Реакции Ниндзяго

Утро в монастыре было тихим, даже чересчур. Лишь ветер касался деревянных створок, скользя сквозь узкие щели, принося с собой запах горных трав и камня, нагретого вчерашним солнцем. Птицы ещё не пели — лишь робко посвистывали в кронах. Всё вокруг будто затаило дыхание, давая возможность миру медленно проснуться. Т/и не хотела вставать. Казалось, тело будто налито свинцом, а голова предательски кружилась, словно после долгой болезни или сильного удара. Боль пульсировала где-то в висках, отдаваясь глухим эхом в затылке. Она даже не могла понять, что стало причиной — слишком многое случилось за последнее время. Попытавшись встать, Т/и тут же села обратно на кровать. Внутри всё закружилось, перед глазами заплясали чёрные точки, а подступившая тошнота чуть было не вырвала остатки сил. Её бросило в жар, потом в холод. Это чувство было ей знакомо. Кажется, в последний раз нечто подобное случалось, когда ей было лет шесть. Тогда мама пыталась приучить чрезмерно активную и непоседливую девочку стоять на месте хотя бы пару минут. Т/и тогда тоже резко встала после долгого сидения, и потеряла равновесие. Тогда это закончилось испугом и объятиями матери. Сейчас — только одиночество и пустота. За окном солнце ещё не взошло. Небо оставалось тускло-серым, но по какой-то причине в комнате было удивительно светло. Может, так падал утренний свет через тонкие занавески, может, отражался от чего-то снаружи. Свет был мягким, почти обнадёживающим. Впервые за долгое время в этом было что-то, что радовало. Собравшись с силами, Т/и сделала ещё одну попытку встать. На этот раз получилось. Медленно, осторожно, как будто боясь снова потерять равновесие, она подошла к окну. Посмотрела наружу. Деревья, крыши домов, редкие облака — всё казалось прежним. Но внутри ничего не шевельнулось. Радости от природы больше не было. Она смотрела, но не видела. Словно что-то оборвалось навсегда. Ву стоял в кухонной части монастыря, закатывая рукава. Пар поднимался над маленьким глиняным чайником, и он медленно переливал горячий настой в глиняную чашу. Тонкий аромат мяты, имбиря и чего-то древнего наполнил воздух. Это был не просто чай — это был ритуал. Традиция. И забота. Шаги по коридору. Разворошённый и взъерошенный, с лицом «я-только-сейчас-проснулся-и-это-престу--пление», появился Кай. — Вы нас опять с постели подняли раньше солнца, — проворчал он, почесывая затылок. — Даже Джей жалуется тише, чем я думаю. Сенсей Ву не повернулся. Лишь спокойно сказал: — Сегодня ты не будешь тренироваться сразу. Кай остановился, насторожился. Подозрительно прищурился. — Это ловушка? — Нет, — Ву повернулся, держа в ладонях маленький поднос с чашкой чая. — Я хочу, чтобы ты отнёс это Т/и. Она всё ещё слаба. И нуждается в тёплом начале дня. Кай моргнул. Несколько раз. — Я?.. А почему не Зейн? Или, ну… хотя бы Джей. Он любит разговоры. — А ты любишь действовать, — сказал Ву. — поэтому иди, и так уж быть, можешь опоздать на тренировку. —Эй, давайте раз так я пойду тоже!! — Крикнул Джей, однако никто его уже не слышал. Кай вздохнул. Поднёс руку ко лбу. — Вы точно умеете убеждать. Ладно. Я схожу. Он взял поднос, осторожно, двумя руками — всё-таки горячее. Направился по знакомому коридору, ведущему к гостевой комнате, где всё это время находилась Т/и. Всю дорогу он ворчал себе под нос: — Подача чая. Отлично. Превосходно. Следующий шаг — вязать ей одеяло? А может, сбацать серенаду? Сенсей, вы меня губите… Он остановился перед дверью. Выдохнул. Постучал. Из-за двери раздался голос — тихий, чуть хрипловатый: — Да? — Это… Кай. Я принёс тебе чай. По приказу… то есть, просьбе, сенсея Ву. Пауза. Затем: — Можно войти? — Да. Он вошёл. Комната была освещена мягким утренним светом, просачивающимся через бумажные ширмы. Т/и сидела у стены, укутанная в покрывало, волосы растрёпаны, глаза усталые, но внимательные. Видно было, что она спала плохо — или вообще не спала. Кай поставил поднос на небольшой столик. — Вот. Горячий. Осторожно. — Спасибо, — кивнула она. Некоторое молчание. Кай не знал, уходить ли, остаться ли. Он переминался с ноги на ногу. — Я… — начал он, и сам себя удивился. — Хотел спросить, как ты. Т/и посмотрела на него. Не с недоверием — скорее, с усталой благодарностью за то, что хоть кто-то спросил. — Сложно сказать. Я… — она сделала вдох. — Вроде бы цела. Но внутри — всё будто в тумане. Кай кивнул. Ему это было знакомо — чувство, когда ты просыпаешься не тем, кем заснул. Когда мир рушится, и ты не успеваешь собрать его заново. — Ты вчера была… смелой, — сказал он. —Не каждый после такого встаёт на ноги. Т/и вопросительно посмотрела на Кая, будто бы думая, сказать ему о том что чуть не упала два раза пока пыталась встать или все таки промолчать. — Я встала потому, что не было выбора, — просто ответила она. — Не думаю, что это смелость. Скорее… отчаяние. Кай