Тейлор шпилит гачу

– Пройдёмте, сэр, вы только усложняете себе задачу, – сказал грузный мужчина, который, вероятно, никогда в жизни не работал. – Это смешно! Я не один из вас… кто бы вы ни были, я настоящий! Это незаконное задержание, похищение! Все эти девочки должны быть в школе, а не в костюмах горничных! Пузан не ответил – просто толкнул его вперёд, через тяжёлую стальную дверь, в тёмную комнату. Дэнни попытался закричать, но дверь захлопнулась за ним, оставив в почти полной темноте. – Она несовершеннолетняя! Я её отец, она должна меня слушаться, значит, и вы должны меня слушаться! Выпустите меня! Выпустите меня, или я… – Успокойся, это бесполезно, – сказал кто-то, имитируя его голос. Дэнни повернулся к комнате – его глаза быстро привыкали к слабому освещению. Он почти ничего не видел, только смутные очертания, а воздух пах горелой плотью и человеческими отходами. – Кто это сказал? – спросил он, прижимаясь спиной к двери. – Это я, ты, – ответил голос, доносящийся из другого места – прямо перед ним. Дэнни задрожал, ноги подкосились, когда тени за пределами его поля зрения начали двигаться. – Кто… что ты… – спросил он, слыша движение по всей комнате – эхо от стальных стен. Что-то бегало по полу, пробиралось через вентиляционные отверстия. Что, чёрт возьми, делала его дочь? Что здесь происходит? – Ты не понимаешь? Мы… – слова оборвались, и невидимая вещь перед ним заметно споткнулась. Раздался ужасный шум, затем едкая вонь и кашель. Через несколько секунд что-то врезалось Дэнни в грудь – мокрое, тёплое и… пушистое? За первым снарядом последовал ещё один, потом ещё, а потом дюжина. Покрытые слизью крысы бегали по Дэнни, едкая желчь проедала его одежду, а крысы пролезали через свежепрогрызенные дыры. Дэнни закричал, прыгая и катаясь, пытаясь стряхнуть с себя тварей. Он барахтался в отвратительной слизи, его тело было покрыто грязью и раздавленными крысиными трупами, а разум наполнился видениями пятимерных звёзд.

Гача – Привет, как дела? – спросила София, перелезая через кран и направляясь к краю стрелы – как она знала, это называлось. – Выживаю, – ответила Софи, сидя на самом дальнем краю металлической конструкции и болтая босыми ногами в воздухе. Ни на одной из девушек не было костюма – одна из положительных сторон сложившейся ситуации. Без электричества нет и камер, по крайней мере таких, которые могли бы достаточно приблизить, чтобы снять их лица здесь, наверху. София села рядом с девушкой, положила коробку с ланчем на колени Софи и открыла свою. Последние несколько дней были одинокими. Уорды – идиоты, Протекторат не воспринимает её всерьёз, а отец Эммы сбежал из города с семьёй после того, как у рыжеволосой случился нервный срыв из-за того, что патрули пухляков постоянно дежурили прямо перед её домом. – Что это? – спросила Софи, показывая часть своего обеда. – Кукуруза в початках? – ответила София, доставая свою из коробки. – Едят вот так. Софи внимательно наблюдала, как София откусывает кукурузу, а другая девушка смотрит. Девушка улыбнулась, белые зубы гармонировали с белой туникой, доходившей чуть выше колен. Софи не носила обувь, когда могла, и София знала почему – их сила, хоть и немного разная, автоматически активировалась при наступлении на что-то острое, так что реальной опасности не было. – Это… вкусно? – спросила девушка. – Не так, как попкорн, но нормально, – ответила София, глядя на раскинувшийся внизу город, где человек вернулся к своей истинной природе. Эти ланчи при поддержке ПРТ, хоть и не были совсем невыносимыми, отвлекали её от работы, от долга, от призвания – напоминать жителям этого города, что закон всё ещё существует и что такие люди, как София, будут рядом, чтобы призвать их к ответу. София посмотрела на другую девушку, гадая, какой была её жизнь. Выслеживала ли она людей вдвое старше себя, когда ей было тринадцать? Встретила ли свою Эмму? Попала ли в их версию Уордов? Как выглядел римский аналог геройского лагеря? Какая-то военная подготовка? Софи уплетала кукурузу, быстро насыщаясь питательными веществами, в которых так нуждалась эта худая девушка. Она была тонкой – слишком тонкой, и София не знала, было ли это всегда или началось недавно из-за условий в городе. – Хорошо, – сказала Софи, закончив, и улыбнулась. – Подожди, – ответила София, поднося руку к лицу Софи. – У тебя что-то застряло в зубах. – Зубы? – спросила девушка, пока София выковыривала кусочек кукурузы. – Ах, зубы, dentes. Спасибо. – Так как прошёл твой день? – спросила София. – Смотрела… хорошая погода, – ответила девушка. – Увидела что-нибудь интересное? – Там… эти маленькие собачки, в сумках? Я не понимаю. А ещё вчера вечером я видела больших собак. Очень больших – почти как слоны, и на них девушки. – Адская гончая, Андерсайдеры… я их ненавижу. – А ещё… другие мужчины? Воины с… как это называется? Вроде арбалета, но… – Пистолеты? Винтовки? – Да, оружие, которое было вроде моего лука, я не знаю, как… – Лазеры? – Кажется? Я выследила людей, проследила за машиной, нашла дом, но, кажется, это не их дом. – Аванпост? С парнями с лазерами? Должны быть люди Койла, – ответила София, продолжая ковыряться в своём ланч-боксе. – Хочешь пойти и разобраться с ними?

