Проблемный агент Нео

И слишком опасно, если позволить этому задержаться хоть на секунду дольше, чем нужно. Илья резко поднял реверс, не давая себе времени на сомнения. Вся накопленная тяжесть — давление пространства, навязанные слова, чужой голос с лицом Леры — в этот момент будто сжалась в одну точку. Он выдохнул коротко, почти на автомате, и нажал на спуск. Выстрел разорвал тишину озера глухим, искажённым звуком, который будто не принадлежал этому миру. Сгусток энергии ударил прямо в фигуру перед ним. На мгновение силуэт Леры застыл, всё так же глядя на него пустыми глазами и сохраняющейся неправильной улыбкой. А потом она начала разрушаться. Сначала исчезли края — будто их стёрли из пространства. Затем тело пошло трещинами, не как у материи, а как у изображения, которое теряет связь с носителем. Линии лица, волосы, глаза — всё стало распадаться на фрагменты, рассыпаясь в тёмные, беззвучные частицы. Улыбка исчезла последней, и вместе с ней пропал и голос, который всё это время давил на него изнутри. Через несколько секунд перед Ильёй уже ничего не было. Только пустота. И тишина, которая после этого стала ещё более ощутимой. Илья стоял неподвижно, всё ещё держа реверс на уровне груди. Плечи были напряжены, дыхание сбивалось, но он не опускал оружие сразу — будто ожидал, что это была лишь очередная иллюзия, и сейчас всё вернётся обратно. Однако озеро за спиной и странный лес вокруг оставались прежними, без изменений. Он медленно выдохнул, ощущая, как давление в голове немного ослабевает, но не исчезает полностью. Это место всё ещё было здесь. Всё ещё наблюдало. И теперь он точно понимал: аномалия не просто показывала образы. Она пыталась управлять тем, что он чувствует. Илья продолжал двигаться по изменённому пространству, постепенно учась не доверять ни глазам, ни ощущениям. После исчезновения иллюзии стало чуть легче, но полностью давление не ушло — оно лишь отступило на задний план, оставаясь где-то рядом, как постоянный фон. Он несколько раз останавливался, проверяя направление, прислушиваясь к тишине и пытаясь уловить хоть какую-то закономерность в этом искажённом мире. Однако с каждым новым участком пути странное воздействие снова возвращалось. Не так ярко, как раньше, но достаточно, чтобы сбивать концентрацию. В такие моменты мысли начинали путаться, дыхание сбивалось, а внутри поднималось знакомое чувство паники — не резкое, а нарастающее, липкое, как будто пространство медленно подталкивало его к срыву. Поначалу он пытался просто игнорировать это, сжимая реверс и ускоряя шаг. Но очень быстро понял, что этого недостаточно. Давление не исчезало само по себе, оно только усиливалось, если его не подавить. В один из таких моментов, когда паника снова начала подниматься волной, Илья резко сжал руку, впиваясь ногтями в собственное предплечье. Боль была острой, короткой и реальной — настолько, что мгновенно перебивала нарастающий внутренний шум. Мысли резко «срывались» с навязанного состояния и возвращались в тело, в конкретное ощущение здесь и сейчас. Он тяжело выдохнул, морщась, но удержал контроль. Метод оказался грубым, но рабочим. Илья повторил его ещё раз позже — уже осознанно. Каждый раз, когда пространство начинало давить сильнее, он возвращал себя к реальности через физическую боль, не позволяя мыслям утонуть в навязанных сомнениях. Это было не решением проблемы, а способом удержаться на поверхности. «Главное — не дать этому сломать голову», — коротко зафиксировал он в мыслях, продолжая движение вперёд, уже осторожнее и собраннее, чем раньше. Озеро появилось снова внезапно, так же неправильно и неуместно, как и в первый раз. Илья не сразу понял, что снова вышел к тому самому месту — ориентация в этом пространстве давно перестала работать привычным образом. Но сомнений почти не осталось, когда он увидел знакомую неподвижную тёмную гладь без отражений. Он сделал несколько осторожных шагов вперёд, пытаясь удержаться от импульсивных движений. В голове ещё оставались остатки прежнего давления, но теперь оно было слабее, приглушённее, как эхо. И всё же инстинкт подсказывал держаться настороже — слишком уж «удобно» он снова оказался здесь. И в этот момент всё произошло резко. Что-то ударило его в спину — не просто толчок, а точное, направленное воздействие, будто само пространство решило закончить его движение. Илья потерял равновесие мгновенно. Рефлекс сработать не успел: ноги соскользнули, тело сорвалось вперёд, и он упал прямо в тёмную поверхность озера. Вода не ощущалась как вода. Это было скорее как провал — резкое исчезновение опоры, короткое ощущение падения без глубины, без сопротивления. Мир вокруг смазался, звуки исчезли, и даже собственное дыхание оборвалось, словно его просто выключили. Следующее, что он почувствовал, — глухой удар. Не о воду. О твёрдую поверхность. Илья резко вдохнул, но воздух пошёл с трудом, будто лёгкие только заново включались. Глаза оставались закрытыми ещё несколько секунд, пока сознание пыталось собрать разорванную картину происходящего. Внутри всё ещё оставалось ощущение падения, хотя тело уже лежало неподвижно. Он не сразу открыл глаза. И когда наконец сделал это, первое, что стало очевидно — он больше не там, где был секунду назад. У Невера: Прошёл почти час. За всё это время Невер не позволил себе остановиться ни на минуту. Луч фонаря бесконечно скользил между чёрными стволами деревьев, выхватывая из темноты лишь мокрые кусты, поваленные брёвна и клочья тумана. Он снова