Реакции Ниндзяго

Холодный воздух прорезал тишину, когда из расколотого вихря времени выбросило мужчину. Акроникс упал на колени, тяжело дыша, ощущая, как кровь гулко бьётся в висках. Последнее, что он помнил — пульсирующий свет хронометра, удар, и голос брата, зовущий его обратно. Мир вокруг был другим. Небо — чужим, воздух — слишком тяжёлым. Но взгляд его сразу упал на знакомую фигуру — старый Ву стоял неподалёку, с тем же невозмутимым лицом, что и всегда. Только теперь рядом с ним стояла она. Т/и. Акроникс сразу заметил — в ней не было ни тени страха. Она стояла напротив мастера, держа посох, и в её взгляде было что-то вызывающее. Как будто её учили не бояться времени, а бросать ему вызов. — Возвращение… времени, — произнёс Ву, сжимая палку. — Значит, судьба всё-таки решила свести нас снова. — О, не драматизируй, старик, — ухмыльнулся Акроникс, поднимаясь. Его голос был грубым, но чарующе уверенным. — Я просто вернулся за тем, что принадлежит мне. — Время принадлежит никому, — ответил Ву. — Ошибаешься. Мне. И тогда взгляд Акроникса вновь упал на Т/и. Она была не из тех, кого он ожидал увидеть рядом с Ву. Молодая, с решительными чертами лица и дерзким блеском в глазах. На ней была одежда ученицы ниндзя, но держалась она не как послушная ученица. Скорее как кто-то, кто способен бросить вызов даже своему учителю. — И кто это? — спросил он с ленивым интересом, отряхивая с плеч пыль. — Очередная игрушка времени, которую ты нашёл? Т/и сжала посох крепче. — Я не игрушка. И я не боюсь тебя. Он усмехнулся, сделав шаг ближе. — Какая смелость… для того, кто только учится управлять минутами. — Хочешь проверить? Мир дрогнул. И вдруг — будто кто-то вырвал нить реальности — всё вокруг остановилось. Порыв ветра застыл в воздухе, пепел завис, листья замерли в полёте. Время застыло. Только они вдвоём двигались. Акроникс медленно обошёл Т/и, скользя взглядом по ней, словно оценивая новое оружие. — Вот это уже интереснее. Ты умеешь ощущать поток времени. Даже не осознаёшь, что сама держишь его в руках. Она посмотрела на него — прямо, без тени страха. — Это не твоя сила. — Пока не моя. — Он приблизился. — Но я чувствую, как она течёт в тебе. Молодая энергия… непослушная. Мне даже интересно, кто научил тебя останавливаться так, чтобы не сгореть. Т/и прищурилась: — Думаешь, только ты умеешь играть с вечностью? — Я не играю. Я создаю её. Он поднял руку, и воздух дрогнул. Всё вокруг засияло золотыми нитями замедленного времени. Её дыхание, её сердцебиение — он слышал каждую ноту. И всё же что-то пошло не так. Он хотел лишь показать силу, запугать… но не смог отвести взгляд от её глаз. В них было то, чего он не ожидал — не гнев, не страх. Любопытство. И странное узнавание, будто где-то, в далёком эхо веков, их судьбы уже пересекались. — Сними это, — тихо сказала она. — Замедление. Он усмехнулся. — Боишься, что увижу, какая ты на самом деле? — Нет, боюсь, что ты увидишь себя. Эти слова задели его сильнее, чем лезвие. Время дрогнуло — и пошло дальше. Ветер ударил, листья рухнули, Ву вновь заговорил, не замечая, что между двумя его учениками только что произошло нечто, что не должно было случиться. Прошло несколько дней. Т/и часто видела его в тени — он не исчез, как ожидал Ву. Акроникс словно стал следить за ней: во время тренировок, при медитации, даже ночью, когда она думала, что одна. Он не нападал. Только наблюдал. Пока однажды, на рассвете, она не почувствовала, как воздух стал вязким, как мед. Всё вокруг вновь застыло. Только пламя свечей тихо дрогнуло — и из темноты шагнул он. — Скучала? — его голос был низким, почти ласковым. — Ты снова замедлил время. — А ты всё ещё говоришь со мной, вместо того чтобы звать своего старика-наставника. — Может, мне просто любопытно. Он подошёл ближе, слишком близко. — Любопытство — опасная штука. Особенно к тем, кто способен уничтожить время. — Или полюбить его, — тихо ответила она. Эта фраза застала его врасплох. Он замер. — Полюбить?.. — усмехнулся он. — Меня пытались убить, заточить, стереть из хроники. Но любить?.. Вот это впервые. — Не тебя, — поправила она. — Само время. А ты... часть его. Ты не враг мне. Ты просто не умеешь останавливаться. Он нахмурился. — Ты не знаешь, кто я. Я разрушил города, стер поколения, играл жизнями как фишками. — И всё равно ты здесь. Говоришь со мной, а не убиваешь. Тишина. Только ритм дыхания, и лёгкое свечение на коже от замершего времени. Он протянул руку — не касаясь, лишь рядом. — Может, просто интересно, почему ты не боишься. — Потому что ты — не монстр, — прошептала она. — Просто человек, застрявший в своей секунде. Что-то в этих словах щёлкнуло внутри него. Как будто вечный механизм дал сбой. Он, Акроникс, Повелитель Времени, вдруг почувствовал, что теряет контроль. — Скучаешь по своему врагу? — голос вывел её из раздумий. —ждешь меня каждый раз. Не боишься, что мастер Ву узнаёт? — Я не боюсь, — ответила она. Крайтцер усмехнулся. — Нет, ты боишься.   — Он сделал шаг ближе. — как ты можешь не бояться? Её дыхание сбилось. Слишком близко. Молчание. Только ветер. — Ты не делаешь ничего, — сказала она тихо. — Просто говоришь. — Говорю? — усмешка стала опасной. — я уже затянул тебя в временную петлю. Она не ответила. **** Ву узнал о их встречах. Т/и стала избегать врага, хоть он и подавил её в темном переулке. — Что он тебе сказал? — спросил тот сразу. — Всё, что хотел, — ответила она. — Он угрожал? — Нет. Он… понял. Просто рассказал больше, чем нужно. Он нахмурился. — Значит, ты поверила? Больше не хочешь меня видеть? Она подошла ближе. — если бы не хотела, то не зашла в этот переулок, увидев, что время странно медленно идет. Т/и сделала шаг, потом ещё. Их разделяло всего дыхание. — Может, потому что я вижу в тебе не врага. — Тогда ты глупая. — Он усмехнулся, но в голосе дрогнула тень. — Я разрушу всё, к чему прикасаюсь. Даже если хочу сохранить. — А если я не хочу, чтобы ты сохранял? — её голос стал почти шёпотом. Он закрыл глаза. —даже эта секунда будет стоить целой вечности. Он замедлил время — полностью. Ветер застыл, мир превратился в  тишину. Он поднял руку, почти не касаясь её щеки. — Смотри, — прошептал он. — Здесь нет прошлого. Нет будущего. Только мы. — Тогда зачем ты всегда уходишь? Он открыл глаза. В них сверкнула боль, спрятанная под маской холодной уверенности. — Потому что я боюсь, что однажды ты начнёшь двигаться, а я — нет. Она медленно положила ладонь ему на грудь. — Тогда пусть остановится всё. Т/и уже привыкла к тому, что в самые неожиданные моменты воздух вокруг неё словно густел, звуки замедлялись, а дыхание становилось почти ощутимым. Она знала: где-то рядом — он. И это знание одновременно будоражило и тревожило. Они оба понимали опасность. Она — ученица Ву, его наставника, врага времени и хранителя баланса. Он — Повелитель Времени, мастер, способный стереть города и поколений людей. Их связи никто не одобрял бы. Но это не мешало им. В тот день Т/и тренировалась на крыше старого храма. Солнце уже клонилось к закату, краски неба переливались от алого до золотого. Она выполняла движения, отточенные и точные, когда внезапно мир вокруг замедлился. Она остановилась, внимательно прислушиваясь. Ветер завис, листья будто застынули в воздухе, даже шум города исчез. — Ты опоздала на пару секунд, — услышала она его голос, низкий и шелестящий, словно ветер скользил по её коже. Она обернулась. Он стоял на краю крыши, руки в карманах, легкая усмешка играла на губах. — Я не опаздываю. — Она скривила рот, но глаза её блестели. — Это ты всегда появляешься неожиданно. — И не отпускаю шанс посмотреть на мою маленькую ученицу в действии. Он сделал шаг ближе, и медленно время стало течь только для них двоих. Секунды растянулись, и мир превратился в золотую паутину замерших мгновений. — Ты всё ещё играешь с огнём, — сказала она, сжимая посох. — Не бойся, что кто-то увидит нас? — Если кто-то увидит… он просто не поймёт. — Он приблизился ещё, и теперь между ними оставалось лишь дыхание. — А я не хочу, чтобы кто-то мешал этому моменту. Она посмотрела на него, на его взгляд, и ощутила странное тепло в груди. Он был могуществен, опасен, но при этом рядом с ним она чувствовала себя живой, свободной. — А что, если кто-то узнает? — спросила она, чуть дрожащим голосом. — Никто не узнает. Я позабочусь о том, чтобы время остановилось для всех, кроме нас. И, словно в подтверждение, всё вокруг стало мягче, тише, безопаснее. Их встречи продолжались. Они переплетались во времени: иногда в замерших секундах, иногда в тайных закоулках города. Они шептались, играли с потоком, дразнили друг друга, как два хищника, не спеша открывать свои сердца. Однажды вечером они встретились в заброшенном саду. Луна отражалась в маленьком фонтане, звёзды дрожали в тишине. — Ты выглядишь… усталой, — сказал он, садясь рядом на бортик фонтана. — Это ты заставляешь меня так двигаться, — с усмешкой ответила она. — Не могу расслабиться рядом с тобой. — Это мило. — Он склонился ближе. — Значит, всё-таки чувствуешь напряжение? Она взглянула на него, и его глаза встретились с её глазами. В них не было насмешки, только внимание, почти болезненная сосредоточенность. — Ты что-то скрываешь, — сказала она. — Но я знаю, что между нами есть что-то… особенное. Он улыбнулся, но улыбка была тихой, почти грустной. — Особенное, — повторил он, — потому что мы враги. — Враги… — прошептала она. — Но ты остаёшься рядом. Даже когда я опасна. Он протянул руку и мягко коснулся её подбородка. — Потому что я не могу просто наблюдать издалека. Даже если это противоречит всему, что я знаю. Секунда растянулась, как эхо, и в этой паузе они коснулись друг друга — лёгко, почти играючи. Её пальцы провели по его руке, а он провёл по её щеке. Не первый раз, но в первый раз это ощущалось как признание, а не игра. — Почему это так опасно? — тихо спросила она. — Потому что мы враги, — повторил он, — и каждая секунда, что мы проводим вместе, нарушает правила. Она вздохнула. — И всё равно не могу остановиться. Он наклонился ближе. Их дыхания слились. — Тогда не останавливайся. И впервые они поцеловались. Легко, как прикосновение ветра,  мир вокруг дрожал, время снова чуть ускорилось, но они оставались в своём пузыре, где никто не мог вмешаться.