевляясь в прижавшееся тело девушки и Нормана, что тоже присоединился, покрывая длинную шею и кадык мокрыми следами от губ. Он даже на время позабыл, что находится в общественном месте, и на них могут смотреть, но на деле — всем поебать. Бестия охватила обеими ладонями поросячьи-розовые щёчки, высвобождая партнёра из блаженства. Рэй открыл глаза, прямиком поглядывая на двух из создателей хаоса в его железном мире правил и законов, затмя его как оказалось не каменное юношеское сердце. — Всё ещё думаешь, что это игра? — задала прямой серьёзный вопрос бестия. — Я… — от растерянности не смог договорить Циклоп, как был перебит светловолосым. — Мы давно планировали об этом серьёзно поговорить. — приобняв парня сзади, заставляя одурманиться неизвестность ещё дальше. — Разговоры излишни. И так было всё ясно с начала. — не отпускала из хваток крепчайших за несколько лет кистей, убирая чёлку с лица. Почему-то Рэй не хотел даже как-то мешать им, хотя…Причина была изъясна всем. Мелькнувшая в голове эта мысль, Эмма вновь приблизилась лицом к другу напротив. — Как докончим с озвучкой, я вас трахну. — пригляделась от Циклопа к Боссу. Только этого не хватало. Никогда бы не подумали, что такая Эмма способна их возбудить в несколько раз одним взмахом. Иронично, но теперь появился весомый стимул доработать контент на отлично. Оба парня сглотнули, шугливо всматриваясь уже в улыбчиво-весёлое лицо Антенны, возвращаясь к заказному коктейлю. — Вы такие милые, когда боитесь. А коктейль правда вкусный. Пейте, не зря заказали. — отпила половину своего стакана Эмма, подтягиваясь к парням коктейли. Те отцепились от друг друга, залпом выпивая содержимое. И правда, очень вкусно.

***

Встревоженная Эмма отобрала из подмышки Нормана горячий градусник, показывающий удручающее число: — 37,9. — нечего делать в отсутствии главного в озвучке. Точнее, он здесь, лежит, еле-еле…Всего лишь молочные коктейли, а сколько мороки…Им не найти за ближайшие три дня хорошую озвучку для анимации. Времени в обрез, на поиски уйдёт неделя, если такое вообще возможно. Разочарование высшей степени. Озлобленное лицо Циклопа тому подтверждение. — Лучше бы остались дома… — негодовал Рэй в пассивной форме. — Кто ж знал, что так и будет… — задумалась Эмма. Прохрипел Норман, откашливаясь. — Простите, что я вас подвёл… — Здесь вина каждого. Ладно. Важнее всего где нам добыть нормальную озвучку? — задумчиво произнёс Рэй. — Есть один вариант…Но, думаю одному из вас он не понравится. — предложил Норман. Ребята напряги свои уши в остро. — Эмма, твоё предложение послать в озвучку Рэя ещё в силе? По телу Рэя проходит небольшая дрожь, вся кровь приливает к голове, а, особенно, к щекам. И не от смущения, как обычно, а от злости, которая чуть ли не душит его. Он? Озвучивать? Они в своём уме, ему озвучивать стоны? — Нет. — коротко отвечает Рэй, не находя выражений, чтобы выразить свое негодование. — У нас нет выбора. — констатирует факт Норман, его голос ещё сильнее хрипит и становится практически беззвучным. — Рэй, ты же не хочешь потерять заработанные через столько мучений деньги? Без озвучки никак. — напоминает Эмма, смотря напрямую на Рэя. — Я не хочу… Это такой кринж. — садясь на стул и задумчиво смотря на них, отвечает Рэй. Но что ещё делать? Норман не сможет озвучить, другого актёра не найти, да и ему придётся платить. А отказываться от бабок слишком тупо. Придётся переступить через себя, тем более, никто же, кроме этого ненормального заказчика, не увидит эту анимацию. — Я согласен, но… не умею стонать. — произносит Рэй, продолжая угрюмо сверлить взглядом стену и проклинать себя за то, что вообще позволил им съебаться в кафе. — Продемонстрируй. — кладя ногу на ногу и комфортабельнее располагаясь на краю кровати, отвечает Эмма. — Только сильно не возбуждай Нормана, ему сейчас нельзя трахаться. Рэй с отвращением вздыхает: ещё не привык, что они, как бы, в отношениях и теперь подобные разговоры Эммы станут нормой. Хотя и хотелось бы, чтобы они однажды воплотили все её похотливые желания. — Прямо сейчас стонать? — задаёт вопрос он. — Да. Начинай, время идёт. — жёстко говорит Эмма. Открывает рот, с губ Циклопа срываются лишь тихие звуки, на что Эмма лишь издевательски смеётся. Он старается не смотреть на неё, пытаясь стонать более убедительно, но всё выглядит фальшиво и глупо. Даже Норман с его чувством такта тихонько подсмеивается над неудачными попытками. Эмма подсаживается ближе к Рэю, нежными поглаживающими движениями убирая волосы с его лба. — Попробуй