Ковен

«Инсендио — заклинание простое, но капризное:

огонь — не игрушка, он слушается не столько палочку, сколько намерение.»

— из лекций профессора Флитвика

Глава 7. Ведьмин час

      Что-то обжигающе холодное коснулось кожи.       Первый снег беззвучно окутывал лес Дин, кружил между вековыми стволами и оседал на их мшистых корнях, торчавших, словно окаменевшие скрюченные пальцы. Облетевшие папоротники слегка подрагивали под тяжестью прилипших снежных комков. Кристаллы снега плавились на ещё горячих щеках.       Все эти годы воспоминания заботливо обходили Гермиону стороной, но сейчас она снова не могла отделаться от прорывающихся отголосков войны. Они цепкими щупальцами обвивали грудную клетку и сжимали её до хруста.       Нет, это было не то место, где егеря схватили её и отдали в когтистые лапы Беллатрисы Лестрейндж, с удовольствием оставившей мерзкий глубокий шрам «грязнокровка» на предплечье.       «Чтобы не забыла, кем была и кем останешься.»       Стоя спиной к знакомой хижине, Гермиона будто вновь оказалась в том самом дне, когда под влиянием крестража, украденного с толстой шеи Амбридж, Рон исчез, оставив их с Гарри справляться вдвоём. Он просто растворился в темноте, оставив вместо себя невыносимую зияющую дыру и пустой спальник.       Теперь, здесь, в королевском лесу Дин, под первыми хлопьями снега, воздух снова пах той самой зимой. Пах отчаянием.       — Грейнджер.       Голос прозвучал за спиной неожиданно резко. Она обернулась. Малфой стоял в нескольких шагах. Он неизменно держал руку в кармане. И курил.       — Нет времени прохлаждаться, — бросил он, выдыхая дым носом и сквозь зубы.       Малфой потушил сигарету о подошву ботинка, сунул окурок в карман и лениво кивнул в сторону тропы, огибающей хижину.       Без лишних слов Гермиона пошла за ним к небольшой поляне за домом.       Остальные уже собрались: семь фигур вырисовывались под тусклым пульсирующим шаром Люмоса.       Длинные, вышколенные мантии пяти авроров резко выделялись на фоне остальных — официальные, как того требовало Министерство. Делия Мур была одета в нечто, напоминающее жёсткие кожаные доспехи, что-то подобное обтягивало и Малфоя. Билл Уизли не изменял своей тёмно-коричневой мантии. У Гермионы же не было иного выбора, кроме как напялить снабжённый множеством защитных заклинаний плащ, прошедший с ней огонь и воду в работе с артефактами.       Малфой присоединился к членам оперативной группы, и Гермиона встала рядом, образовав круг.       Одним движением он вытащил из внутреннего кармана сложенный несколько раз пергамент и отлевитировал его в воздух. По короткому взмаху палочки свёрток раскрылся, зависнув между ними. Это была карта.       На поверхности пергамента проступили очертания леса.       — Бут не ошибся, — коротко заметил Малфой, глядя на Терри, а затем обвёл глазами весь круг.       На карте слабо засветилась область примерно в миле от хижины. Она медленно смещалась к северу, пульсируя едва заметным свечением.       — Меньше часа назад всплески магии по всему лесу начали стекаться сюда. — Голос Малфоя оставался низким и ровным. — Наша задача — не помешать ритуалу. Что бы эти ведьмы ни затеяли, мы должны уйти отсюда с информатором. И с клинком.       Лес вокруг замер. Было так тихо, что слышалось даже самое негромкое дыхание.       — Бут и Уизли-младший ведут группу. Мур следит за уровнем магического искажения — если начнутся критические изменения, действуешь по протоколу. Грейнджер отслеживает след клинка и других артефактов. Мерлин знает, что ещё они сюда притащили. Уизли-старший — все ловушки на тебе. Грейвс, Макмиллан — замыкающие. Поле, тыл, защита. Работаете без команд. Поттер и я — захват.       Табита Грейвс приподняла бровь и уставилась на Гарри выжидающе. Тот едва заметно качнул головой и пробурчал:       — Ты слышала, Грейвс.       