Реакции Ниндзяго

Хотя многотысячный стадион уже задыхался в громкой музыкея казалось, из-за голосов ребят около сцены все ставало ещё хуже. Потолок огромной, душной арены тонул в сезом искусственном тумане, сквозь который упрямо пробивались финальные, ядовито-розовые, кислотно-зеленые и лазерно-голубые лучи мощных софитов. Это был грандиозный, выматывающий финал твоего сольного тура по Ниндзяго. Ты стояла в самом центре выдвижного подиума, тяжело и рвано дыша, крепко прижимая беспроводной микрофон к самым губам. Твоя фирменная, отрепетированная тысячами часов перед зеркалами в танцевальных классах агентства улыбка застыла на лице, словно непроницаемая защитная маска. Популярный айдол. Живая легенда стриминговых платформ, чьи треки крутились на повторе в наушниках каждого подростка. Девушка с глянцевых обложек, чей силуэт неоном горел на каждом втором небоскребе Ниндзяго-Сити. Но за этой безупречной, сияющей картинкой скрывался чистый, концентрированный износ человеческого организма. Твой сложный сценический костюм футуристический корсет из светоотражающего жесткого пластика, тонких неоновых лент и латекса сейчас казался неподъемным, удушающим панцирем. Под плотным слоем профессионального грима кожа горела, а легкие обжигало от острой нехватки чистого кислорода. Глаза нещадно резало от непрерывного трехчасового вспыхивания стробоскопов. Стало тесно, ведь в гримёрке корсет затянули слишком сильно. — Спасибо, Ниндзяго-сити! Я люблю вас! Вы лучшие! — твой голос, многократно усиленный сотнями распределенных по арене динамиков, сорвался на красивый, эмоциональный хрип, который тут же вызвал новую, еще более мощную волну ультразвукового визга на трибунах. Платформа под твоими лакированными ботфортами наконец плавно поползла вниз, унося тебя в темное, прохладное и сырое нутро под сценой. Как только яркий свет софитов отрезало тяжелым деревянным настилом, твоя идеальная, гордая осанка мгновенно рухнула. Менеджеры, стафф, личные ассистенты и грозные бодигарды тут же облепили тебя со всех сторон. Кто-то на ходу протягивал пластиковую бутылку с ледяной водой, кто-то бережно набрасывал на твои голые, дрожащие плечи безразмерный черный пуховик, а личные стилисты уже на бегу аккуратно вытаскивали из твоих волос тяжелые металлические шпильки и заколки. — Быстрее, двигаемся к черному выходу! Не задерживаемся! — громко кричал в рацию начальник личной охраны, бритоголовый мужчина со шрамом на шее. — На главном выходе фанаты полностью заблокировали три переулка. Они как-то вычислили номера наших основных машин. Придется экстренно прорываться через служебный дебаркадер. Натягивай капюшон и маску! Живее, у нас мало времени! Ты послушно натянула на лицо черную тканевую маску, полностью скрывшую нижнюю часть лица и оставившую только глаза, и набросила глубокий капюшон пуховика. Твой мир всегда был именно таким.. безумным, летящим на бешеной скорости за двести километров в час, где ты физически не принадлежала самой себе ни единой секунды. Всё вокруг казалось гигантским, прекрасно отрежиссированным шоу, где каждый твой шаг, каждый случайный взгляд и каждый вдох были тщательно взвешены, оценены и переведены в акции твоей развлекательной компании. Вы быстро шли по длинным, холодным бетонным коридорам стадиона. Эхо твоих собственных шагов смешивалось со стуком тяжелых ботинок охраны. Впереди уже виднелись тяжелые железные створки ворот. Когда они начали медленно, со скрипом расползаться в стороны, тебя встретил вовсе не прохладный, освежающий ночной воздух, а плотная, удушающая и оглушительная стена человеческого звука. — Она здесь! Т/И! Посмотри сюда! О боже, это правда она! — этот крик не был похож на то восторженное обожание фанатов, которое ты слышала со сцены стадиона. Это был дикий, пугающий рев голодной толпы, которая слишком долго ждала свою законную добычу на холодном асфальте. Вспышки. Тысячи, десятки тысяч ослепительных, яростных белых вспышек от профессиональных камер папарацци и экранов сотен смартфонов мгновенно ударили по твоим расширенным в темноте зрачкам. На секунду ты полностью ослепла, потеряв ориентацию в пространстве и видя перед глазами лишь огромные плывущие фиолетовые и зеленые круги. Оцепление из хлипких металлических барьеров и тридцати