подрочить… Ты ужасно стонешь, возможно, если возбудишься, то сможешь сделать свою работу хорошо. — советует Эмма, продолжая гладить его волосы, затем резко опуская руку на его щеку. Затем она просовывает два пальца в его приоткрытый рот, отчего он едва не вскакивает от испуга. Слишком, блять, она торопится его выебать. — Я не буду дрочить при вас. — отдергивая её руку, бормочет он. Однако, наверное, придётся как-то возбудить себя, ибо стонать просто так не получается. — Видишь ли, Эмма, я не способен стонать даже во время оргазма. — Заставим. Видимо, херово занимаешься онанизмом, раз ни разу не стонал. — опуская руку на его грудь и через футболку находя сосок, замечает она. — Может, вы ляжете ко мне на кровать, а то я устал смотреть? — вдруг напоминает о себе Норман, измучившись от того, что из-за болезни его сдвинули на второй план. В конце концов, вдвоём они могут выебать Рэя быстрее, чем пока Эмма сделает это одна? — Я же сказал, что нет. Эмма, не трогай меня. Вставая, Эмма продолжает массировать двумя руками его соски. Ему, конечно, хорошо, по ребрам проходит лёгкое волнение, плавно опускающееся к низу, от каждого более упорного движения его ноги будто становятся ватными, а сознание пропадает, но он всё ещё молчит. Нет желания даже имитировать стоны. Рэй встаёт, ложась на кровать рядом с Норманом. Тот всё ещё выглядит еле живым, но при виде Циклопа в голубых глазах мелькает огонёк. Слабо сжимая руку Рэя, Норман проводит пальцами по его пальцам. Видимо, сейчас Босс не находит в себе смелости сделать что-то большее. С равнодушным лицом Рэй смотрит в сторону, возвращаясь мыслями к их анимации. Итак, если он не начнёт стонать, плакали их деньги. Эмма ложится рядом, отчего Рэй зажат посередине. Она кладёт телефон с включённым диктофоном рядом, на что он также безэмоционально глядит. — Ты это, начинай дрочить. — проговаривает Эмма, бдительно смотря за его движениями. — Я думал, это будете делать вы. — отвечает он, но Эмма берет его за руку, опуская его ладонь на его пах и следя за тем, что он будет делать. — Мхг…Ладно… — опуская тон голоса до шёпота, сказал Рэй, с стеснение массировал пах, скованный в чёрных джинсах. Недавно ходил за лекарствами для Нормана. Не успел переодеться. Друг уже слез с постоянной простуды и ОРВИ, приколачивая себя к постели в детстве, в Благодатном Доме, но, даже будучи взрослым, ты всё равно рано или поздно заболеешь по глупости или более веским причинам. Благо это всего лишь молочные коктейли. Из-за не присвоенных качеств Рэя — рассеянность и невнимательность, что он испытывал вчера в кафе, пошло всё по наклонной и по его же вине, пусть только частично, но лежал на кровати, прижатый двумя теми самыми телами, что рассеяли в нём всю ответственность за дальнейшие действия, уже снимая с себя джинсы. Норман хотел бы помочь их снять, но инициативу взяла на себя Эмма. Больному противопоказана любая излишняя активность. Массировать одной рукой не особо удобно, поэтому включилась в процесс вторая. Не контролируя, но жжение в области паха Нормана прорастало с каждой секундой всё больше и больше. Юноша терялся в самокопании дотронуться до себя или не стоит. Тупая боль сжимала, разгораясь на раскалённом костре огонь, что сжигал. Под белоснежными одеялом не увидишь что творилось в тёплой норке. Рэй, всё сильнее краснея, стянул с себя трусы, оголяя каменный член. — Отвернитесь. — пригрозил парень, дёргаясь не сколько от приятных покалываний, а от напряжённой атмосферы, что давила на него из ниоткуда со всех сторон. Прилюдно ублажать себя — непривычное дело, только если ты не вебкам, что Рэю крайне противоестественно. Но, возможно, под сладким флиртом с ним с инициативы друзей…Вполне есть все шансы. — Не стесняйся, мы лишь будем смотреть. — хрипловато отозвался Норман, самообманывая себя в желании схватиться за член или вовсе сесть на него, но — увы. Обходится пока что зрительный контактом. — Но, если хочешь, мы можем не только смотреть. — шепнула Рэю на ушко бестия, вводя в большую дрожь, покалывание, блаженственно раня тёплым дыханием ушко, шею молодого парня. — Чтоб вас… — разминает вытягивающую головку, смазанную несколькимм слоями предэкуляра. Эмма в наглую просто смотрела на происходящее в пару сантиметрах от полового органа. Она издевалась? Искушала ощутить на себе ухватку длинного языка с острыми клыками. Он это понял при том поцелуе с ней. За то короткое мгновение, слиявшее воедино их жизненные пути, он многое понял, чем за всю жизнь, что он её знал. — Эмма, я серьёзно, не