Око бабочки

Красная вспышка мелькнула перед глазами, и Гермиона попыталась сфокусировать взгляд. Когда же ей это удалось, она вскрикнула в ужасе. Кровь. Здесь было так много крови. Откуда…? Она повернула голову в сторону в попытке разобраться, что к чему, и наткнулась на человека, нависшего над ней. Человека ли? Его красные зрачки мерцали в темноте, а с острых клыков стекала алая капля. Гермиона дёрнулась, попытавшись отстраниться от этого существа, но не тут то было. — К-куда-аа ты собрала-аась, дитя? Грейнджер вздрогнула, с испугом стараясь вырваться из захвата горящих глаз. — Оставь её, проклятый кровопийца! — слева замерцал яркий свет, после чего ударная волна смела склонившегося над девушкой вампира. Она обернулась и увидела знакомую незнакомку с фиолетовой мантии. — Кто… Кто вы? — с придыханием спросила Гермиона. — Моё имя Харита, молодая госпожа. — Г-госпожа? Почему вы меня так зовёте? — Потому что когда-то вы создали меня, конечно. — Создала?! — Вспомните о ваших экспериментах в магии, моя госпожа. А сейчас, извините, я вынуждена покинуть вас, — с этими словами силуэт Хариты растворился, а затем неожиданно обернулся рыжеватой бабочкой с белыми и чёрными вкраплениями на крыльях. Гермиона подскочила и проснулась. Оказывается, она уснула за чтением трактата о волшебных связях между двумя магами, поэтому сейчас находилась в библиотеке. Шея болела из-за неудобной позы, в которой Грейнджер пролежала достаточно долго, так что она взмахнула палочкой и накинула лёгкие расслабляющие чары, после чего начала думать. Это ведь был не просто сон, так? А если не сон, то что? Видение? Или… какая-то из форм легилименции? Девушка встала и подошла к стеллажам, посвящённым ментальным разделам магии. Взяла несколько книг и через несколько минут подтвердила свою догадку. Ага, легимитивный сон. С этим разобрались. Но что он означал? Харита. Так представилась незнакомка. А после и вовсе превратилась в бабочку. Какая легчайшая подсказка! Ведь Харита — это род ночных бабочек. А ещё Харита — имя, происходящее от названия божества красоты и радости, означающее «прелесть», «грация» и «счастье». И что же это значит? Гермиона нахмурила брови, а после ударила себя ладонью по лбу и побежала к полкам с расшифровками заклинаний. Точно, как она сразу об этом не подумала? Какое слово на латыни означает «прелесть, красота»? Правильно, amoenus или amoenitas. А в каком заклинании оно используется? Extensio Amoenitas, или, переводя с древнего языка на использующийся сейчас, Капациус Экстремис. Заклятие Незримого Расширения! Гермиона хлопнула в ладоши, тут же нарвавшись на предупреждающий взгляд мадам Пинс, и бросилась на выход из библиотеки. Харита упомянула об её экспериментах, и конечно, на 4 курсе, пока все были заняты Турниром трёх волшебников, Гермиона занялась изучением магии. Многие из них прошли удачно, некоторые не удались, но именно один из них вызвал тогда недоумение у девушки, впрочем, она довольно скоро забыла об этом, помогая Гарри с его проблемами. А ведь тогда действительно произошло нечто странное.

***

Девушка сидела на ступеньках лестницы, практикуясь в совмещении заклятий. Вокруг неё летали бабочки, которых она наделяла различными свойствами. Сейчас была очередь Заклятия Незримого Расширения, и Грейнджер, для удобства поднявшись на ноги и мысленно представляя, что бабочка может вместить в себя что угодно, взмахнула палочкой. Внезапно подул сильный ветер и остальные бабочки бросились в её сторону, почти что сбивая с ног. Волшебница вскрикнула и споткнулась о ступеньки, оцарапав руку, да так, что выступила капля крови. Бабочка, над которой та проводила эксперимент, села на пораненный палец, а потом вдруг засветилась фиолетовым светом и исчезла.

***

«— Это точно оно. Но что случилось? Капля моей крови связала нас, словно кровная магия? Отсюда эта связь?» — размышляла девушка, сидя в гостиной. «— Именно поэтому Харита пришла, как только почувствовала опасность, грозившую мне?» «— Тогда где она была всё это время? Как стала невыразимцем? И почему во сне меня магнитизировал своим взглядом чёртов вампир?» Следовало во всём разобраться.