наспех нанятых охранников продержалось ровно три секунды. Безумная толпа, фанаты с огромными светящимися плакатами, агрессивные стримеры с длинными селфи-палками, папарацци с тяжелыми длиннофокусными объективами навалилась единой, безликой и неуправляемой массой. — Назад! Назад, я сказал! Освободите дорогу для машины! — надрывался начальник охраны, пытаясь своими широкими плечами расталкивать наглые, лезущие прямо в твое лицо руки со смартфонами и портативными микрофонами. Но их было слишком много. Настоящее человеческое море хлынуло внутрь охраняемой служебной зоны, окончательно отрезая тебя от черного минивэна с плотно тонированными стеклами, который стоял всего в каких-то десяти метрах. Тебя мгновенно зажало со всех сторон. Кто-то сильно, до треска дернул за правый рукав твоего пуховика, едва не сорвав его с плеча. Кто-то ткнул тяжелым объективом прямо в твой капюшон. Вспышки камер слепили непрерывно, превращая реальность в рваный, эпилептический кошмар. Воздух резко закончился. Плотная масса чужих тел, запах чужого пота, дешевого уличного парфюма и липкого адреналина сдавили твою грудную клетку, не позволяя сделать даже минимальный вдох. Паническая атака, твой давний, верный спутник во время мировых туров, ледяными пальцами мертвой хваткой вцепилась в горло. Сердце бешено заколотилось в тесном пластиковом корсете. Перед глазами всё окончательно поплыло, звуки толпы смешались в один монотонный, давящий звук, словно ты тонула под многометровой толщей грязной, холодной воды. —Я сейчас упаду.. пронеслась в твоей голове слабая, испуганная мысль, похожая на капитуляцию. — Если я упаду, они меня просто затопчут, даже не заметив, ради одного удачного кадра для своих блогов и соцсетей.. Твои колени подогнулись, лакированные ботфорты беспомощно скользнули по влажному от ночной росы асфальту. Охрану окончательно оттеснили в сторону, сминая их ряды, и чьи-то чужие, жадные пальцы уже тянулись к твоему капюшону и маске, страстно желая сорвать их и обнажить твое бледное, испуганное лицо перед миллионами зрителей онлайн-трансляций. Всё казалось фальшивым, жестоким и грязным. Индустрия, которая создала тебя, теперь готова была сожрать тебя ради секундного хайпа. И в этот самый момент, когда мир вокруг тебя окончательно превратился в кромешный ад, пространство прямо над твоей головой буквально разорвало коротким, сухим и оглушительным треском статического электричества. Этот звук нельзя было перепутать ни с чем в этом мире, резкий, звонкий, хлесткий хлопок, похожий на взрыв мощной петарды или мгновенное короткое замыкание высоковольтного кабеля. Прямо над толпой пронеслась ослепительная, ветвистая синяя искра, на долю секунды затмившая все фотовспышки папарацци вместе взятые. Смартфоны и планшеты в радиусе пяти метров синхронно мигнули, их экраны пошли серыми цифровыми помехами, а несколько профессиональных камер в руках журналистов издали жалобный электронный писк и полностью отключились, локальный электромагнитный импульс мгновенно сжег их предохранители. Толпа на мгновение испуганно отхлынула назад, инстинктивно пригибая головы к земле от неожиданного спецэффекта. Прежде чем кто-то успел понять, что вообще произошло, из темноты, со стороны кирпичной стены старого здания бойлерной, соткался стремительный, гибкий силуэт. Движения этого человека были настолько быстрыми, текучими и точными, словно он подчинялся совершенно иным законам физики, отличным от этого неуклюжего, застрявшего в давке человеческого стада. Чья-то сильная, жесткая рука, обтянутая плотной синей перчаткой из технологичной ткани, мертвой хваткой вцепилась в твое запястье. Это прикосновение не было похоже на грубые, хаотичные толчки фанатов или механические перехваты твоей личной охраны. От этой ладони шло слабое, едва заметное, но очень приятное покалывание, словно по ней бежал легкий, контролируемый ток, мгновенно прогнавший парализующее оцепенение из твоего тела. Оно словно перезапустило твою нервную систему. — Держись крепче, звездочка! Уходим отсюда! — раздался над твоим самым ухом звонкий, дерзкий, молодой и невероятно уверенный мужской голос. Одним мощным, выверенным рывковым движением этот парень буквально выдернул тебя из самого эпицентра человеческого водоворота. Ты даже