провоцируй меня. — Я и не провоцирую. Мне просто интересен его функционал. — Чего? Обычный хуй с волосяным покровом, обеспечивающий при половом акте выплеск сперматозоидов, что способны оплодотворить взрослую женщину. Ты разве биологию не проходила? — Проходила, просто он у тебя больше, чем я представляла. — Представляла? — почему-то удивился этому Рэй. Он не один об этом думал. Если подумать, то в целом логично, и нет…Всё слишком запутанно. Представляла его член. Это действительно его удивило, что их мысли параллельно пересекались между собой. Скорее всего Норман тоже подумывал об этом. — Я хотел бы испытать его на себе. — Норман, как зачарованный, глядит на Рэя, широко открыв голубые глаза. Под одеялом Босс поджимает ноги, испытывая небывалое возбуждение. До этого он не видел своего друга мастурбирующим, в это мгновение Рэй слишком прекрасен. — Так, блять. Мы не трахаться должны, а делать озвучку… — окинув их обоих спокойным взглядом, отвечает Рэй. Но в их глазах никакого покоя, Эмма с Норманом смотрят на его член, как не в себе. Норман подползает к члену Рэя, с минуты смотря и стараясь преодолеть головокружение от температуры. Затем высовывает язык, касаясь им яиц, затем проходя по всему органу, вдалбливаясь языком в кожу и оставляя слюни, облизывая застывшую на головке руку Рэя. — Норман. От того, что ты лижешь, твой голос не вернётся. — Рэй старается скрыть смущение, но ничего не выходит. И кто бы ожидал от Нормана подобных действий? Эмма разжимает пальцы Рэя на головке, беря член в одну руку, а Нормана за шею в другую. Она просовывает пенис внутрь рта Босса, на что Рэй закрывает глаза, чтобы не видеть всего этого пиздеца. — Норман, глубоко не заглатывай, твоё горло не разработано ещё. — Эмма вводит постепенно, в качестве поощрения гладя голову со светлыми волосами. Язык продолжает, не останавливаясь, двигаться по члену. Лёжа на животе, Норман под одеялом незаметно трётся о кровать, чтобы хоть немного почувствовать желаемое. Двигает бёдрами, но получает лишь самую малую часть ощущений. — Я всё ещё не начал стонать, ха-ха. — Рэй возвращает себе самообладание, уничтожив хоть малейший стыд. Снова смотрит на всё пустым взглядом, даже на Нормана. Циклоп не хочет показывать свои чувства. Эмма кладёт голову на грудь Рэй, молча следя за процессом и хмуря брови. Рэй хмурит брови в ответ, показывая всем видом, что вся эта затея херня. Рэй ощущает, как пенис с каждым разом всё тяжелее, стоит Норману ускорить игру языком. Босс глотает всё дальше, язык двигается увереннее и настойчивее, Циклоп почти готов кончить. — Не слышу стонов. Гробовая тишина. — замечает Рэй, чувствуя пробирающую насквозь дрожь, которая передаётся и голосу. — Ну, так ты не стонешь. — с возрастающей злобой отвечает Эмма, смотря на старающегося из последних сил Нормана. — А теперь вытащи его хуй. Рэй был готов кончить, не хватало только пары движений, а теперь он и вовсе их не получит? Открыв рот шире, Норман послушно исполняет просьбу Эммы, оставляя стоящий орган весь влажным. Чтобы довершить начатое, Рэй тянет руки, но бестия быстро их захватывает, смеясь над ним. Циклоп ощущает, как всё внизу тянет, как мучительно хочется кончить, но Эмма непреклонна. — А ты случайно не подавляешь стоны? — смотрит в его глаза, садясь на кровати. — Нет. Ну бля. — Рэй сгибает ногу, стараясь водить членом по внутренней стороне бедра, но Норман удерживает его ноги, осуждающе смотря. От досады Рэй издаёт тихий стон, извиваясь всем телом и с мольбой смотря на Нормана. Тот жалостливый, должен помочь, но сейчас он сам лишь дёргается под одеялом, скрывая собственное желание. — Рэй, мы из-за тебя без денег остаёмся. Не валяй дурака. Стони уже нормально. — крепче держа его за запястья, Эмма смотрит на него. Пока она отвлечена, Норман неспешно облизывает головку, с надеждой смотря на Рэя. Но тот молчит. — У меня не получается. — Рэй только бешено дышит, готовясь кончить, но ни единого звука издать не может. — Заставь себя. — строго продиктовала девушка, сжимая запястья. — А если не могу? — Рэй слегка занервничал, пожалев, что задал такой вопрос. Грозные очи подняли взор на скованного живым цепями, прикованного к кровати, парня. — Значит не сможешь кончить. Я вижу, как ты этого хочешь. — от такого давление даже Норману стадо не по себе. Он и вовсе прекратил щекотать языком открытую головку. Рэй почувствовал пробирающий холодок по пенису. Хотелось обратно теплоты, согревающей полости рта. Лучше поскорее удовлетворить его, заставив издавать нечленораздельные