Эффект чёрного лебедя

Он мой куратор?

«Я не психопат, у меня есть сложносоциальные эмоции»

Среда. Восьмое октября. Всему виной был недавний ужин с семьёй. В начале выходной недели родители вызвали его на «серьёзный разговор». Главной темой стал ультиматум: если он не появится на занятиях в театральном университете, отец отправит уже готовые документы в военную академию. Его ожидала настоящая казарма с проживанием, без права выхода в интернет. Выбор между цирком и тюрьмой. Яньси, очевидно, выбрал роль клоуна. Непонятно даже, на что они надеются? Что он за месяц полюбит эту деятельность? Исправится, решит, что жить не сможет дальше без этой показушной мути? Неважно. В ультиматуме говорилось «посещать». Он явился. Нацепил тёмные облегающие джинсы, укороченный топ без рукавов. Он прямо-таки сиял вульгарностью и упивался этим, ловя на себе взгляды мимо проходящих студентов. Первую пару (кажется, по психологии) он проспал. В следующей аудитории он сидел, закинув ноги на стол. Проверял собственный отчёт, а точнее наблюдал за работой ИИ, который быстро вычислял несоответствия. Когда механически затянулся электронной сигаретой, услышал строгий, высокий голос. — Молодой человек, вы находитесь в учебном заведении. Попрошу вести себя прилично. Пауза. А что, лекция уже началась? Круглые очки, чёрные глаза за линзами. Строгий костюм и водолазка. В горле запершило. Он не глядя взял со стола банку с кофе. — Уберите ноги. На моих лекциях и семинарах прошу не использовать никотиновые приспособления. Тот... Добродетельный? Яньси фыркнул, не отнимая банки от губ. Несколько липких капель упали ему на лицо. — Прошу… прощения? — проговорил со смешком, отставляя напиток. От удивления он на мгновение растерялся. Передвинул ноутбук на стол и спустил ноги на пол. Юмин выглядел серьёзно, но, когда потёр двумя пальцами переносицу, Яньси заметил, как рука дрогнула. Преподаватель быстро пришёл в себя и заговорил, обращаясь к студентам. Яньси был одновременно на седьмом небе и ощущал смутную тревогу, разглядывая спину мужчины, который включал презентацию. Теперь ему точно будет чем тут заняться. Он уже забыл о той ночи, а тут, на тебе. Такими темпами Яньси и правда поверит в божеств судьбы, но... Как всё-таки могло произойти такое совпадение? Не было никакой видимой связи между событиями. Город-мегаполис, непопулярный клуб на окраине. Он бы не так удивился, если бы Юмин оказался хотя бы студентом. Сощурился, всматриваясь в непроницаемое лицо мужчины. Тот и правда больше не казался ему ровесником. Хотя, если снять очки. — Напоминаю, что на следующем семинаре, который… — преподаватель столкнулся с его взглядом и на миг осёкся. Яньси автоматически мило улыбнулся. — …пройдёт в эту среду. Вы должны подготовить презентацию и доклад по одной из тем, перечисленных на слайде. — Юмин взглянул на экран и поправил очки. Яньси нужно было больше данных. Он передвинулся на стул слева, ближе к соседу: — Мы сейчас на паре по какой дисциплине? — прошептал он, прикрыв губы ладонью. Парень скосил на него взгляд от экрана своего ноутбука: — Ты даже не знаешь, что ведёт наш куратор? От этого встречного вопроса Яньси приподнял бровь: — Мгм… Просвети? — Сейчас лекция по истории театра. Это не помогло Яньси в расследовании. Он вернулся на своё место. На мгновение смутно ощутил холод в кончиках пальцев, весь напрягся, всматриваясь в лицо лектора. Если нет скрытой переменной, то их встреча в клубе просто совпадение. «Глупость». Не могут же его родители быть настолько идиотами, чтобы снова подослать к нему наблюдателя. Или за идиота снова держат его? Юмин не актёр, его поведение было, оно же было естественным? Ещё как. --- Следующие полчаса он внимательно перечитывал каждый пункт контракта. В самом конце был указан порядок расторжения. В одностороннем порядке только через месяц после заключения. Дальше шла оплата. Яньси прижал ладонь ко лбу, уставившись в цифру. Как он мог забыть о сумме? Почему не стёр её? Тридцать три тысячи юаней в неделю. Столько получал тот «профессионал». Единственный шаблон, сохранившийся у него в папке, это он. Личный помощник, которого родители приставили к нему в тот сложный месяц. Последняя попытка влить его в светскую тусовку. Яньси тогда вынужденно таскался на вечера и интервью. Он даже не запомнил, что было в резюме того человека. Платил не он и... Какой же идиот. Уставился оценивающе на