не успела коснуться ногами земли, тебя просто перенесли по воздуху , словно ты ничего не весила. Перед твоими глазами мелькнула синяя ткань куртки со странными золотыми накладками, эмблема в виде стилизованной молнии на плече и коротко подстриженные, растрепанные русые волосы парня, чье лицо было наполовину скрыто синей маской-банданой. Джей. Синий Ниндзя. Мастер Молнии. Тот самый парень из телевизора, который вместе со своей безумной командой то и дело спасал мир от очередного глобального апокалипсиса. Тот, чье имя гремело в выпусках новостей. Но сейчас вокруг не было гигантских роботов, змей или древних призраков. Сейчас главным врагом была сама индустрия шоу-бизнеса, которая пыталась сожрать тебя живьем прямо на асфальте Южного округа. — Эй! Куда они?! Ловите их! Это же этот... как его... ниндзя! Они забирают Т/И! Лови машину! — донеслись сзади запоздалые, полные ярости, разочарования и шока крики толпы, но было уже слишком поздно. Синяя вспышка растворилась в ночи. Джей бежал быстро, но удивительно мягко подстраивался под твой шаг, придерживая за талию и не позволяя тебе споткнуться или подвернуть ногу на высоких каблуках сценических ботфортов. Он вел тебя через лабиринт мусорных баков, ржавых вентиляционных труб, старых деревянных поддонов и бетонных блоков так уверенно, словно знал эти трущобы наизусть. Звуки погони, щелканье затворов, крики и гул голосов начали стремительно отдаляться, полностью заглушаемые тяжелым, рваным стуком твоего собственного сердца и свистом ветра в ушах. Через пару минут этого безумного, адреналинового бега вы оказались в небольшом, совершенно глухом тупике, прочно зажатом между двумя огромными промышленными блоками. Они оглушительно гудели на низкой ноте, вибрируя и выбрасывая в прохладный ночной воздух потоки горячего, влажного пара. Здесь было темно, сыро, пахло мусором и под ногами было много грязи. Джей резко, но аккуратно потянул тебя на себя, заставляя зайти в узкую, темную нишу за железным коробом старого генератора. Он мягко прижал тебя спиной к холодной кирпичной стене, а сам встал вплотную, практически полностью блокируя своим широким телом любой возможный обзор со стороны главного переулка. Его близость ощущалась как источник сильной, вибрирующей энергии. Его левая рука, все еще крепко сжимающая твое запястье, медленно поднялась вверх. Он прижал указательный палец в синей перчатке к своим плотно сжатым губам, призывая тебя к полной, абсолютной тишине. Его карие глаза внимательно вглядывались в темноту за пределами вашего укрытия. — Тш-ш-ш... — тихо, едва слышно выдохнул он тебе прямо в лицо. — Слышишь? Ждем секунду. Не шевелись. Ты полностью замерла, буквально вжимаясь спиной в неровный, холодный кирпич. Твоя грудь под латексным жестким корсетом ходила ходуном, а дыхание было рваным, тяжелым, со свистом вырывающимся сквозь черную ткань маски. Напряжение между вами было почти осязаемым. Прямо над вашей тупиковой нишей, на стене соседнего многоэтажного здания, висел гигантский, яркий неоновый баннер с твоим собственным изображением. Там, в недосягаемой вышине, идеальная, отфотошопленная цифровая Т/И рекламировала новые беспроводные наушники, улыбаясь всему миру фальшивой, глянцевой и безжизненной улыбкой. Яркий розовый и голубой неон от этого баннера падал вниз, разрезая темноту тупика и окрашивая лицо Джея в мягкие, почти волшебные тона. Мимо входа в переулок с громким топотом пронеслась сплоченная группа из пяти человек с длинными селфи-палками и тяжелыми камерами наперевес. Они тяжело, со свистом дышали и громко ругались, путая слова от злости. — Куда они, черт возьми, делись?! Они не могли просто испариться в воздухе! Проверь ту сторону улицы, живо! Если мы не выложим это эксклюзивное видео через десять минут, все просмотры и весь трафик уйдут конкурентам! Быстрее! прокричал один из них, и их поспешные шаги постепенно затихли в лабиринте ночных улиц Южного округа. Джей потянул за край своей синей банданы, легким движением стягивая ее вниз на шею, и полностью открыл свое лицо. Он выглядел... на удивление растрепанным и живым. На его левой щеке был небольшой темный след от копоти, а на лбу под русой челкой блестели капли пота. Но в его карих глазах прыгали веселые, задорные и немного