мычания, стоны. Рэй мог бы дать отпор, но нет сил как-либо язвить. Есть силы только чтобы выплеснуть накопившееся семя наружу на свою худой живот, на руку Эммы или в желанный рот Нормана. — Было бы это так эффективно… — понимал, что бессмысленно отнекиваться, когда перед тобой стоит набухший член. — Норман. — обратилась к юноше Эмма, подползая к его ушку. — Да? — пока Бестия шептала Боссу что-то, Рэй напрягся. Что ещё придумали эти два придурка? — Ты уверена? — более громче спросил Норман. — Не волнуйся. Лучше позаботимся о нём. — ответила загадками Эмма, ещё больше смущая парня из всей ситуации. — Вы о чём? — хмуря бровями, нервничал Циклоп, глазами приглядываясь то на одну персону, то на другого. Ответом послужил снова круговые движения по кончику, слизывая медленно выходящую жидкость. Нет, Рэй не кончил, но на грани. Двоим кажется или он начал издавать тихие стоны? Чтобы проверить себя на восприятие, не сошла ли Эмма с ума, она начала теребить, щипать соски, проверив свою теорию, обсудившую с Норманом ранее. Сама того не ожидая, но он более раскрепостился, заёрзал на месте и слегка застонал. Нужно продолжать в том же духе. Белокурый не смог сдержаться и начал ублажать себя, проскользнув руку в трусы. Виднелись неловкие прерывистые движения Нормана. Эмма уже хотела помочь бедняжки, но она чувствовала, как Рэй нуждался в ней, даже если темноволосый об этом не скажет — она это понимала. — Помоги Норману, Рэй. Видишь как он тебя хочет? — сладко шептала уже на ушко Рэя, оттягивая соски в сторону. — Бля… — задыхаясь и ощущая сильнейшую нехватку воздуха, выдавливает из себя слова Рэй, сгорая от духоты. Ему, наверное, также жарко, как и Норману от температуры. В ответ тишина, сопровождающаяся тем, что Эмма щиплет его соски, обводит пальцами кадык, ощупывает выступающие кости то на бёдрах, то на плечах, надавливая на них. Больно и хочется стонать, чтобы она продолжала ещё, сменяя прикосновения на более нежные. Под собой Рэй ощущает горячую руку Нормана, спускающуюся по копчику, касающуюся ягодиц. Норман возвращается языком к члену, дразнит то облизыванием, то полнейший игнорированием. Не ожидая от себя, Рэй издаёт ещё пару тихих стонов. Он и не думал, что трахаться будет приятнее, чем дрочить тайком по ночам в ванной на хентай, включённый на телефоне. Норман щиплет Рэя за кожу, на что Циклоп начинает по-дурацки смеяться, уже не контролирую ни свое поведение, ни свое тело. Палец Нормана проходит в зад Рэя, на что он дёргается, понимая, куда всё идёт. Проходя всё глубже, палец вызывает слабую боль у Рэя, однако внутри всё просит о продолжении, он насаживается на него, ощущая слабое касание ногтя. — Норман же болеет… Как он меня выебет? — простонав, спрашивает Рэй, смотря на горящие вожделением изумрудные глаза и ярко-рыжие кудри. — Я трахну тебя, Рэй. Не переживай об этом. — М… Страпоном. Ясно. — отвечает он, стараясь выглядеть разочарованным. — Страпон будет слишком большим для тебя, а ты ещё не готов. — уклончиво отвечает она, посмеиваясь. — Тогда как? — Рэй, ты же хотел новый графический планшет? Тогда стилус от старого нам пригодится… — говорит Эмма, продолжая держать его руки. — Блять, он денег стоит, вы чё как суки? Я продать его хотел. — приходя в себя и высчитывая стоимость, говорит он. Нет, конечно, по сравнению с экранником обычная «доска» стоит намного, намного дешевле, но Рэй не хочет разбазаривать вещи. Со стилусом планшет можно продать чуть дороже. Но, с другой стороны, хоть страпон, хоть член Нормана могут причинять лишние неудобства и дискомфорт, стоит начинать с чего-то поменьше. Рэй пробовал пару раз стимулировать свою простату пальцами, но ему было до жути неудобно. Стоит и впрямь подготовиться, начать постепенно. А если ему будет больно, то никаких стонов уж точно они не запишут, а значит, и денег не будет. Чтобы Рэй не огорчался, Норман тщательнее прежнего облизывает головку, заглатывая струю спермы. К первому пальцу добавляется второй, на что Рэй корчится от боли. Но Норман старается действовать мягче и нежнее, постепенно раздвигая стенки ануса и проталкиваясь к эрогенной точке. — Ты очень быстро учишься, Рэй. Сейчас вообще хорошо стал стонать. — Эмма опять возвращается к соскам Циклопа. — Научился, всё-таки. — Заткнись. — говорит Рэй, подавляя очередной стон, вызванный толчками внутри себя. — Ты не специально напоила Нормана коктейлями, чтобы мы оказались в такой ситуации и чтобы трахнуть меня? — Нет. Нахуй ты нужен. — отзывается она, бесцеремонно разглядывая его