Загадка

      Темно и тихо. Власта редко мечтала о покое, но после того, как самый обычный день, начавшись с подготовки к рядовому путешествию, получил столь экстремальное продолжение, закончить его хотелось вот так — на мягком диване, под домотканым покрывалом, на коленях у самого лучшего из мужчин, у его мощной груди, губами возле самых губ, с каждым разом всё более смелых и изобретательных.       Власта ласкала их, они ласкали её, но долгое время больше ничего не происходило. Только тишина, полутьма и прикосновения.       Власта устала и хотела расслабиться. Надо сказать, что идея Шарка не всеми была воспринята с энтузиазмом. Сложнее всего оказалось убедить Родни. Он, конечно, не без оснований опасался того, что Дерек возьмёт и передумает рисковать — пропустит через них смертельные импульсы вместо лёгких, на время отключающих сознание, да и всё. Темноглазый мужчина и его товарищи, которые всё это время ошарашенно помалкивали в сторонке, тоже засомневались, громко загомонив в четыре голоса. Но как бы там ни было, а пришлось согласиться. Не вернись Дерек с этой операции или хотя бы не выйди на связь в назначенное время, ему на подмогу тут же выслали бы кого-нибудь ещё, и не факт, что от них, вооружённых всеми самыми современными техническими средствами, удалось бы спрятаться. Даже в бесконечных лабиринтах Загадки. Даже под защитой Мерзости и Прекраснейшей.       И в конце концов Родни отступился. За ним — что ж поделать! — последовали и остальные.       Удалось ли всем сыграть достаточно убедительно?       Власта, вместе с Дереком пересмотрев голограмму записи, сильно засомневалась в этом. Восстановить работу ловушки не удалось — импульсы Прекраснейшей начисто выжгли в генераторах всё, что можно. Поэтому пришлось соединить первую запись со второй и изо всех сил надеяться, что руководство ГСБ поверит во внезапную вспышку какого-то неизвестного науке излучения. Если вышестоящие чины не проявят особой дотошности, то, наверное, Дереку поверят и закроют дело. Власте очень хотелось на это надеяться, потому что, как ты ни крути, а оперативный агент Дерек Бергер оказался на редкость хорошим человеком. Да и его сынишке, которого Власта не видела и не увидит, хотелось только добра.       Может, всё-таки выгорит дело?       Власта вздохнула, заёрзав на коленях у Шарка, потому что ощутила, как просыпается его телесная тяга к ней.       Пемзоподобная порода, из которой слагались стены всех здешних полостей, прекрасно изолировала от лишних звуков, и можно было не волноваться о том, что кто-то из людей, которым с лихвой хватило места в соседних комнатах, услышит непристойные охи и вздохи. Однако Власта всё же решила быть потише — они ведь вновь были не одни на Загадке.       — Госпожа Власта, разрешите высказать желание, — прошептал Шарк в её губы, уже горящие огнём от непрерывных поцелуев.       — О, как интересно! И что же за желания у моего рядового Шарка?       Власта решила не навязывать ему чего-либо. И в том числе того, чтоб он перестал обращаться к ней, как к своей хозяйке. Когда будет готов, тогда сам назовёт по имени.       — Я хочу, чтоб вы дали потомство, — на полном серьёзе, так как иначе пока не умел, заявил тот и волнующе (сам вряд ли знал, насколько) провёл пальцами вдоль стана девушки, поднялся к плечу, прошёлся по линии ключицы к застёжке её любимой домашней блузы.       — Потомство?! — прыснула от неожиданности Власта, которая ну никак не могла привыкнуть к тому, что с этим «солдатиком» не соскучишься. — Да ну!       — Не хотите? — Власта могла поклясться, что в обычно безэмоциональном тоне Шарка проступили явные нотки разочарования и печали. Он расстроился. Наверное, впервые в жизни.       — Н-нет, не то чтобы не хочу… — поспешила Власта вернуть ему душевное равновесие. — Просто…       А как было объяснить, что во-первых, она всё ещё побаивалась настоящей близости, во-вторых, что сейчас было явно не лучшее время для продолжения рода и, наконец, что она просто-напросто не могла возложить столь большую ответственность на того, кто вряд ли был готов к ней. Она и в своей-то готовности не была до конца уверена.       Но Шарк ждал, и пришлось продолжить.       — Просто… Вот ты знаешь, рядовой Шарк, что за потомством нужно ухаживать, на руках качать, не спать ночами?       — Разрешите доложить, госпожа Власта, — бодро (с надеждой?) отозвался голос из приятной, томной и расслабляющей темноты, — клоны типа «Шарк» могут не спать до трёх суток без потери боеспособности.       Власта едва подавила в себе приступ смеха, чтоб вновь не расстроить и не обидеть парня, такого искреннего и решительного в своих желаниях.       — А ты знаешь, рядовой Шарк, что с детьми нужно иметь ангельское терпение? — продолжила она свой экзамен на готовность к отцовству.       — Разрешите доложить: клоны типа «Шарк» обладают повышенной стрессоустойчивостью.       — Зна-а-аю, — протянула Власта, заметив, как вконец осмелевшие (и даже почти обнаглевшие) руки Шарка расстёгивают блузу на её груди, от чего сердце забилось чаще, неумолимо смягчаясь. — Просто это большая ответственность… и надо хорошо отдавать себе отчёт в том, на что мы оба решаемся…       — Разрешите доложить, госпожа Власта, — приглушённый низкий голос неожиданно дрогнул, но не потерял, а наоборот, лишь прибавил уверенности. — Рядовой Шарк готов ко всему.       Огромные мужские ладони нашли под блузой комфортное пристанище для себя, и Власте вопреки всем доводам разума захотелось ответить: «Я тоже».        НЕ КОНЕЦ 01.02.2023