Тань Юмина. Тот жестикулировал, что-то говорил, но Яньси не слышал. Ещё раз обвёл взглядом его фигуру. Она уже не казалась такой привлекательной, спрятанная за обычным, свободным костюмом. Резкие брови, прямой нос, пухлые губы. Абонемент в тренажёрный зал, подписка на музыку и доставку, личный водитель. Яньси не был скупым, но пересчитывал. Он никогда не пользовался услугами мужчин по вызову. Почему он должен за ЭТО платить? С этой мыслью он провёл оставшуюся лекцию. Зная работу банка в праздники, Юмин должен был получить первую выплату сегодня, в двенадцать. Яньси ждал. Прописывал в заметках детали, которые, судя по пункту об обязанностях исполнителя, можно было добавить в любой момент. Подошёл он к этому со всей фантазией. Несколько пунктов пришлось стереть, чтобы не показаться дурачком. Как говорится: «Прими ошибку и иди с ней до конца»? Когда лекция подходила к завершению, Яньси отправил доработанные правила поведения личного ассистента Юмину. В системе находились ссылки на сети обоих. Вообще было бы весело смотреть на это в стиле официального письма. Но конфиденциальность там будет ни к чёрту. На госресурсах компромат на себя хранить — самоубийцей быть. — Если нет вопросов, на этом закончим. Все, кроме молодого господина Линь, свободны. Он подпёр щёку ладонью и не двинулся с места. Внимательно наблюдал, как Юмин долго смотрит в экран телефона, снимает очки, нервно трёт переносицу и зажмуривается. «Квитанция пришла». Яньси хмыкнул, сладко потянулся, самодовольно улыбаясь. «Никто ещё не оценивал вас так, господин Тань? Пожалуй, не буду признавать, что это ошибка». Когда последний студент покинул аудиторию, Юмин закрыл дверь и какое-то время стоял так, неподвижно. Яньси поднялся и примостился бёдрами на столе. Сделал глубокую затяжку. Электронная сигарета зашипела. Звук очень отчётливый в пустом пространстве. — Уберите. В стенах университета курение запрещено, — преподаватель наконец развернулся от двери и шагнул к своему месту. Яньси выпустил в потолок колечко густого белого пара: — Могу я отказаться от этой просьбы? Никотиновая ломка сильно замедляет интеллектуальные способности. Электронная сигарета, — он взял приспособление двумя пальцами и приподнял на уровень своего лица, — настоящее спасение в такой ситуации. Пауза. Реакции ноль. — Учитель, что вы хотели со мной обсудить? Юмин стоял, сложил руки на груди. Смотрел холодно, сдвинув чёрные брови: — В случае дальнейших пропусков институт будет вынужден вас отчислить. «Отчислят, как же. Кто им ещё такие деньги жертвует. Тьфу...» Яньси перекинул ноги через стол, спрыгнул. — Я всего лишь заложник в этом месте, — попытался он изобразить жалобный тон. — Меня не отчислят отсюда ни в коем случае. Я в плену. Но даже так игра будет по Моим правилам. Понимаете, учитель? От очередного «учитель» Юмин сжал губы в тонкую линию. Не похоже, что он играет. Совсем не похоже. — Не понимаю, о чём вы. — Он положил на край стола пластиковую карточку с рядом цифр. — Это ваше. Подцепил её двумя пальцами и опёрся бедром об угол стола. Юмин тут же ткнул его ребром лежавшей рядом чёрной папки, пытаясь отодвинуть, как кота. — Когда я был вынужден прийти сюда, мне было до бо-оли тоскливо. Ску-учно, понимаете? — продолжил Яньси настойчиво, растягивая гласные. Взгляд скользнул по потолку, где обычно висели камеры. К сожалению, в ответ мигали около шести красных точек. — А потом я увидел вас и подумал: «Не так уж и скучно». Юмин торопливо складывал бумаги в портфель и косился на него. — Загляните в свой личный кабинет. Найдёте там весьма интригующие вещи. По правде говоря, я тоже был удивлён, — он понизил голос до шёпота, выпрямился и снова стал на голову выше мужчины. — что в порыве страсти не прочитал итоговый вариант. Отныне это моё любимое литературное произведение. Провёл кончиками пальцев по дубовому столу, и внизу живота потеплело. — Я верну вам деньги. От этой фразы вмиг обрубилось всё тепло. «Чего? Ах, ну да, конечно...» Юмин развернулся к двери. — В этом нет нужды. У-чи-тель Тань, — поспешно заговорил Яньси, шагнув следом. — Впрочем, неважно. Лучше продолжить этот разговор вне тонких университетских стен. А обсудить есть что, вы поймёте, когда прочитаете. Во сколько вы заканчиваете работу? Шаг Юмина сбился: — Я... сегодня допоздна. Яньси его опередил, одаривая притворной улыбкой: — До свидания, учитель. Место и время вышлю письмом.