тело. Норман продолжает одной рукой орудовать внутри Рэя, а второй дрочить себе. Но, к сожалению, голос Босса окончательно пропадает и он не может стонать, как прежде. — Тебе нравится, когда трогают твои соски, Рэй. — говорит она, на что Рэй покорно кивает, испытывая навязчивое желание войти в Нормана. Привязанная к уху Эмма никак не может замолкнуть, озвучивая непоколебимые, но тянущие в упоение грехи, причём попадала в именно те, от которых уже невозможно было избавиться или каким-то образом их игнорировать. — Рэй-Рэй, тебе же хочется войти в Нормана? Но из-за болезни ты не способен на это, да? — лисьим взглядом покоряла взор двух пылающих парней. — Пожалуйста, Эмма…Не искушай нас… — ещё больше растягивал промежность Норман, ощущая тупую боль между ног. Ни Рэй Нормана, ни Норман Рэя, не могли выебать друг друга, удовлетворить нарастающие инстинктивные потребности в ласке, что так долго возжелали, может и вовсе несколько лет. Ещё и Эмма провоцировала своим надменным видом, но на самом деле она желала им лишь всего самого наилучшего. И это всё из-за молочных коктейлей… — Вот именно… — простонал Циклоп, чувствуя третий палец, заполняющий пространство изнутри. Сам того не осознавая, но начал насаживаться на привыкшие три пальца Нормана, задыхаясь в потребности выебать самого себя. Слишком сильно полюбились ему пальцы за несколько минут, уделённые на растяжку, не забывая требовательно стонать. Не зная картины, определяя по звуку, можно было спутать кто стонал: девушка или мужчина? Неплохая идея, экспериментальная. — Рэй, ты насаживаешься на пальцы! Тебе так зашло? Жаль я не снимаю, лишь записываю. — Заткнись, Михайлова! — разозлился Рэй, готовясь бросить подушку, но уже бегло ускоренные пальцы Нормана не дали такую возможность, создавая невидимое давление на пах. Жарко, как в аду, пиздец. Темноволосый громче застонал, прогибаясь по спине, готовясь снова кончить. — Рэй…Ты хочешь кончить..? — нежно, но с волнением спросил белокурый, на что Циклоп положительно закивал головой. Рэй бы отдал свою жизнь ради ещё одного жжения внизу со всех сторон. Пальцы дотронулись до самых чувствительных точек внутри, надавливая с усилием, заставляя Рэя извиваться и голосом, и членом. — Хех, как много кончил. Уже второй раз. Скорострел. — полстебнула Эмма, пробуя на дегустацию пальчиком, слизывая, вышедшую сперму друга. Норман созерцает каждый мускул, каждый миллиметр тела Рэя, ещё больше изнемогая от неудоволетворенного желания. Правда, от того, что Босс уже порядочно количество времени ебёт Циклопа пальцами, усталость и желание уснуть у Нормана усиливаются, а ещё знобит. Как бы им обоим не хотелось, потрахаться не выйдет. — Я больше никогда не буду пить коктейли и есть мороженое. — обижаясь на судьбу, выговаривает Норман, ощущая усталость от каждого слова. — Серьёзно? — переспрашивает Эмма, неожиданно пересаживаясь на край кровати и вставая. — Ты хочешь Рэя? — Да… — А что, если я притащу вибраторы и вы сможете удовлетворить друг друга без лишних мучений? — спрашивает Эмма, глядя на них. Смотря на неё, Рэй испытывает недовольство в самой высшей степени: так вот куда у неё уходили деньги из их бюджета, а она постоянно это скрывала! Бля, вибраторы: только этого не хватало. — Принеси. — соглашается Норман, продолжая двигаться пальцами. Рэй облегчённо вздыхает, надеясь, что стилус в него просовывать не будут. Но хер знает. Хотя стилус очень и очень жалко. Эмма роется в ящичке своего комода, среди бесчисленного количества тряпок, находя, наконец, секс-игрушки. Она кидает их им на кровать, Норман с жадностью берет, включая и поднося к члену Рэя. Маленькая скорость, дающая лёгкие щекочущие ощущения, но вызывающие подёргивания члена. Рэй берет второй вибратор, резко сдёргивая с Нормана одеяло. — Щас узнаем, какой размер у твоего хуя. — проговаривает Циклоп, испытывая нарастающее удовольствие спереди и сзади. Однако ещё большее удовольствие испытывает при мысли, что увидит своего друга без штанов. — О… Может, не стоит? — смущённо отзывается Норман, машинально опуская резинку брюк, спуская их ниже. Рэй подносит включённый вибратор к его трусам, оценивающе смотря на бугорок. От одного взгляда темно-зеленых глаз на себя Босс готов упасть в обморок. — Когда ты снимаешь одежду, ты убираешь от меня вибратор… Не делай так, я сниму с тебя всё сам. — произносит Рэй, водя рукой по талии Нормана и следя за его реакцией. Тот учащенно дышит, на что Циклоп в наглую стягивает с него трусы и вплотную подставляет вибратор. — М… Всё-таки, не