слегка усмехнулся. Присел на край скамьи. — Ты удивляешься, что выжила? Т/и молча кивнула. — Мы тоже, — честно сказал Кай. — Не потому, что не верим. Просто… скелеты редко отступают. А ты осталась в живых. Кай посмотрел на неё. Несколько секунд молчал. — Я тоже так думал когда-то. Про себя. Когда случайно обрел силу. Когда из-за меня почти погибла моя сестра. Когда я не знал, кто я и зачем мне это всё. Т/и подняла на него взгляд. — И как ты справился? — Не справился, — усмехнулся он. — Просто пошёл дальше. Каждый день. Иногда сгорая, иногда злясь, иногда — просто держа меч и не отпуская его. Мы все… учимся быть собой. Даже если не понимаем, кем мы стали. Когда Гармадон украл мою сестру.. Я не знал что делать.. Но нашёл в себе силы спасти её. —Гармадон.. Вы его победили?— Спросила Т/и. —Да, наверное..однако остался его сын.— Наступила тишина. Но она не была тяжёлой. Напротив — в ней чувствовалось спокойствие. — Сенсей думает, ты здесь не просто так, — сказал Кай, глядя на неё в упор. — Думает, что ты можешь быть… частью чего-то большего. — Ниндзя? — Т/и слегка нахмурилась. — Я едва хожу. Какая из меня… — Все мы начинали с нуля, — перебил он. — Я сжигал всё, к чему прикасался. Джей боялся собственной тени. Коул не знал, чего хочет. Зейн… ну, он — исключение. Она слегка улыбнулась. Совсем немного. Но этого было достаточно. — Я не знаю, чего хочу, — призналась она. — Я просто… не хочу быть снова одна. Кай встал. Подошёл к двери. — Тогда не будь. Мы здесь. Не для того, чтобы судить. А чтобы идти рядом… если ты готова. Он приоткрыл дверь. — Выпей чай, пока тёплый. А потом — подыши воздухом. Монастырь большой, но здесь никто не давит. Он вышел, закрыв за собой дверь. Снаружи снова звучал голос Ву, зовущий остальных к утренней медитации. Но для неё это было начало не только дня. В тот день, ближе к полудню, когда утренние тренировки подошли к концу, Ву подозвал всех к маленькому деревянному столику в тени сакуры. Он стоял, как всегда, спокойно, но в глазах его читалась решимость. Кай вытер лоб и подошёл первым. За ним — Коул, Джей и Зейн. Все были слегка уставшими, но внимательными. — Вы чувствуете это? — первым произнёс сенсей, не глядя ни на кого конкретно. — Ветер изменился. Кажется, в нём частицы пепла. Кай переглянулся с Коулом. — Ветер? Опять начинается... — Это про неё.— сказал Зейн. Не вопрос — утверждение. — Да, — подтвердил Ву. — Про Т/и. — Она… что? С ней что-то опять не так? — спросил Джей, немного обеспокоенно. — Наоборот, — сказал Ву. — С ней что-то… верно. Кай скрестил руки на груди. — Сенсей, вы можете сказать прямо? Ву чуть усмехнулся. — Прямо — скучно. Но хорошо. Он сделал шаг вперёд, и теперь его голос стал чуть строже: — Я решил. Т/и будет тренироваться вместе с вами. Тишина. Джей чуть приоткрыл рот. Коул поднял бровь. Зейн слегка наклонил голову, анализируя. — Простите, что? — выдал Кай. — Она ведь не боец. У неё даже нет элементальной силы. — Когда-то и у тебя её не было, — напомнил Ву. — Сила — не в стихии. А в воле. И в пути, который человек выбирает. — Но почему она? — спросил Коул. — Почему сейчас? Ву повернулся к ним всем лицом. — Потому что она выжила там, где другие погибли. Потому что тьма коснулась её — и отступила. Потому что внутри неё есть что-то, что может стать светом… или стать опасностью, если мы не направим его. — То есть… вы боитесь, что она может быть угрозой? — медленно проговорил Джей. — Я ничего не боюсь, — твёрдо ответил Ву. — Я принимаю реальность такой, какова она есть. И в ней — девушка с сердцем, полным боли, стоит на пороге выбора. Мы либо оставим её одинокой… либо протянем руку. Наступила пауза. Напряжённая. Ниндзя смотрели друг на друга. Зейн был первым, кто нарушил молчание: — Если она и правда обладает потенциалом, то обучение — логичный путь. Оно даст ей опору. И нам — понимание. Джей пожал плечами: — Ну… не скажу, что это худшая идея. Если она в команде, мы хотя бы будем знать, на что она способна. Коул кивнул: — Мы не такие, чтобы отвергать того, кто в беде. Особенно если этот человек уже здесь. Все повернулись к Каю. Он долго молчал. Затем вздохнул и сказал: — Если она останется… пусть учится. Но я не собираюсь обращаться с ней как с хрустальной вазой. Ву слегка улыбнулся. — Этого от тебя и не требуется. Будь собой. Но помни: даже пламя может согреть, а не только сжечь. — А она знает? — спросил Ллойд, наконец заговорив. — Пока нет, — ответил Ву. — Но узнает. Сегодня. И начнёт путь. Такой же, каким шли вы. — А если она не захочет? — тихо спросил Джей. Сенсей Ву поднял взгляд к небу. — Тогда мы отпустим её. Свобода — это основа силы. Но если она останется… я хочу, чтобы вы были рядом. Не как охрана. А как те, кто когда-то сами были потеряны. появилась ещё одна искра. И никто не знал, в кого она превратится — воинницу света… или оружие хаоса. Только время покажет.