Гача – Бла-бла-бла, вызови подкрепление, бла-бла-бла, не рискуй, бла-бла-бла, нелетальные захваты. Да, я всё поняла, я поняла с первых тридцати раз, ясно? – пожаловалась София, пока Армсмастер вставлял ей в ухо устройство связи. – Не могу не заметить, что почти то же самое ты утверждала в прошлом месяце, и в январе, и в половине рапортов из Сан-Диего, – ответил Армсмастер с недовольным лицом. На мужчине был обычный доспех, а его тинкерство ушло на создание алебарды и нескольких коммуникаторов вроде того, что был у Софии. – Это всего лишь несколько парней без способностей, я справляюсь с ними с тринадцати лет – в чём, блядь, проблема? – Проблема в том, что это высококвалифицированные наёмники, и твоя светловолосая подруга утверждает, что у них были лазеры. – Ну и что? Какая разница между лазером и пистолетом, если они всё равно не знают, где я? Мы проникнем сквозь стену, перестреляем их сзади – и всё. Я уже дюжину раз так делала, ты же знаешь! – Большинство из них – в тренировочных сценариях или против обдолбанных наркоторговцев. У этих парней есть работающие лазеры – значит, у них есть электричество, а значит, вам двоим нужно быть осторожными. – Как будто я раньше с таким не сталкивалась – всё будет нормально. – У тебя нет датчика, если помнишь. Так что не проходи сквозь новые стены и будь осторожна со старыми, если увидишь, что в них что-то подключено. Хорошо? Мы не можем позволить себе потерять тебя здесь, Сталкер. Ты одна из немногих, на кого я могу положиться в любой ситуации, куда бы тебя ни отправил. – Наконец-то ты это понял, – пробормотала София себе под нос, глядя в сторону и надевая маску. – Я могу идти? – Давай, – ответил Армсмастер. – И не забудь рассказать Софи об опасностях электричества – она, возможно, раньше с ним не сталкивалась. – Конечно, босс, на меня можно положиться, – ответила София, показав ему большой палец, и уверенно вышла из комнаты, пройдя сквозь стену. Колин вздохнул, развернулся, покинул свою разрушенную лабораторию и направился к единственной работающей в городе кофемашине – спасибо Киду Вину. – Как всё прошло? – спросила Ханна, как всегда, готовая к бою. – Твой план сработал, – ответил Колин. – Жаль, что я сам не додумался. Как ты вообще до этого дошла? – Серьёзно? – спросила Ханна, держа в руках чашку чёрного как смоль кофе. – Вся эта история «я единственный компетентный человек в этой команде» не выдала тебе? – Молодёжная Гвардия не будет в восторге – это противоречит правилам. – Молодёжной Гвардии больше не существует, – ответила Милиция. – Как и чего-либо, напоминающего американское правительство. А что касается манипулирования детьми, которые воображают себя солдатами… скажем так, у меня есть некоторый опыт.