Демонстративно цокнув, Табита сменила позу с пренебрежительно-расслабленной на почти стойку смирно. Но всем своим видом она показывала, что признавала только командование Гарри, а Малфой здесь — всего лишь формальность.       Сгусток магии становился ярче и продолжал ползти по карте.       — Комплект обеспечения получите завтра. — Малфой вытащил из-за пазухи свёрнутый отрез ткани и развернул его перед собой. — Каждому по галлеону. Они…       — Зачарованы, — перебил Рон, хватая одну монету. — Мы в курсе. На секунду повисла тишина. Малфой медленно повернул голову и наградил Рона взглядом, который мог бы заморозить Чёрное озеро.       — Это же Гермиона изобрела их, — добавил Рон с нажимом. — Для Отряда Дамблдора, еще в школе.       Тогда Гарри сказал, что идея настолько хороша, что её непременно украдут. Связанные монеты нагревались, когда кто-то менял выбитый серийный номер на нужную дату, время или срочное сообщение. Позже Министерство купило это изобретение и пообещало наладить производство.       Малфой как-то странно посмотрел на Гермиону в момент, когда она взяла свой галлеон. В этом взгляде смешались ирония, вопрос и что-то изучающее. Интерес?       — Ты не знал? — давил Рон. — Не знал, что это… — он покрутил монету между пальцами, — …создала твоя девушка? Ты хоть что-нибудь о ней знаешь?       Кто-то поперхнулся.       Гермиона сдержала вздох. Кажется, их фиктивные отношения трещали по швам.       Малфой прикусил обе щеки. Как успела заметить Гермиона, он делал так, пытаясь не выдать раздражения. Или сдерживал желание кого-нибудь придушить.       Гарри напрягся. На его лице пронеслась целая буря эмоций, но он сжал челюсть и промолчал.       Табита и Эрни вылупились друг на друга, будто общались телепатией.       — Вопросы?       Он не уточнил — об операции или об их только что афишированной «паре», но вопросов ни у кого не было.       — Вперёд.       Они двинулись в лес.       Ветви хлестали по лицу, жухлые остатки травы и листьев под тонким слоем снега тихо шуршали под ботинками. Воздух становился всё гуще, будто сама тьма сгущалась между деревьями. Они продвигались молча, лишь изредка обмениваясь кивками и короткими указаниями.       — Стойте,— бросил Билл вполголоса, всю дорогу держа в руке какое-то устройство. — Что впереди, Бут?       Все замерли. Терри вглядывался в почву перед собой.       — Кажется, что ничего. Или погодите… Под листвой что-то шевелится.       — Вот дрянь, — пробормотал Билл, — дьявольские силки.       Гермиона прищурилась и увидела, как стелющаяся масса почти незаметно извивается, откликаясь на любое движение. Плети ползли меж корней, слившись с мраком, и было ощущение, что лес сам пытается схватить их.       — Они реагируют на тепло, движение и страх, — напомнил Билл. — На обход потеряем время. Держите Люмос Солем и не паникуйте, иначе они вас задушат.       Малфой скомандовал:       — По одному.       Пройдя силки, группа двинулась дальше, как можно тише пробираясь между деревьями, пока жест Терри не остановил всех снова. Он пригнулся сам и показал остальным спрятаться.       В нескольких десятках метров, на поляне между раскидистыми буками, сквозь колючие ветви показалось пламя высокого костра. Вокруг него скакали босые фигуры в длинных накидках, обвешанные амулетами. Женщины. На их головах были маски животных. Баран. Волк. Ворон. Барсук. Время от времени они взмахивали палочками, стреляя искрами в воздух.       Одна из ведьм стояла совсем рядом с огнём. На её голове — маска чёрной лисы с пустыми глазницами, а поверх тряпья — расшитая переливающимися нитками мантия. В руках она держала клинок. Без сомнений: именно он был на колдографии. Лезвие заметно вибрировало, поблёскивая в свете пламени и холодного месяца.       Считыватель артефактов в кармане Гермионы прерывисто зажужжал, подтверждая, что внутри клинка скрыта мощная энергия. Встретившись взглядом с Малфоем, она кивнула.       — Он восстанет, сёстры! Он придёт! — кричала ведьма.       Она вращалась всем корпусом, обращаясь то к одному, то к другому сектору круга, зазывая. Её голос срывался, становился всё выше и пронзительнее, пока, наконец, она истерично не рассмеялась. Затем её тело окутал чёрный дым, и она клубящимся столбом взмыла в небо. Вместе с клинком.       Вслед за ней, одна за другой, оставшиеся ведьмы взмыли в воздух, оставляя после себя шлейфы магии, дыма и угасающих искр.       Вокруг потрескивающего костра было что-то разбросано, а на земле остались следы заклинаний и что-то напоминающее выжженные руны. И звенящая тишина.       — Ждём, — коротко бросил Малфой, удерживая двоих авроров, рванувшихся вперёд.       Они сидели так не меньше четверти часа, неподвижно вжавшись в стволы. Снег редкими хлопьями продолжал оседать, покрывая плечи и волосы.       Наконец Гарри, почти не разжимая губ, прошептал:       — Проверим?       Малфой еле заметно кивнул.       Они поднялись. Медленно, бесшумно двинулись вперёд, держась косяком. Лес будто затаил дыхание. Костёр горел, а на месте, где стояла ведьма с клинком, лежала старая книга в потрескавшемся переплёте. На развороте лежал обгоревший обрывок пергамента.       Гермиона бросила в книгу несколько привычных заклинаний, чтобы подойти ближе. Диагностическая формула, изоляционный купол, нейтрализующие чары.       Билл наготове остановился рядом.       Узнав каталонский, она прошептала заклинание Перевода, и чернила поплыли:       «…Да вонзится вещь, что знает Имя, в Сердце клина. Да впитает магию Сердца,       да размоет границу Явного и Иного, да приведёт <…> из Царствия тленного…»       Одно слово в последней строчке было выжжено.       — Здесь описано что-то похожее на ритуал воскрешения, — глухо констатировала Гермиона.       — Чувствуете? — Гарри будто принюхивался.       — Это ловушка, — процедил Малфой. В свете луны он больше походил на мертвеца.       Вокруг нестройной очередью из дыма стали появляться ведьмы Ковена. Маски хаотично наклонялись из стороны в сторону, как будто это были не женщины, а курицы.       — Я же говорила, они придут, — донёсся уже знакомый голос из-под маски лисы. — Приумножим нашу силу, сёстры!       Ведьма снова засмеялась так, что волосы вставали дыбом, и подняла руки вверх. На поясе болтался Корнуэльский клинок.       — Вы, — она тыкала чёрным пальцем с длинным когтем, — жертва Зверю!       Группа оцепенела.       Ведьмы как по команде с воплями вонзили свои палочки в землю, хором бормоча какие-то повторяющиеся строчки. От палочек к костру по земле яркими молниями устремилась магия. Пламя взвилось, выплёвывая искры.       Почва под ногами застонала и зашевелилась. Торчащие корни деревьев с оглушающим хрустом повылезали из-под земли и тоже устремились к огню.       — Расходимся! — рявкнул Поттер, раскидывая заклинания. — Остолбеней!       Всё произошло сразу: одна из ведьм метнула адское пламя в большое рассохшееся дерево, взрыв отбросил Макмиллана, а Гермиона отлетела к земле, ударившись коленом о выступающий корень. Кто-то закричал, кто-то закашлялся в густом дыму, ведьмы визжали, а лес заполнился всполохами магии. В этой неразберихе Гермиона заметила, как Делия подбрасывает в воздух какой-то флакон и выстреливает в него заклинанием. На мгновение всё исчезло — звуки, цвета, даже время замедлилось. Только стук сердца в ушах и привкус крови во рту. Над головой пронёсся ещё один луч.       — Беги, Грейнджер!       Голос Малфоя прорезал заложившую уши тишину, словно удар хлыста.       Она сорвалась с места, пригибаясь под ветвями. Неслась вслепую, пока сердце норовило выпрыгнуть из груди. Крики и проклятья глохли позади, пока лес не поглотил всё.       