видать тебе стилуса. — раздаётся за Рэем голос Эммы. Они с Норманом были слишком заняты попытками ублажить себя, что совсем позабыли о бестии. Она сидит на краю кровати в одном нижнем белье, стилус Рэя в её пальцах. Подносит его к лобку, скрытому у под трусиками. Спускается ниже, сквозь тонкую ткань вводя его внутрь и отыскивая клитор. — М-да. Одежду лучше снять. — комментирует Рэй, испытывая напряжение с обеих сторон. Эмма и Норман заебали своими попытками соблазнить его, честное слово. — Мой пирожок для тебя недоступен, а вот Норману — доступен. — хитро улыбнулась девушка, намерено перед ними задевая стенки клитора, издавая тихий стон. И правда, лиса. Рэй недоумённо глянул на хитрую рыжую Бестию, психологически мучаясь в несправедливости. — Не думаю, что это честно, Эмма… — морально и с хрипом поддержал Циклопа Норман, бесшумно дрожа от приятного покалывания и гудения от вибратора. — Если так думает Норман… — ещё больше заулыбались, оголяя изначально слегка подзагорелую грудь с насыщенно-розовыми сосками, что желалось при первом виде опробовать на вкус, отомстить, будем говорить своими словами. Эмма до худа замучила соски Рэя, чем он не хуже? Заодно удовлетворит обоих, но сейчас он занят Норманом, но всё-таки не забывает и подъебать подругу. — Ты очень красива… — проговорил Норман, подавляя хрипы от перевозбуждения. Хрипы не так сексуальные, как стоны Рэя. В этом он оказался хорош. Как иронично. — А что не всё сразу? — усмехнулся Рэй, глядя на приличные формы, параллельно водя вибратором по всей длине, но Норман прав — Эмма безупречна. — Чтоб интерес был, — продолжила касаться киски, надавливая на клитор. Не хватало только лишь члена, а не дорогой стилус. — Раз вы мальчики обо мне забыли, буду сама себя удовлетворять. — поставила в известность мальчиков, гипнотизируя на себе ещё большее внимание. А ещё трусики уже намокли, и личико покраснело. Видимо ей приятно…Член опять встал, у обоих. Теперь у них желание трахнуть её вместе. — Мы не забывали… — ответил Норман, схватившись за руку Циклопа, подавая сигнал, что он скоро кончит. Рэй тоже на подхвате, подёргиваясь от нескончаемой вибрации. — Я вам не верю, — теребила себя за сосочек, отодвинув кусок трусиков в сторону, что сочилась. При виде её розовой киски, очень трудно было себя контролировать двум парням, никак не насмотревшись на неё, на стенки половых губ, на маленький клитор. Досадно, в частности Нормана. Рэй пока что не знал как поступить. — Что ж, боюсь действительно я не смогу трахнуть ни Нормушу, но Рэйчика. — обижаясь на мальчиков, глубоко просунула стилус, вызвав достаточно отчётливый женский стон, сидя на кресле. Опрокинул голову назад, лучше вникая в развитие сюжета семейного порна. — Блять, Эмма, что с тобой делать… — темноволосый проговорил вслух, не прекращая постанывать. — Со мной делать? Это что с тобой делать… — отвечает она, вставляя стилус дальше. Эмма уже давно хотела бы опробовать члены своих парней внутри себя, от этой пластиковой херни толку мало. Пальцами бы она и то смогла сделать всё лучше. Хуже всех приходится Норману, полностью парализованного открывшимся зрелищем. Он перестаёт массировать простату Рэя, вибратор выпадает на живот Циклопа, на что тот недовольно стонет, ведь удовольствие разом прекратилось со всех сторон. Центром их внимания стала Эмма, изо всех сил не подающая вида, что стилус хуйня. Рэй, стараясь снова надеть на лицо маску безразличия, как ни в чем не бывало водит вибратором по члену Нормана, то и дело сжимая Боссу то головку, то яйца. Пусть Эмма завидует, Рэй продолжит игру. Но соблазнительные женские стоны бьют по ушам, кажется, она умеет стонать даже лучше, чем Норман. — А что будет, если простуженный человек будет трахаться? — капая слюной на руку Рэя, сквозь очередную волну хрипов спрашивает Норман. — Я не знаю… — бормочет Рэй, видя, как Эмма подползает к ним, садясь и смотря на то, как Норман мелко дрожит от возбуждения. — Так давайте узнаем. — даёт она ответ, бедром задевая ноги Рэя. Эмма бережно берет член Нормана, отодвигая вибратор. Свободной рукой откидывает мокрый стилус в сторону, отчего Циклоп едва не рычит, опять думая о деньгах. Рэй проводит рукой по лобку девушки, пощипывая тёплую кожу. Он аккуратно раздвигает стенки киски, помогая Эмме постепенно ввести в себя головку члена. Всю идиллию разрушает только душераздирающая хрипота Нормана, смешанная с кашлем. Сначала они вводят его член наполовину, но Эмма насаживается и он почти исчезает внутри. Всё внутри заполнено, Эмма