Реакции Ниндзяго

Храм теней казался самым мрачным местом которое видели ниндзя за все время. Но они знали, там внутри Сенсей Ву, и они должны спасти его. Ниндзя продвигались вперёд, затаив дыхание. Слева — Ния и Зейн. Справа — Джей, Пиксель, Кай. Ллойд шёл впереди, с зелёным клинком в руке. Позади — Т/и и Коул, рядом, но не вместе. С момента, как они вошли, ни один из них не произнёс лишнего слова. — Здесь, — прошептал Зейн, — энергетические поля нестабильны. Будьте осторожны. Это ловушка. Вскоре храм ожил. С потолков сорвались тени, из стен вышли фигуры в масках — Сыны Гармадона. Их было больше, чем ожидалось. Много больше. — За Ву! — крикнул Ллойд, бросаясь в бой. Команда разделилась: Ния сражалась около воды, поднимая потоки вверх; Джей и Кай, спина к спине, разрывали воздух молниями и пламенем. Зейн замораживал подходящих врагов. Самым умным решением было драться против врага его же методами, как и учили сыны Т/и. Коул сражался в стороне, точно зная, что она рядом. Но держался на расстоянии, не потому что не хотел быть ближе — а потому что боялся. Она чувствовала его взгляд. И это придавало сил. Когда первая волна врагов отступила, послышались шаги. По ступеням вниз спустился он — один из Старших Сынов. Черная броня, искажённое лицо, красная метка на лбу. — Измена, — прохрипел он. — Ты, пепельная, осмелилась встать против нас? Вокруг стихли звуки боя. Всё внимание сосредоточилось на Т/и. — Ты знаешь, что тебя ждёт. Мы тебе дали имя. Дали силу. А ты отдала нас этим... — он указал на ниндзя с презрением, — слабым. — Я выбрала, — голос Т/и дрожал, но звучал твёрдо. — И не тебя. Старший Сын резко бросился на неё. Коул закричал: — Нет! Он рванулся вперёд, но не успел. Т/и приняла удар — лезвие пронзило её плечо, а затем вторым движением Сын попытался достать Коула, оказавшегося рядом. Т/и, шатаясь, успела выхватить короткий клинок и преградить путь — сталь сверкнула, и Сын отступил, ранен в бок. — Ты не получишь его! Она упала на колени. Коул подбежал и поймал её, прижав к груди. — Т/и! Эй, эй, не смей закрывать глаза, слышишь?! — Ты… цел? — прошептала она, и кровь на её губах показалась слишком яркой. — Да, я цел. Ты не должна была… чёрт, Т/и… — он сжал её сильнее. — Почему ты всегда… сначала ты защищаешь, потом прячешься… а теперь это! —не знаю..— она слабо улыбнулась, — главное что ты цел. Тем временем команда уже окружила Сына. Ллойд нанёс точный удар, и враг отступил. Все сбежались к Т/и. Зейн осмотрел рану, быстро прижимая повязку из ткани. — Повреждение не критическое, но срочная помощь нужна. Её нужно доставить в монастырь. — Она спасла всех нас, — сказал Ллойд. — Без неё мы бы не дошли сюда. — Теперь сомнений нет, — пробормотал даже Кай, отводя глаза. — Она сражалась как одна из нас. — Не "как", — резко сказал Коул, не отпуская Т/и. — Она и есть одна из нас. Ния достала коммуникатор: — Пиксель, готовь транспорт. У нас ранение, но миссия выполнена. На фоне разрушенного храма, где стены ещё дрожали от остаточной энергии портала, Т/и открыла глаза. Всё ещё в его объятиях, она слабо выдохнула: — Значит, всё… не зря? Коул кивнул. — Не зря. Он коснулся её лба, чуть‑чуть, чтобы она знала — он рядом. Всегда будет. За их спинами храм начал рушиться. Финал настал. Но это был финал предательства. Глубоко в сердце Храма Теней, за залами с ловушками, за стенами, дышащими