***

Вечер того же дня. Вип комната ресторана. Юмин сидел напротив. Серый, неприметный, собранный. Скучный. Рука не дрогнула, когда он достал толстый конверт. Как глупо. Снял наличные, демонстративно выложил перед ним. Яньси гадал о мотивации. Принципы? Хотел ткнуть в его статус несовершеннолетнего? Да, такая сумма не прошла бы на личный счёт, Яньси примерно на это и надеялся, когда говорил «Не стоит», но жест-то некультурный. К конверту Яньси не прикоснулся. Ужинать Юмин отказался, выпивать тоже. Невежливо, учитель. Когда официант прикрыл за собой дверь, Юмин вдруг съязвил. До того спокойно разглядывающий пепельницу, поднял на него свои тёмные глаза, поинтересовался: — Вы же говорили, что разговоры на голодный желудок вас утомляют? Но прогнали официанта. Да ещё и напугали беднягу. Яньси хмыкнул. — У меня пропал аппетит. И я не пытался его пугать. Разве я выгляжу жутко? Просто хотел поскорее его спровадить и остаться с вами наедине. — Ваша внешность очень обманчива. Яньси коротко ухмыльнулся. Почти комплимент. — Так что вы думаете о том, что прочли в том файле, господин Тань? — спросил почти деловым тоном после паузы. — Я думаю, это было недопустимо. — Да, полностью с вами солидарен. Мы оба отнеслись несерьёзно. Юмин поднялся с дивана и двинулся к панорамному окну. Яньси наблюдал за его фигурой, обычная кофта и брюки тоже мало подчёркивали её. Но что-то в этом было. — То, что произошло, было несерьёзным. А чтобы осуществить его ещё и на уровне закона… — Яньси тоже поднялся, — но главная проблема в том, что вы, будучи несовершеннолетним… Вообще как… — в воздухе повис вопрос, но Юмин почему-то не договорил, притих совсем, даже не шевелился. «Так говорит, будто не с его шутки всё началось.» Яньси усмехнулся и, только стерев с губ улыбку, шагнул к нему. Юмин смотрел вниз, сцепив руки за спиной. На макушке у него мило торчала одна прядка. — Что вас так пугает? Какой пункт именно? Я же всё-таки не изверг. Тем более, это была ошибка. Яньси остановился рядом, немного позади Юмина. Скользнул взглядом по привычной пробке на главной улице перед небоскрёбом. Отсюда было видно башню, в которой находились его апартаменты. Юмин помолчал немного, а потом вдруг хохотнул: — Право на время, личное пространство и общение. Всё это называется рабством. — Пауза. Яньси посмотрел в его лицо. Тот быстро увёл взгляд и торопливо добавил: — А с оплатой уже выглядит как проституция. Вы же не глупый человек? Это недопустимо. Яньси не сдержался. Кончик губ поплыл вверх. Он сощурился, а голос понизился почти до шёпота, чтобы скрыть смешинку: — Почему ты не сказал про самое важное? Вступать в интимную связь с подростком в твои табу по-прежнему не входит. — Я говорил это ранее. — Юмин сделал шаг в сторону и полшага назад. — Из-за этого инцидента я могу лишиться карьеры, репутации и статуса. И после этого думаете, что это не табу? Яньси задумался на мгновение. — Нет. Так вы не говорили. Только о незнании. Вы даже не говорили, что это плохо. Я не умею читать между строк, учитель. Шагнул за Юмином, повторяя тот же путь. Это могло бы выглядеть как попытка загнать жертву в угол, но Юмин хоть и пятился, по-прежнему казался совершенно спокойным. Даже отстранённым. — Не беспокойтесь об этом. Я никому не скажу, чем мы занимались той ночью. Он ребячески наклонился к лицу мужчины, который уже стоял вплотную к дивану, и пролепетал по слогам, завысив тон голоса: — На-вер-но-е. Если учитель не будет меня обижать, я никому не скажу. Засмотрелся на сведённые к переносице брови и поджатые губы и, когда услышал ответ, сначала даже не понял, отчего его неприятно кольнуло в груди. — Манипуляция. Яньси быстро подавил это чувство. — Ты сам выбрал путь, по которому идти. А говорил — не судьба. Что, если не она? Тебе же всё понравилось. — С этими словами он придержался рукой о спинку дивана позади Юмина. — Вы на психопата похожи. — Он зачем-то упёрся ладонью в грудь Яньси, несильно надавливая. А у того ещё раз кольнуло, уже сильнее. Он что, специально делает это? — Я не… М-м… У меня есть сложносоциальные эмоции. Перехватил