Пульс тарабанил, дыхание рвалось наружу тяжёлыми, жадными глотками. С каждой секундой мышцы наливались свинцом, под ложечкой жгло от молочной кислоты.       Вдруг носок ботинка зацепился за выступающую корягу.       Гермиона рухнула вперёд.       Машинально выставив руки перед собой, она чуть не воткнулась носом в мокрые камни, прикрытые мхом и гнилой листвой.       Палочка выскользнула из пальцев и звонко перекатилась в сторону.       Инсендио пронеслось мимо. Запахло палёным. Листья вспыхнули совсем рядом. Пламя подбиралось так быстро, будто землю облили маслом. Нужно было немедленно убираться.       Она стиснула зубы. Подтянулась на локтях, игнорируя острую боль в колене.       Сзади стремительно приближались чавкающие шаги.       Пальцы дотянулись до палочки. Схватив её, Гермиона сорвалась с места так быстро, как только могла.       Горло раздирало. Каждый вдох застревал, словно лезвие.       Палочка норовила снова выскользнуть из рук, когда стало понятно, что это не налипший снег или скользкий перегной.       Это кровь. С ладоней, содранных почти до мяса.       Не оборачиваясь, она закричала:       — Остолбеней!       В ответ раздался только сумасшедший хохот, хриплый и безумный. Приходилось поднимать ноги выше, чтобы снова не споткнуться. Мышцы ныли.       На бегу перепрыгнув еще один луч проклятья, Гермиона бросила:       — Инкарцеро!       За спиной послышался глухой удар о землю, но останавливаться было опасно.       Она бежала.       И бежала.       Через две сотни ярдов Гермиона слегка замедлилась, пытаясь перевести дыхание. Лёгкие жгло, а ладони горели так, что даже держать палочку было испытанием.       Она повернула голову, на бегу пытаясь разглядеть силуэты в темноте.       Внезапная боль вспыхнула в плече.       От столкновения Гермиона рухнула на спину, выставив палочку и готовясь швырнуть очередное заклинание, но замерла. Перед ней в точно таком же положении распластался Рон, морщился и тяжело дышал.       — Ты в порядке? — Он быстрее пришёл в себя.       С её коротким кивком они поднялись и стали отряхивать с себя мокрые листья и обрывки папоротников вперемешку с землёй.       Там, откуда бежала Гермиона, постепенно угасало пламя.       — А ты? — переспросила она.       — У тебя кровь, — тихо сказал Рон, раскрывая свою ладонь.       Гермиона без слов протянула ему палочку и вытянула руки вперёд. Пробормотав «Агуаменти», он вызвал струю воды. Кожу ещё сильнее защипало сотней иголок, обнажённые нервные окончания засаднило. Жжение с мимолётным облегчением сменилось ноющим холодом, и мокрые руки затряслись. Вода смыла грязь, оставив россыпь неровных бордовых полос на чистой коже.       Боль не отступала, но теперь было проще её терпеть.       — Спасибо.       Задний карман брюк начал ощутимо нагреваться. Рон вернул палочку, вынул свой галлеон из нагрудного кармана и прочитал вслух:       — К хижине.       Молча они аппарировали.       — …надо предложить новое место для выдачи маскировки, — послышался голос Гарри у хижины. Окна тускло светились, а из приоткрытой двери доносились хлюпающие звуки.       Его аврорская форма была забрызгана кровью.       — Гарри? Ты ранен?       Гермиона бросилась навстречу и была готова применить весь вой арсенал исцеляющих заклинаний.       — Нет, Гермиона, всё в порядке. — Он надел очки, закончив протирать их полами мантии. — Ты цела?       Она завела руки за спину, чтобы спрятать разодранные ладони, но следы падения не остались незамеченными для Гарри. Он вздохнул:       — Мерлин. Мне очень жаль, Гермиона. Говорил же я, что отправлять в поля нужно только подготовленных бойцов…       — Ты знаешь, Поттер, это не моя прихоть, а распоряжение Кингсли. — Из хижины вышел Малфой.       И если брызги крови на одежде Гарри выглядели уже впечатляюще, то Малфой был буквально ею залит. Тёмные капли тянулись от линии челюсти, расползаясь вниз, и глянцевыми пятнами разливались на груди. Кожаные детали экипировки блестели от стекающей влаги.       — И не трясись так над Золотой девочкой. Она связала ведьму. — Он покосился на неё с тонким намёком на восхищение.       Значит, Гермионе не показалось. Преследовавшая её ведьма свалилась, скрученная верёвками заклинания.       — Что случилось?       — Не переживай за своего ухажёра, Грейнджер, это не его кровь, — протянула Табита, выуживая куски грязи из своих волос.       — Какого еще ухаж…       Слишком много событий за сутки. Слишком много событий за сутки!       — Чем он купил тебя? — Не унималась Табита, отбрасывая сгнивший лист в сторону. — Книжный магазинчик?       Эрни Макмиллан с удовольствием развесил уши и подошёл ближе.       — Не твоего ума дело, Грейвс, — неожиданно для себя парировала Гермиона.       Она защищала не его. Она защищала себя.       Малфой вскинул брови, и уголок его губ дёрнулся.       — Из-за этого сраного аристократа я чуть не угодила в болото, гоняясь за проклятой ведьмой!       — И никто не виноват в этом, Грейвс, кроме тебя! — Разразился Гарри. — Ты не последовала приказу прикрывать группу и сломя голову кинулась за ведьмой! Кто-то мог погибнуть, надеясь на твою защиту!       — Но ты послал бы меня в захват, Поттер! Ты знаешь, в чём я хороша!       — Хороший аврор работает по приказу, а не строит из себя героиню. — Его жёсткости можно было позавидовать. — И не смей разговаривать со мной в таком тоне, Грейвс.       Она виновато ковыряла свежий снег ботинком.       — Твоя бравада рано или поздно сыграет злую шутку.       Голос Гарри сквозил горечью. Он много раз видел, как самонадеянные авроры бросались в самое пекло и в лучшем случае отделывались совместимыми с жизнью травмами.       — Всё готово, — дверь в хижину с силой распахнулась, выпустив Делию Мур. Пока она спускалась со ступенек, Гермиона допустила ошибку. Она посмотрела внутрь дверного проёма.       Стены, пол — на первый взгляд всё это больше напоминало кровавое месиво.       Резко отвернувшись, Гермиона попыталась отогнать подступающую тошноту. Стоило начать привыкать к кошмарам оперативных заданий. Она многое видела во время войны, но вряд ли такое зрелище могло стать чем-то в пределах нормы.       Откуда-то сбоку Терри Бут пропел:       — Есть очевидные плюсы в работе с СМК, а? Есть кому взяться за грязную работёнку.       — Если продолжишь носить эту идиотскую мантию на задания, — заявила Делия, вытирая руки какой-то тряпкой, — от тебя останется жалкая горстка пепла. И я не стану хоронить её с почестями, а просто смою в унитаз.       Терри расплылся в такой улыбке, будто его только что не дерзко послали в задницу, а вручили два билета в вип-ложу на финал Кубка по квиддичу с безлимитным сливочным пивом.       — Кто вообще палит адским огнём направо и налево? — Возмутился Рон. — Если бы не снег, мы бы все поджарились. Эти ведьмы совсем сбрендили…       — А я уж было хотел пожаловаться на скучные командировки с мумиями, — хмуро отозвался Билл.       — Гарри, у тебя, — сказала Гермиона и сделала короткий жест в сторону собственной щеки.       Он провёл пальцами по лицу, посмотрел на кровь и невесело усмехнулся:       — Эта дура перерезала себе горло. Сказала, что невесте Зверя место рядом с ним. Ну, Малфою досталось больше всего.       Потянуло сигаретным дымом. Малфой, чьё подобие доспехов почти перестало блестеть от полусвернувшейся крови, стоял в сторонке и с самым безучастным видом курил, уставившись куда-то в небо. Билл молча подошёл, кивнул в сторону сигареты, и вскоре второй столб дыма растворился в воздухе рядом.       — А ту ведьму, что ты связала, Гермиона, уже отправили в изолятор, — продолжал Гарри.       Малфой шумно выдохнул дым и, всё ещё глядя на растущую луну, произнёс:       — Эй, Поттер. Бросим монетку, кто будет вести допрос?