тьмой, они нашли Сенсея. Ву сидел в клетке из древнего сплава, светящегося красноватыми рунами. Его поза была прямой, взгляд — спокойным, как будто он ожидал их именно в эту минуту. — Сенсей! — Ллойд бросился к нему, схватившись за решётки. — Мы пришли. Всё в порядке. Мы здесь. Ву слегка кивнул. — Я знал, что вы найдёте путь. Ния и Зейн уже изучали замок. Пиксель сканировала руны: — Система активируется по энергии, аналогичной энергии Оверлорда. Но у нас есть альтернатива… — Т/и, — произнёс Зейн. — Только она может деактивировать замок. Все взгляды обернулись к девушке, стоявшей чуть позади. На ней всё ещё была кровь с плеча — свежая повязка едва держалась. Она смотрела на клетку, сжав губы. — Я… — её голос дрогнул, — я попробую. Она шагнула вперёд. Руны зашипели, будто узнали свою. От одного её прикосновения они вспыхнули ярко, но не сработали враждебно — напротив, начали тускнеть. — Как будто она говорит с ними, — прошептал Джей. — Она… часть их мира, — хрипло выдохнул Кай, но без злобы. — И всё же стоит с нами. Через минуту пронзительный щелчок пронёсся по залу. Клетка открылась. Ву поднялся и вышел навстречу ученикам. Он был измождён, но в его глазах светилась твёрдость. — Спасибо. Всем вам. — Он остановился перед Т/и. — Но особенно тебе. Она опустила взгляд. — Я просто… исправила то, что помогла создать. — Это и есть путь, — мягко ответил Ву. — Не исправить прошлое, а выбрать настоящее. Он жестом позвал её сесть на камень у стены. — Покажи рану. Т/и колебалась. Остальные отступили, давая им пространство. Ву достал из кармана небольшой свёрток с травами и бинтами. — Я был пленником, но не бездеятелен. Я знал, что ты придёшь. И что ты будешь ранена. — Вы… знали? — прошептала она. — ну... Как знал... Но верил. А вера — это то, что мы теряем в первую очередь. Ты сохранила её. Он ловко разрезал повязку, обработал кожу, промыл рану настойкой. Т/и только стиснула зубы. — Ты многое скрывала. — Ву говорил спокойно. — Но страх — не преступление. Предательство — это выбор. И ты отказалась от него. Она впервые подняла взгляд, полный слёз, но сдержанных. — Я не уверена, что смогу жить с этим. — Ты уже живёшь, — мягко ответил он, накладывая чистую повязку. Коул всё это время стоял неподалёку. Он смотрел на Т/и так, как смотрят не на воина или бывшего врага.. — Спасибо, сенсей, — сказал он, когда Ву поднялся. — За то, что верите в неё. Ву кивнул. — Я верю в каждого из вас. Даже когда вы перестаёте верить сами. Команда снова собралась. За спиной начали рушиться части Храма. — Нам пора, — сказала Ния. — Этот храм долго не простоит. — Коул, помоги ей, — велел Ву, подойдя к ученику. Коул кивнул, и, не сказав ни слова, подхватил Т/и под руку, чтобы помочь ей идти. Она не протестовала. — Я в порядке… — пробормотала она. — А я не хочу рисковать, — прошептал он, — ты и так чуть не… — Я знаю. — Её голос дрогнул. — Но я жива. — И ты должна остаться такой. Они вышли из Храма уже утром. Пиксель и Зейн уже вызывали транспорт. Ниндзя отошли, давая Т/и и Коулу немного пространства. Ву присел рядом с Ллойдом и что-то сказал вполголоса. Тот лишь кивнул. — Ты спасла нас, — сказал Коул, когда они сели на камень у разрушенной арки. — Нет, — тихо ответила она. — Я просто не смогла позволить себе снова быть одной из них. — Это и есть спасение. Себя. Нас. Ву. Меня. Она чуть усмехнулась. — А