сухую ладонь, мягко сжал, та дрогнула: — Не переходите границы. — Он медленно высвободил руку. На лице вроде не было ничего, даже брезгливости, но Яньси это оскорбило. — Судя по нашему договору, границы в последующий месяц устанавливаете не вы. И да, вы правы, у меня полно отклонений. Нет смысла спорить со мной о чём-то. Отстранился, шагнул к своему месту, чтобы выдохнуть, но в спину услышал такое же спокойное: — У меня есть номер высококвалифицированного психолога, могу дать контакт. У Яньси дёрнулся уголок губ. Он закусил щёку. Настроился, поднял со стола бокал с вином. — М-м, вам не было хорошо? Он и сам не понял, почему спросил именно это. Одним глотком осушил остатки вина. Опустился на диван. — Мне кажется, вам всё понравилось. Если нет, то я обязательно исправлюсь. Только скажите, что вам необходимо. — Губы его застыли в полуулыбке. Покачивал в воздухе пустым бокалом, зажимая ножку между средним и указательным пальцем. Наблюдал за каплей, скользящей по дну, пытаясь понять. Зачем он это вообще делает. Юмину мстить не за что. Признать ошибку? Нельзя. Если разорвать контракт так резко. Будут вопросы... Там, выше, чтоб её. — Всё, что тогда произошло… — выдохнул Юмин чуть тише, чем обычно, вырывая его из размышлений, — было вызвано алкоголем. Яньси вгляделся в его профиль. Тот ткнул пальцем в переносицу, отвернул голову: — И оговаривать то, что я чувствовал в тот момент и сейчас, я не собираюсь. Яньси глухо хохотнул. Вот теперь он совсем не был похож на себя — строгого преподавателя. — Тогда поговорим о том, что мы будем делать дальше. Присядьте, господин Юмин, и расслабьтесь. Я же вас не укушу. — Ваши слова не внушают доверия. — Прискорбно, — начал Яньси и в очередной раз потянулся к сигаретам. — Главное в заключении такого договора — доверие. Вы можете расторгнуть его досрочно. Но для этого понадобится моё согласие, — он достал сигарету и покрутил её между пальцев, — которого я не дам. Юмин молчал. Смотрел то на Яньси не моргая, то резко отводил взгляд и был с первого взгляда спокоен. Но плечи напряжены, пальцы быстро постукивали по коленям, сжимались, разжимались. Яньси не стал торопить. Он успел скурить половину сигареты. Подлил себе вина, сделал несколько глотков, поставил бокал на стол с лёгким стуком. И только в этот момент Юмин подал признаки жизни. Он выпрямился и кашлянул. — Когда срок нашего договора подойдёт к концу, нас больше не будет ничего связывать. Я выполню все ваши условия, но после этого я не хочу больше вас видеть, молодой господин Линь. Яньси коротко улыбнулся. Ничего. Не было особенно яркой эмоции. На секунду ему показалось, что вся игра не имела смысла. Но он взял бутылку и наполнил второй стакан. — Как пожелаешь. Давай тогда выпьем для закрепления соглашения. Юмин смотрел в одну точку на столе и после этих слов кивнул головой неопределённо. — Но мне нужны гарантии. Гарантии того, что после окончания договора вы не прибегнете к запугиванию, манипуляции, угрозам. Яньси хмыкнул. — Не знаю даже, как могу это гарантировать. — задумчиво произнёс он и поднялся с дивана вместе со своим бокалом. — Могу дать только слово. Что перестану вас преследовать, давить и шантажировать. Даже отчислюсь из университета в двадцатых числах следующего месяца, и вы меня больше не увидите. В любом случае отчислится. Он сел рядом с Юмином. Полубоком к нему и пригубил вина, глядя на того через полуприкрытые веки. — Но вы же понимаете, господин учитель, что я не в себе? Я могу с лёгкостью нарушить своё слово. Единственная реальная гарантия для вас – сделать этот месяц настолько незабываемым, чтобы у меня не осталось желания портить такую прекрасную память угрозами. Юмин усмехнулся. — Смешно. Я повторюсь. Соглашаюсь выполнять условия договора только в том случае, если буду полностью уверен, что меня и моего окружения не коснутся никакие угрозы. И никто не узнает об этом после. Яньси прижался плечом к спинке дивана и задумчиво коснулся указательным пальцем губы, размышляя. Пришло время Юмину ждать, когда Яньси найдёт что-нибудь интересное для продолжения их игры.