плавно движется, ловя раздраженный взгляд Рэя, о котором Норман абсолютно забыл, даже не пытается сделать видимость того, что удовлетворяет друга. Присев на кровати, Рэй берет грудь Эммы в руки, опять видя её хитрые глаза. Рэй держит вибратор, поднося его к её соскам, касаясь им кожи. В отместку Эмма хватает его за член, Рэй по инерции притягивается, чувствуя, как она пытается пропихнуть его вставший орган в себя. Рэй протяжно стонет, ощущая гениталии Эммы с Норманом на себе, чувствуя тесноту внутри девушки. — Ах…Наконец-то…Самые лучшие мальчики во мне. Я горжусь вами. — прерывистым шёпотом лепетала девушка из-за переполненных ощущений, достигших уровня апогея. Оба не понимали ничего, абсолютно. Кровь давно не достигала головы, она больше сигнала подступала в их половые органы. А самое главное, непонятно было говорила ли она взаправду или шутила? Нет, это Эмма, всё кажущиеся не серьёзным от её уст — всегда является на полном серьёзе. А лучше вовсе отбросить мысли нахуй, ибо перед ними она очень сильно старалась. Члены легко скользили внутри, протаскивая головку ближе к матке, но не задевая её. Ещё не время, скоро перейдёт к самому сладкому. Пока Эмма двигалась без труда, Рэй вибратором все соски изводил, слыша в ответ уверенные стоны. Зародилось в это мгновение одно желание — вкусить спелый плод длинных губ Рэя, от которого не собиралась отказываться. Эмма бережно притянула за чёрный затылок юношу, сливаясь первостепенно в чмок, затем в поцелуй, а после в засос. Рэй, как «жертва» ситуации, никак не мог отступить, и не хотел. Лишь поддался ведьменским чарам колдуньи. Её язычок плетал горячим танцем, ускоря движения вагиной. Норман сам вовсе с ума сходит не то, что от прогрессивного трения двумя стояками в девушку, а при виде умиротворённых любимых, что не забывают его самого баловать касаниями. Похоже, что эти двое спокойны только во время поцелуев — рты заняты. На это приятно смотреть. Норман, хоть и хрипит, но улыбается, медленно теряясь в ощущениях. Его жгёт отовсюду: внизу и вверху, голова и пах — нигде нет покоя. Главные минусы быть больным, но, с другой стороны — повышенное внимание и забота, даже от тех, от кого не ждёшь. От Рэя, например. — Гхм…Чёрт, мы даже презики не надели… — вырвался из долгого поцелуя Циклоп, напряжённо дыша, и чувствуя, как Эмма сжимается вагиной, вакуумируя члены в себе. — Плевать. — обратно втянула парня, ещё более ускоряясь. Казаться правильным в моменте, когда тебя и твоего друга трахает одна персона, не очень-то выходит. Рэй не выдержал, поддавшись движениям, начал долбить вглубь, достигая области матки. На пару Норман с Эммой ощущали на себе его махинации, в их головах мелькнула мысль, что скоро кончат. Одновременно или нет — вопрос времени, кто из всех троих главный скорострел. Раньше всех кончает Норман, выплескивая сперму внутрь девушки и издавая очень тихие стоны. Волна удовольствия тут же сменяется слабой головной болью и усилившимся насморком. Вновь подскакивает температура, и даже выпитые до этого лекарства не спасают. Он чихает, медленно вытаскивая член из Эммы. Протягивая руки к одеялу, бестия закутывает его, замечая, что он израсходовал остаток сил и почти засыпает, всё ещё смотря на них и дожидаясь конца. Их сопровождают громкие стоны Рэя, которые, при всём желании, ему уже не сдержать, его голос изменяется, мотивируя Эмму двигаться ещё сильнее на его члене и проталкивать всё больше внутрь. — Как вы думаете, на записи хватит стонов на всё видео? — спрашивает Норман, смотря на движения тел своих любимых. — О да. Там ещё на одно видео хватит — уверенно заявляет Эмма, подавляя частые вздохи. Они оба на пределе, Рэй весь красный и потный, его глаза выглядят туманными. Пару толчков внутри девушки, и он кончает, опять издавая бесстыдные стоны. Спустя пару секунд Эмма сама начинает стонать от наступившего оргазма. Эмма вытаскивает из себя орган Рэй, ощущая пустоту внутри. Обездвиженные, они все трое лежат на кровати, смотря друг на друга. — Мы хорошо поработали сегодня. И впрямь, заслужили этих денег. — прерывает тишину Антенна, улыбаясь полуживому Рэю. — А ты пиздел, что стонать не умеешь. — Отвали. Нам предстоит ещё вырезать все посторонние фразы, бля, как не хочется. — возвращаясь к рабочим вопросам, размышляет Рэй, испытывая отвращение при мысли, что опять придётся вернуться к компьютеру. Он натягивает на себя простынь. — Ага… Сам с этим разбирайся, мы с Норманом свое дело сделали. — укутываясь одеялом Нормана, и прижимаясь к нему, говорит Эмма.