ты всё ещё здесь. Не боишься, что я снова сбегу? Он посмотрел на неё спокойно. — Если сбежишь — я всё равно найду тебя. Она вздохнула. — Всё кончилось? — Только началось, — ответил Коул. — Но теперь ты не одна. ****** Т/и сидела на узкой лавке у стены, аккуратно придерживая повязку на плече. Рана болела тупо и упрямо, словно напоминание о сделанном выборе. Тепло, исходящее от масляной лампы, казалось почти чужим. — Ты не должна оставаться одна, — сказал голос у входа. Коул. Он стоял с бинтами и свежим раствором в руках. Его рубашка была небрежно накинута, волосы влажные после душа, но глаза — всё те же. Тёплые, внимательные. Настоящие. Т/и отвела взгляд. — Я могу справиться. — Конечно можешь, — он подошёл ближе. — Но не обязана. Медленно, осторожно, он присел перед ней на корточки и положил бинты рядом. Его пальцы легли на её запястье. — Позволь мне. Она молча кивнула. Коул ловко, но бережно размотал прежнюю повязку. Рана всё ещё была покрасневшей, но не кровоточила. Он молчал, протирая её травяной настойкой, затем начал накладывать новую повязку. — Знаешь, — тихо сказал он, — в бою ты была сильнее, чем я мог представить. Но сейчас… ты выглядишь совсем иначе. Уставшей. Живой. Настоящей. — Я чувствую себя... будто больше не знаю, кто я, — прошептала она. — Впервые за долгое время. Коул не ответил сразу. Он перевязал последний виток бинта и поднял взгляд. Его ладонь скользнула по её плечу, чуть выше повязки, тёплая и крепкая. И прежде чем она успела что-то сказать, он потянулся вперёд. Осторожно, не торопясь. Его губы коснулись её лба. Затем щеки. Она чуть дрогнула, но не отстранилась. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что всё ещё здесь. Несмотря на всё. Коул медленно провёл пальцами по её щеке, глядя ей в глаза. — Я не мог уйти. Не от тебя. Он наклонился снова, и теперь их губы встретились в коротком, робком поцелуе. Когда поцелуй закончился, он не отстранился сразу. Лоб к лбу. — Отныне, — прошептал он, — всё, с чем тебе придётся бороться — мы будем бороться вместе. Т/и закрыла глаза и кивнула. — Вместе. Она всё ещё чувствовала его ладонь на своём лице. — Ты ведь всё это время чувствовал, да? — спросила Т/и тихо, глядя в его глаза. — Что со мной что-то не так. Что я что-то скрываю. Коул чуть кивнул. — Да. Но я не знал, кто ты на самом деле. И даже если бы знал… Не думаю, что это бы что-то изменило. — Почему? Он уселся рядом, плечом касаясь её, и заговорил медленно, будто взвешивая каждое слово. — Потому что каждый из нас когда-то делал выбор. Плохой. Больной. Неправильный. Я тоже злился. Молчал. Уходил от друзей. Терял... Т/и слабо усмехнулась. — Ты говоришь так, будто я заслуживаю прощения. Он повернулся к ней. — Не прощения. Понимания. Она опустила взгляд, словно стыдясь собственной уязвимости. — Ты не обязан… любить то, что во мне есть. Всё это… грязь. Все мои действия. Ложь. Коул аккуратно взял её за руку. — Я люблю не то, кем ты была. А кем ты решила стать. Ты не обязана быть идеальной, Т/и. Её голос дрогнул: — Мне никто и никогда не говорил, что я могу быть кем-то, кроме шпиона. Он поднёс её ладонь к своим губам и нежно поцеловал пальцы. — А я говорю. — Я всё ещё боюсь, — призналась Т/и. — Сыны не оставят это просто так. Они вернутся. За мной. Или за вами. Коул сжал её руку крепче. — Тогда мы встретим их вместе. Ты больше не одна.