и снова обходил один и тот же участок леса, пытаясь найти хоть какой-то след Ильи. Рация молчала, чип не подавал сигнала, а вокруг стояла неестественная тишина, нарушаемая лишь шорохом ветра в кронах. Внезапно совсем неподалёку раздался резкий глухой удар, будто что-то тяжёлое рухнуло с большой высоты прямо на землю. Невер мгновенно развернулся на звук. Пальцы сами собой до боли сжали рукоять реверса, костяшки побелели, а луч фонаря резко качнулся, прочертив полукруг в темноте. Свет остановился на неподвижной фигуре, лежавшей среди влажной травы. — Илья... Имя сорвалось почти беззвучно. В следующую секунду он уже был рядом. Опустившись на колени прямо в мокрую землю, Невер поспешно коснулся пальцами шеи напарника, пытаясь нащупать пульс. Собственные руки едва заметно дрожали — он даже не сразу это осознал. Несколько долгих мгновений показались вечностью, пока под подушечками пальцев наконец не почувствовались слабые, но уверенные удары. Он шумно выдохнул. Жив. В этот же момент Илья болезненно простонал и едва заметно пошевелился. Опираясь на локоть, он медленно приподнялся, всё ещё плохо понимая, где находится. Перед глазами всё плыло, а голова неприятно гудела после падения. Только спустя несколько секунд взгляд сфокусировался на склонившемся над ним Невере. Не говоря ни слова, тот сразу подхватил его под спину, помогая сесть. На лице, как всегда, почти не читалось эмоций, но в глазах мелькнула такая явная тревога, что скрыть её полностью даже ему не удалось. — Похоже... твари я не понравился, — хрипло усмехнулся Илья, пытаясь хоть немного разрядить обстановку. Невер никак не отреагировал на попытку пошутить. Его пальцы всё ещё крепко удерживали Илью за плечо, словно он опасался, что тот снова исчезнет прямо у него на глазах. — Головой ударился? — Возможно... Меня тварь из своего измерения выбросила. Невер молча кивнул и осторожно провёл ладонью по затылку напарника, проверяя, нет ли крови или серьёзной раны. Затем быстро осмотрел виски, шею, лицо. Движения были привычными, уверенными — за годы работы подобные проверки стали почти автоматическими. — Невер, я в порядке, — спокойнее произнёс Илья. — Ничего серьёзного. Только царапины да синяки. Старший всё равно ещё несколько секунд внимательно смотрел на него, будто сверяя услышанное с собственными выводами. Лишь убедившись, что серьёзных повреждений действительно нет, он медленно убрал руки и поднялся на ноги. Затем протянул ладонь. — Пойдём. Будем выходить. Сегодня мы с ней ничего не сделаем. Илья молча кивнул, ухватившись за предложенную руку. Поднявшись, он почувствовал, как ноги ещё немного подкашиваются после произошедшего. Невер не отпускал его ладонь даже тогда, когда тот уже уверенно стоял на ногах. Лишь спустя несколько секунд едва заметно сильнее сжал её, словно окончательно убеждаясь, что напарник действительно рядом, живой, а не очередная иллюзия этого проклятого леса. Только после этого он отпустил руку, поднял с земли фонарь и направил луч вперёд. — Ты не встречал тварь после того, как я исчез? — спросил Илья, следуя за ним. Невер отрицательно качнул головой, не оборачиваясь. — Нет. Всего одно слово. Короткое, сухое, но напряжение в его голосе никуда не исчезло. Илья незаметно выдохнул с облегчением. Несмотря на ноющую боль во всём теле и тяжесть, поселившуюся где-то глубоко внутри после пребывания в чужом измерении, мысль о том, что Невер всё это время был в безопасности, успокоило. Невер, будто почувствовав состояние напарника, несколько раз обернулся через плечо, проверяя, не отстал ли тот. После чего незаметно замедлил шаг, подстраиваясь под его темп. — Ещё минут двадцать, и выйдем к машине. --- Добравшись до внедорожника, оба молча заняли свои места. Невер сразу завёл двигатель и включил обогрев на полную мощность. Салон постепенно начал наполняться тёплым воздухом, а за окнами по-прежнему шумел ночной лес. Илья откинулся на спинку пассажирского сиденья и устало прикрыл глаза. До рассвета оставалось ещё несколько часов, поэтому выезжать сейчас не имело смысла. В машине повисла тишина. Прошло несколько минут, прежде чем Илья наконец тихо нарушил её: — Невер... Старший сразу повернулся к нему. Во взгляде появилось то самое спокойное внимание, которое он обычно скрывал за привычной холодностью. — Что? Илья несколько секунд молчал, подбирая слова. — Помнишь... ты спрашивал, что случилось раньше?.. Говорить оказалось неожиданно тяжело. Будто вместе со словами придётся снова пережить всё заново. Ему не хотелось перекладывать собственные переживания на Невера. Старшему и без того постоянно приходилось вытаскивать его из неприятностей. Невер молча кивнул. Он заглушил двигатель, чтобы тихое урчание больше не мешало разговору, затем повернулся к Илье всем корпусом. Никакой спешки. Никакого давления. Только спокойное ожидание. — Да, помню. Что такое? Илья отвёл взгляд в сторону тёмного леса за окном. — Я... расстался с Лерой... Слова прозвучали почти шёпотом. Невер замер. На мгновение всё стало предельно понятным. Странная молчаливость Ильи, его подавленное состояние, потерянный взгляд последние дни, попытки отмахнуться от вопросов... Всё наконец сложилось в одну картину. Он медленно выдохнул. Подходящих слов не находилось. Да и вряд ли они были нужны. Поэтому Невер просто молча протянул руку и осторожно положил ладонь на плечо напарника, слегка сжав ткань куртки — без лишних фраз, позволяя этим жестом сказать гораздо больше, чем смогли бы любые слова.