сумасшедшие электрические искорки этот парень явно получал от всей этой суматохи чистый, неразбавленный адреналиновый кайф. Для него это было веселой игрой. — Фух... Ну и ну, — парень коротко, тихо рассмеялся, забавно качая головой и запуская руку в свои и без того растрепанные волосы. — Слушай, я, конечно, за свою жизнь привык к тому, что за мной бегают огромные армии каменных воинов, безумные роботы или культисты Анакондрай, но твои ребята... они реально жуткие Без обид, но это просто какой-то зомби-апокалипсис нового поколения, только вместо мозгов они хотят получить твое смазанное селфи или урвать кусок одежды на память. Ты медленно, подрагивающими от остаточного шока пальцами стянула черную маску со своего лица, подставляя влажную, горячую кожу под прохладный ночной воздух. Твои губы все еще заметно подрагивали, а в глазах стояли невыплаканные слезы от пережитого ужаса и внезапного облегчения. — Они... они не плохие, — твой голос прозвучал очень тихо, хрипло и надломленно, полностью растеряв весь свой привычный сценический лоск и уверенность. — Они просто... это моя работа. Моя жизнь. Другой я не знаю. Спасибо тебе большое. Если бы не ты... я даже не знаю, что бы со мной там случилось через минуту. — Эй, эй, полегче, не нужно плакать, Джей тут же заметил твою дрожь и то, как блеснули слезы. Его веселый, беззаботный тон мгновенно сменился на удивительно мягкий, теплый и заботливый. Он аккуратно, одними кончиками пальцев коснулся твоего плеча, и сквозь плотную ткань пуховика снова пробежала крохотная, согревающая электрическая волна, которая удивительным образом мгновенно утихомирила твое бунтующее, испуганное сердце. — Всё уже позади. Камеры выключены. Твой безумный улей остался далеко позади. Ты сейчас в полной безопасности, обещаю. Кстати, я Джей. Ну, ты, наверное, и сама знаешь... Хотя, может, в твоем изящном мире высокой моды и идеальных контрактов не особо следят за ребятами, которые швыряются молниями из окон старых летающих кораблей и носят цветные пижамы. Ты слабо, но очень искренне, открыто улыбнулась, впервые за весь этот бесконечный, изнурительный вечер. Эта улыбка была настоящей, не предназначенной для камер. — Я прекрасно знаю, кто ты, Джей. Мой младший менеджер по связям с общественностью буквально с ума по тебе сходит. У нее вся рабочая зона в офисе агентства обклеена плакатами с вашим летучим кораблем и вырезками из газет. — Да ладно?! Серьезно?! — Джей мгновенно просиял, его лицо озарилось мальчишеским восторгом, а эго явно получило огромный, приятный бонус. Он самодовольно и картинно поправил воротник своей синей куртки, подмигнув тебе. — Ну, тогда передай ей при встрече, что Синий Ниндзя в реальной жизни еще более фотогеничен, умен и обаятелен, чем на этих дурацких плакатах! Хотя... ладно, забудь, это подождет. Нам на самом деле нельзя долго оставаться здесь, внизу. Эти ребята с камерами и селфи-палками.. у них профессиональный нюх как у лучших ищеек Ниндзяго-Сити. Скоро они догадаются проверить этот тупик, когда поймут, что на улице нас нет. Он посмотрел вверх, туда, где над вашими головами уходила в темное, усыпанное звездами небо крутая, ржавая железная пожарная лестница, ведущая на плоскую крышу бойлерной. Высоко над городом тянулись бесчисленные линии электропередач, а крыши далеких небоскребов тонули в привычном розово-синем неоновом мареве. Город сверкал, манил и пульсировал, словно огромный живой организм. — Как насчет того, чтобы немного сменить обстановку и подняться повыше? — Джей весело протянул тебе свою руку в синей перчатке, и его ладонь снова слабо, заманчиво заискрилась синим светом под электрический, качающий ритм бьющего где-то вдали городского блюза. — Обещаю на все сто процентов: там, на высоте, нет ни одной живой души, ни одной камеры и ни одного назойливого папарацци. Только чистый ветер, нормальный воздух и никакого фальшивого пластика. Идем, звездочка? Устроим побег из шоу-бизнеса. Ты посмотрела на его открытую, честную ладонь, от которой веяло настоящей силой и теплом, затем перевела взгляд вверх на розовый неон баннера, который так красиво подсвечивал его взъерошенный силуэт. — Идем, — уверенно и твердо сказала ты, отбрасывая все сомнения, и решительно вложила свою руку в его синюю перчатку.