***

Сидя на кровати, Рэй держит в руках телефон, уже полчаса стараясь привыкнуть к интерфейсу какой-то программы для рисования на мобильнике. Лайн выходит ещё более уёбышным, чем на графическом планшете, но что поделать, стилуса ведь больше нет. — Заказчик всё ещё не ответил? — спрашивает Норман, валяясь в кровати с сильным жаром после вчерашней ебли. Эмма сидит рядом, размешивая для него мед в горячем молоке. Они за ночь обработали запись и наложили озвучку на анимацию. При прослушивании их разговора Рэй испытывал приступ сильнейшего стыда, когда же он услышал собственные стоны, стало не по себе. Пиздец, и эти звуки будет слушать какой-то извращенец, просматривая их анимацию. — Блядский пидор, любит же тянуть с ответом. Наверное, максимально тщательно слушает, что мы там назаписывали. — бормочет Рэй, смотря на измученного болезнью Нормана. — Да, в целом, похуй, деньги-то у нас. Стоны нормальные такие получились, естественные. — гладя голову Нормана, говорит Эмма, подавляя тревогу и страх, что происходит какая-то хрень. — О, сообщение. — вдруг проговаривает Рэй, скорее заходя в электронную почту. — Дай прочитать. — вырывает телефон Эмма. Привыкнув ко всякой дичи от этого заказчика, Рэй, ощущает, как щемит сердце и по телу пробегает дрожь. Эмма читает письмо, молча, с каждым абзацем то краснея, то невольно улыбаясь. Рэй и Норман обеспокоенно следят за ней, не зная, что могут значить эти улыбки. — Что там? — Пишет, что показал нашу работу в одной студии и нас приглашают на тестовое задание. Им понравилось наше исполнение и они хотят проверить, справимся ли мы со спецификой их компании. — передавая мобильник Рэю, говорит она. Не веря своим глазам, Рэй перечитывает письмо, тут же ощущая разочарование. Мда, Эмма, наверное, торопливо читала между строк, вникая только в слова «тестовое задание», «работа выполнена блестяще» и «это то, что требуется студии». — Им нужны не мультипликаторы, им понравились мои стоны, блять. — Рэй откидывает телефон на кровать. — Одно другому — не мешает, — по ней видно, что она восторге, дьявольски улыбаясь с удачной воплощённой идеей со стонами Рэя. А Рэй думал иначе, ему стыдно за то, что в принципе согласился на рискованный сюр, по крайне мере рискованный для его нервной системы, а он, как умник, знает, что нервные клетки не восстанавливаются. — Отныне, не только Норман занимается озвучкой, но и ты, Рэйчик. — Не пойти бы тебе нахуй? — грызанул Циклоп, не втупляя с чего вдруг он должен. — Не-а, — помотала Бестия головой в отрицание. — Денюжки-то мы все любим, поэтому будешь озвучивать, как раз повод для прибавки к стоимости заказа в дальнейшем. — чёртова Эмма, всё исковепкает, как ей угодно, но она права — деньги нужны всегда, пусть даже для их получения приходится жертвовать своими приоритетами. Хочешь жить — умей вертеться. — «Неплохая идея.» — написал в заметках Норман, показывая ребятам через экран смартфона фразу. Горло ещё больше разболелось, до такой степени, что говорить — тяжёлая мука. Мельком пара неугомонных глянула на экран, реакция ожидающе волнительная: одна на веселье, а другой в глубоком разочаровании в жизни. — Предатель. — бумкнул Рэй, хотел был уже отойти, но беловолосый вновь начал что-то активно строчить. — «И мы тебя любим.» — показал цитату Норман, на что Рэй пылко покраснел, отвернувшись. Не хватало, чтобы они видели его эмоции, и так дразнят его, а теперь ещё и это, но они прекрасно знают, что он думал на самом деле. Оба весельчака широко улыбнулись, предвидя неизбежное. — Кстати, на хуй не идут, «на хуй» садятся. — приобняла черныжа сзади, обвив обнажённую тонкую талию кистями. Рэй был в чёрном кроп топ худи. — М…Тебе виднее, Эмма, — судил по её же словам. Никакого грязного манёвра, язвил только то, что сам видел и слышал. — Никогда не забуду как ты скакала вчера. — А ты после поднажал. Точнее нам. Но ничего, твой анус ещё в стадии разработки. — юркнула руку под топ Рэя, плавно хватая за шею.